Последняя надежда человечества

Оставшись в одиночестве, Гарри медленно поднялся на ноги и вытер рукавом глаза и мокрое от слез лицо. Кем бы ни были его преследователи, он не предстанет перед ними раскисшим и сломленным! «Как странно! – подумал он отстраненно. – Ведь я уже видел похожую ситуацию во сне много лет назад! И точно так же, как тогда, Северусу пришлось бросить меня одного, только я не понимал почему, у нас же еще не было Алекса. Ну что, малыш, – он снова положил ладонь на живот, где беспокойно, словно ему передалось состояние отца, ворочался ребенок, – теперь нам с тобой придется непросто, но я тебе обещаю: что бы ни случилось – я никому тебя не отдам!» Лай собак все приближался. Гарри на несколько секунд закрыл глаза, стараясь выровнять дыхание и успокоиться. Получилось не слишком хорошо: в ушах все еще отдавались вопли Алекса, а на губах горел последний поцелуй Северуса. Горький и отчаянный. Гарри боялся даже вообразить, каково сейчас было Снейпу, вынужденному бросить беременного супруга, чтобы спасти сына. – Мистер Поттер, – послышалось позади него, – бросьте палочку на снег! Ведите себя разумно, и вы не пострадаете. Гарри машинально полез в карман пальто, куда перед отъездом из Лондона сунул ставшую уже бесполезной волшебную палочку. – Не переживай, не пройдет и двух с половиной месяцев, и ты уже сможешь вновь пользоваться магией, – утешил его Северус. Гарри хотел огрызнуться, что Снейп и не представляет себе, каково это: не пользоваться волшебством, к которому ты привык с одиннадцати лет, но сдержался. Он прекрасно знал, на что шел. В прошлую беременность магия практически полностью покинула его примерно к четвертому месяцу, и, решившись завести второго ребенка, он великолепно понимал, на что подписывался. Поэтому, оставив резкие слова при себе, Поттер лишь улыбнулся, положил руку на живот и сказал: – Я в курсе. И, поверь, оно того стоит. При воспоминании о Северусе горло неприятно сдавило, а вслед за тем ему в спину ткнулось дуло автомата. – Живее! Вы нас задерживаете, мистер Поттер. Палочка из остролиста с пером феникса, его верная спутница в течение долгих лет, полетела на снег. – Отлично! Следуйте за нами. Обратный путь до шоссе они проделали буквально за несколько минут. Окружавшие Гарри люди в специальных масках с прорезями для глаз, очевидно, опасались преследования. – Шевели ногами! Вертолет уже ждет! – Гарри снова толкнули в спину. Он споткнулся и едва не упал, вызвав глумливые смешки похитителей. – Хорошо, что нормальные мужики не могут забеременеть, – сказал кто-то. – Давайте, ребята, поможем этому толстопузику! Гарри бесцеремонно подхватили под руки и поволокли вперед – туда, где сквозь стволы деревьев виднелись очертания готового к взлету вертолета. Выбравшись на шоссе, Поттер сразу же заметил изрешеченную пулями машину, из багажника которой военные вытаскивали их с Северусом сумки и чемоданы, а рядом с ней – тела водителя и охранника. Второго охранника, связанного по рукам и ногам, как раз заталкивали в припаркованный на обочине джип. Впрочем, похитители не дали Гарри ни секунды передышки, чтобы осмотреться и оценить обстановку. Его втащили в вертолет и усадили на скамью, пристегнув ремнем безопасности, словно беспомощного ребенка. В тот же момент Гарри на голову нахлобучили плотный светонепроницаемый мешок, а на запястьях защелкнули металлические браслеты наручников. – От любопытства кошка сдохла! – прокомментировал один из солдат. – Кто мало знает – дольше живет. Откуда-то сверху раздался оглушительный шум. Вертолет мелко задрожал и начал подниматься в воздух. Гарри откинулся назад, упершись спиной в жесткую обшивку. Его сильно мутило, и он принялся часто дышать, пытаясь сдержать рвотные позывы. Не хватало еще опозориться на глазах у этих сволочей! За всю его жизнь ему не было так страшно. Даже тогда, на кладбище, перед лицом восставшего из небытия Волдеморта. В тот раз, пусть и на потеху Пожирателям, его хотя бы не лишили волшебной палочки. Разумеется, шансов победить самого могущественного темного мага современности у него не имелось практически никаких, но он все же мог постоять за себя. Теперь же Гарри и его нерожденный ребенок всецело находились во власти похитителей, и он даже отдаленно не представлял, что им уготовано. Полет продолжался невыносимо долго, и в какой-то момент Гарри внезапно подумал, что его специально хотят запутать. Жаль, что из-за беременности на него нельзя было навесить Следящие чары. Иначе Северус уже бы знал маршрут их следования и конечную цель. Но вот вертолет резко пошел на посадку. Желудок Гарри сделал сальто и рванул к горлу, так что пришлось зажать рот обеими руками. – Снимите мешок! – крикнул кто-то. – Он сейчас тут все заблюет! Оставьте как есть, или сами будете потом здесь все отмывать! – Если номер пятьдесят первый задохнется, я с вас три шкуры спущу! – раздался голос, в котором слышались командные нотки, а вслед за этим с Гарри наконец-то сдернули мешок. И вовремя! Он успел лишь наклониться, и его вырвало прямо на пол. – Замечательно! – сидевший напротив солдат брезгливо покосился на свои испачканные сапоги. – Вот же свинья! Жаль, ты беременный, а не то заставил бы тебя вылизать мои сапоги языком. Ничего, сейчас приземлимся, и мы с тобой отправимся к майору Бриксу на обработку. Вот там я на тебе и отыграюсь! *** Вертолетная площадка находилась всего в пяти минутах ходьбы от главного корпуса. Несмотря на ужасающие слабость и головокружение, многократно усилившиеся, едва ноги Гарри коснулись твердой земли, он старался запоминать все, что попадалось на глаза, по пути к двухэтажному, выкрашенному серой краской зданию. В полумраке занимающегося зимнего дня Гарри увидел высокий забор и небольшую площадь, в центре которой стояла виселица. Впрочем, как следует осмотреться ему, разумеется, не позволили. Сопровождавший его солдат подошел к обитой железом боковой двери, набрал цифровой код и грубо втолкнул Поттера внутрь. – Сейчас познакомишься с милейшим человеком, – с ухмылкой пообещал он Гарри. – Майор Брикс обожает новеньких и всегда оказывает им особое внимание. Давай, снимай очки и свои шмотки. – Все? – Гарри вскинул на солдата взгляд и наткнулся на презрительную усмешку. – Естественно! – отозвался тот. – Включая трусы и носки. И побыстрее! Неловкими, словно враз потерявшими чувствительность пальцами Гарри расстегнул пальто, снял его и оглянулся в поисках стула: разуваться и снимать носки стоя ему мешал огромный живот. – Ну и страшилище! – пробормотал сквозь зубы солдат, когда Гарри принялся неуклюже стаскивать с себя свитер и брюки. – Как твой муженек еще трахает тебя после всего этого?! – Может, вы все-таки отвернетесь? – Гарри постарался, чтобы голос не дрожал. – Стесняешься? Или у тебя отвалился член и выросли сиськи? – глумливо рассмеялся ему в лицо охранник. Закусив губу, Гарри снял трусы и бросил их сверху на кучу собственной одежды. – Надо же, а ты, оказывается, мужик! – продолжал издеваться над ним солдат, разглядывая Гарри, точно диковинную зверушку. – Хотя, если вдуматься, вряд ли тебя можно считать таковым. Небось любишь, когда тебя в жопу трахают? Жаль, нельзя сейчас! Я бы тебе засадил. Просто для интереса. Никогда не трахал беременных. Честно признаться, до работы здесь я только с бабами дело имел. Но когда начальство приказывает наказать кого-нибудь, то я, естественно, не отказываюсь. Дырка – она и есть дырка! Вот месяца три назад к нам попал один рыжий. Тоже из ваших – из волшебников, я имею в виду. С ним, скажу я тебе, было много возни. Мы с Андерсоном и майором Бриксом несколько недель его обламывали, а посмотри на него нынче: любо-дорого! Успокоился. Привык. И даже ходит теперь в любимчиках у инспектора Уинслоу. Тот самолично ему ребенка заделал. Правда, до этого его пришлось слегка укоротить. Он, видишь ли, решился с жизнью распрощаться. А у нас за это неслабо наказывают. Вот комендант Лоусон и отрубил ему... Договорить он не успел. Гарри с побелевшим от гнева лицом бросился на него с кулаками. – Сволочь! Насильник! – хрипел он, пытаясь добраться до горла противника. К сожалению, ему не удалось осуществить задуманное. В комнату ворвались солдаты. Гарри скрутили руки и приложили головой об пол с такой силой, что он моментально отключился. *** Боль раскаленными щипцами раздирала голову. Гарри скрипел зубами, стараясь не стонать, пока в ухо вживляли чип, а на лбу выбивали татуировку. Он понимал, что боль и грубое обращение являлись местью за нападение на солдата. Вероятно, Брикс и остальные получили строжайший приказ не калечить пленника. Правда, и унижать его им никто не запрещал. И они от души веселились, проводя гигиеническую обработку. Насмехались над выступавшим вперед огромным животом. Называли Гарри толстым грязным педиком и маленькой шлюшкой. Когда его пах и промежность были наконец чисто выбриты, сержант Хопкинс – тот самый, что похвалялся насилием, учиненным над Роном – склонился к кровоточащему уху Гарри и прошептал: – Учти, сучоныш, у тебя передо мной должок. Я терпеливый и подожду пару месяцев, но как только ты избавишься от своего брюха, а твоего выблядка отдадут в нормальную семью, выебу так, что неделю потом сидеть не сможешь! Кстати, я попросил майора Брикса не использовать при анальном осмотре лубрикант. Уверен, твоя дырка так растянута, что там и кулак поместится, не то что два пальца. Осмотр, больше похожий на изнасилование, Гарри перенес без единого звука. «Это не может продолжаться долго, – отстраненно думал он, пока пальцы Брикса грубо орудовали в анусе. – Пройдет неделя, в крайнем случае месяц, и Северус вытащит меня отсюда. Он не позволит, чтобы у нас отняли нашего ребенка!» – Крепкий орешек нам попался! – заметил сержант Андерсон. – Чем-то напоминает мне того рыжего парня, с которым мы так славно развлекались пару месяцев назад. Отличная была шлюшка. Жаль, он теперь тоже с пузом ходит! Дверь в кабинет распахнулась. – Если вы закончили с пятьдесят первым, можете быть свободны! – раздался властный голос, заставивший Брикса, Хопкинса и Андерсона немедленно вытянуться по струнке. – Разумеется, инспектор Уинслоу! – отрапортовал Брикс. – Осмотр заключенного завершен. – Тогда приберите тут все и выйдите! Спустя несколько минут Брикс и его подручные покинули помещение, а Уинслоу достал волшебную палочку, наколдовал лист бумаги и карандаш и положил все это на небольшой столик для инструментов. Гарри безучастно следил за его манипуляциями. Он чувствовал себя до предела вымотанным, опустошенным и грязным после того, как его касались чужие руки. Это, пожалуй, оказалось тяжелее всего. Их связь с Северусом началась, когда Гарри исполнилось восемнадцать. Снейп был не просто любовью всей его жизни, но и первым и единственным мужчиной. Вопреки внешней язвительности и резкости, Снейп дарил Гарри ощущение покоя, тепла и безопасности. Несмотря на разницу в возрасте, со временем они стали не только супругами, но и близкими по духу людьми, научившись улавливать малейшие изменения настроения друг друга. Мысль о сексуальном надругательстве приводила Гарри в ужас, но еще страшнее ему было от того, какую боль испытает Северус, узнав об этом. – Вам известно, почему мы выбрали именно вас, мистер Поттер? – вывел его из оцепенения низкий мужской голос. Гарри молчал. Он безмерно устал от всего пережитого, и слова доносились до него как сквозь толщу воды. – Не хотите разговаривать? Тогда я вам расскажу, – Уинслоу подвинул удобное кресло поближе к Гарри и с комфортом расположился в нем. – Все просто. Вы здесь из-за вашего супруга – мистера Снейпа. Точнее, его уникального Зелья мужской беременности, которым он не желает делиться с маггловским миром. – Магглы не могут рожать детей, – безэмоционально произнес Гарри. – Из любой ситуации можно найти выход, – холодно сказал Уинслоу. – Это потребовало бы от волшебного мира кое в чем пойти на уступки, но – увы! – маги, как обычно, заняты только собой. Им нет никакого дела до вырождения магглов. Собственно, именно поэтому мы и создали сеть лагерей, в которых сквибы и волшебники станут рожать детей магглам. Таким образом справедливость будет восстановлена. А теперь мы вплотную подошли к самому главному. Запасы зелья у нас на исходе, и поэтому мы просим вас написать супругу, чтобы он изготовил недостающее нам количество. Тогда с вами будут хорошо обращаться до самых родов, а после того как ваш ребенок появится на свет, я гарантирую вам свое личное покровительство и защиту от сексуального насилия со стороны персонала, – Уинслоу притворно тяжело вздохнул и развел руками. – В лагере царит строгая дисциплина, но охранники – тоже люди. Они месяцами лишены возможности общаться с женским полом, и это делает их весьма агрессивными. Однако даю вам слово, что плодотворное сотрудничество с нами мистера Снейпа избавит вас от необходимости опасаться посягательств со стороны кого бы то ни было. Соглашайтесь, мистер Поттер. Поверьте, я предлагаю вам самую выгодную сделку в вашей жизни. – А если я откажусь? – Гарри близоруко прищурился, чтобы как следует разглядеть лицо Уинслоу. – Если вы откажетесь, то все закончится для вас очень печально, мистер Поттер. Осматривавший вас целитель Блейн доложил, что ребенок, развивающийся в вашей утробе, вполне жизнеспособен. Если вы не станете сотрудничать с нами, сегодня же вечером ребенка извлекут, а вы истечете кровью. – Я аврор, мистер Уинслоу, – усмехнулся Гарри, – у нас были занятия по анатомии. Смерть от большой кровопотери не такая и страшная. Человек просто засыпает. – Браво! Не ожидал от вас подобных познаний, – Уинслоу пару раз театрально хлопнул в ладоши. – Вы правы. В случае огромной кровопотери смерть наступает быстро. Но не при регулярном приеме Крововосполняющего зелья. Только вообразите: вас оставят с открытой раной, целитель Блейн будет наблюдать за вашим состоянием и при первых признаках агонии давать вам зелье. И так – час за часом в течение нескольких дней. А затем, когда вы все-таки умрете, мы пошлем воспоминания об этом вашему супругу. Так как? Напишете то, что я вам продиктую? – После того как вы меня убьете, у вас не останется рычагов давления на Северуса, Уинслоу, – спокойно произнес Гарри. – Режьте прямо сейчас! Тем более ваши костоломы меня как следует обработали и помыли. – Вы даже не представляете, на какие муки обрекаете себя, Поттер. И ради чего? Ради еще одного подтверждения превосходства магов над магглами? – Вы не какие-то несчастные, обездоленные магглы! – зло выплюнул Гарри. – Вы убийцы и насильники! Я ничего не напишу Северусу, даже если вы станете пытать меня Круцио. Впрочем, вряд ли вы на это отважитесь. У меня в животе – ребенок. Пытки убьют не только меня, но и его тоже. И вы потеряете того, ради кого все это затевалось. – После родов мы устроим тебе персональный ад, Поттер, – Уинслоу поднялся так резко, что опрокинул кресло. – Ты еще пожалеешь, что появился на свет, тупой гриффиндурок! Хлопнула дверь, и Гарри наконец-то остался в одиночестве. Несмотря на угрозы Уинслоу и Хопкинса, усталость и боль во всем теле, его губы невольно растянулись в улыбке. Он показал, что не боится смерти, и выиграл этот первый раунд. До родов оставалось еще два месяца, а за это время Северус обязательно что-нибудь придумает. Если, разумеется, Уинслоу не исполнит свою угрозу и не убьет его в ближайшие дни.