The Wind Master's Fan

Последнее, что помнит Ши Цинсюань, было это место. И голос, который заставлял его чувствовать себя в безопасности и давал ему хоть немного мужества, несмотря на огромный страх, который он чувствовал во время всего этого испытания. Теперь же, при простом вспоминании об этом, по его спине проходила дрожь. "Вы хотите сказать что-нибудь еще?" "... Я хочу умереть." Это был ответ Ши Цин Сюаня. Он потерял не только своего брата, но и своего лучшего друга. Теперь, когда он думает об этом ... был ли он у него вообще? Когда его поле зрения медленно охватила неясные очертания руки, он произносит слова, которые он чувствовал прямо в тот момент. Он потерял все прямо перед тем, как его глаза закрылись сами по себе: "Я ... любил тебя". Прошло неизвестное количество времени. Когда он открыл глаза, уверенный в том, что увидит глубины ада и другие ужасающие места, о которых он мог думать. Но он был удивлен, увидев Се Ляня и знакомый потолок храма Пу Цзы еще раз. Он прожил годы в комфорте, не зная, что все что он имеет за счет не только одного человека, но и целой семьи. Ши Уду заплатил за это своей жизнью, он заплатил за это своей божественной силой. Человек, которого он считал своим лучшим другом, предал его, и самым болезненным было то, что ... он не был виноват. Как бы сильно он не хотел ненавидеть Хэ Сюаня, факт остается фактом: не было бы пожара, если бы он не был зажжен. И тем кто зажег это пламя был Ши Уду. Череда эмоций охватила его, ведя борьбу за обе стороны. И поскольку оба человека были для него важны, в течение двух недель он находился в постоянном негодовании и непонимании, не имея возможности выбрать, кто виноват. Он ненавидел своего брата за то, что он прибегал к таким методам, за то, что он закрыл глаза на людей, которых он раздражал даже после своего вознесения, и за то, что он держался за свою гордость до самой смерти. Тем не менее, он также любил его за то, что он защищал его и ставил его выше всех до такой степени, что ему приходилось прибегать к топтанию других людей. Он любил его так сильно, что был готов принять жизнь, наполненную страданиями, в обмен на свою жизнь и искуплению своих грехов. Несмотря на то, что он хотел одновременно избить Ши Уду и обнять его, но сейчас это было невозможно. С другой стороны, он также не мог винить Хэ Сюаня. Его семья не только умерла, но и сильно пострадала. Кто угодно захочет наказать виновного. Более того, он также подружился с ним по собственному желанию. Поэтому он хотел верить, что Хэ Сюань на самом деле не планировал его обмануть. Но в силу обстоятельств ничего не поделаешь. Конечно, он его ненавидел. За убийство Ши Уду и за его предательство, но что расстраивает, так это то, что действия Хэ Сюаня были оправданы. Несмотря на это, Ши Цин Сюань не мог не спросить его: «Разве нашей дружбы недостаточно?». В то время как он плакал над этим вопросом, Хэ Сюань ответил на него обезглавив его брата. Он также в глубине души знал, что задавать такой вопрос было несправедливо.

***

Однажды утром он подметал возле храма, когда Се Лянь и Хуа Чэн вышли в город. Он должен был признать, что слова Хуа Чэна задевали его, но они также имели смысл. Он не собирался оставаться здесь и хандрить, потому что, принял он это или нет, его брат и лучший друг никогда не вернутся. Но одно можно сказать наверняка: он мешал единственному оставшемуся человеку, который все еще заботится о нем. Из-за степени утраты, а также из-за множества форм предательства, через которые он прошел, он не смог понять, что, хотя судьба постучала в его дверь и собрала плату за все годы, которые он прожил в славе, она забрала от него не все. Доказательством этого был тот факт, что в самое худшее время Се Лянь был рядом, чтобы поддерживать его и воодушевлять каждый день. И поэтому он вызвался навести порядок в доме с вновь обретенной решимостью никогда не позволить Се Ляню снова заботиться о себе. Даже если бы он это сделал, он бы удостоверился, что причиной этого не было его состояние. Отойдя от дома, он стал собирать листья сбоку. Когда он собирался отойти, чтобы прибраться в другом месте, он услышал позади себя хруст листьев. Как только звук достиг его ушей, его сопровождало необъяснимое чувство угрозы, заставляя его быстро обернуться. "Хм?" Там не было ни души. Быстрое протирание глаз не помогло ему увидеть какое-то невидимое существо, которое издавал этот звук. Может, животное? Тем не менее, его интуиция подсказывала ему, что лучше не узнавать, и поэтому он вернулся в дом. Закрыв дверь, он наливает себе чашку воды. "Ахахахаха, я, должно быть, не в своем уме…" "...Ши Цин Сюань." Ши Цин Сюань, выпивая воду, рефлекторно поворачивается на звук, не в силах распознать голос, на которую так быстро отреагировал. На стуле, скрестив ноги, одетый в черное и смотря на него пронзительным взглядом, сидел никто иной, как Хэ Сюань. Но на этот раз маскировки больше не было. Миллион мыслей мгновенно заполонили голову Ши Цин Сюаня. Одного вида этого бледного и безжизненного лица было достаточно, чтобы он вновь пережил убийство брата, заставившее его задохнуться и разбрызгать воду повсюду. Как только он собирался принять все, двигаться дальше и жить для Се Ляня… этот безжалостный король-призрак решил появиться сейчас. Для чего бы он ни был здесь, это определенно было совсем не к лучшему! Хуа Чэн и Се Лянь отсутствовали. Пребывание здесь ждало только смерти! И теперь, когда вода, которую он случайно брызнул, достигла лица Хэ Сюаня, ожидание быстрой и безболезненной смерти, было явно вычеркнуто из вариантов. Не отрывая от него пристального взгляда, Хэ Сюань даже не вздрогнул от нападения воды, Ши Цин Сюань решил, что, если этот день станет его концом, он хочет хотя бы драться. Если бы существовала маленькая вероятность того, что его тело не будет скормлено собакам или какими-нибудь другими существами, Се Лянь знал бы, что он боролся и что он решил жить для него, если не для себя. Что он послушал его и передумал. Как только Хэ Сюань сунул руку в рукав, Ши Цин Сюань, хотя его конечности сильно дрожали, набрался храбрости и швырнул в него чашу. Он даже не взглянул, прежде чем побежал так быстро, как мог, к ближайшему выходу, которым было окно. К сожалению, чаша, брошенная с дрожащей силой, естественно, полетела не прямо, а немного криво. Она остановилась в воздухе, и Хэ Сюань на мгновение замер. После звука удара по столу Ши Цин Сюаня, который был на полпути к окну, дернули за воротник. "Ши Цинсюань!" Кричит Хэ Сюань обиженным голосом. Ши Цин Сюань, напротив, более яростно махает руками, закрыв глаза, и кричит в ответ: "Нет! Я еще не могу умереть! Отпусти меня!" "Слушай…" Хэ Сюань пытается что-то сказать, хватаясь за его плечи, но Ши Цин Сюань боролся изо всех сил, толкая и пиная Хэ Сюаня, который даже не использовал чрезмерную силу, чтобы подчинить его. "Пожалуйста! Я еще не могу умереть! Я не могу! Пока я ему не отплачу! Вы не можете просто подождать еще немного ?!" Ши Цин Сюань кричит, заглушая то, что пытался сказать Хэ Сюань. Ему снова удается высунуть ногу в окно. Из-за паники он ударил Хэ Сюаня по животу другой ногой, заставив его отступить. Увидев возможность, он быстро повернулся, успешно выбравшись из окна. Поблагодарив богов за этот неожиданный выход их схватки, его облегчение было недолгим, когда рука снова схватила его за воротник. "Ты не изменился!" Хэ Сюань кричит сзади. Паника и ужас заставили Ши Цин Сюаня бежать, когда он увидел Хэ Сюаня, выходящего из окна. Но его воротник, пойманный Хэ Сюань, заставило его упасть вперед, увлекая за собой и второго. Именно тогда Ши Цин Сюань почувствовал, как его правую ногу пронзила боль. "Ой…" - сумел произнести Ши Цин Сюань. Потом он внезапно вспомнил. Это было. Это было то, что он сделал. «Мин… сюн…» - шепчет он. "…" Хэ Сюань спокойно смотрит на дрожащую спину Ши Цин Сюаня под ним. "... То, что произошло, было ..." "Повелитель Ветра?" - вмешался другой голос. Ши Цинсюань поднял глаза и увидел Се Ляня и Хуа Чэна, стоящих впереди в нескольких метрах от них, со множеством сумок. Он не знал, когда это произошло, но внезапно понял, что тяжесть на его спине исчезла и что он остался один на полу.

***

"Он приходил сюда, чтобы вернуть это." Се Лянь ставит веер на стол. После того, как Ши Цин Сюань объяснил Се Ляню свой очевидный опыт на грани смерти, Хэ Сюань однажды утром приходил к Се Ляню, когда Ши Цин Сюань еще спал. Ши Цин Сюань уставился на свой веер. Он ... починил? Пока Ши Цин Сюань размышлял о противоречиях того дня и этого случая, вопрос, который задал Се Лянь, заставил его внезапно всполошиться. "ЧТ… КАК ЭТО МОЖЕТ БЫТЬ? МЫ… МЫ… МЫ БЫЛИ ДРУЗЬЯМИ! КРОМЕ ТОГО, ОН БЫЛ БЫЛ БЛИЗКО ТОМУ, ЧТО БЫ СКАЗАТЬ МНЕ ПОТЕРЯТЬСЯ!" "...Вы никогда не смотрели на него так?" - спрашивает Се Лянь. "Вы с ума сошли? Конечно, нет! Мы были друзьями! И мне очень нравится переходить в свою женскую форму, но это не значит, что я… я… я думал о… о мужчинах!" "Тогда почему вы были навязчив…" "Разве это не то, что делают друзья? Конечно я прилипчивый! Это ничем не отличается от того, как дети играют и душат друг друга, такая привязанность!" "… разве вы не чувствуете того же?" "Я ... я ... не знаю. Я смотрел на него только как на своего Мин-сюня ... Кроме того ... все не так, ваше высочество. И если вы посмотрите, что произошло ... ну ... я даже не думал, что мы так закончим." Се Лянь наблюдал за Ши Цин Сюанем с горькой улыбкой на лице. Услышав ответ Ши Цин Сюаня, он поджал губы, в конце концов решив, что нет необходимости рассказывать, что он видел в тот день. Когда Хэ Сюань дал ему веер, он заметил его мимолетные взгляды на дверь. Се Лянь подумал, что маленьких изменений в его выражении лица было достаточно, чтобы раскрыть его истинные чувства, и он мог с уверенностью сказать, что они не содержали ни следа намерения убить… а скорее сожаления и что-то еще. "Bы уверен, что с вами все будет хорошо?" Се Лянь помогает Ши Цин Сюаню собирать вещи. "Я буду в порядке! Мне удалось найти место для проживания в городе. А раз уж вы тоже поедете в город, уверяю вас, наши пути еще раз пересекутся! Вы также можете навестить меня!" говорит Ши Цин Сюань, садясь на телегу с волами, везущей сено. "Будьте осторожны. Если что-нибудь случится, тебя всегда ждут здесь." отступает Се Лянь. "ГэГэ, не нужно так сильно волноваться. С ним все будет в порядке." говорит Хуа Чен. "Не забудьте принести с собой искушенный цветок багрового дождя!" Ши Цин Сюань кладет сумку. "Я знаю. Но опасность таится в каждом углу. Если бы не призраки, это могли быть и люди..." "Нет. Осмелюсь предположить, что это опасность, которая не будет угрожать ему." перебивает Се Ляня Хуа Чэн. Се Лянь, сразу поняв, что сказал что-то не то, прикрывает рот. Ши Цинсюань, напротив, только склонил голову: "А? Что вы?..." Повозка тронулась по неровной дороге. Ши Цинсюань не смог закончить свой вопрос, вместо этого попрощавшись с ними в последний раз.

***

"Посмотрим…" Ши Цин Сюань считает свои сдачи вскоре после покупки новых кистей и чернил… как вдруг кто-то схватил его кошелек с деньгами, когда он закончил складывать сдачу. "Что за ... эй!" Пока вор пробирался сквозь толпу, Ши Цинсюань по пути оставляет свою покупку какому-то продавцу, чтобы тот погнался за ним. Вскоре они оказались на большом расстоянии друг от друга, но в последнюю секунду он смог увидеть, как вор входит в переулок. Через несколько секунд после того, как он дошел до переулка, к своему удивлению, то, что его ожидало, оказалось не пустым местом. Там был вор… сильно избитый. Его кошелек с деньгами находился в футе от него. "Кто только..." он оглядывается, не находя третьего лица. Снаружи проходили люди, занятые своими делами. Он подумал: "Моя жизнь, должно быть, так запуталась, что судьба, возможно, решила хотя бы подарить мне на этот раз немного удачи." Взяв кошелек с деньгами, он собирался уходить, но его совесть взяла верх. Получив свои кисти и чернила обратно, а также отправив вора к охранникам, чтобы они позаботились о нем, вместо того, чтобы замерзать в холоде, он устроился на столе и начал рисовать. Ши Цинсюань умел рисовать, но между тем, чтобы уметь рисовать, и тем, что бы быть в этом лучшим, была разница. Он был еще больше убежден в этом факте, когда картина Хуа Чэна наконец привлекла его внимание после того, как он решил постепенно отпустить произошедшее. После бесчисленных мольб и приставаний Ши Цин Сюань смог уговорить Хуа Чена научить его, тогда он и предложил сделку. Если он приобретет навыки, чтобы зарабатывать на жизнь, он переедет. Помимо того, что он наконец остался наедине с Се Ляном, это также не только уменьшило бы беспокойство Се Ляня за Ши Цин Сюань, но и его бы похвалили. Это было неплохо. И поэтому Хуа Чен немедленно достал из воздуха несколько кистей и бумаги, и их первый урок начался. Одного лишь воспоминания о бесчисленных оскорблениях, нанесенных его ушам, когда он только начинал, было достаточно, чтобы у Ши Цин Сюаня забилась голова. Но все же он был благодарен Хуа Чену. Хотя он был не так хорош, как Хуа Чен, качества картин было достаточно, чтобы переманить к себе посетителей. Собираясь продавать свои картины, он зашел в раздел развлечений, чтобы посмотреть статус своей заявки. Его действительно наняли. Не как куртизанку или танцовщицу, а как тот, кто помогает их одевать. Свидетельство мастерства Ши Цинсюаня убедило владельца заведения, так как это означало пополнить его кошелек хорошим сервисом.

***

После долгого рабочего дня он снова устраивается на своем столе. Там он заметил свой веер, сидящий в углу. "Хм? Я положил его сюда?" Дотянувшись до нее, он внимательно ее рассматривает. Когда он взял кисть, он внезапно подумал о человеке, которого когда-то считал своим лучшим другом. Он все еще мог вспоминать, о том как он всегда говорил ему, чтобы он потерялся, но всегда оставался рядом, как он ругал его на каждом шагу, но всегда поддавался его прихотям. Как он выглядел, глядя на меня без особого выражения лица... "Э…" Ши Цин Сюань возвращается к реальности, понимая, что он просто пошел и нарисовал Мин И на своем веере. "Мин… сюн…" шепчет он, по его щекам катятся слезы. "Нет ... не было Мин-сюна." Он осторожно кладет веер в ящик. "Я ... скучаю по тебе ... хотя должен ненавидеть тебя."

***

Хэ Сюань смотрит на спящего Ши Цин Сюаня. Затем он подходит к столу, выдвигает ящик и просматривает внутрь. Он находит веер, который он починил… вместе с красиво нарисованным Мин И. Несмотря на то, что маскировка, которую он использовал, не сильно отличалась от его реальной внешности, более мягкие черты лица, очевидно, указывают на Мин И, а не на Хэ Сюаня. Чувствуя странное разочарование, он кладет веер на место. У него не было намерения показываться Ши Цин Сюаню после того, как он отреагировал так, как он это сделал в храме Пу Цзи, но вид этой картины заставил его пересмотреть свое мнение.

***

"Ты сказал… ты любил меня." Хэ Сюань скрещивает ноги, пристально глядя на Ши Цин Сюань, который находился в самом дальнем углу столовой. "Я сказал? ... Я сказал ... Я сказал?!" В то время как Ши Цин Сюань паниковал в одиночестве на углу, Хэ Сюань вздыхал глядя на него: "...ты это имел в виду?" Вернувшись к реальности, Ши Цин Сюань защитно ответил: "Конечно! Для тебя это может быть фальшивка, но не для меня!" "Это не то, что я имел ввиду." Как обычно, лицо Хэ Сюаня было жестоким, без какого-либо выражения. Но в его голосе была легкая дрожь, которую Ши Цин Сюань заметил, но не мог сказать, в чем была причина. "Так… это все в прошлом?" Хэ Сюань стоит, опустив голову. Ши Цин Сюань подходит к двери: "Что тебе нужно." Хэ Сюань замечает, что его голос становится холодным и ледяным: "Я хочу, чтобы вы ответили на мой вопрос." "Я не знаю. Почему ты хочешь знать? Ты убил моего брата, ты оставил меня. Ты ненавидишь меня, но продолжаешь приходить ко мне. Разве тебе не следует избегать человека, которого ты ненавидишь?" Голос Ши Цин Сюаня дрожит, слезы уже подступают к глазам вспоминая о предательстве Хэ Сюаня. Когда пространство окутала тишина, Хэ Сюань усмехнулся, как будто само это зрелище полностью оскорбило его. Его брови возмущенно нахмурились, он говорит: "...Интересно, кто это был первым." Презрение в его голосе заставляет Ши Цин Сюань снова смотреть на него. Насколько он знал, он не помнит ничего, что случилось с ним, когда он оставил Хэ Сюань. "Что?" Хэ Сюань делает шаг вперед, но останавливается, когда Ши Цин Сюань вздрагивает: "Да, я убил твоего брата. Я убил твою единственную семью. Но задумывался ли ты когда-нибудь о том, как твоя семья убила мою?" "Но это был мой…" Ши Цин Сюань замолкает. "...Я тебя умолял." Ши Уду начал все это, чтобы защитить его. Он бы хотел сказать, что это была его вина, что его брат был вынужден все это сделать. Но как бы он не желал того, в глубине души он знал, что это не просто его собственная слабость. Ши Уду прибегал к коварным приемам и он не только не собирался возвращаться за теми, кого он опустошил, он даже не проявлял раскаяния до конца. Хэ Сюань продолжает: "Тогда давай скажем так. Если бы ты был на моем месте, что бы ты сделал?" "…" продолжалось молчание Ши Цин Сюаня. На все вопросы, которые задавал ему Хэ Сюань, были даны ответы в его голове… кроме этого. Он не знал. Единственная причина, по которой он не преследовал Хэ Сюаня, заключалась в том, что у него не было силы против короля-демона, тем более в его нынешнем состоянии. Даже если бы он решился на это, он бы все равно знал, что не имеет на это права, поскольку это все начал его брат. Но если его ситуация изменилось бы, то сказать, что месть не приходила в его голову, было бы определенно лицемерием. "Ши Цин Сюань… разве ты не всегда его выбирал?" Хэ Сюань нарушает молчание. "Выбирал? Чт… Что ты говоришь? Мин-сюн, я никого не выбирал! Как я мог?" Ши Цин Сюань отвечает. Он не был уверен, было ли это его воображением, но выражение лица Хэ Сюаня выглядело так, будто оно снова немного изменилось. Чувствуя, что вены лопаются, Хэ Сюань изо всех сил старался не обращать внимания на то, что Ши Цин Сюань снова называет неправильное имя, и продолжил. "Я пытался остановить тебя. Но ты все равно пошел к нему. Для тебя твой брат был превыше всего." Даже меня. "... Это не так! Это было..." "Я понимаю. Он твой брат. Конечно, ты бы выбрал его" прерывает его Хэ Сюань. На первый взгляд, в его словах не было никаких эмоций, но если присмотреться, этой крошечной разницы в его выражении лица было достаточно, чтобы выдать его истинные чувства, если бы только страх и слезы не затуманили бы зрение Ши Цин Сюаня. Он понимает Ши Цин Сюаня. Он также знал, что и он, и Ши Уду поставили Ши Цин Сюань в трудное положение. Он понимал, но не мог не злиться. В конце концов, жизнь дала ему возможность получить то, что он хотел больше всего, но почему он должен был предложить такое заманчивое предложение только для того, чтобы протянуть другую руку и потребовать оплаты? Сначала это испортило его, так разве он не заслуживает этого? Это мог быть кто-то другой. Почему Ши Цин Сюань должен был быть братом Ши Уду? Почему он должен был дружить с Ши Цин Сюань? Почему судьба поставила их в безвыходное положение? Он беспокоился о Ши Цин Сюань, и у него была возможность отвернуться и уйти от мести. Однако он этого не сделал. Он знал, что схватить эту руку - значит потерять дружбу с Ши Цин Сюань. И факт остается фактом: это был его собственный выбор. Тем временем Ши Цин Сюань, заметив молчание Хэ Сюаня, забыл о возможной опасности, с которой он столкнулся. "Мин..." "Я не Мин И!" Хэ Сюань кричит, его голос охрип. Ши Цин Сюань убирает протянутую руку: "... Я знаю. Извини." Хэ Сюаню требуется несколько секунд, чтобы взять себя в руки, затем: "Ты спрашиваешь, чего я хочу? Я хочу, чтобы мы оба... перестали жить прошлым." "Что?" Ши Цин Сюань перевел взгляд с двери на Хэ Сюань. "Ты что, оглох? Я не говорю вам забыть, что случилось. Я просто ... хочу начать сначала." "Ахахахахахаха! Мин… Молодой мастер Хэ... кхм... хахахаха..." "Что такое?" Брови Хэ Сюаня нахмурились от раздражения, зная, что означает эта реакция. Ши Цин Сюань смеется без остановки, когда он нервничает и напуган. "Хахахахахахаха! Н-ничего! Хахахахаха…" "... Ши. Цин. Сюань." Хэ Сюань медленно повторяет, даже не пытаясь скрыть свое раздражение: "О чем бы ты ни думал, прекрати. Я не причиню тебе вреда." "Хахахахахахахахаха - правда? Это… хахахаха… кхм… обнадеживает! Хахахаха…" Хэ Сюань скрещивает руки, глядя на него, ничего не говоря. И следующие несколько минут они смотрели друг на друга через всю комнату, а Ши Цин Сюань смеялся сам. К тому времени, когда смех утих, выражение лица Хэ Сюаня уже было таким мрачным. Он шипит: "Ты закончил?" Но его устрашающий тон снова спровоцировал смех Ши Цин Сюаня: "Хахахахаха, да, эм, я закончил! Хахахахахахаха..." "Ты не… Ты все еще смеешься" Хэ Сюань закрывает глаза, поднимаясь к виску, чтобы помассировать эту область. На этот раз Ши Цин Сюань заставил себя остановиться: "Извини." Только тогда Хэ Сюань открыл глаза: "Тогда скажи мне, что ты думаешь." "... М... Молодой Мастер Хэ... Я... Я..." "Стоп." Хэ Сюань поднимает ладонь. "А?" Озадаченный, Ши Цин Сюань наклоняет голову. "Я дам тебе немного времени. Я не буду вторгаться сюда или на твое рабочее место. Взамен не отталкивай меня." Это были все слова, которые Хэ Сюань сказал до того, как Ши Цин Сюань оказался один в комнате, не имея возможности отказать ему.

***

"Почему ты вдруг отдаешь мне всю эту работу?" Хэ Сюань хмурится. "Ты забыл? Или я должен помочь тебе вспомнить? » Без предупреждения на стол бросилась огромная стопка бумаг. Хэ Сюань смотрит на кучу и прочищает горло: "Нет. Не об этом. У Призрачного Города раньше не было проблем даже без твоего присутствия, так почему ты просишь меня о помощи сейчас?" "Да? Если бы я этого не сделал, ты вообще смог бы заплатить?" Чувствуя, что что-то произошло, хотя он не мог точно определить, Хэ Сюань вздыхает, половина его мыслей где-то блуждает, а половина - соглашается: "Хорошо." "Считай, что тебе повезло. Я предлагаю тебе стабильный способ погасить ваш долг. Иначе как бы ты это сделал?" "..." Хэ Сюань хранит молчание. Эта договоренность также была одной из причин прекращения его приставаний.

***

Несмотря на то, что он знал, что и ему, и Ши Цин Сюаню нужно время, чтобы справиться с проблемами, Хэ Сюань не мог не отправить клонов, чтобы следить за ним, предотвращая всевозможные неудачные события, которые случились бы на его пути. Будь то карманные воры, грабители и все остальное, все они были избавлены, прежде чем они смогли даже прикоснуться к нему. Тем не менее, клоны отличались от самого хозяйна. Следующие несколько недель были тихими. Хэ Сюаня нигде не было. Хотя Ши Цин Сюань смог наконец вздохнуть с облегчением, он знал, что это продлится недолго. Хэ Сюань сказал, что даст ему немного времени. Это определенно означало, что он однажды вернется. "Но для чего?" Ши Цин Сюань вздыхает. "Цин Сюань, ты в порядке?" симпатичная дама, которую он сейчас намазывал пудрой, всматривается в его лицо. Ши Цин Сюань был поражен, осознав, что говорит сам с собой: "Ох! Эм, ничего." "Хорошо. Почему бы нам не сесть и не поговорить позже?" Ши Цин Сюань улыбается: "Было бы неплохо." После рабочего дня она и Ши Цин Сюань сели пить чай в соседнем чайном. Впервые попав в это место, Ши Цин Сюань проявил сострадание и привязанность. Теперь они были почти неразлучны. Погода была хорошая, солнце садилось, они болтали практически обо всем, пока сама женщина не заговорила об этом: "Цин Сюань, ты знаешь, ты всегда можешь сказать мне, если что-то тебя беспокоит." "Ничего подобного" машет руками Ши Цин Сюань. Если это нормальная проблема, он не видит ничего плохого в том, чтобы рассказать. К сожалению, именно из-за этого он не спал в эти ночи, опасаясь, что его голова может взлететь в любой момент, а эта изящная дама почти ничего не может сделать с этим. "В самом деле?" она недоверчиво ухмыляется: "Почему бы нам не пойти куда-нибудь в эти выходные? Это будет для меня удовольствием, так как ты был очень внимателен ко мне в последние несколько недель." Глаза Ши Цин Сюаня расширились. На самом деле, быть занятым и осторожным было одиноко. Помимо этого, он скучал по Се Ляну, он был общительным человеком, которому время от времени требовалось общество других. Это будет хорошая возможность расслабиться. "Это звучит весело! Хорошо, я в деле!" Женщина наклоняется: «Тогда увидимся. Я приду к тебе домой." Она чмокнула Ши Цин Сюаня в щеку.

***

"И-ик!" Визг Ши Цин Сюаня эхом разнесся по комнате сразу после того, как дверь распахнулась. Закончив подготовку раньше, чем ожидалось, Ши Цин Сюань ждал ее прибытия, когда внезапно влетел Хэ Сюань, топая внутрь, как будто он был на грани истерики. "Что ты делаешь в последние несколько недель, экстравагантно щеголяя?" требует Хэ Сюань, явно злой. Руки Ши Цин Сюаня дрожали от страха: «А? Что вас разозлило? Я сделал что-то не так?" "Ответь мне" говорит Хэ Сюань тихо и нетерпеливо. "Почему вы такой-" Их прерывает тихий стук вместе с голосом: "Цин Сюань?" "М… Мин-сюн, мне нужно идти…" Ши Цин Сюань торопливо идет к двери, когда чья-то рука сжимает его руку. Хэ Сюань смотрел на него с таким гневом, что его ноги чуть не подкосились, просто представляя, что будет дальше. Ничего не поделаешь, потому что он живо помнит эти руки, не так давно отделяющие голову от тела грубой силой. Но еще одним ужасающим событием стало то, что Хэ Сюань, не сводя с него глаз, поднял ладонь в направлении двери. "Отошли ее" приказывает Хэ Сюань холодным голосом. "Ч-что? М - Мин-сюн, п - пожалуйста ... почему именно сейчас... почему? Зачем ты делаешь…" Ши Цин Сюань чувствует, как у него холодеет кровь. Хэ Сюань недовольно прищуривает глаза. Стиснув зубы от неправильного имени, он позволяет голубому энергетическому шару на своей ладони расти, шипя сквозь зубы: «Отошли ее сейчас же!» "Цин Сюань? Ты там?" на этот раз стук был громче. Из страха за безопасность женщины Ши Цин Сюань обнял Хэ Сюаня: "Я… я здесь!" крикнул он как можно громче, несмотря на дрожь в голосе, которую дама определенно заметила. "Ты в порядке? Могу ли я войти?" "Нет! Нет! Не надо!" кричит Ши Цин Сюань, его рука крепче сжимает руку Хэ Сюаня, нацеленную на дверь. Хэ Сюань, к слову, был так ошеломлен, что шар энергии мгновенно растворился, и его руки ослабли. "Ты не в порядке. Ты плохо себя чувствуешь?" "Да! Я чувствую себя нехорошо. Мне очень жаль, но ты можешь уйти? Обещаю, я компенсирую это тебе!" "Ты хочешь, чтобы я позаботилась…" "Все хорошо! Пожалуйста! Просто уйди!" "... Увидимся на работе. Пожалуйста, будь здоров." "Я буду!" Ши Цин Сюань отвечает. Когда шаги стихли, он наконец освободил Хэ Сюаня, прежде чем отступить назад. Но Хэ Сюань был настойчив и с каждым шагом назад преодолевал вдвое большее расстояние. Глядя холодным взглядом на Ши Цин Сюаня обжигающим тоном: "Ши Цин..." "Почему?!" Ши Цин Сюань скулит, по его лицу текут слезы. Хэ Сюань перестает двигаться. "Почему вы это делаете?! Разве я не заслуживаю быть..." "Да! Ты не..." Хэ Сюань кричит, не желая слышать остальную часть предложения. Но как только он заметил эти слезы, слова, которые должны были последовать, были отброшены назад и остались невысказанными. "Пожалуйста. Почему вы это делаете?" Ши Цинсюань повторяет. "Тебе мало?" Хэ Сюань ответил молчанием. Плач Ши Цин Сюаня не прекращался. Сколько бы он ни повторял в уме, что он должен быть сильным, это мало помогало останавливать слезы. Звук сопения вскоре исчез. Когда Хэ Сюань почувствовал, что Ши Цин Сюань начал успокаиваться, он быстро подошел к нему. "Ик…!" Ши Цин Сюань поднял голову и встревожился, собирался броситься прочь, несмотря на дрожь в ногах, когда сильные руки обвились вокруг него сзади. "Не двигайся" Хэ Сюань кладет подбородок на плечо Ши Цин Сюаня. Ши Цин Сюань взвыл, его тело сильно дрожало. "Вааааа ..." "Просто... перестань плакать! Тебе не нужно на меня смотреть!" Хэ Сюань шипит, уже расстроенный тем, что каждая реакция и взгляд Ши Цин Сюаня на него ничем не отличаются от жертвы на убийцу. Когда он чувствует, как руки Ши Цин Сюаня цепляются за его руки, он крепче обнимает его и изо всех сил пытается смягчить свой голос: "Перестань плакать." "«Уаааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа сохраните мою г-головуу" Ши Цинсюань не только не прекращает плакать, но и начинает вопить. Из-за того, что Хэ Сюань плохо подбирал слова в попытке его успокоить, на самом деле произошло обратное. Не имея другого выбора, Хэ Сюань пытается думать, хотя это был первый раз, когда у него были проблемы с попытками утешить Ши Цин Сюань, что было вполне разумно с тех пор. Он всегда был тихим человеком и предпочитал одиночество. Утешение людей, конечно же, не было его сильной стороной. Подумай. Подумай… что бы… сделал Багровый дождь? Чувствуя, что его брови непроизвольно дергаются от раздражения, Хэ Сюань отбрасывает свои чувства по поводу того, что приходится прибегать к помощи другого, закрывает глаза и целует Ши Цин Сюань в щеку. Внезапно плач и вопли прекратились, за исключением тряски. Когда Хэ Сюань открыл глаза, Ши Цин Сюань смотрел на него через плечо, его глаза были круглыми, как блюдца. Чувствуя, как его щеки нагреваются, хотя он был мертв, он мысленно откашлялся и втайне хмуро благодарил Хуа Чэна. Поскольку это выглядело так, будто это было несколько эффективно, он переворачивает Ши Цин Сюаня, но тот падает на пол на ногах. Хэ Сюань приседает, опускает голову, затем нежно и осторожно целует его слезы, из-за чего Ши Цин Сюань не может найти слов. По прошествии некоторого времени, но на самом деле это было всего лишь минуту или две, Хэ Сюань сжимает плечи Ши Цин Сюаня: "Я не собираюсь причинять тебе боль." Ши Цин Сюань медленно поднял на него глаза, его сердце бешено колотилось, не зная, была ли причина в страхе или в неожиданном жесте Хэ Сюаня. Но давление на его плечи исчезло прежде, чем он смог посмотреть… вместе с Хэ Сюанем.

***

"Вау! Это хорошее место!" Се Лянь оглядывается, когда входит. Хуа Чэн следует за ним, похоже, в хорошем настроении. "Не стесняйтесь осматриваться" Ши Цин Сюань быстро направляется на кухню. Се Лянь оглядывается и замечает стол Ши Цин Сюаня, на котором было несколько готовых картин и несколько, которые находились в процессе создания. "Ты хорошо его научил" говорит Се Лянь, любуясь картинами. "Пф". "Хм? Сань Лан?" Се Лянь поворачивается и обнаруживает, что Хуа Чен смотрит в пустое место у стены напротив двери. Хуа Чэн оглядывается на звук своего имени: "А, ГэГэ. Ничего." Той ночью, после ужина, Ши Цин Сюань провожает их. Что его больше всего озадачило, так это то, что Хуа Чэн вёл себя странно. Обычные колкости в его комментариях все еще присутствовали, но что-то в его взгляде было другим. Как будто он видел что-то, чего не мог видеть он сам. Но Ши Цин Сюань оставляет все как есть. Вид Се Ляня и Хуа Чэна придало ему немного мужества. Убрав все, он готовит еще один набор обедов, в три раза больше, чем может съесть нормальный человек. Даже если он готовил еду, этого может быть недостаточно, чтобы гарантировать, что он останется целым. Более того, этой суммы было бы недостаточно, но это было все, что его деньги могли ему позволить. Судя по всему, Хэ Сюань казалось, что он пытался примириться с ним. Ши Цин Сюань глубоко вздыхает. Хотя это и так, это также не означает, что он не передумает и не оторвет ему голову… если он облажается. Сделав несколько шагов вокруг обеденного стола, он легонько кричит: "Мин … Молодой мастер Хэ, молодой мастер Хэ, молодой мастер Хэ..." "Что." "Ага!" Ши Цин Сюань поворачивается на звук такого явно раздраженного голоса. Как будто он сам призвал демона, Хэ Сюань сидел там, где положили еду. Неважно, что он снова появился из воздуха. Ши Цинсюань планировал выкрикнуть его имя, чтобы все равно позвать его. Но почему… почему он должен был появиться в женской форме ?! "Ты звал," сухо говорит Хэ Сюань, "так почему ты удивлен?" "Я… эм…" Ши Цин Сюань ерзает, не осмеливаясь смотреть прямо на Хэ Сюань из страха, что пристальный взгляд может ее оскорбить. Но это только, казалось, вызывало недовольство Хэ Сюань, когда ее брови нахмурились, глядя на Ши Цин Сюань с таким напряжением. "Сядь," говорит она с явной сдержанностью. Ши Цин Сюань подчиняется, украдкой поглядывая на нее. По какой-то причине выражение лица Хэ Сюань выглядело так, будто она была глубоко задумана. "Молодой… Мастер Хэ…" зовет Ши Цин Сюань. Взгляд Хэ Сюаня снова возвращается к нему. Затем она скользит взглядом по столу, некоторые из чаш направляются к Ши Цин Сюань. "..." "Эм… Я приготовил это… для вас," медленно говорит Ши Цин Сюань. "И я уже..." "Мне все равно. Просто ешь со мной," отвечает Хэ Сюань, не поднимая глаз, когда она взяла свои палочки для еды и начала есть. Она махнула рукой, и пара палочек для еды из кухни поплыла к Ши Цин Сюань. Подумав, что это был довольно добрый жест, Ши Цин Сюань выдернул из воздуха палочки для еды и тоже начал есть. Несколько минут молчания потребовалось Хэ Сюань, чтобы закончить все. Как только Ши Цинсюань был на полпути к тому, чтобы доедать свою тарелку с овощами в руке, Хэ Сюань внезапно наклонился. Ошеломленный этим, глаза Ши Цин Сюаня расширились, за ним последовал стук палочек по столу. Лица в дюймах друг от друга, Хэ Сюань не сводят глаз с Ши Цин Сюань, но ее палочки для еды тянутся к миске. Она берет кусок еды и подносит ко рту. Тем временем Ши Цин Сюань застыл на месте. Вид вблизи Хэ Сюань, поедающего из своей миски в женской форме, определенно не помогал ему не нервничать! Особенно, когда воспоминания о Хэ Сюане, использовавшем губы, чтобы вытереть слезы, возвращаются! И… это макияж? Чувствуя, как его щеки нагреваются, он пытается удержаться от нервного смеха и приближает чашу к Хэ Сюаню: "В-вы можете сьесть это." На этот раз выражение лица Хэ Сюаня слегка изменилось, но Ши Цин Сюань не заметил этого. Она снова садится: "Нет. Ты ешь это," говорит она, как будто потеряла интерес. "А?" Ши Цин Сюань моргает. "Хорошо. Если вы не против." Когда Ши Цин Сюань закончил убирать посуду, Хэ Сюань, не теряя времени, спросил его: "Почему ты звал меня?" "... Молодой мастер Хэ... ты правда здесь не для того, чтобы убить меня?" спрашивает Ши Цинсюань. "Если бы я хотел, я бы давно уже сделал это. Какой смысл держать тебя в живых все это время?" говорит Хэ Сюань. В этот момент она поняла, что ее слова звучат резко из-за ее желания заставить Ши Цин Сюань понять, что это действительно так. Поэтому она добавляет более мягким тоном: "Я говорю правду." Ши Цинсюань ерзает на стуле, явно чувствуя себя неудобно: "Вы правда серьезно?" "Да," отвечает Хэ Сюань, " ... и ты снова увидишь ее." На этот раз Ши Цинсюань бессознательно сияет и встает со своего места: "На самом деле…" "Не переходи черту," решительно вмешивается Хэ Сюань, заставляя Ши Цин Сюань снова сесть. Хэ Сюань выглядел так, будто она была явно расстроена, и ее слова звучали как предупреждение. Однако смысл этого предупреждения никогда не приходил в голову Ши Цин Сюаню, когда он пытался поднять настроение, несмотря на свое удивление: "Эм, так почему вы ... э-э ... в своей женской форме?" На этот раз Хэ Сюань замолкает. Слегка прикусив губу, она наблюдает за Ши Цин Сюань, но видит только вопросительные знаки на его лице. "Не твое дело," резко выдыхает она, словно сдалась. По правде говоря, Ши Цинсюань тоже собирался спросить, для чего этот макияж. Несмотря на то, что он был настолько светлым, что его нельзя было заметить издалека, все же это был Хэ Сюань. Но решив, что его жизнь важнее раскрытия этой тайны, он бросает эту тему. Он может поднять это однажды, когда их раны заживут. Однако Ши Цин Сюань не полностью отверг идею о том, что Хэ Сюань действительно скучал по времени, которое они проводили в своих женских формах, не обращая внимания на его намерения. "Молодой господин Хэ, вы свободны?" "Нет," перебивает Хэ Сюань. "Я пришел, потому что… я не вернусь как минимум неделю." Менее чем за день накапливается новая работа. В последний раз, когда Хэ Сюань впал в ярость и оставил работу, наткнувшись на зрелище, которое пошло не в его пользу, работа накапливалась как гора, когда он вернулся. Он не устает, но у порученной ему работы очень сжатые сроки. Он должен был наверстать упущенное. Когда атмосфера спала, Ши Цин Сюань сразу замолчал: "Все в порядке! Может быть ... хахахахаха ... эм ... приходите в любое время!" "Если тебе есть что сказать, скажи это сейчас. У меня есть время," говорит Хэ Сюань, осторожно тоном, чтобы не отпугнуть Ши Цин Сюань. "Молодой мастер Хэ. Знаешь ... Я действительно любил вас как друга, верно?" Глаз Хэ Сюаня недовольно дергается после того, как какое-то слово сорвалось с губ Ши Цин Сюаня. Она нетерпеливо скрещивает руки на груди: "Что из этого?" "Я просто…" Пожалуйста, не убивай меня. "Я подумал, что мы должны поговорить об этом. Что случилось ... мне правда ... жаль. Я знаю, что мои извинения ничего не значат для вас, но я хочу, чтобы вы знали, даже если я все это время называл вас не тем именем ... Я имел в виду не настоящего Мин И, а человека, который всегда рядом со мной. И это вы." "…" Хэ Сюань слушает, не мигая. Ее разум была в смятении, она не осмелилась пошевелиться, потому что кто знает, что может случиться? Обеспокоенный тем, что Хэ Сюань ничего не сказал, и не подозревая, что его слова взволновали ее чувства, Ши Цин Сюань чуть не потерял самообладание, но продолжил: "Я никогда не смогу простить тебя за убийство Гэ. Но я также не виню тебя в том, что ты жаждал мести ... Я просто хотел ... мог быть лучший способ." "..." "И… и тогда! Когда я сказал вам, как мне было жаль, мне очень жаль! Я не повторял это только потому, что хотел, чтобы он жил. Я назвал себя твоим лучшим другом, но я понятия не имел ... через что ты прошел из-за меня, и мне очень жаль." После долгого молчания Хэ Сюань говорит: "… Это не было фальшивкой. Я также ... хочу все исправить." Ши Цинсюань слабо улыбается ей: "Ты простишь меня?" "Я уже…" отвечает Хэ Сюань, не сводя с него взгляда. Это даже не твоя вина. "Но я понимаю, если ты не будешь." "Дайте мне немного времени," говорит Ши Цин Сюань. "..." "... Вам что-то еще нужно?" спрашивает Ши Цин Сюань, отмечая признаки того, что Хэ Сюань собиралась заговорить, но сдерживала себя. "Нет… Ши Цин Сюань… мне очень жаль," говорит Хэ Сюань, прежде чем исчезнуть прямо перед Ши Цин Сюань.

***

"Я не злюсь, тебе не стоит слишком напрягаться!" "Ладно ладно! Я понял!" сказал Ши Цин Сюань, защищаясь, когда его щеки растянули с обеих сторон. "В любом случае, ты сказал, что компенсируешь мне это." "Да, я компенсирую. Как насчет этих выходных?" "Ши Цинсюань, тебе лучше не отправлять меня снова домой одну!" "Ой! Ой, ой! Это не было моим намерением! В тот день что-то произошло!" "Что? У вас болел живот или что-то в этом роде?" "Ну…это…" "Хм, ты можешь мне все об этом рассказать в эти выходные. Я же сказала тебе, правда? Ты всегда можешь на меня положиться." "... Благодарю."

***

"Ты звал?" Хэ Сюань стоит в дверном проеме, не пытаясь войти или скрыть свое плохое настроение. "Я еще ничего не сказал, а ты уже так хочешь уйти?" Хуа Чэн сидит на стуле, улыбаясь, наливая чай. "Быстрее," рычит Хэ Сюань. Вопреки его враждебности, улыбка Хуа Чэна становится шире: «Почему бы тебе сначала не сесть и не выпить чаю?» На этот раз Хэ Сюань кричит: "Черт возьми, Багровый дождь! У меня нет времени на это!" "Это что-то новое. Я никогда не видел, чтобы ты так выходил из себя. Скажи мне, что такого важного, что тебе нужно куда-то спешить?" Хуа Чэн подносит к губам чашку чая. "Ты знаешь?" "Знаю что?" "Если ты знаешь, я ухожу." Хуа Чэн поворачивает голову в сторону, закрывает глаза и делает глоток: "Я не понимаю, о чем ты говоришь. Но если хочешь уйти, уходи. Однако я ожидаю, что твоя работа будет сделана сегодня вечером. Хэ Сюань сделает. До встречи с Хуа Чэном он уже был в плохом настроении. Один из его клонов, следовавший за Ши Цин Сюань, внезапно потерял его по дороге. Куда бы он ни смотрел, его не было видно. Ничего не поделаешь. Клоны имеют значительно меньшую мощность по сравнению с владельцем. Он собирался сам заняться этим вопросом, тогда Хуа Чэн вызвал его через духовную систему связи. Призывая обратно своих клонов, которые он считал бесполезными, он ходит по месту, где он услышал, как Ши Цин Сюань и девушка согласились встретиться. Незаметный для окружающих, он сканирует местность. "Где он?!" он прикрикивает в отчаянии.

***

"Ахахахаха! Это так?" Ши Цин Сюань смеется. Согласившись встретиться в чайной, где они обычно бывают, Ши Цин Сюань и женщина уже некоторое время болтают. "Да, хахахаха…" "Но разве ты не думаешь, что тебе следует взять отпуск от работы?" Ши Цин Сюань внезапно вытянул лицо. "Нет, все в порядке," говорит она, "я не могу». "Знаешь… это может быть вредно для ребенка," упрекает Ши Цин Сюань. "Кроме того, вы учли то, что я вам сказал?" "Это то, что я так давно хотела тебе сказать," говорит она, улыбаясь, когда берет Ши Цин Сюань за руки. Глаза Ши Цин Сюаня расширились: "О! Вы имеете в виду, что они согласились?!" "Да!" она взвизгивает. Когда они оба обнялись, Ши Цин Сюань внезапно увидел знакомую спину. «П-подожди», - говорит он, отстраняясь. "Это…?" "Что?" она поворачивается, чтобы посмотреть, куда смотрел Ши Цин Сюань. "Почему он здесь?" Ши Цин Сюань бормочет. Его охватила мысль: "Молодой… кхм," он прочищает горло, "Хе-сюн!" кричит он, размахивая рукой. Недалеко от них, одетый в черные мантии, украшенные серебряными подкладками, Хэ Сюань оглядывался по сторонам, словно потерялся в толпе. "Кто этот красивый юноша?" она вытягивает шею, чтобы получше рассмотреть. "Он мой друг," говорит Ши Цин Сюань, "Хэ-сюн! Здесь!" на этот раз он встал, энергично махнув рукой. Но ни разу Хэ Сюань не взглянул в его сторону, даже если он был не так далеко. Когда люди начали искать, Ши Цин Сюань нервно рассмеялся, смущенный. Решив привести Хэ Сюаня сам, он остановился как вкопанный, когда Хэ Сюань внезапно закричал. "Где он?!" он кричит в пустоту. "А?" "Разве ты не собираешься его пригласить?" спрашивает дама, глядя на Ши Цин Сюань. "Эм, может в следующий раз. Он сказал, что на этой неделе будет занят. Более того, может быть, он с кем-то встречался?" Ши Цин Сюань говорит ей, но когда он поворачивается, чтобы посмотреть на Хэ Сюаня, его больше не было.

***

Той ночью он вернулся домой. Снимая верхнюю одежду, Ши Цин Сюань складывает ее, когда замечает что-то красное у внутренной поверхности. "Хм?" Присмотревшись, он выглядел как какое-то пятно крови. "Я случайно где-то был ранен?" как только он задает вопрос, он быстро ругает себя, считая себя довольно глупым. Даже если он был ранен, его брюки и внутренняя одежда должны испачкаться первыми. Посмотреть еще раз тщательней, увиденное заставило его заморгать. Кровавое пятно было маленьким, размером с маленькую монету… и имело форму цветка.

***

Несмотря на простое празднование, воздух наполнился музыкой и смехом. Когда Ши Цин Сюань смирился с едой и болтовней с окружающими его людьми, его мысли иногда блуждали. С того дня, когда они попросили друг друга прощения, прошло три дня с тех пор, как Хэ Сюань в последний раз появлялся. Два, если считать встречу в чайной. Все было мирно и весело ... пока внезапно дверь не распахнулась, открыв высокую темную фигуру: "Ши Цин Сюань!" раздался громовой голос. Ши Цин Сюань рефлекторно заставили встать, чувствуя, как воздух внезапно сгустился от напряжения. "Молодой мастер Хэ, что ты здесь делаешь?!" "А? Кто он?" "Похоже на молодого хозяина дворянского дома." "Хм. Он выглядит богатым. Интересно, для кого он здесь?" Люди начали шептаться, каждый высказывал свои мысли, не зная, какая опасность стояла перед ними. Услышав их разговор, Ши Цин Сюань прерывает: "А, сэр, нет. На самом деле у него нет денег… кхм," он прочищает горло, ругая себя, молясь, чтобы Хэ Сюань не услышал это. О чем я думаю?! Раньше, когда он все еще выздоравливал, Хуа Чэн однажды упомянул, что пока Ши Цин Сюань находился под его опекой, Хэ Сюань не осмелился бы прийти за ним, так как он был должен ему огромный долг. Тем не менее, Ши Цин Сюань внутренне ругает себя за то, что произнес это вслух. К его облегчению, Хэ Сюань проигнорировал это, но следующие слова озадачили его: "Прекрати. Прекратите все это." Ши Цинсюань: "Что? Зачем нам это делать? Что с вами?" "Твоя жизнь. Это мое. Я хочу, чтобы ты остановился сейчас" Хэ Сюань требует. "Цин Сюань…" пытается вмешаться женщина. "Заткнись, женщина. Он мой" резко перебивает Хэ Сюань, бросая на нее смертельный взгляд. Ши Цин Сюань быстро встает между ними. Другой мужчина тянет женщину за собой: "Молодой господин Хэ, вы не можете просто … Что на этот раз не так? То, что произошло, было между мной и тобой, не втягивай их. Я думал, мы об этом поговорили?" Хэ Сюань смотрит на девушку, затем переводит взгляд на Ши Цин Сюань. Его кулаки сжаты, он скрипит зубами: "Тогда как насчет этого?" он говорит, опускаясь на колени: "Моя жизнь… тоже твоя." "..." "..." "... Э? !! ?? !!?!" в унисон восклицает толпа. "Это было признание в любви?" Ши Цин Сюань смотрит по сторонам: "Что за… МОЛОДОЙ МАСТЕР ХЭ!" Хэ Сюань, все еще опустив голову, настойчиво продолжает: "Я сделаю все, что ты попросишь. Что-угодно. Если тебе нужна женщина, это нормально. Я могу им стать. Взамен ты должен остаться со мной. Он поднимает голову: "Не уходи." "..." В этот момент казалось, что умение говорить покинуло Ши Цин Сюаня. Взгляд Хэ Сюаня был умоляющим. Его… Его Высочество был прав ?! После того, как я сказал ему, что это не так ?! "Боже мой, как романтично!" "Это так, но как так могло прозойти?" "Должно быть, он ошибся. Был ли он плохо информирован?" "Может быть. Иначе зачем ему врываться сюда и признаться любимому на чужой свадьбе?" Хэ Сюань моргает, следуя указаниям этого голоса: "... Что?" Говорил пожилой мужчина в простой одежде: "Молодой господин, разве вы не знали?" Когда в то же время его осенило, Ши Цин Сюань поспешно объясняет: "Хэ-сюн! Это не то, что вы думаете! Я не женюсь! Это не я!" "Цин Сюань! Почему ты не сказал мне, что он был твоим возлюбленым?" женщина скрещивает руки перед Ши Цин Сюань. "Цзе?!" Ши Цинсюань кричит. Хэ Сюань хранит молчание, недоумевая, что в его попытках остановить Ши Цин Сюаня мирным путем даже не было необходимости. Что все было недоразумением. "И вы даже сказали, что он был занят! Если бы он не был, я бы тоже его пригласила!" она ругает. Прокравшись к Хэ Сюаню, она поднимает его на ноги: "Давайте, молодой господин Хэ. Садитесь" Хэ Сюань позволил ей, и свадебное торжество продолжилось без проблем.

***

"Я могу объяснить," Хэ Сюань шагает вслед за Ши Цин Сюань вокруг обеденного стола. "Что тут объяснять? Ты пришел и испортил свадьбу моей цзе! Что еще ты хотел бы добавить к ущербу?!" Ши Цин Сюань хлопает себя рукой по лбу, останавливаясь. Хотя свадьба была не совсем испорчена, а во всяком случае стала еще более праздничной, Хэ Сюань ему не противоречит. Закусив губу, он бормочет: "Я думал..." "Что ты думал?!" "Я… я думал, что ты и она…" Хэ Сюань замолкает. Было довольно странно, что он не нашел ничего о женщине, имеющей возлюбленного. Когда он попытался заглянуть в прошлое этой дамы, он не смог найти ничего, кроме того, что она была дочерью знатного дома. Так почему ... она работала танцовщицей в районе развлечений? Более того, некоторые фигуры на этом торжестве, безусловно, выглядели богатыми, которые должны быть членами ее семьи, а остальные выглядели простолюдинами. Муж тоже. Рот Ши Цин Сюаня опускается: "Что за… что заставило тебя подумать, что мы находимся в таких отношениях?!" Внезапно это обрело смысл. В тот день Хэ Сюань появился в своей женской форме и со странным поведением. "Почему ты просто не спросил меня?!" Ши Цин Сюань огрызается на него. "Как я могу, когда ты дрожишь от страха при виде моего лица? Насколько я знаю, ты бы солгал, думая, что я убью ее!" "Почему бы и нет ?! Попробуй посмотреть в зеркало, чтобы увидеть, какое у тебя страшное лицо!" "Ши Цин Сюань, ты..." "Эээ… Хэ-сюн, подожди! Просто подожди! Послушай, скажи мне, почему ты так думаешь," Ши Цин Сюань внезапно взмахнул руками, как будто он пытался умиротворить зверя, который вот-вот должен был взбеситься. После долгого молчания они оба решили сесть и поговорить. Чем дольше объясняет Ши Цин Сюань, тем глубже складка между бровями Хэ Сюаня. Кажущаяся свидание в глазах Хэ Сюаня, была просто невинным приглашением для Ши Цин Сюаня присутствовать на праздновании. Как выяснилось, женщина действительно была из богатой семьи, которая полюбила простолюдина. Естественно, ее семья не одобрила эти отношения, поэтому она сбежала и оказалась здесь. Не зная, как выжить, она была вынуждена работать танцовщицей и встретила Ши Цин Сюань, который заботился о ней. Между тем, мужчина на праздновании, который потянул ее за собой после того, как Ши Цин Сюань встал между ними, оказался ее возлюбленным. После того, как она забеременела, мужчина удвоил свои усилия и в итоге получил стабильную работу. Ши Цин Сюань, с другой стороны, подал ей идею хотя бы написать семье и рассказать им новости, чтобы доказать, что она может справиться самостоятельно. Он услышал достаточно, чтобы понять, что ее семья хотела для нее только самого лучшего. И теперь, когда она написала им, они согласились загладить вину и присутствовать на ее свадьбе. По мере того как история продолжалась, в конце концов, инцидент в чайной также был раскрыт. "Ты был здесь?" Хэ Сюань уточняет. "Да, я даже звал тебя, но ты не смотрел на меня. Я думал, ты оглох." "Потеряйся." Когда подошла очередь допроса Хэ Сюаня, Ши Цин Сюань удивился: "Подожди… ты следил за мной?" Покорно вздохнув, Хэ Сюань смотрит в сторону: "Не… совсем." "Хэ-сюн," ругает Ши Цин Сюань. Хэ Сюань меняет тему: "В любом случае, люди не должны были меня видеть. Вы упомянули, что она меня видела. Это почему?" Ши Цин Сюань замирает. Хэ Сюань не только эффективно отвлекал его внимание от привычки преследовать, он также успешно напомнил Ши Цин Сюань о неловком моменте, когда люди смотрели на него, как на сумасшедшего. Отмахиваясь от воспоминаний, Ши Цин Сюань сосредотачивается на обсуждаемой теме. Почему она смогла увидеть Хэ Сюаня? "Я не знаю." "Ши Цин Сюань, ты тогда заметил что-нибудь странное?" "Хм… дай мне подумать," размышляет Ши Цин Сюань. Затем: «О! На моей мантии была ... какая-то кровь. "Покажи мне." Он приказывает Сюань. Ши Цин Сюань копается в своей прачечной. После того, как он находит одежду, он дает ее Хэ Сюань. В тот момент, когда Хэ Сюань видит пятно, он закрывает глаза и резко вдыхает. Считая это признаком раскрытия дела, Ши Цин Сюань спрашивает: "Так… что это?" Хэ Сюань, стиснув зубы от гнева, бормочет: "Багровый дождь…"

***

Почему он этого раньше не заметил? Ответы были прямо перед ним с самого начала! Город-призрак не нуждался в его помощи! Более того, почему его вдруг засыпали работой? Конечно, чтобы ограничить его движения! И причина, по которой он не мог увидеть Ши Цин Сюань в тот день... "Багровый дождь!" Хэ Сюань захлопывает дверь в храм Пу Цзы. Как будто его и ждали, Хуа Чэн весело смотрит на него: "Черновод. Я вижу, у тебя появилась новая привычка распахивать двери." "Сань Лан! Это кто?" Се Лянь кричит из кухни. "Ничего, ГэГэ!" Хуа Чэн отвечает. "Итак, почему ты здесь?" "Не прикидывайся дураком. Это были ты, не так ли?" "Почему бы тебе не закончить предложение, если тебе нужны ответы?" Хэ Сюань хмурится: "Призрачный город не нуждался в моей помощи. У тебя был Инь Юй." "Правильно. Но я сказал тебе, что просто предлагаю для тебя стабильный способ выплатить твой долг. И почему ты вообще согласился? Я даже не заставлял тебя." "... Я ничего не мог найти об этой женщине, это тоже ты?" Хэ Сюань требует. "Я думал, что ты умнее этого," закатывает глаза Хуа Чэн. "Ты..." "Я что? Продолжай" ухмыляется Хуа Чэн. "И этот знак. Это тоже ты," говорит Хэ Сюань. Знак, о котором говорил Хэ Сюань, был кровавым цветком на одежде Ши Цин Сюаня. Причина, по которой Ши Цинсюань мог видеть его, но не наоборот. Это также было причиной того, что благородная дама смогла его увидеть, потому что она сидела рядом с Ши Цин Сюань, таким образом, находилась в зоне его воздействия. Он мог бы обнаружить его и уничтожить, если бы Ши Цин Сюань подошел к нему ближе. "Это больше походит на это. Но ты не сможешь победить, если будешь таким рассеянным. Я волновался, что мне придется ждать, пока другая эра поднимется и упадет, прежде чем ты узнаешь об этом," усмехается Хуа Чэн. "И разве ты не думаешь, что им нужно было уединиться, но ты им этого не давал?" "Это было весело?!" Хэ Сюань рычит на него. "Развлекательно. Но лучше быть благодарным за результат. В противном случае вашими методами..." "Черновод?" Се Лянь выходит, держа горшок. "..." Хэ Сюань не слышит оставшуюся часть предложения Хуа Чэна, внимательно глядя на горшок, как на бомбу. "ГэГэ, выглядит хорошо," Хуа Чэн, полностью потеряв интерес к Хэ Сюаню, подходит, чтобы помочь ему разложить приборы на столе. "Почему бы тебе не присоединиться к нам на ужин?" Се Лянь зовет Хэ Сюаня. Хэ Сюань осторожно делает шаг назад: "Э… Я помню, что мне нужно где-то быть." И с этим он взлетает.

***

Когда он только что вернулся из магазинов, чтобы купить чернил, погода испортилась, и Ши Цин Сюань остался ждать под крышей какого-то заведения. Но после нескольких часов ожидания казалось, что дождь никак не остановится. "Я хочу домой," вздыхает Ши Цин Сюань, натягивая мантию через голову. Затем он отправляется, бегая так быстро, как только мог ... когда он внезапно поскользнулся и упал на спину. "Ой!" Его одежда промокла насквозь, он встал и решил, что лучше просто пройтись, так как он все равно был мокрым. И он определенно не просил еще одного болезненного падения. Когда он подошел ближе к своему дому, его внезапно схватила рука, отчего он издал недостойный вопль. Когда он узнает, кто это был, "Ой. Это ты." "Что ты делаешь под дождем?» требует Хэ Сюань, уже таща его за собой. "Я… только что вышел, я не знал, что пойдет дождь," робко говорит Ши Цин Сюань. "..." Хэ Сюань безмолвно втаскивает его внутрь. нагревая немного воды для ванной, он подтягивает Ши Цин Сюаня к себе, обнажая его. "Я ... я могу это сделать сам!" Ши Цинсюань протестует. Почувствовав, как его щеки покраснели, Ши Цин Сюань внезапно вспомнил то, что он забыл обсудить с Хэ Сюань… свое признание на празднике. Хэ Сюань также никогда не поднимал этот вопрос и пошел за Хуа Чэнем, вопрос был полностью похоронен и не решен. Но теперь, когда его мантию открывали, Ши Цин Сюань не мог не чувствовать себя неловко. "Заткнись. Входи, пока не простудишься и не разболишься еще сильнее," Хэ Сюань заканчивает раздевать его. Затем он несет мокрую одежду и выходит из комнаты. Оставшись один, Ши Цинсюань начинает мыться. Несмотря на то, что он был мокрым раньше, к счастью, грязь и сажа прилипли к его одежде, а не коже. Но звук открывающейся двери снова заставляет его взвизгнуть. Когда он поворачивается, входит Хэ Сюань, заложив руки за спину. Может он что-то забыл? Неважно. Как только плавающий стул позади Хэ Сюаня появился в поле зрения, кровь Ши Цин Сюаня стала холодной. Не найдя слов, чтобы сказать, он наблюдал, как Хэ Сюань неторопливо шагал к нему, сначала ставя стул рядом с ванной, а затем щелкнул дверью. И вот так Хэ Сюань плюхается на табурет, скрещивает руки и продолжает смотреть на него. Пока продолжалось обмен взглядов, Ши Цин Сюань наконец заговорил: "Э… э… я принимаю ванну?" "И?" Хэ Сюань говорит просто. "Я не могу этого сделать, пока ты смотришь на меня." "Ты принимал ванну со мной еще в небесном дворе." Воспоминания о том, как он ворвался во дворец Владыки Земли, чтобы принять ванну с Хэ Сюань, на мгновение заставляют его замолчать. "Это… это другое!" "Чем он отличается? Мы оба мужчины, какое это имеет значение?" Хэ Сюань парирует. Ши Цин Сюань собирался ответить, но сам ответ поразил его. Судя по словам Хэ Сюаня, это выглядело так, как будто он подталкивал его коснуться забытого предмета. Причина, по которой он пришел на свадьбу. И как бы он ни хотел все прояснить, он не был уверен, что поднимать эту тему в этой обстановке… он был голым и все такое… это было не лучшей идеей. "А… В любом случае, ты не можешь просто уйти? Я выйду, как только закончу." "Нет. Сначала скажи мне, что изменилось." Ши Цин Сюань теряет терпение: «ИЗМЕНИЛОСЬ? РАЗНИЦА ПРЯМО СЕЙЧАС, Я ПРИНИМАЮ ВАННУ НА ЛИЦЕ МУЖЧИНЫ, КОТОРЫЙ СКАЗАЛ МНЕ... КОТОРЫЙ СКАЗАЛ МНЕ..." "… Я люблю тебя," голос Хэ Сюаня перекликается с его голосом, завершая предложение. Ши Цин Сюань опускает взгляд, полностью подавленный. "Я ... я закончил." Он оглядывается. Хэ Сюань понял, и взмахом руки принес в комнату сухие и чистые одежды. "..." Хэ Сюань бросает последний взгляд на розовый цвет, который уже растекся по всему лицу Ши Цин Сюаня до его груди, прежде чем встать и уйти. Вскоре Ши Цинсюань выходит из комнаты комфорта. "Увидимся завтра. Тебе пора домой." Хэ Сюань, сидевший в столовой, встает и подходит к нему: "Я остаюсь здесь." "Ч-ЧТО?!" Глаза Ши Цин Сюаня увеличились вдвое. "ПОЧЕМУ?!" "Успокойся," шипит Хэ Сюань. "Если хочешь знать, то иди сюда!» он хлопает Ши Цин Сюаня по плечу, посылая что-то вроде электрического тока по всему его телу. Затем он кладет два пальца на висок: "Багровый дождь. Скажи ему." Ши Цинсюань: "А? При чем тут Собиратель Цветов под Кровавым Дождем..." "Повелитель Ветров," перебивает Хуа Чэн, в его голосе нет ни капли удивления. "Черноводу некуда идти." "Что вы имеете в виду?" "Его долг огромен. И он внезапно бросает свою работу. Я беру его резиденцию, Поместье Пустоты в качестве оплаты и выгоняю его. Но и ты не стесняйся выгонять его на улицу." Ши Цин Сюань клянется, что почувствовал ухмылку Хуа Чэна. "П ... Погоди, Багровый Дождь, дай ему еще ..." Будто читая мысли Ши Цин Сюаня, Хуа Чэн говорит: 'Как я уже сказал, если ты не хочешь, вышвырни его." Затем Хуа Чэн упоминает некую дату, которую Хэ Сюань внезапно покинул посреди срочной работы. Сердце Ши Цин Сюаня закипало, потому что ... это было в тот же день, что и свадьба его шицзе! "Багровый дождь," вставляет Хэ Сюань, "Достаточно ли Водного поместья Пустоты?" "... Оно покрывает это," отвечает Хуа Чэн. "Это твое," говорит Хэ Сюань. "Что делаешь?! Хе-сюн, почему ты… Повелитель Цветов под Кровавым дождем, подожди!" Ши Цинсюань в панике. "Это все решает. Наслаждайтесь," Хуа Чэн игнорирует его и выходит из системы связи. "Э-эй! Подождите!" кричит Ши Цин Сюань. "Готово," Хэ Сюань убирает пальцы. "У этого места… в любом случае нет хороших воспоминаний." "Что насчет них?" - спрашивает Ши Цин Сюань, опуская взгляд. "... Я уже обо всем позаботился." "... Это хорошо. Так что ... хм, Хэ-сюн, я пойду готовиться," говорит Ши Цин Сюань, когда Хэ Сюань хватает его, заключая в объятия. "Я сказал это неправильно. Итак, выслушай меня." "Хэ-сюн…" Ши Цин Сюань не мог видеть его лица, но легкой дрожи в голосе Хэ Сюаня было достаточно, чтобы сказать ему это. "Хорошо." "... Мне очень жаль," начинает Хэ Сюань хриплым голосом. "Что случилось с ним… Мне очень жаль, что я пытался подтолкнуть тебя к ужасному выбору… и заставил тебя стать свидетелем смерти твоего брата. Мне очень жаль, что ты так закончил, что я бросил тебя..." Ши Цин Сюань прислушивался к каждому извинению Хэ Сюаня. Об этом инциденте, заявив, что он не заслужил никого, шпионах, угрожающего убить его шицзе, которая проходила мимо его дома, а также свадебном инциденте. "Я знаю, что никогда не смогу наверстать того, что сделал. Я должен быть счастлив, теперь, когда я отомстил… но каждый день был хуже, я был несчастен. Я не могу… существовать без тебя. Это моя вина. Я отказался уступить. Я хотел, чтобы он страдал, погиб ... зная, что в процессе это навредит тебе. Я не мог этого допустить. Я дурак, правда? Я поддался мести, хотя глубоко внутри я знал, что ценю нашу дружбу больше, но вместо этого я пошел и отказался от нее. И ... в то время на лодке ... Ши Цин Сюань ... Я так сильно хотел, чтобы ты хоть раз выбрал меня," последнее предложение было почти шепотом, когда Хэ Сюань полностью сломался. "Хе-сюн!" Ши Цин Сюань сразу же отстраняется, схватив лицо Хэ Сюаня обеими руками. Как будто слезы были заразными, его глаза тоже начали слезиться. "Послушай меня. Я сказал тебе, что не виню тебя в стремлении отомстить, хотя я бы хотел, чтобы ты пощадил его ... Эй! Эй, посмотри на меня!" "Я люблю тебя… Я люблю тебя, Ши Цин Сюань," тихо говорит Хэ Сюань, глаза сильно залиты слезами. "Я знаю, что уже слишком поздно, но я… я сделаю все, что ты хочешь. Я исчезну, если ты хочешь, чтобы я..." "Перестань говорить ерунду!" Ши Цин Сюань ругает: "Хэ-сюн… Я уже потерял гэ. Ты правда думаешь, что я буду счастлив потеряв и тебя тоже? Тогда почему бы мне просто не пойти и не убить себя?!" "Я так сильно тебя люблю," повторяет Хэ Сюань, и на глазах нарастают еще больше слез. Ши Цин Сюань быстро наклоняется, прижимаясь губами к губам Хэ Сюаня, на что последний отвечает. Спустя неизвестно сколько времени Ши Цин Сюань отстраняется, прижимаясь лбом к Хэ Сюаню и говорит: "Я тоже тебя люблю, Хэ-сюн."