"Не хотите ко мне в гарем? "

Середина Тихого часа. В корпусе на удивление невероятно тихо. Кромешную тишину нарушают лишь быстро сменяющиеся отрывки треков, звучащие из телефона одной из соседок и близких подруг Лизы в этом лагере — Милены. Милена чуть выше Лизы, у неë ярко-синие глаза и точь-в-точь такая же причëска, боб-каре, окрашенная тоником под цвет глаз. Они обе невероятно тактильны и любят в обнимку лежать в свободное время на чьей-либо кровати. Так происходит и сейчас. Лежат на кровати Лизы, и она, одной рукой перебирая волосы девушки утыкающейся ей куда-то в районе средних рëбер, другой перелистывает страницы электронной книги. «Лето в пионерском галстуке» девушку захватило ещë с первых строк. Да и ещë бы, сама ведь не раз влюблялась в вожатых. Вот только одна из них, казалось, давно забытая и оставленная в прошлом на этой смене решила напомнить о себе. Лиза прекрасно помнит, как в 13 лет к концу своей первой смены заинтересовалась старшей вожатой. А та ведь всего два дня из 21 с ними провела, и то из-за недостатка обычных вожатых. Лиза даже фенечку Ульяне Ивановне, так звали вожатую, сплела. Но отдать сама лично не успела, пришлось передавать через Русика — соотрядника, который всегда был рад помочь Чëрт бы побрал эту влюбчивость в девушек лет на 10 старше. А судьба ведь решила насмехнуться. Вот ей уже 15, закончила 10 класс и в очередной раз направилась в лагерь. Каждый раз как в первый, да ещë и лагеря разные, для большего интереса. Ещë на первой линейке, когда представляли персонал Лизе ударили в голову воспоминания: эти шелковистые блондинистые волосы, которые так кокетливо развевались на вечернем ветерке, когда она вела мероприятия. Вечная улыбка на еë лице и манящие сияющие добром и властностью глаза, виднеющиеся из-под густых нарощеных ресниц. Лиза сейчас даже не видела еë лица вживую, только голос, который, отказывается, засел в голове похлеще всякой попсы. В глазах будто потемнело, а сквозь темноту виднелись обрывки светлого образа. — Лизок, всë хорошо? — как будто под водой прозвучал обеспокоенный голос на тот момент новой знакомой — Милены. — А? Да, всё нормально, — делая глубокий вдох и всматриваясь в такой близкий и знакомый силуэт пробормотала Лиза. — Гемоглобин, видимо, скаканул, вот и плоховато стало. — Может вожатой сказать? — слова Милены с трудом заставили Лизу переключить внимание на вожатую их отряда — худую и высокую девушку с каре, по имени Алина, являющуюся самой молодой среди вожатых. Помимо этого, она была единственной, кто не приехал с материка. — Не стоит, у меня часто случаются такие сюрпризы с организмом, они быстро перестают быть значимыми. — отмахнулась, возвращая свой взор к месту, где стояла виновница балагана, а еë и след простыл. Да и линейка успела подойти к концу, пока они болтали. С этих самых пор и началось недо-сталкерство. И, о чëрт, это было увлекательно. По счастливой случайности Лизу с Миленой поселили в одной комнате. Третьей была не менее яркая обладательница чëрных волос выбритых машинкой под двоечку с очаровательными оленьими глазами цвета Горького шоколада — Слава. И не было ни одного парня в их отряде, который не сказал бы «Слава Советскому Союзу». Надоели, честное слово. Тем не менее, Слава оказалась настоящей ФСБ-шницей, именно благодаря ей и выяснили, что Ульяне 28 и что исполнилось 11 марта. На счëт ориентации было сказать сложно, но таро гадалка Саня из соседней комнаты уверила, что старшая вожатая как минимум би. Все решили поверить, поскольку порчу на понос, которой Саня угрожала каждому, кто оспаривал еë гадания, получить не хотел никто. Санины Таро ещë предсказывали Лизе, что рядом с ней перспективная партнëрша. Все в отряде, кто не знал об Ульяне, додумывали, что это Милена. И Лиза была бы совершенно не против окажись это за короткое время ставшая близкой девушка, но та оказалась гетеро. И рьяно пыталась убедить Лизу, что с Ульяной совсем не всë потеряно. Они с Сашей придумывали какие-то совершенно фантастические истории, которые Диана — соседка Сани-гадалки, являющаяся частой посетительницей их комнаты, превращала в зарисовки. Происходящее в книге, находящейся в руках Лизы, набирало обороты, песня играющая из динамика телефона Милены переключилась на совершенно матерную, а сопение Славы налало попадать в бит, когда входная дверь скрипнула, а в маленьком коридорчике послышались осторожные шаги. Спустя буквально секунду в дверном проëме, соединяющем коридор и жилую комнату, где двери то и не было, показался силуэт. Еë силуэт. Сердце Лизы, довольно резко повернувшей голову, кажется, начало биться быстрее раза в два. И это не осталось незамеченым для Милены, которая хитро сощурила глаза и улыбнулась, будто видя будущее. Она чуток приподнялась и теперь лежала годовой на рëбрах Лизы. — Девчëнки, чего не по своим кроватям? — довольно тихо, поскольку спала Слава и улыбаясь той самой улыбкой, от которой у Лизы просто крышу сносило. — Пополняем запасы тактильности — голос Лизы прозвучал как-то хрипло, она и сама удивилась. А вот Милена поиграла бровками, подняв взгляд на свою соседку, мол, звучало секси. — Тактильности значит. Что-то у вас эти запасы никак не пополнятся. Где вас не увижу, везде обнимаетесь, — у всех троих в голове промелькнуло, что уж больно ревностно звучало. Но Ульяна и виду не подала. — Мы пополняем наперëд на то время, когда видеться не будем. — наигранно-грустно пробормотала Милена, будто котëнок потираясь щекой о приятную ткань топа Лизы. В голове решая отследить реакцию Ульяны. Та лишь слишком неоднозначно хмыкнула и ухмыльнулась. И чëрт знает, что тогда руководило Лизой, видимо, еë голова, перегретая на ярком солнце Феодосийского пляжа, потому что Панаму она забыла из-за «ну давай по бырому перед пляжем водички сходим набрать» и глаз Милены, походящих тогда на глаза кота из Шрека. Произошло это: — Уляна Ивановна, — многообещающе начала Лиза, что даже Милена поднялась, чем позволила сделать это и той, которая говорила. — У меня тут есть для вас предложение. Сейчас на неë были направлены два взгляда, конкретно так охуевший взгляд Милены, который со стороны явно казался обычным удивлëнным и очень заинтересованный Ульянин. — Ну-ка, — призвала к озвучиванию предложения вожатая, понимающая, что она не на шутку задержалась в этой комнате. Именно сейчас можно было передумать, и именно так Лиза в обычной жизни бы и сделала, потому что предложение в еë голове было невероятно бредовым. Но озвучить его сейчас казалось таким нужным и правильным. Саня там, за стенкой, колдует, что-ли. — Не хотите ко мне в гарем? — с улыбкой на губах произнесла девушка, поднимая вверх брови, а затем чуток прищуриваясь, формируя хитрый лисий взгляд. Милена прыснула от смеха, делая жест рукалицо, га что Лиза развела руками. Взгляд Ульяны с заинтересованного сменился удивлëнным, а затем она усмехнулась оценивающе оглядывая Лизу, предложение которой совершенно не было шуточным, да, в шутливой форме, но она явно серьëзно ждала ответа, это чувствовалось. — Я подумаю, — многообещающе произнесла Ульяна, подмигивая Лизе и собираясь удалиться. — Вы только быстрее думайте, а то Ярослав Игоревич уже согласился, — как бы запугивая начала Милена. — Займëт ещë ваше почëтное место главной в гареме Лизы. — подчëркивая то, что место давно ей определено, просто ждëт хозяйку. Ульяна мягко улыбнулась, думая, что такой человек как Ярослав явно не стал бы находиться в чьëм-то гареме. И от этого стало как-то теплее в груди. А Ярослав то сам в гарем и попросился. Девочки втроëм как-то обсуждали наполнение гарема Лизы, А он услышал и интересоваться начал. Так и попал. Уже после вечернего мероприятия на эстраде, Ульяна подозвала к себе Лизу с хитрющей улыбкой соглашаясь стать частью еë гарема, но занимать она хочет там главную позицию. А Лиза отшучиваясь открыла правду, что теперь Ульяна главенствует не только в гареме, но и в подростковом сердце Лизы