Последняя надежда человечества

Стойко вытерпев пытку, называвшуюся для отвода глаз «подготовкой к эфиру», Северус поблагодарил визажиста и в сопровождении услужливого Реджи направился в студию. Речь премьер-министра он, к сожалению, пропустил, но зато успел как раз к началу выступления Грегстона. Несмотря на все старания визажистов, выглядел тот откровенно неважно. Грим и румяна не могли скрыть безжизненного взгляда, руки генерала мелко дрожали. Впрочем, низложенный глава правительства, которому за все его преступления в недалеком будущем грозил трибунал и арест, просто не мог выглядеть иначе. — Я, генерал Чарльз Грегстон, глава военного правительства Британии, слагаю с себя все полномочия и признаю вину за все совершенные мною за прошедшие годы преступления против народа, — начал зачитывать составленное Снейпом заявление Грегстон. — Я признаю, что под моим непосредственным руководством был осуществлен целый ряд репрессий против мирных граждан. Помимо этого я признаю, что в корыстных целях скрыл от общественности уникальное открытие профессора химии и биологии Северуса Снейпа, призванное предотвратить демографическую катастрофу. В 2005 году профессор Снейп обратился в правительственную комиссию с просьбой запатентовать уникальное средство, позволяющее некоторым мужчинам зачать и выносить ребенка. Вместо того, чтобы придать его открытие огласке, я приказал арестовать всех работников лаборатории, запретив им общаться с внешним миром. В продолжении следующих лет на территории Шотландии по моему приказу создали несколько лагерей, в которых молодых, здоровых, способных к деторождению мужчин насильно заставляли принимать это новое средство и рожать детей тем, кто мог позволить заплатить за процедуру оплодотворения. В созданных мною лагерях широко применялись пытки и увечья, а заключенных регулярно насиловали как клиенты, так и охрана... Выручка от продажи детей составила миллионы фунтов стерлингов, — Грегстон перевел дух, отпил из поставленного перед ним стакана и продолжил. — Я обращаюсь к моим сослуживцам, ничего не знавшим о творившемся в лагерях, и прошу у них прощения за то, что обманул их доверие, равно как и доверие граждан Великобритании. Помимо этого я прошу прощения у всех заключенных, по моей вине перенесших неисчислимые физические и моральные страдания. В качестве искупления я прошу пожертвовать все конфискованные у меня средства в фонд помощи пострадавшим. Вследствие всего вышеизложенного, я слагаю с себя все полномочия и передаю их смещенному со своего поста премьер-министру. Благодаря открытию мистера Снейпа страна больше не нуждается в военном режиме. Я требую от старшего и младшего офицерского состава не оказывать сопротивление новой гражданской власти. Что же касается меня и тех, кто по моему приказу выполнял грязную работу в лагерях, мы смеем лишь надеяться на справедливый суд. Грегстон поднялся со своего места, и к нему тут же подошли представители военной полиции магглов. С тяжелым сердцем Северус наблюдал, как ненавистного ему человека заковывают в наручники и выводят из студии. — Премьер-министр поклялся мне, что после суда и «приведения приговора в исполнение» передаст его и всех остальных нам, — шепнул Шеклболт, проследивший за взглядом Снейпа. — Поклялся Магией? — зло выдохнул Северус. — Принес Непреложный обет, за нарушение которого грозит откат и смерть? Не будь наивным, Кингсли! Магглы так же, как и волшебники, покрывают темные делишки друг друга. Откуда тебе знать, что ему не дадут «уйти за границу», а нам наплетут про инфаркт? — Пусть попробуют! — холодно отозвался Шеклболт. — И тогда не видать им ни Репродуционных центров, ни Зелья мужской беременности, ни детей, ни будущего. Все эти планы начнут реализовываться лишь после возвращения нам преступников. Всех до единого. Ну что, — он ободряюще хлопнул Северуса по плечу, — иди, теперь твоя очередь. Смотри, какая очаровательная журналистка будет брать у тебя интервью! Кстати, ее зовут Джудит. — Я не падок на женщин, Кингсли, — мрачно пробормотал Снейп, с каждой минутой волновавшийся все сильнее. — Знаю, знаю, — снисходительно усмехнулся Шеклболт, — а из всех мужчин предпочитаешь жгучего брюнета с зелеными глазами. Идите, профессор Снейп! Сделайте этих магглов! Помните, Гарри не терпится посмотреть интервью с вами. * * * — После сенсационных заявлений премьер-министра Англии и бывшего главы военного правительства Грегстона, полностью изменивших политическое лицо нашей страны, мы хотели бы предложить вашему вниманию эксклюзивное интервью с директором небольшой частной лаборатории, расположенной на севере Шотландии, профессором Северусом Снейпом. Мистер Снейп, — журналистка повернулась к Северусу, всем своим видом выражая неподдельный интерес, — нашим зрителям не терпится услышать историю вашего потрясающего открытия, способного преодолеть страшнейший демографический кризис на планете. Вы получили государственный заказ или работали над чудо-лекарством самостоятельно? Северус обвел студию взглядом, а затем поставил сильнейший ментальный блок, позволивший ему абстрагироваться от направленной прямо на него камеры. Вместо этого он представил, что читает лекцию по Высшим зельям группе талантливых и продвинутых студентов. — Наша лаборатория не получает финансирования от правительства, — сказал он спокойным и ровным голосом, — по крайней мере, так было до того, как мы с моим ассистентом и супругом мистером Поттером не разработали, как вы его называете, «чудо-лекарство». После разразившейся во всем мире экологической катастрофы мы с мистером Поттером начали усиленно работать над гормональным средством, при приеме которого в мужском организме складывались благоприятные для возникновения беременности условия. Работа над созданием лекарства длилась полтора года. После того, как оно было успешно протестировано на лабораторных животных, мы перешли к экспериментам на людях. Так как речь шла о сверхсекретном проекте, мой муж вызвался пройти весь этот путь сам. В начале 2003 года он принял лекарство, которое мы условно назвали «Последняя надежда человечества», а месяц спустя мы узнали, что в его брюшной полости развивается эмбрион. — И кто же наблюдал за ходом беременности? — ошеломленно поинтересовалась журналистка. — Нам пришлось привлечь к участию в эксперименте врача-акушера. Моего старого университетского друга, — самозабвенно врал Северус, — Он же принимал роды посредством кесарева сечения. — Жаль, что ваш супруг не присутствует сейчас в студии, — с волнением в голосе произнесла Джудит, — уверена, мы все были бы просто счастливы выразить ему свою благодарность за мужество и самопожертвенность! Кроме того, ему полагается специальный приз в миллион американских долларов, как первому родившему мужчине. — Даже так? — усмехнулся Северус. — К сожалению, он не смог прибыть сюда сегодня. Он пока еще слишком слаб после рождения нашей дочери. — Боже мой! — журналистка выглядела так, словно вот-вот расплачется. — Так у вас двое детей?! — Совершенно верно, Джудит! В неволе у нас образовалось слишком много свободного времени, и результатом этого стала повторная беременность Гарри. Таким образом мы еще раз убедились, что препарат отменно работает. Как бы там ни было, после того, как Гарри успешно разрешился мальчиком, я обратился в правительственную комиссию по демографии с просьбой запатентовать лекарство и поставить его на поток. На следующий день меня вызвал генерал Грегстон. Он выразил восхищение проделанной нами работой, а затем сказал, что засекречивает и проект, и лабораторию, а нас переводит на военное положение. Я пробовал возмутиться, но мне пригрозили тем, что отберут нашего с Гарри сына и передадут его в приемную семью. В лабораторию я вернулся уже в сопровождении охраны, и с тех пор я и трое моих сотрудников находились под арестом. Нам было запрещено покидать здание лаборатории. По распоряжению Грегстона нижний этаж переоборудовали под жилые помещения. Нам предписывалось производить определенное количество «Последней надежды». Раз в месяц приезжали солдаты, грузили препарат в машину и увозили его в неизвестном направлении. Ни я, ни мои сотрудники не догадывались о существовании лагерей. Об этом я узнал уже после нашего освобождения. — И как же это произошло? Я имею в виду ваше освобождение? — Самым банальным образом. С помощью неожиданно просочившихся в бесчеловечную систему честных людей. Один из новых охранников сообщил кому-то о нашей ситуации. К нашей великой удаче, информация не заглохла на уровне младшего офицерского состава, а просочилась дальше и в результате дошла до бывшего премьер-министра, который не побоялся втайне от Грегстона и его подручных организовать независимое расследование, в результате чего мы с супругом и двумя нашими детьми, мои сотрудники и сотни несчастных молодых людей, пострадавших по вине бывшего главы военного правительства, получили долгожданную свободу. Вот, собственно, и все. — Профессор Снейп, — голос Джудит дрожал от переполнявших ее чувств, — вы не представляете, что сделали для всех нас... Для всего человечества... Спасибо вам! Она зааплодировала, а вслед за ней один за другим начали хлопать работники студии. Северус ошарашенно смотрел, как за стеклом операторской бушует шквал аплодисментов, и впервые за долгие месяцы по-настоящему гордился своим изобретением. * * * Тем же вечером состоялся эксклюзивный показ выступления бывшего главы военного правительства Великобритании, а затем интервью с «профессором химии и биологии» Северусом Снейпом для одного единственного зрителя. Правда, из-за некоей весьма строптивой леди, никак не желавшей ложиться спать, просмотр пришлось отложить до полуночи. Зато когда Хоуп наконец засопела в своей колыбельке под неусыпным оком Кричера, Северус позволил себе похвастаться перед Гарри своим телевизионным триумфом. — Мерлин, ну и талант! — восхищенно покачал головой Поттер, вынырнув из Омута памяти. — Я и не думал, что ты умеешь так виртуозно врать! — Позвольте вам напомнить, ассистент Поттер, что ваш супруг в течение долгих лет был двойным агентом. И, между прочим, весьма успешным. Ведь Темный Лорд до самого последнего часа так и не догадался, кто предавал его все эти годы. — Это было потрясающе. Ты выглядел таким... магглом. Я даже на пару мгновений усомнился, ты ли это! — все еще не мог опомниться от увиденного Гарри. — И когда ты только успел подготовиться к интервью? — Не хочу хвастаться, но мне, в основном, пришлось импровизировать. Шеклболт не знал, в каком формате будет проходить передача, и попросил меня заранее написать текст выступления для себя и Грегстона. — Кстати, я обратил внимание, он ни словом не обмолвился о Гермионе. — Да, мы решили, что не стоит упоминать пресловутую мисс Томпсон. Грегстона и его сообщников за все их «подвиги» и так, и так ожидают трибунал и расстрел. — Постой…- лицо Гарри закаменело. — Их что, будут судить на маггловской стороне? А затем казнят? — Я отреагировал абсолютно так же, как ты, — засмеялся Снейп и притянул Гарри к себе для поцелуя, но тот сердито отстранился. — Не злись. Все это чистой воды показуха для отвода глаз. Шеклболт обо всем договорился с маггловским премьер-министром. И суд, и последующий за ним расстрел будут хорошо разыгранным спектаклем. После трибунала всю эту развеселую компанию вернут обратно. Здесь к ним присоединится главный фигурант дела — бывшая миссис Уизли. И после слушаний в Визенгамоте они отправятся в Азкабан. Навсегда. — И что получат магглы взамен? — Гарри все еще часто дышал, борясь с охватившим его гневом. — Уникальное лекарство, созданное в лаборатории профессора Снейпа и его ассистента Гарри Поттера, — спокойно отозвался Северус. — И надежду на будущее. — Но ведь наше, так называемое, лекарство не действует на магглов. Значит, теми самыми избранными молодыми людьми, которые сумеют зачать и выносить детей... — Будут суррогатные отцы-сквибы, а может, даже волшебники, — честно ответил Снейп, — им предложат достойную работу в Репродуционных центрах, а кроме того, они реально помогут преодолеть демографический кризис. Шеклболт не сомневается, что на наш призыв откликнутся немало добровольцев. — Кингсли сможет поклясться тебе, что никого не станут держать там насильно, под Империо или зельями подчинения? — Гарри, Гарри, — Северус взлохматил волосы на голове супруга и теперь уже, не встречая сопротивления, притянул его к себе, — я понимаю, как тебе сложно довериться Шеклболту. Признаться, меня тоже слегка коробят все эти политические игры, но иного выхода у нас попросту не имеется. Без помощи Кингсли я никогда бы не вытащил тебя из лагеря. Теперь ему необходима моя поддержка, и он получит ее, нравится мне то, что он делает, или нет.