Последняя надежда человечества

– Мерлин, как пережить эту неделю?! Я же с ума сойду от полной неизвестности и волнения! – сидя перед зеркалом, Астория расчесывала свои роскошные волосы, и Драко невольно залюбовался ей. В белом пеньюаре, обтягивавшем высокую грудь, Астория была поистине великолепна. – Не представляешь, как я тебя люблю! – прошептал он, не отрывая от жены влюбленного взгляда. – Очень даже представляю, – совершенно серьезно отозвалась Астория. – Не каждый муж отважился бы совершить то, что ты сделал вчера ради меня. – Вообще-то, я сделал это ради нас обоих, – улыбнулся Драко. – А насчет «полной неизвестности»... Полагаю, о результате мы с тобой узнаем немного раньше целителей. – И каким же образом? – заинтригованно спросила Астория. – Я кое-что придумал... Точнее, позаимствовал идею у магглов, а пару месяцев назад подбросил ее Северусу. Тому она тоже показалась любопытной, и он создал зелье, определяющее возникновение беременности. – Но ведь тебе сейчас нельзя пить зелья, да и пользоваться магией не рекомендуется! – А кто сказал, что его нужно пить? – усмехнулся Драко. – Так как, потерпишь до завтрака или хочешь сию секунду посмотреть, как оно работает? – И ты еще спрашиваешь?! – Астория вскочила с пуфика перед трюмо. Ее глаза горели от предвкушения. – Ну вот, а я так рассчитывал поваляться в постели! – скорчил притворно расстроенную физиономию Драко. – Успеешь еще поваляться! У тебя впереди девять месяцев сплошного ничегонеделания! – Астория взяла его за руку и потянула из кровати. – Вставай, лежебока! – Да ты – настоящий тиран в юбке! – воскликнул Драко, несильно дернув Асторию на себя, отчего та не удержалась на ногах и упала прямо на него. – Вот не зря ты вчера была сверху! – Ты намекаешь, что тебе понравилось? – губы Астории прижались к его губам. – С тобой мне нравится абсолютно все! – прошептал Драко, проникая рукой под тонкий шелк пеньюара. – Твое любопытство может подождать еще полчасика? – Это будет непросто, но ради тебя я готова попробовать его обуздать! *** Часа полтора спустя, после жаркого секса в постели, а затем гораздо более нежного и долгого в ванне, Драко наконец продемонстрировал жене новое изобретение Северуса Снейпа. – Удивительно, – произнесла она с легким оттенком разочарования, рассматривая семь крошечных хрустальных фиалов, укрепленных в ряд на специальной подставке, – а с виду – самая обыкновенная вода. – Именно так это и выглядит... до поры до времени, – хитро прищурился Драко, – но стоит добавить туда каплю моей крови, и... Он откупорил первый флакон и протянул Астории левую руку. – Кто-то, кажется, говорил, что мне не рекомендуется пользоваться магией. Астория понимающе кивнула, взмахнула палочкой, и на конце указательного пальца Драко выступила капля крови. – Теперь следует подождать несколько минут, – прокомментировал Драко, стряхнув каплю в прозрачное, как слеза, зелье. Прошло пять минут, потом еще десять, но зелье по-прежнему оставалось таким же прозрачным. – И что это значит? – напряженным голосом спросила Астория. – Это значит, миссис торопыга, что еще слишком рано, – в серых глазах Драко плясали бесенята. – И когда же мы узнаем, получилось или нет? – совершенно расстроилась Астория. – Северус сказал, что при отрицательном результате зелье станет черным, при положительном – кроваво-красным, но предупредил, что в первые два дня не стоит ждать изменений. А еще... через месяц с его помощью мы сумеем определить пол будущего ребенка. – Не сомневаюсь, если зелье покраснеет, я упаду в обморок от счастья, – вздохнула Астория. – Главное, чтобы рядом с тобой не свалился и я, – засмеялся Драко. – Гарри говорил, что это вполне естественно, особенно в самом начале беременности. – Драко, – Астория мягко коснулась руки мужа, – может, ты все-таки передумаешь и сообщишь о наших планах своему отцу? – Нет! – улыбка сбежала с лица Малфоя-младшего, а его глаза потемнели. – Я не вижу в этом ни малейшего смысла. Он был против нашего брака и за все минувшие годы написал мне всего одну коротенькую записку сразу после нашей свадьбы. Я до сих пор ее помню: «Поздравляю, ты добился своего!» Кроме того, отец придерживается весьма консервативных взглядов на жизнь. Он не поймет нашего стремления любой ценой родить ребенка. Мой поступок покажется ему нелепым и позорящим род Малфоев, а я не желаю, чтобы ко мне относились с пренебрежением! – А твоя мама... Разве она не обрадуется, узнав, что станет бабушкой? – со слезами в голосе спросила Астория. Ее собственные и родители, и сестра по-прежнему категорически отказывались общаться с ней, и она страшно переживала, что они с Драко остались фактически в одиночестве. – Обрадуется, – тихо произнес Драко, который невероятно скучал по матери, – но не сумеет скрыть эту информацию от отца... Нет, солнышко, пока я ничего им говорить не буду. А когда все закончится, они и сами узнают из газет. Вот тогда и поймем, насколько я им дорог. *** – Я – круглый идиот! Я должен был согласиться и пройти эту мордредову процедуру! – в голубых глазах Рона показались слезы. Полчаса назад Уизли – уже в сильном подпитии – практически вывалился из камина в гостиной Блэк-хауса. В руках он сжимал конверт из плотной бумаги, а на немой вопрос Гарри воскликнул, чуть не плача: – Вот, полюбуйся! Гермиона со мной разводится! – Так, – вздохнул Снейп, – я, пожалуй, пойду погуляю с Алексом. Вам двоим, кажется, есть что обсудить без лишних свидетелей. Он призвал из кухни бутылку Старого огненного виски Огдена и один стакан – в связи с их планами завести второго ребенка Гарри уже пару недель вновь сидел на довольно жесткой диете, и пить ему было категорически запрещено. – Спасибо! – кивнул Гарри и добавил одними губами: – Я тебя люблю! – Аналогично! – усмехнулся Снейп. – Алекс, пойдем, дорогой! – обратился он к черноволосому мальчику, увлеченно возводившему на ковре замок из волшебного конструктора. – Папе Гарри надо поговорить с дядей Роном. – А ты достроишь со мной замок, когда мы вернемся? – Алекс покладисто поднялся на ноги и, подбежав к Гарри, повис у него на шее. – Непременно, малыш! – улыбнулся тот. – Даже Хогвартс, если захочешь. – Пока, дядя Рон! – Алекс помахал сгорбившемуся в кресле Уизли и послушно протянул руку Снейпу. – Он у вас просто замечательный! – судорожно вздохнул Рон и щедро плеснул себе из бутылки. – Ты и представить не можешь, каким ничтожеством я себя ощущаю! Я – круглый идиот! Я должен был согласиться и пройти эту мордредову процедуру! – в голубых глазах Рона показались слезы. – Послушай, тебе не стоит так себя корить! – расстроенно произнес Гарри. – Гетеросексуальных мужчин, решившихся завести ребенка, – раз, два и обчелся! И дело тут вовсе не в том, что такая беременность протекает довольно тяжело – это как раз вполне можно пережить, а вот сама процедура оплодотворения... Я прекрасно понимаю, насколько неприятным и даже отталкивающим покажется этот процесс тому, кто, так же как и ты, никогда не спал с мужчинами. – И почему твой Снейп сделал так, что для возникновения беременности необходимо потрахаться с каким-то мужиком? – Рон икнул и поставил опустевший стакан на столик. – Почему нельзя просто ввести в меня сперму донора с помощью спринцовки? – Ты иногда поражаешь меня, Рон, – нахмурился Гарри. – Неужели ты думаешь, что этот способ не опробовали в первую очередь, на самой начальной стадии эксперимента? Я могу даже сказать тебе, кто являлся донором-добровольцем. И ничего не вышло. То есть вообще ничего. Как позже объяснил мне Северус, для мужской беременности недостаточно просто выпить зелье, а потом взять сперму любого человека и ввести ее в анус волшебника или сквиба. Тут необходим физический контакт двух людей, а главное – ты должен хотеть этого ребенка! Мотивы совершенно неважны. Магия исполнит твое желание, даже если ты согласишься на процедуру из-за того, что иначе от тебя уйдет жена, или родители лишат наследства, или ты до смерти боишься одинокой старости, или еще по какой-нибудь «корыстной» причине. – Мерлин всемогущий! – Рон выглядел абсолютно несчастным. – Значит, мне не только нужно подставить зад под чей-то член, но и желать, чтобы в результате всей этой хрени у меня родился ребенок? – Рон снова икнул и вытер лоб не слишком свежим носовым платком. – А ты уверен, что зелье работает именно так не потому, что твой Снейп... гей? – Не будь ты так пьян и расстроен, Рональд Уизли, я бы за подобные слова надавал бы тебе по шее. Ты серьезно считаешь, что в Отделе тайн сидят одни геи? Или что Северус совершил свое открытие в полном одиночестве, ни с кем не советуясь? Или что ему нравится, когда все эти малоприятные процедуры приходится проходить мне самому? – А разве тебе, ну... – Рон покраснел до корней волос, – не нравится? Ведь вы... то есть ты... со Снейпом... – запинаясь, промямлил он. – Нет, Рон, мне не нравится соблюдать строжайшую диету, почти девять месяцев не пользоваться магией и довольно долгое время не заниматься сексом. Не нравится зелье, очищающее организм от токсинов, – меня от него в прямом и переносном смысле тошнит и выворачивает наизнанку. Не нравится лежать с анальной пробкой в заднице, чтобы – не дай Мерлин! – не вытекла сперма. Не нравится блевать по утрам до середины беременности, а потом мучиться от болей в спине и отеков. Рон заметно побледнел и для храбрости налил себе еще огневиски. – Тогда я не понимаю, зачем ты... – Потому что я люблю Северуса, – грустно усмехнулся Гарри, – и хочу от него детей, а другого способа просто не имеется. – Не верю, что Гермиона предложила мне все это! – Рон поднял стакан, внимательно всмотрелся в янтарную жидкость, а затем опрокинул в себя его содержимое. – Я бы точно скис еще до самой этой проце... дуры, а во время нее вообще бы умер... Представляешь, она заявила, что я не люблю ее, раз не хочу... ик... Но ведь я ее люблю... Правда люблю! Только трахаться с мужиком никак не смогу. Даже если буду знать, что это не какой-то хмырь из каталога, а моя Гермиона. Впрочем, уже не моя... – он шмыгнул носом, вытер мокрые от слез глаза тыльной стороной ладони и с ужасом уставился на конверт с документами. – Я не проживу без нее! Гарри, я не знаю, что мне делать! – Думаю, прежде всего тебе сейчас нужно проспаться, Рон, – мягко сказал Гарри. – Я попрошу Кричера постелить тебе в гостевой спальне. А завтра, на свежую голову, ты подпишешь эти бумаги. У вас уже очень много лет все идет не слишком гладко, да ты и сам в курсе. Отпусти ее и дай вам обоим возможность построить новую жизнь. *** На третий день, добавив в прозрачное зелье каплю крови, Драко и Астория с замиранием сердца увидели, как оно становится ярко-алым. – Мерлин! – Астория прижала руки ко рту, а по ее щекам потекли слезы. – Драко, родной мой, у нас все получилось! – воскликнула она и бросилась мужу на шею. – Поосторожнее, солнышко! – засмеялся Драко, которого с утра слегка подташнивало, но даже это не мешало испытывать совершенно сумасшедший восторг. – Прости! Я такая глупая! Теперь буду все девять месяцев сдувать с тебя пылинки! – Уж, пожалуйста, не надо, если ты не хочешь меня избаловать! – Драко поцеловал ее в кончик носа. – Относись ко мне как обычно, договорились? – Хорошо, – кивнула Астория, – наверное, следует послать Патронус в Центр репродукции и оповестить их о твоем состоянии. – А зачем? – пожал плечами Драко. – У нас через четыре дня назначена очередь. До центра – рукой подать, так что в пятницу прогуляемся туда и подтвердим то, что мы с тобой уже и сами знаем. *** Все-таки не зря Драко воспитывали истинным аристократом, умевшим безукоризненно держать себя в руках в радости и в горе. Во время разговора с целителем он как ни в чем не бывало задавал вопросы о своих действиях в случае неудачи, а выслушав диагноз, невозмутимо поблагодарил персонал центра и пообещал приходить на обследования раз в две недели. На выходе он распахнул перед Асторией дверь, как обычно, пропуская ее вперед. В этот жаркий летний день Косой переулок был практически пуст, лишь на противоположной стороне улицы курил, прислонившись к стене, молодой волшебник. Внезапно он резко вскинул руку, в которой блеснул маленький черный предмет. Раздался приглушенный хлопок. Стоявшая рядом с Драко Астория тихо вскрикнула, схватилась за шею, судорожно зажимая пальцами кровавую рану, а затем упала навзничь. Происходившее далее Драко запомнил не слишком четко. Кажется, он сунул руку в карман за палочкой, забыв, что ему сейчас запрещено колдовать, но противник оказался куда проворнее, и в следующий миг Драко точно парализовало. Он кулем повалился на истекавшую кровью, но все еще живую Асторию, успел в последний раз взглянуть ей в глаза, уже заволакивающиеся предсмертной пеленой, а потом его, будто куклу, сгребли за шиворот и утянули в аппарационную воронку.