Записки астронавта

      Все экземпляры в пробирках выверены до грамма. Лютер решил сделать выборку большой для более качественного результата и меньшей погрешности. Лютер как клерк, только на незнакомой и неживой земле выполнял план от босса. От себя, душа своего внутреннего ребёнка, не давая ни капли времени на творчество. Только чтение. Час вечером, час утром. Без выходных ругая себя за любую оплошность и ошибку. На него надеются. Только на него возлагают надежды. Только он стоит их. Все остальные — предатели.       Лютер будет тем, кем гордятся, станет героем, добьётся одобрения. Лютер не будет ныть, как ребёнок. Играть, как ребёнок. Смеяться и прожигать жизнь на что-то неважное.       Он выполнял план. Всё шло собранно, будто отточено. Вовремя. По скрупулёзно составленному расписанию. Лютер продумывал каждый свой день до мелочей. Время на сон, на перерывы для обеда и завтрака. Рассчитаны калории.       Лютер собран. Лютер скала. Несокрушимый памятник. Лучше, чем у Бена. Достоин Бена. Равен в его жертве. Лютер жертвует годами жизни для отца, для его исследования. И он несокрушим в своей вере. Следует плану. Чёткому и нерушимому. Вот его Бог. Вот его вера. С моноклем и ручкой. Жёсткий и правильный.       И он должен следовать своему предназначению. Своей судьбе. Быть похожим. Быть таким же. Верным себе и своему делу. Верным семье и миру. Он достоин полёта на Луну. Всегда был достоин.       Поэтому всё выполнит в лучшем виде.       Соберёт столько образцов, сколько будет достаточно, в изобилии. Сделает столько опытов, сколько будет необходимо, чтобы только с одного взгляда отец смог бы сделать выбор. Принять решение.

***

      Всё идёт по плану. У Лютера терпения и энтузиазма хоть отбавляй. Кажется, он даже дышит одинаковыми порциями, сверяя миллисекунды.       Лютер смотрит на часы. Скоро новый рассвет. Сегодня. Новый день, который он встретит в то же время, что и Техас. Даллас.       Рассвет в то же время, что и дома. Ощущение, что они связаны, будто он сейчас на Земле.       Лютер не скучает, он просто сильно сжимает кулаки. Пытается, но у него не выходит. Нельзя согнуть пальцы в скафандре. Потому что он сейчас на Луне. А не дома. Всё равно никто бы не смог держать его руку.       Он может встретить Солнце вместе с домом. А значит, прошло уже четверть месяца. Нужно брать себя в руки.       Лютер дома. На грусть нет времени. Нет сантиментов.       Лютер улыбается, но никто не увидит его улыбку. И он тоже, кроме вытянутой, ужасной улыбки месяца Земли. Тонкой светлой полоски в абсолютной темноте.       Семь дней. И через месяц он снова встретит день вместе с домом.       Стоит потрудиться ещё. Капельку. Всего ничего.