Всего одна смерть

      Нет!       Неправда!       Этого не может быть!       Такие мысли набатом стучали на затворках сознания. Уилл слышал чей-то крик и лишь через несколько секунд понял, что это — его собственный. Он, не вспомнив, как бросился из здания офиса на стоянку. Педаль до упора, спидометр давно перевалил за сто двадцать, руль он сжимал с такой силой, что костяшки на руках побелели, а грудную клетку зажало в тиски. За эти двадцать минут, что он мчался по полупустому шоссе, вся их жизнь с Лорой пронеслась перед глазами. Уилл верил, что это чертова ошибка, что Лору могли ограбить, украсть эту сумку из больницы, а она сейчас сидит и ждёт его в приемном покое клиники, даже не подозревая о том, что ее ждет такой сюрприз от мужа. Но подъезжая к месту ДТП, он понял, что это не сон. Клубы дыма от догорающей машины, скорая, полиция… Все окружено жёлто-черной лентой, словно в криминальном сериале, которые он часто смотрел по телевизору.       На ватных ногах Уилл подошёл к ограничителю, видя, как из сгоревшего, покореженного авто уже достали два тела, завернутых в черные мешки. На месте работали криминалисты, эксперты, медики оказывали помощь другим участникам ДТП. Вокруг множество людей, включая журналистов, но мужчина находится словно в глухом пространстве, он не слышал ни голоса людей, ни звуки сирен, ни машин, проезжающих рядом с ним.       — Вы — Мистер Биман? — сквозь весь этот шум Уилл услышал хрипловатый мужской голос.       — Да, я… - ответил он с задержкой, если ли узнав собственный голос.       — Меня зовут лейтенант Смит, я буду расследовать это дело. Пройдемте к машине. — полицейский похлопал Уилла по плечу. Это был тучный мужчина средних лет, с неаккуратными, торчащими усами и уже слегка лысеющей шевелюрой, одетый в голубую полицейскую форменную рубашку с черными погонами с гербами.       — Дело? — непонимающе спросил Уилл. «Какое дело? Что расследовать?» Сейчас он чувствовал себя словно слепой котенок, который не понимает, что происходит вокруг. — Где моя жена?       — Боюсь, мистер Биман, — прочистил горло лейтенант, пытаясь подобрать слова, — ваша жена была в этом автомобиле. Опознание невозможно, поскольку тела очень обезображены. Посмотрите на эти вещи. — кто-то из криминалистов поднес несколько прозрачных пакетов, — Они вам знакомы?       — Это сумка Лоры и ее кошелек и телефон… — с каждой фразой голос Уилла становился все более бесцветным.       — Сумка, это, конечно, важно, но это такой предмет, который легко украсть. На теле были обнаружены часы и кольцо. Взгляните. — на слове «тело» Уилл поморщился, но когда взгляд голубых глаз упал на содержимое пакета, мужчина уже не сдерживал слез. Он увидел до боли знакомое обручальное кольцо, которое Лора никогда не снимала. Она за столько лет было на пальце как влитое. Уилл делал его на заказ вместо дешёвого кольца, с которым он сделал ей предложение десять лет назад. И сейчас, в полиэтиленовом пакете лежало именно оно. Часы были подарены тетей Дотти на один из дней рождения Лоры, там была гравировка сзади и это тоже были они.       — Нет. Лора!!! — закричал Уилл, падая на колени прямо на асфальт. Все надежды мужчины рухнули в один миг, сердце замерло, пропуская удар, воздуха отчаянно не хватало.       — Держитесь! — Смит поджал губы, он очень не любил такие моменты, особенно сообщать родственникам о смерти их близких. Работая в полиции более двадцати лет, он так и не научился относиться к этому, как к работе, — Мне нужно будет задать вам несколько вопросов. А сейчас, вас сопроводят домой. Сержант!       Всю дорогу Уилл ехал словно в прострации, не видя ни светофоров, ни мигающих огней машин, ни отблеска мокрого асфальта. Он даже не нарушал, хоть и очень любил быструю езду. Потому, что Лора была против, и не потому что впереди ехал отряд полиции. Квартира встретила Уилла холодом, темнотой и пустотой. Такой же как была у него сейчас внутри. Мужчине казалось будто у него вырвали часть души, ту самую, без которой он уже не будет никогда человеком, а лишь оболочкой, телом, как говорил лейтенант. Первым делом в душ, ледяная вода приводила в чувства, заставляя тело гореть от своих прикосновений, бутылка виски и кровать. И на грани сна, Уилл думал, что все это лишь дурной сон и единственной проблемой будет лишь головная боль. Но этого не произошло. Голова раскалывалась, во рту пересохло, а тело просто нещадно болело от неудобной позы, но ничего не изменилось. Кровать была пуста, так же как и теперь его жизнь. Выйдя в гостиную, Уилл увидел на ковре разбросанные фото, вчера он вспоминал каждый миг, проведенный с женой, хотел запомнить каждую ее чёрточку, морщинки, родинку и веснушку, что не увидит уже наяву и заливая свое горе коллекционным виски, несколько бутылок стояли около дивана, Уилл и сам удивился количеству выпитого, ведь он практически не употреблял алкоголь. Состояние не улучшилось даже с приемом антипохмелина: тело болело, лицо опухло, а в душе было все так же тяжело. И хотел бы он сейчас вновь напиться и забыться, как эти мысли развеял очень настойчивый звонок в дверь, мужчина нехотя поднялся и поплелся в прихожую, не сразу попав ключом в замок, так дрожали руки с похмелья. Наконец у него получилось и не успев еще рассмотреть раннего визитера, Уилл едва не оглох от громкого возгласа:       — Скверно выглядишь, мой дорогой племянник. — на пороге стояла тетя Дотти. Укоризненный взгляд с залегшей меж бровей морщинкой и упертые по бокам руки не предвещали ничего хорошего и было видно, что женщина крайне недовольна, — Что случилось, что ты решил надраться до зелёных чертей прямо в начале рабочей недели? Это хорошо, что Дэнни я сама в школу отвезла.       Но мужчина и не думал оправдываться и объясняться, он просто стоял и смотрел словно сквозь пожилую женщину в одну точку, вовсе не замечая ее негодования и активного жестикулирования.       — Уилл… Что случилось? — словно сквозь толстый слой ваты донеслось до слуха.       — Лоры больше нет. — хриплым голосом произнес это мужчина и спрятал лицо в ладонях.       — Ты, что такое говоришь? — возмутилась тетя, но понимая, что ее племянник так шутить не будет, задала следующий вопрос, — Как это случилось?       Уилл лишь пожал плечами и Дотти поняла, что дело дрянь. Таким она не помнила племянника со дня смерти матери. Тогда он впервые осознал, что значит терять. Подросток не мог ещё контролировать эмоции и Уильям едва не закрылся в себе.       — Что сказал следователь? — не унималась женщина.       По правде говоря, она видела репортаж, благо, Дэнни слушал аудио-урок и не видел этого. Жуткая картина. Она хотела позвонить племяннику, но телефон был недоступен. Утром решила, что должна быть рядом с ним.       — Ничего, он меня ещё не вызывал, - ответил наконец Уилл.       — Так, — Дотти хлопнула себя по коленям, — Дэнни пока поживет у меня. Ты должен поговорить с ним, Уилл.       — Я не смогу этого ему сказать. — покачал головой мужчина.       — Сможешь. — голос тетя был твердым и непреклонным, — Это твой сын. Ты найдешь к нему подход. А пить — это не выход. — поднимая с пола пустую бутылку виски, она пригрозила ею Уиллу, — Решай вопросы с полицией и возвращайся к сыну. В школе скоро каникулы, я подумала, может вам лучше временно переехать в Грэнвилл? Здесь все тебе будет напоминать о ней.       — Мне всегда все будет напоминать о ней.       — Ты растерян и это нормально. — тетя заботливо положила руку на плечо племянника — прямо, как в детстве, — Но сейчас тебе нужно взять себя в руки. Ты думаешь, когда погиб твой отец, а затем и мать — мне было легко? Нет. Но на плаву меня держал ты, поскольку я любила тебя, как родного сына. И знала, что должна поставить тебя на ноги.       — Ты права. — Уилл не мог не согласиться с ней. Она свою жизнь посвятила ему, выучила, воспитала, ни словом, ни намеком не дала понять, что это ей в тягость, не подумав отдать в детдом. И мужчина никогда не слышал, что бы она жаловалась. Наверное, сейчас, тетя впервые призналась, как ей было больно от потери близких людей.       Вдали комнаты зазвонил телефон, который Уилл все же смог поставить на зарядку:       — Да. Да, хорошо, я буду. — положив трубку, мужчина потер лицо руками, — Звонили из отделения, вызывают на дачу показаний.       — Соберись с мыслями, Уилл. И вечером я жду тебя. Дэнни со школы я сама заберу. — Дотти встала с дивана и направилась на кухню, — Но казать обо всем ты должен сам. Иди приведи себя в порядок, я поглажу тебе рубашку и сделаю бодрящий кофе.       Ровно через пару часов, Уилл стоял перед участком без единого признака похмелья. Вот только делать первый шаг на встречу к ответу на вопрос, что все-таки делала на той трассе его жена в чужой машине, так и не решался сделать.