Отбросы "Скейтстрита"

Музыка оказалась куда громче, чем толпа народа, которая собралась в одну кучу, будто бы стая насекомых. Только вместе с бурными диалогами тела энергично двигались в такт песни Рика Эстли, уклоняясь от неоновых лучей, что светили прямо в глаза. Игровые автоматы, намертво прибитые к стене, издавали пиликающие звуки, означающие проигрыш или победу. Фред оглядывал всех присутствующих, изучал их, будто бы находился не в клубе, а в каком-то историческом музее. И, честно сказать, второй вариант времяпрепровождения интересовал его куда больше, ведь в подобной обстановке ему приходилось находиться впервой.       — Куришь? - окликнул его Андерсон позади. Фред даже не заметил присутствия своего одноклассника. Однако в перспективе ему и не хотелось видеть его. Отношения парней были, откровенно говоря, не самыми лучшими, ведь Андерсон — энергичный и явно творческий человек, душу и мысли которого переполняют множество ярких идей. Его можно сравнивать с лучистым солнцем на голубом небе. А Фред скорее луна или унылая дождливая погода, что не знает ничего, помимо нудных проповедей и конспектов в тетради. Но это скорее вина его семьи, которая поставила барьер на любой путь, который будет искренне нравиться Фреду, не давая ему пройти дальше. Но может ли это оказаться обыкновенной комнатой, где он бьется головой об стену в поиске выхода, когда спокойно может выйти через дверь?       — Курю, - поймав на себе взгляд Лорен, он выхватывает сигарету из пальцев Андерсона, деловито затягиваясь ей. После подобного "смертельного номера" слышится громкий кашель, тогда Фред неловко прикрывает рот рукавом кофты, отводя глаза в сторону.       — Нет же, - пускает тихий смешок второй и забирает у одноклассника косяк, выкидывая его в сторону.       — Колись, ты ради Ло сюда свою задницу притащил? - резче, чем хотел это сделать, отрезает Андерсон.       — Ло? - с удивлением на лице спрашивает он и, наконец, поднимает голову на одноклассника:       — И, будь добр, выражайся повежливее, - Фреда явно смутил странный сленг его собеседника. Отец приучивал его, что речь человека должна быть, в первую очередь, грамотной. Хотя сам мужчина, когда избивал сына, мог выкидывать и не такие словечки. Такие, что говор речи Андерсона сразу покажется цветочками. Фред никогда не устанет спорить с самим собой, что не так ему больно от толстой пряжи ремня, которая хлестает его смуглую кожу, как от всех слов, выходящих из мужских уст. И каждая фраза вводила его в заблуждение, что бы он не делал, парень всегда оставался тем же "засранцем" или "бестолковым мальчишкой". Со временем к нему это прижилось, и ему больше не хотелось доказывать обратное. По крайней мере, это переставало с каждым разом быть чем-то важным, ведь создавалось ощущение, что он стоит посреди дороги, врезавшись в ствол дерева. Нажимает на педаль, пытаясь выехать вперед, но машина не едет. Вся картина была точно такая же, только чем больше времени проходило, тем меньше оставалось места — выхода не было уже не то, что впереди, но и сзади, и по сторонам. Лорен подошла незаметно, своими тихими шагами, будто бы она невидимка. За всю дружбу с ней Андерсон заметил эту особенность и перестал вздрагивать с любого неожиданного появления девушки.       — У вас какие-то проблемы? - с легким смешком спросила она, и Фред тут же почувствовал, как все его тело окутала волна смущения, накрыла с головой и просто не давала сказать ни слова.       — Не отрицаю, что одна проблема есть и она сейчас передо мной, - начал Андерсон, нахмурившись в сторону парня.       — Но могло быть и хуже, - ему удалось быстро выкрутиться, но явное недовольство Лорен он почувствовал. Хоть она сама не очень-то и хотела видеть их общего одноклассника, от своих принципов Лорен отступать не собиралась. Сам Фред знал, почему все так косо смотрят на него и всячески отнекиваются принимать в свою "компанию", хотя бы на одну ночь. Суть скейтстрита — нарушать правила и просто наслаждаться тем, что они имеют. А он только и делал, что ровно шел по ним и чуть что — мог сразу доложить. А тут при виде милой девушки внезапно растаял.       — Рада, что у вас все идет гладко, - Лорен натянула доброжелательную улыбку. И только Фред хотел сказать что-то, как она исчезла в толпе, оставив его наедине с этим.. самозванцем. Подростки продолжали проходить мимо в своих красочных и модных джинсах, некоторые уже носили рубашки. В этот Фред заметил, что то ли музыка стала заметно тише, то ли он успел привыкнуть к ней.       — "The Rolling Stones", шаришь? - собеседник повернулся к нему и спрятал руки в карманы своей джинсовой куртке, на которой при хорошем свете можно было разглядеть множество нашивок.       — Шутишь? Обожаю их, - заявил Фред и поднял глаза на одноклассника. Необычно друг для друга, у них нашелся общий интерес, поскольку второму все перешло от дедушки. Он был строгим мужчиной в свое время, но в музыке разбирался хорошо и однозначно имел вкус. А вот отец наоборот был против таких увлечений.       — Не думал, что такой зануда, как ты, тоже слушает их, - он тоже явно не ожидал такого ответа. И до конца не мог поверить в то, что человек, который усердно учится и вставляет свои ненужные комментарии, куда только можно — слушает что-то помимо классической музыки или чертового джаза.       — Я может по своей натуре и скучный, но не из средневековья вылез, - Фред выдохнул, сложив руки на поясе.       — Иногда мне кажется, что это так, раз ты сигарету в рот никогда не брал. И в таких обстановках выглядишь как запуганный щенок, - он издевательски посмеялся, но все же парень не думал этим задеть собеседника.       — Даже не упоминай при мне эту гадость! - имея ввиду курение, возмутился он.       — Ну вот, - Андерсон пустил тихий смешок и повернул голову в сторону. На его глаза тут же попались две подруги — Кристи и Лорен, которые явно сейчас были в процессе бурной беседы. И разговор их, должно быть, может затянуться надолго:       — Ты собираешься подойти к нему? Или нет? - она разводила руками в стороны, явно пребывая в недовольстве из-за стеснения своей подруги. Кристи всегда была тише воды, ниже травы, так что обычные мимолетные симпатии давались ей особенно трудно. Да что уж там о чувствах, если в знакомстве ей было не менее тяжко: единственный человек, с которым она только спустя годы сумела контактировать стабильно — это Лорен. Возможно то, что они были полными и связало их. Общие проблемы и комплексы провели эту красную нить и завязали узел вокруг их запястий. Но явно не сердец.       — Я боюсь, говорю же! - Кристи закрыла лицо руками, будто бы пыталась спрятаться от всей этой обстановки вокруг и народа.       — Нет уж, подруга дней моих суровых, так не годится, - она только подвинулась к ней ближе в попытке утешить подругу, но стоило ей рот открыть, как неподалеку послышался знакомый для нее голос:       — Лорен, мать его, Сью! - прокричал парень, только что вошедший в помещение. У него была смуглая кожа, и от остальных он особенно выделялся высоким ростом. Девушка узнала в нем своего бывшего парня — Эда, который пару месяцев назад оказался тем еще кретином. Он играл в баскетбольной команде и даже был там лидером, что непременно обеспечивало ему популярность во всей школе. Однако, измена своей девушке заметно подпортила его "чистую" репутацию.       — Кто это? - шепотом спросил Фред своего собеседника рядом, который сам, по выражению лица, был немало удивлен появлению этого парня. Они соперничали с ним еще очень давно, поскольку он точно с самого начала знал, что Эд — это самовлюбленный придурок, который никого не видит помимо себя Андерсон отдернул своего одноклассника в сторону и так же тихо заговорил:       — Захлопнись и стой тут, - парень выдохнул и распахнул руки в стороны, подходя к своему сопернику.       — Эд! Не думаешь, что как-то невежливо выплескивать всю свою злость на публике? Тем более на девушке, - он пустил тихий смешок и едва ли не получил леща, когда баскетболист нахмурился:       — Не тебе меня, блять, учить! С дороги! - когда Андерсон стоял к нему почти вплотную, он почувствовал неприятный запах алкоголя, который исходил от собеседника. По всей видимости, он напился и решил показать класс своей бывшей девчонке.       — Успокойся, - обратилась девушка к своему другу и вышла вперед него, раз уж Эд вздумал решать их личные дела публично, то пусть будет так.       — Разве мы уже не все решили? - Лорен выдохнула и подняла глаза на своего давнишнего парня, который все никак не мог успокоиться.       — Нет, черт возьми! Ты, сука, должна извиниться за то, что сделала! - прокричал он. В голове Лорен начали постепенно всплывать воспоминания того, как они для подбодрения Лорен решили опозорить Эда и тем самым влипли сами.       — Сам же проебался, получил, что заслужил, полудурок! - откликнулся Андерсон, но подруга поспешила дать ему локтем в ребро, чтобы тот точно передумал вмешиваться. Все остальные будто бы застыли на месте и явно не хотели принимать участие во всей этой перепалке. По крайней мере пока это не было необходимо. Им даже на секунду показалось, что музыка перестала играть, хотя на самом деле ее было слышно даже лучше, поскольку никто не произносил ни слова.       — Я не собираюсь просить у тебя прощения, ясно? - Лорен скрестила руки на груди и поправила воротник своей джинсовой куртки.       — Тогда я заставлю тебя это сделать, а заодно и твоих дружков, - закивал он и как только девушка вновь хотела заговорить, Фред, по своей глупости, вышел в центр. Как только его глаза встретились с испуганным взглядом Лорен, в душе парня что-то кольнуло. Это был тот самый страх за себя и нежелание вмешиваться. Однако больше всего ему хотелось показать своему объекту симпатии, что он тоже чего-то стоит.       — Знаешь, я бы на твоем месте книжки почитал, там хорошо разобрана тема потери чести, - под конец его голос дрогнул и вдруг на себе он заметил уже не только взор одной Лорен, но и всех остальных присутствующих.       — Че вякнул? - Эд изогнул одну бровь. Неожиданно было видеть здесь школьного стукача и зануду.       — Говорю, что ты ведешь себя как истеричка, - последнее слово, которое пришло ему в голову и он неловко поджал губы. Так отец называл маму еще когда она была жива.       — Так что лучше утаскивай отсюда свою задницу, пока, - в этот момент он получает хороший удар кулаком по лицу. Кажется, пока Фред формулировал свои мысли, Эд уже успел нацелиться и врезать ему. Голова тут же показалась тяжелой, а тело таким легким. Все вокруг закружилась, людские ахи зазвенели в ушах, и во взгляде дурно помутнело. Такое ощущение, будто бы он надел отцовские очки, которые вроде бы должны улучшать зрение, а у Фреда оно наоборот ухудшается. Пальцы дрожали в один такт с музыкой, он начал чувствовать, как земля уходит из под ног. Слабость притесняет все остальные нагнетающие эмоции, которые так и тычут пальцем в то, что парень — самый настоящий слабак и сейчас даже не может дать сдачи. Колени подкашиваются, но как бы ему не хотелось свалиться на твердую поверхность, желание продолжать стоять, чуть склоняясь на бок — было сильнее.