Стервятник

      Ах, мегаполис! Если кто-то думает, что сложно выжить на необитаемом острове с одной лишь оловянной ложкой, то он никогда не пытался заказать столик в самом фешенебельном ресторане с тремя звездами Мишлен. Даже если у тебя кошелек набит деньгами, а на стоянке припаркован новенький мустанг, ты — никто. Тут все решают связи и знакомства. Большие связи. И полезные знакомства.       Стервятник был тем представителем высшей тусовки, которого никто не приглашал, но он все равно приходил. Многие, а вернее все, поражались, как у омеги, не имеющего за душой ничего, кроме мундштука для сигарет и норковой шубы, при этом было такое влияние. Это чистая правда. Стервятник Ив Мартинез не имел собственного жилья, кочуя от любовника к любовнику. В его чемодане была всего парочка вещей, а остальное он всегда докупал за счет спонсора. Омега знал о всех тусовках города, даже если его никто не приглашал. Он мог пройти в любой клуб, поужинать в любом ресторане, не заплатив, и быть самым известным человеком, не делая при этом ничего. Так что же в нем такого?       Ив Мартинез — омега, двадцать девять лет, не замужем, без детей, высшего образования и цели в жизни. Он всегда загадочно улыбался, когда у него спрашивали про его прошлое. У таких людей, как Ив, обычно его не было. Они появлялись внезапно, как летний дождь, и так же исчезали, будто и не было никого. Они не оставляли после себя чего-то значимого, не сделали ничего полезного, лишь наводили шороху. Даже слухи о них исчезали быстро.       Ив прославился и заслужил кличку Стервятник благодаря тому, что обычно обхаживал престарелых вдовцов или разведенок. Он умел подобрать слова и жесты, чтобы завоевать очередное еле-еле бьющееся сердце. Так впервые он вышел в свет, когда ему было всего двадцать, с главой фармацевтической компании Биллом Найджелом Споуси. Общество было в шоке и не понимало, как Ив мог терпеть этого потного старика. Но, когда через полгода после смерти Споуси омега появился с еще более старым ухажером, вопросы прекратились.       Так и живет Стервятник. Кочует от одного престарелого к другому, поедая все, что от них остается.       В очередное утро в кофейне, где обычно покупали американо лишь брокеры и банкиры, появился Стервятник Ив со своим чемоданом. На нем была его неизменная шуба, темные очки и провокационные узкие джинсы, чтобы все могли оценить, за что его так любят альфы. Он уселся за самый дальний столик и заказал латте на соевом молоке с миндальной стружкой. Кофе омега не пил, лишь сфотографировал и стал что-то долго и упорно строчить в телефоне. Бариста и все немногочисленные посетители внимательно за ним следили. В этом районе бизнеса и роскоши только глухой не знал о Стервятнике.       Ив ждал кого-то или чего-то. По его непроницаемому лицу сложно было понять, сам ли он ушел от своего очередного покровителя или его вышвырнули. Сначала люди шептались и насмехались над ним, но когда стало понятно, что на слухи Стервятник не реагирует, это быстро закончилось.       Спустя примерно полтора часа, когда пенка на латте исчезла, а бариста уже устал подходить и спрашивать, не хочет ли Ив чего-то еще, колокольчик на двери зазвенел и вошел новый посетитель. Это был альфа лет сорока. Он бегло оглянулся, а когда взгляд хмурых карих глаз замер на Иве, мужчина напрягся. Стервятник же оставался невозмутимым. Он поднялся со своего места, подхватил чемодан с шубой и направился к выходу. За сценой наблюдало все кафе. Скоро по городу поползет слух, что новый папик Стервятника моложе предыдущих в половину.       Стервятник сел в салон серебристого порше и тут же размяк. Альфа, что был за рулем, молчал, не желая даже смотреть в сторону Ива. Он вел машину агрессивно, перестраиваясь из ряда в ряд, обгоняя и подрезая всех подряд. Так за пятнадцать минут они проехали весь район и остановились у высоток.       Альфа вышел первым, доставая чемодан и не дожидаясь, пока Ив его догонит. Разговор начался в лифте: — Что случилось на этот раз? — Его сын вернулся из-за границы. Ему не понравилось, что папочка обещает переписать на меня половину своего имущества. Спасибо, разрешил хотя бы пену после джакузи стряхнуть, — омега широко улыбнулся, но в улыбке этой не было ничего, кроме черного злорадства. — Знаешь, а ведь я ему тоже понравился. Это было видно по его взгляду и стояку в штанах. — И что? — подал голос альфа, выходя на нужном этаже и открывая электронным ключом входную дверь. — Хотел предложить им тройничок? — А почему нет? Я не вижу в этом ничего плохого. Тем более молодая кровь скрасит ночи. У этого старика член был таким маленьким и кривым, как будто пикули пытались запихнуть в мою попку.       Стервятнику нравилось наблюдать, как кривится лицо альфы. После неприхотливости в жизни, Ив умел лучше всего именно выводить людей из себя. — Разве раньше было не хуже? Тот брокер, как там его? Хадж? У него вообще не стоял без лошадиной дозы виагры. — Оу, ты помнишь, как приятно.       Стервятник зашелся смехом. Он бросил шубу на пол и прошел в глубь квартиры. Вот она, его жизнь! Его снова вышвырнули, снова начинать сначала, но ни грусти, ни злости, ничего, кроме смеха. Он смеется, над ним смеются, все как всегда. — Знаешь, Эдгар, — задумчиво начал Ив, уже сидя в футболке альфы и поедая китайскую лапшу быстрого приготовления, — без тебя я бы уже давно взялся за ум. Так, кажется говорят? Может, начал бы работать или вышел бы замуж за одного из моих покровителей. Получил бы наследство и жил себе припеваючи в пентхаусе.       Наверное, это была правда. Эдгар действительно каждый раз помогал Иву вылезать из дерьма. Зачем он это делал? Одному альфе это известно. Они не были родственниками или друзьями. Они даже не спали, но Эдгар всегда появлялся, стоило только Стервятнику написать. А писал он только по таким случаям.       Впервые Эдгар увидел Стервятника на благотворительном вечере. Омега шел под руку с очередным стариком Нанье с неизменной загадочной улыбкой на губах. Пара остановилась поздороваться с группкой бизнесменов и Ив покорно терпел все сальные шуточки пузатых дядек. Их пошлые взгляды, надменные улыбки — ничто не могло смутить парня. Он стоял с идеально-ровной спиной, разглядывал чужие Ролексы и коротко отвечал на вопросы.       Эдгар стоял в стороне и еще не знал о Иве Стервятнике. Он подумал, что это просто эскортник, выполняющий свою работу, чтобы старому ворчуну Нанье было что полапать, пока он обсуждает акции и сделки. Альфе стало жаль Ива, хотя он и понимал, что омега сам на это подписался и получит неплохую сумму за свой труд. — Любуешься Стервятником? Зря, он спит только с древними мумиями, — подал голос стоящий рядом друг. — Почему Стервятник? — Эдгар не отрывал взгляда от Ива, пока он отошел к столику с закусками и заставил этим группку омег брезгливо перешептываться. — Потому что клюет только вонючее старое мясо. Удивлен, что ты о нем не слышал — Не слежу за сплетнями.       Но с этих пор начал. Эдгар сам не понимал причину своих действий. Он завел знакомство со стервятником, прекрасно осознавая, что это за человек, какие у него цели и что в планах на будущее Эдгара не будет. Их общение было сумбурным. Он просто дал Иву свою визитку на очередной "случайной" встрече. И вот уже через две недели омега позвонил с просьбой приютить его на пару дней, пока он не найдет себе нового покровителя. Друзей у Стервятника, естественно, не было. И Эдгар помогал, одалживал деньги, забирал из любой точки города. Все это он делал молча, без вопросов и капризов, выслушивая очередную историю Ива и блокируя все свои эмоции.       Ив вышел из ванной в одном полотенце и улегся рядом с Эдгаром на его кровать. Квартира была с одной спальней. Сначала альфа спал на диване, любезно отдавая свою кровать, но потом прекратил. От омеги пахло его гелем для душа, морозным и резким. Ив устало завернулся в одеяло и зевнул. — Завтра пойду в клуб "Роше". Там вечеринка у нефтяников. — Вход по пригласительным, — заметил Эдгар, прекрасно осознавая, что для вездесущего Стервятника это не проблема. — Мое лицо — уже пригласительное, — ухмыльнулся Ив.       Омега еще некоторое время вертелся, а потом уснул, мерно посапывая и пыхтя. Эдгар наблюдал за этим, желая запомнить Ива именно таким. Обычным мужчиной, спокойным и уязвимым, как и все люди. Как только он проснется, то тут же наденет на себя маску Стервятника, будет насмехаться и искать выгоду в каждом вдохе. Альфа осторожно взял руку Ива в свою ладонь. Омега спал крепко, так что можно было не боятся его взгляда. Эдгар уснул, сжимая руку Ива в своей.

***

      Ив ворвался в квартиру как смерч. Тушь растеклась по его лицу, стразы, которые он полчаса клеил утром, отвалились. Темные волосы спутались, голубые глаза горели гневом. Свою шубу омега швырнул на пол и стал топтаться на ней, пока не свалился на паркет и не начал рыдать и смеяться одновременно. Эдгар уже был рядом, чтобы задать безмолвный вопрос. — Меня не пустили! Ни в "Роше", ни в другие клубы. Я обошел половину ресторанов и выставок. Они выгнали меня! Сказали, что мне тут места, что меня не приглашали. Меня!       Стервятник вытащил телефон из кармана и начал тыкать им в лицо альфе. — Смотри! Смори! — кричал Ив, метая молнии.       Статья называлась "Падение Стервятника", внизу прилагалось фото омеги, где он еще счастливый и улыбающийся позирует камерам у входа в "Роше". Писалось, что Ив доигрался и теперь от него отвернулось все общество. Он окончательно стал посмешищем, и неизвестно, вернется ли он назад к своей блистательной жизни.       Эдгар отложил телефон и посмотрел на дрожащего от злобы Ива. Он сидел на своей шубе, прижавшись к стене, и что-то бормотал. Действительно, жалкий и униженный. Ничего общего с тем Ивом Стервятником, что будоражил кровь альфам. — Что теперь будешь делать? — спросил альфа, помогая Иву подняться. — Я не сдамся. И не подумаю. Это мой город и нельзя просто взять и вышвырнуть меня, как блохастого кота. — Скорее общипанную курицу, — хмыкнул Эдгар.       Следующая неделя для Эдгара превратилась в день сурка. Ив все утро готовился к выходу в свет, потом исчезал на несколько часов и возвращался злой и пьяный, потому что его опять никуда не впустили. Альфе приходилось мыть невменяемого парня, насильно кормить его и укладывать спать, а потом все снова повторялось.       Стервятника уже не ждали в ресторанах, клубах, бутиках и салонах. Все будто забыли о его существовании. На него косились, будто он бомж или попрошайка, а Ив краснел от злости и устраивал очередной скандал. Но в какой-то момент все резко прекратилось.       Эдгар проснулся рано, как всегда готовился к утренней пробежке, когда заметил, что Ив лежит на диване в гостиной. Обычно в это время он уже мажет лицо тональником и ищет новое место, куда можно заявиться без приглашения. Омега скучающе листал каналы по телевизору и кривился, когда голову простреливало от головной боли. — Сегодня будешь дома? — поинтересовался альфа, присаживаясь рядом. Состояние Стервятника его насторожило. В голову тут же закралась мысль убрать все колюще-режущее подальше. — Все мои деньги закончились. — А они у тебя были? — Да, — Ив усмехнулся. — Небольшая сумма, вшитая в подкладку Шубы, на черный день. И вот, черные дни прошли, наступила настоящая тьма. Я — никто. Без друзей, семьи, дома. Моя жизнь ничего не стоит, хоть сейчас с моста прыгай.       Эдгар не должен был ничего чувствовать к Иву. Этот омега сам себя таким сделал и не жалел. Но почему-то грудь разрывало от боли и тоски, глядя на худого и изможденного Стервятника. Больная, неправильная любовь не хотела видеть омегу таким, пусть разум и кричал о том, что Ив сам во всем виноват. Он мог сто раз найти себе нормального парня или мужа. Да, не такого богатого, как те старики, с которыми он спал, но хотя бы верных и любящих. Эдгар сам готов был стать таким человеком.       Но Стервятнику это не нужно. Ему вообще ничего не нужно. Он жил ради внимания, восхищенных и завистливых взглядов, ради слухов и сплетен. Только так он мог доказать себе, что существует. — Я могу занять тебе, если хочешь, — альфа опустил взгляд, чувствуя себя последним идиотом. Он уже знал ответ. — Нет, Эдди, — Стервятник посмотрел на него с любопытством. — Ты и так слишком много для меня делаешь. Я этого не стою. Сколько знаю себя, вечно мне помогаешь, а ведь давно мог найти нормального омегу и жить счастливо. — Я сам это знаю. Знаю, но ничего поделать не могу. Ты мне нужен. — Я? — Ив тут же сменил тон с насмешливого на истеричный. — Я не буду готовить, убираться. Не буду благодарить тебя за терпение! Не буду спокойным или понимающим. Я не подарю тебе ничего, кроме вечного раздражения. И ребенка не рожу. Я бесполезный. И все равно, зная все это, ты хочешь, чтобы я остался? — Видимо, да. — Ты больной? — Видимо, да.       Повисло молчание. Ив втягивал воздух сквозь зубы и весь трясся. А Эдгару впервые стало легче. Он признался, его облили дерьмом, отказали, но это лучше, чем терпеть тупую боль в сердце.       В детстве маленькому альфе рассказывали сказки про идеальную пару. Это когда партнеры созданы друг для друга. Им хорошо вместе, спокойно. Ив не был парой Эдгара, ведь рядом с ним всегда было тяжело. Но альфа понимал, что другого ему не нужно. Он действительно больной.       Стервятник поднялся в дивана, накинул на пижаму свою шубу и поплелся в прихожую. — Куда ты? — Не знаю. Но тут мне быть сложно. — Почему?       Ив развернулся к альфе. По щекам лились слезы, а нижняя пухлая губа дрожала. — Я никому не был нужен, Эдгар. Никому! Ни родителям, ни друзьям, ни всем этим альфам. И мне было нормально. Я привык. А тут появляешься ты и рушишь все мои устои со своим этим ублюдским каменным лицом! Теперь я чувствую себя еще большим мусором. — Ничего страшного. Я подожду, пока ты успокоишься. Я ждал так долго, так что могу дать тебе сколько угодно времени.       Ив мялся в проеме. Он думал не долго, но голос его перестал дрожать и взгляд стал твердым. — Одолжи мне двадцать баксов и помоги спустить чемодан на улицу.       Эдгар привык терпеть боль, когда Стервятник снова решал уходить. Он сделал все, как просил омега, не спрашивая, куда тот подастся и где его искать. Ив дал свой ответ, ничего с этим не попишешь.       Садясь в такси, омега в последний раз посмотрел на Эдгара. — Может быть, еще увидимся.       Он всегда так говорил, когда пропадал. Альфа привык.

***

Три года спустя       Ах, мегаполис! Ты — бездонная пропасть, что поглощает деньги, время и души людей. Тут забываешь обо всем, не замечаешь ничего, кроме того, что ты сам предлагаешь. И как бы не был силен новоприбывший горожанин, ты сломаешь его и сделаешь своим рабом.       Эдгар знал все правила жизни в этом городе. Он был крупной рыбой: сильной, чтобы противостоять течению, ловкой, чтобы обходить все подводные камни, и умной, чтобы не попасться на крючок. Альфа заработал состояние, был все еще красив, достаточно влиятелен и ужасно одинок.       В обществе он приобрел чудное прозвище — Шакал. Одинокий, молчаливый, голодный. Компания Эдгара поглощала мелкие фирмы, как кит криль. Его боялись и уважали, а еще не понимали. Почему он все еще один? За столько лет никто не видел его рядом с омегой или бетой. Шли даже слухи, что он на самом деле любитель альф, а самые отбитые сплетники говорили, что видели его в клубе для зоофилов. Все это Шакала не смущало. Если людям так нравится разводить грязь и купаться в ней, то пусть.       Эдгар редко появлялся на публике. Он появлялся только на работе, а потом ехал домой, чтобы провести очередной вечер с бокалом виски. И этот день тоже должен был быть таким.       Выйдя из машины, альфа направился к подъезду, когда его взгляд привлек некто, сидящий на чемодане. Сердце уже было екнуло, но знакомой шубы на незнакомце не было. Вообще он выглядел не вызывающе. Эдгар уже хотел пройти мимо, как "некто" поднял голову и посмотрел на него. Это действительно был Ив. Тот самый Ив Стервятник, про которого все уже забыли. Все, кроме Эдгара. — Я уже думал, что ты переехал, — омега улыбнулся, вставая на ноги и поправляя складки на своем простеньком пальто. — Я уже думал, что ты испарился, — парировал Эдгар, стараясь скрыть шок и радость. — Пошли.       Снова тишина в лифте, молчаливая возня в прихожей, и вот, Ив сидит на кухне и ждет, пока кофеварка сварит кофе. Альфа не отрывал от него взгляда. Омега сильно изменился. Вернул натуральный цвет волос, набрал вес и стал выглядеть как обычный мужчина средних лет. В уголках его глаз уже появились небольшие морщинки, но для Эдгара Стервятник казался божеством представшим перед ним. Божество, одетое в просторный свитер и брюки, без грамма косметики, тихо пило свой кофе и улыбалось, наблюдая за реакцией альфы. — Я перетерпел сильные изменения. В том месте, где я жил, не любили городских фиф. — А где ты жил? Расскажи мне все.       Ив поведал, как вернулся в родной городок. Маленький, старый, ленивый. Там он продал свою шубу и полгода не выходил из дома, обдумывая все. Потом записался на несколько курсов и получил диплом бармена, чтобы подрабатывать. Так и прожил, исправляя все, что натворил. — Я не знаю, зачем. Зачем вообще мне жить и ради чего. Когда я был Стервятником, то весь смысл был во внимании. А теперь? И не знаю, зачем вернулся. Мой психолог сказал, что я должен попытаться извиниться перед тобой, сказать спасибо. Вот. Говорю. Спасибо.       Эдгар молчал, переживая ураган в душе. — Спасибо, что терпел мои выходки, спасибо, что давал мне тут жить, спасибо, что полюбил меня таким. Ты единственный близкий мне человек и теперь я это действительно ценю.       Ив действительно поменялся. — И что ты будешь делать теперь? — Эдгар держал себя в руках. Он хотел и дать хороший подзатыльник, и крепко обнять. — Я приехал сюда на пару дней, вернусь послезавтра. Ты же не против приютить меня? — Знаешь, когда ты меня не спрашивал, было легче.       Было легче, когда они спали в одной кровати, как знакомые незнакомцы. Теперь же омега попросил постелить на диване и старался как можно меньше напоминать о себе. Он интересовался жизнью Эдгара, улыбался на его неумелые шутки и сам вызвался приготовить ужин. Это был все тот же Ив, но будто всю начинку в нем заменили. Альфа видел это и понимал, что чувства его от этого не изменились. Они выдержали три года одиночества, а до этого множество лет игнорирования. И теперь, когда омега сам приехал, рвались наружу с новой силой.       Как быстро пролетели два дня, пара не заметила. Эдгар старался проводить все время дома, пока Ив был в его квартире, наполняя стены своим запахом. Перед отъездом альфа не сдержался: — Даже теперь ты не хочешь остаться тут?       Ив замер, неловко заламывая руки. — А я тебе все еще нужен? Мне казалось, тебя привлекал тот Стервятник. — Нет, меня привлекал именно ты, а не твое альтер эго. Я так долго ждал, столько терпел! Неужели я не заслужил тебя?       Омега снова улыбнулся, грустно, пряча усталые глаза в пол. — Это я тебя не заслужил. И даже если я и научился худо-бедно готовить, убираться и держать свою стервозность в руках, ребенка я все равно родить не смогу. — Плевать.       Эдгар сделал то, о чем так долго мечтал. Обнимать Ива было приятно, а целовать еще приятнее. Омега сначала замер, как испуганный зайчонок в лапах зверя, а потом ответил со всем желанием. Поцелуй долгий, острый, жгучий, такой желанный для обоих. Эдгар слышал свое сердцебиение в одном ритме с омегой, зарывался лицом в чужие волосы, улыбался, как дурак и наконец-то почувствовал облегчение. Все как надо. — Ты больше не уйдешь. Никогда и никуда. Или я пойду вслед за тобой.       Ив кивнул, пряча слезы на чужой рубашке.