Скандал

Гарри Поттер впервые видел действительно испуганного, растерянного домовика. Но Кричер выглядел именно так, когда он перенёс Лаванду в свой дом на Гриммо. Учитывая, что никакие слова мужа не могли заставить его перестать беспокоиться о его безопасности, оставить миссис Уизли в мэноре он не планировал. А вот особняк, где он всё равно не жил теперь, лишь иногда появляясь, чтобы посмотреть что-то из одежды, или просто отдохнуть, когда Драко пропадал в своей мастерской, а силой воли удержать себя от того, чтобы не заглянуть к нему и не мешать, становилось почти невозможно, был прекрасным местом. Спокойным, безопасным, и, главное, подконтрольным Гарри полностью. Реакция Кричера его немало удивила. — Хозяин тащит сюда всякий сброд. И этот сброд всегда с примесью рыжей крови… Как Кричеру заботиться о рождении магии чужого рода… Кричер слишком стар для этого… Кричер не помнит, как лелеять колыбель жизни… — У эльфов не бывает провалов в памяти, Кричер, если кто-то об этом не позаботился намеренно… Так что утихни и отнеси её… — тут Драко умолк. Его спальня, спальня Гарри, а третьей была комната Сириуса Блэка. Драко знал об этом, но Гарри не говорил много о нём, и почему в этом доме эта спальня осталась нетронутой, он не знал. Но Поттер всё как всегда решил по-другому. — В спальню Драко. Ему теперь не нужна отдельная кровать, не так ли? — повернулся он к мужу. Кричер низко поклонился чистокровному хозяину и исчез вместе со спящей девушкой. — Думаешь, завтра Скитер снова что-то напишет? — Поттер ушёл за коньяком, оставляя Малфоя смотреть на лестницу, туда, где домовик сейчас располагал их невольную гостью. — Уверен в этом, дорогой, — Гарри уже вернулся, с бокалами, а Драко так и стоял, затихший и немного неуверенный. — И было бы неплохо, если бы она написала что-то действительно бредовое. Например, «Задержание миссис Уизли в людном месте прошло без потерь»… Или… — лоб Поттера напрягся, пытаясь уловить логику мужа. Драко продолжил. — Или «Похищение супруги бывшего замглавы Аврората. Гарри Поттер — безжалостный преступник». — Не могу понять твой юмор, Драко… — бокал наконец оказался в руках у Малфоя, а Гарри уселся в кресло. — Почему юмор? Если Уизли прочитает о том, что с его женой что-то случилось, он обязательно объявится. — Мг… Только если ему не плевать на Лаванду. Учитывая его страсть к обслужницам старшей Поттс и то, что он не хотел детей, я не думаю, что она хоть что-то для него значит. — Она его жена, Гарри. Она его магическая супруга. Не важно, что традиции рода запрещают, а что разрешают. Магия скрепила их брак. Она его жена, и он не может быть к ней равнодушен, он не может её не беречь, не защищать… Та ценность брака, которую ты осознал и переосмыслил, она и для Уизли имеет то же значение. Может быть, он её не формулирует для себя, может быть он вообще не думает о своём браке. Но он на уровне магической связи для него значим. — Ты хочешь сказать, что мы его можем выманить? Если Скитер правильно преподнесёт эту новость? — Я именно это и сказал. Но есть ведь и ещё один момент, да, милый? — Малфой, ты когда такой добренький, у меня волосы на затылке дыбом становятся. Не пугай меня, пожалуйста, просто говори… — Тетушка Мюриэль? Поттер нахмурился. — Ты подслушивал? — Конечно, я подслушивал. Как я мог упустить такое событие?! Как будто ты не знал, что так будет. Она — сестра бабули Прюэтт по материнской линии. То есть она могла быть ребёнком, когда их мама выходила замуж. Могла видеть ту шкатулку, и могла знать, кто её украл… — А разве не наоборот, сначала их мама выходила замуж, а потом уже тетушка Мюриэль была ребенком? — Нет, потому что первый супруг миссис Прюэтт погиб от укуса крибли-краба, когда их дочери было всего два года. А потом уже миссис Прюэтт стала миссис Прюэтт и родила бабушку твоего бывшего лучшего друга. — И ты знаешь всё это, потому что… — Потому что это и моё родовое древо тоже. Блэки, Уизли, Малфои, Прюэтты, Лестрейнджи… Я знаю их родословную, и, кстати, Уизли тоже должен их знать, чтобы избежать близкородственных связей. Теория о чистоте крови хороша в отдалении от реального мира, где от такого кровосмешения могут рождаться детки, которым никакая магия не поможет стать здоровыми. — Так, погоди, тётушка Мюриэль умерла. Её дом сейчас пустует… Кстати, почему? — Отличный вопрос, адресованный не тому человеку. Ты же тоже пойми, дорогой, чужая семья — потёмки. — Так говорят про душу… — пробормотал Гарри. Завтра на работу, а стратегии всё ещё нет. — А какая разница? Как по мне, очень похоже… В любом случае, узнать, почему дом пустует, можно только у Уизли. Но Уизли ведь туда как-то заходил, если Лаванда права. Зачем? Что его могло так интересовать в доме почившей в бозе тётки, что он приходил туда неоднократно? — Не знаю. Библиотека, дневник? Родовые книги? Малфой пожал плечами. — Вряд ли. Почему тогда он просто не забрал нужное с собой. Зачем было туда постоянно возвращаться? Если только там было что-то, что он не мог забрать… А это может быть или родовой камень, хотя я сомневаюсь, что у этой страшной женщины были такие силы, чтобы зачать новый род. А сама она, насколько я знаю, не замужем была. Или то, что дом не отдаст по каким-то причинам. — Драко… — тихонько позвал его муж, мягко поглаживая подлокотник кресла, словно лаская, приглашая подойти ближе, — если ты мне сейчас не скажешь, что у тебя на уме, я тебя привяжу к кровати на неделю, не выпуская никуда. Особенно в мастерскую… И сейчас я всё это обещаю без эротического подтекста… — промурлыкал Поттер и закончил. — Ладно, — тут же сдался Драко. И Гарри почувствовал явное удовлетворение от того, что сломала сопротивление Драко именно фраза про отсутствие секса, а не про то, что его не пустят в любимую мастерскую. — У меня есть предположение. Но это может быть равной степени и точная догадка, и провальная. Мне кажется, что дом после смерти хозяйки сохранил её душу. В виде призрака, например, или, может быть, что-то посмертное… Не знаю точно, что, но если бы дом был так прост, Уизли, или другие Уизли, или Томас там бы уже поселились. А если он ещё не занят, то либо старуха Мюриэль отдала его в завещании кому-то, кому он не нужен, либо он пока просто никого не хочет видеть. Не дом. А тот, кто в нём остался. Ставлю на привидение. — Малфой, если твоя теория так хорошо продумана, подскажи мне, пожалуйста, а как Рон попадал внутрь? Если это самое что-то не хочет никого видеть? — А вот это хороший вопрос… Но ответ на него очень-очень простой. Видимо, Рон Уизли чем-то приглянулся дому. Или тому, кто там есть… В любом случае тебе придётся самому всё это узнать. И самый быстрый вариант — Уизли. Думаю, Молли всё, что угодно, расскажет, если пообещать ей, что Ронни не сядет за решётку… — Да ты само зло, Малфой… Почему это действует на меня так… Возбуждающе… Драко прищурился и хитро улыбнулся. — Давай я побуду плохим мальчиком, и тебя, такого хорошего мальчика, тоже научу плохому, если ты поговоришь с Молли Уизли, а я пока поговорю с Ритой, раз уж к её услугам я прибегал неоднократно… Гарри на пару минут завис, не в силах отогнать картинки в своей голове, но потом глубоко кивнул и уже собрался уходить, как ему в голову пришла одна интересная мысль. Не в первый раз, признаться, но раньше как-то повода не было поинтересоваться. — Драко, а почему ты не расходуешь мои деньги? — Я расходую. Распоряжаюсь о расходах Кричеру. Хельга тоже не духом святым питается, и это всё оплачивается. — Но мои счета… Там не становится меньше… — Поттер! — строго сказал Драко, будто отчитывал ребёнка, ляпнувшего неприятность. — Так и должно быть! Там должно становиться больше, если ими правильно управлять. Ты же сам сказал… В нашей семье деньгами занимаюсь я. Пусть об этом у тебя не болит голова. — Она и не болит… Просто… — Просто Уизли неслабо присосались к твоим деньгам. И если бы не чудесное спасение тебя мной-любимым, пара лет и ты оказался бы на паперти… — Ты не говорил, что всё так серьёзно… Но куда они их расходовали? А Рон? А если мои деньги уходили на его делишки? — Я не знаю, что тебе сказать, Гарри… — растерянно проговорил Драко. — Они постоянно выводили деньги со счетов. Иногда вносили крупные суммы, но они никогда не оставались там больше недели… Я ведь не искал, не занимался такими аврорскими штучками, солнце… Я просто видел дыры в бюджете, большие убытки и отсутствие дыры, в которую они могли бы уходить при обычном ведении бизнеса. — Как ты меня назвал? — Поттер улыбнулся и подошёл ближе. — Как? — Драко не помнил, он был сконцентрирован на происходящем, пытаясь как-то объяснить мужу, что его близкие, почти семья, просто банально его обкрадывали. — Солнце… Это так… — глаза Гарри светились мягко и очень тепло, будто это было самым важным, что сказал ему супруг. Хотя, для Поттера так и было. — Мерлин, я… — Ты — иди к Молли, — зарумянился Драко, но не дал сбить себя с толку. — А я… — Подожди, давай разберёмся. Как ты понял, что они именно воровали? Я же должен чем-то оперировать… — Ладно. В любом деле есть постоянные статьи расходов. От них никуда не деться. Кадры. Закупки. Оплата ресурсов. Аренда… У кого — что, но они есть всегда. Есть статьи, которые приносят убытки, но их всегда стараются исключить. Например, вызвали не очень дорогого мастера по погодным чарам, и урожай посевницы погиб из-за резкой смены температур. Это убыток. Но второй раз этого горе-мага вызывать не будут. А у тебя всё выглядит так, будто статьи убыточные только росли, а прибыль, если и была, то будто с неба. Так ведь тоже не бывает. Затраты — продукт — прибыль. А не просто цифра с потолка, которая упала на счёт, чтобы тут же исчезнуть… Я это вижу, потому что сам веду свои счета и своё дело. Но что именно они делали… Мерлин знает. И Артур. Так что… Если интересно, можешь заодно спросить… — Я навещу Молли. В частном порядке. А потом за ужином ты мне расскажешь, как прошла беседа с Ритой. А потом уже я тебе покажу, что значит для меня твоё «солнце»…