Спас? А теперь - беги!

Вечером того же дня, когда Гарри уже почти закончил ужинать, белоснежный филин принес записку от Малфоя. Пробежав ее глазами, Поттер довольно усмехнулся и крикнул в глубину кухни: – Кричер! – Кричер счастлив услужить хозяину, – почтительно склонился перед ним старый эльф. – Плесни-ка мне огневиски, – небрежно приказал Гарри. Разумеется, ему не составляло ни малейшего труда призвать из комода стакан и большую бутыль, содержимое которой за последние несколько дней существенно сократилось, просто теперь ему почему-то нравилось, когда ему прислуживали, да еще смотрели с таким раболепием, смешанным с изрядной долей страха. – Убери тут все, – коротко бросил он домовику, взял со стола записку и направился в гостиную. Хорошие новости заслуживали того, чтобы перечитать их дважды. «С планом согласен полностью, – писал Малфой. – Завтра встречаюсь с премьер-министром магглов. Изложу ему суть дела и попрошу опубликовать в прессе фотографию Снейпа. Уверен, что и с главами других государств проблем не возникнет. По поводу банка Гринготтс – гоблины уже оповещены о сбежавшем преступнике, но, к сожалению, наотрез отказались заблокировать его самовосполняющийся кошель с галлеонами. Как вы знаете, гоблины считают себя независимым волшебным народом и не подчиняются приказам Министерства. Однако распоряжение насчет проверки палочек на входе, как мера предосторожности для банкиров и их клиентов, было принято этими маленькими пройдохами с благосклонностью, при условии, что охранники останутся за порогом банков. Кроме того, в Министерства магии Европы разосланы совы с предупреждением. Правда, полагаю, что Северус не рискнет показываться в магическом мире под собственной личиной. Я понимаю, что не имею права давать вам советы, после того что произошло между вами и Снейпом, но прошу вас, если его поймают, проявить по отношению к нему милосердие». – Увы, дорогой Министр, к сожалению, вынужден отказать вам в этой последней просьбе, – усмехнулся Гарри, салютуя стаканом с янтарной жидкостью своему отражению в висевшем над камином зеркале. – Снейп не умрет быстрой смертью. Он будет умирать долго. Так долго, как я этого пожелаю. Кстати, не пора ли обратиться к конкурентам Снейпа? Кое-что, разумеется, я сумею сделать с ним сам, но для иных манипуляций мне потребуется весьма особенное зелье. Жаль, первоклассного зельевара из меня не вышло, вряд ли я найду в обычной лавке что-либо подобное, а на изготовление необходимого мне состава могут уйти недели. А впрочем, разве я ограничен во времени? Пускай мистер Снейп пока вдоволь «попутешествует» по Европе и испытает все прелести бездомной жизни. А когда я буду уверен, что он сполна заплатил за все свои преступления, мы с ним встретимся лицом к лицу. Что же касается гоблинов – эти, по меткому выражению Люциуса, пройдохи беспрекословно подчинялись Темному Лорду, засунув независимость глубоко в собственные задницы. Поэтому, полагаю, завтра стоит нанести визит в банк Гринготтс, и пусть только эти «независимые волшебные существа» попробуют отказать Повелителю Смерти! *** В ту же ночь Гарри приснился Снейп. Нет, все-таки Северус. Скрытые ото всех чарами Конфиденциальности и мощными Заглушающими, они сидели на скамейке на коуквортской набережной и поедали вкуснейшее мороженое. У Гарри все пальцы были в липкой сладости, и Северус, совершенно не стесняясь, облизал их один за другим. Гарри почувствовал, как в паху горячей волной разлилось возбуждение. Он нетерпеливо заерзал на скамейке, но тут же сдавленно охнул, когда, вжикнув молнией на джинсах, Северус сжал его член через белье. – Ты с ума сошел! – задушенно зашептал Гарри. – Тут же везде люди! – Они все равно нас не видят, – спокойно ответил Северус, а в следующий миг нагнулся и, высвободив член Гарри из плена боксеров, взял его в рот. – Сев... Ох! – Гарри вцепился обеими руками в спинку скамейки так, что побелели костяшки пальцев, зажмурился и откинул назад голову. Уверенные движения Северуса, то выпускавшего член изо рта, то, наоборот, насаживавшегося на него так глубоко, как только возможно, заставляли Гарри стонать все громче и громче. Он уже совершенно забыл, что они находились в публичном месте и вокруг, не обращая никакого внимания на двух нарушавших общественный порядок волшебников, сновали по своим делам магглы. Ему хотелось лишь одного: чтобы Северус не останавливался. Неторопливые, дарившие нестерпимо острое наслаждение ласки вскоре подвели Гарри к самому пику, и он подбросил бедра, давясь криком и изливаясь Северусу в рот... Проснувшийся на диване в гостиной с подсыхавшей на животе коркой спермы Поттер не сумел бы сказать, что довело его до такого бурного оргазма. Он не помнил ни приснившийся ему сон, ни то, что в этом самом сне он любил Северуса как раньше. До страшного, разделившего их навеки проклятия. *** Утро для Поттера началось с визита в банк Гринготтс. Он планировал как можно скорее ограничить Снейпа в средствах, а без сотрудничества гоблинов сделать это было весьма затруднительно. Впрочем, у него в рукаве имелся беспроигрышный козырь против этих мелких любителей независимости. Гарри протянул охраннику на входе Бузинную палочку для проверки, про себя похвалив Люциуса за расторопность и понятливость, и направился в глубь зала, где под вывеской «Рагнак – Управляющий Банком Гринготтс» на высоком табурете восседало маленькое и абсолютно лысое существо, погруженное в изучение какого-то манускрипта. – Добрый день, любезный господин Рагнак, – поздоровался Гарри. – Вам назначено? – не отрываясь от чтения, крайне неохотно осведомился «любезный». Гарри слегка – только совсем чуть-чуть – отпустил на волю магию, и гоблина едва не опрокинуло вместе с табуретом. – Теперь, полагаю, вы сумеете уделить мне пару минут вашего драгоценного времени, – произнес Гарри, снисходительно поглядывая на вцепившегося в мраморную стойку, дрожавшего с головы до ног гоблина. – Бе-бе-безусловно! – проблеял тот. – Где вам будет удобно побеседовать, мистер Поттер? – Ваш кабинет вполне подойдет. Рагнак покладисто кивнул, ловко для своего явно почтенного возраста соскочил с табурета и почтительно поклонился Гарри, нисколько не обращая внимания на удивленные и даже недовольные взгляды, которые бросали на него сидевшие за длинной стойкой гоблины. – Прошу сюда, пожалуйста, – Рагнак сделал приглашающий жест рукой и повел Гарри по извилистому коридору прочь из главного зала. – Вот здесь нам никто не помешает, – он коснулся пальцем, казалось бы, абсолютно гладкой стены, и в ней тут же возникла дверь. Гарри отметил, что, кроме массивного стола из красного дерева и пары кресел для посетителей, в кабинете не было никакой мебели. Создавалось впечатление, что им почти не пользовались. Впрочем, сейчас этот вопрос занимал Гарри менее всего. – Итак, мистер Поттер, чем могу быть полезен? – к гоблину, похоже, вернулась его былая уверенность в себе, а для предстоявшего им непростого разговора Гарри требовалось совершенно иное состояние собеседника. Конечно, он с легкостью мог использовать банальное Империо. Но почему-то ему непременно захотелось, чтобы гоблин выполнил его нетривиальную просьбу добровольно. Небольшое усилие – и воздух вокруг Гарри замерцал от сгустившейся чистой магии. Рагнак часто заморгал, пытаясь отогнать наваждение, а затем в его настороженных черных глазках вновь появилось выражение беспомощности и страха. «Что, съел, любезнейший? Пожалуй, таких фокусов не выкидывал даже сам Темный Лорд», – злорадно подумал Гарри, еще самую малость отпуская собственную магию на свободу. – Буду краток, – деловым тоном сказал он. – Мы с вами люди занятые и, надеюсь, быстро уладим это досадное недоразумение. – Недоразумение? – огромное количество чистой магической энергии в столь крохотном помещении явно мешало Рагнаку сосредоточиться. – Именно, – подтвердил Гарри. – Вчера, ближе к вечеру, к вам обратился Министр магии Люциус Малфой с просьбой заблокировать самовосполняющийся кошелек, выданный несколько лет назад одному магу. Вы отказались удовлетворить его просьбу, несмотря на то, что речь идет о Пожирателе смерти и преступнике, подозреваемом в покушении на убийство. – Но я... я ведь объяснил мистеру Малфою нашу позицию. Гоблины издревле держат нейтралитет и не вмешиваются в дела волшебников. А взамен требуют к себе уважительного отношения и полной независимости. Вот почему артефакт, выданный мистеру Снейпу, не может быть заблокирован. – «Гоблины издревле держат нейтралитет и не вмешиваются в дела волшебников», – эхом повторил Гарри. – Да неужели? А разве не у вас хранились наитемнейшие артефакты, переданные Темным Лордом семье Лестрейндж? Разве не ваши охранники преследовали меня и моих друзей во время исполнения важной и опасной миссии, в конечном итоге освободившей всех, в том числе и ваш «свободолюбивый и независимый» народ, от ига Волдеморта? Помнится, вы и сотрудники вашего банка разрешали Волдеморту и его прихвостням хозяйничать здесь как у себя дома! С ними вы почему-то были посговорчивей, чем с новой властью, – Гарри понизил голос до свистящего шепота, но ни секунды не сомневался: Рагнак слышал каждое его слово. Некрасивое лицо гоблина исказилось от ужаса. Он прекрасно осознавал – ответь он отрицательно, и Гарри размажет его по стенке, как муху. – Возможно, мистер Малфой просто выбрал неверный тон? – Рагнак в панике искал пути к отступлению. Он до смерти боялся сидевшего перед ним молодого волшебника, по силе совершенно точно превосходившего Волдеморта, при одном воспоминании о котором у Рагнака начинали неприятно трястись поджилки, но проклятая гордость не позволяла ему пойти на попятный сразу. – Наверное, он просто забыл, что не вправе приказывать нам... именно поэтому ему и отказали. – Так ведь я ни в коем случае и не приказываю вам, уважаемый Рагнак, а лишь советую. Настоятельно рекомендую, так сказать. Поверьте, ваш вклад в поимку опасного преступника будет вознагражден сполна, тогда как политика невмешательства может негативно отразиться на дальнейшем процветании общины гоблинов Британии, – Гарри поймал себя на мысли, что говорит совсем как Люциус. Раньше, до своей болезни, он никогда не использовал в речи столь витиеватые обороты. Однако это в сочетании с «небольшим» магическим давлением произвело на гоблина неизгладимое впечатление. – В ваших словах, бесспорно, есть рациональное зерно, – покладисто произнес Рагнак. – Вчера я поступил опрометчиво, отказав мистеру Малфою. Я сейчас же дам распоряжение заблокировать кошель мистера Снейпа и очень надеюсь, что мы и в дальнейшем будем тесно сотрудничать с вами. – Ничуть в этом не сомневаюсь, уважаемый Рагнак! – Гарри встал и кивком обозначил поклон, всем своим видом демонстрируя, что аудиенция окончена. Оставшись в одиночестве, Рагнак выдохнул с облегчением и дрожащей рукой отер пот со лба. В отличие от Темного Лорда, его сегодняшний посетитель не прибегал к угрозам и не швырялся Круциатусами. К тому же на протяжении всего разговора он был вежлив и корректен. Тем не менее Рагнак до сих пор чувствовал такой ужас, что у него подгибались колени, а рубашка на спине промокла от пота. Он нисколько не сожалел, что согласился выполнить настойчивую просьбу Поттера. Возможно, он показал свою беспринципность, но, по крайней мере, совершенно точно сохранил собственную жизнь. *** Тихо насвистывая, Гарри неторопливо направлялся в Аврорат. День складывался лучше некуда: с утра ему удалось без особого труда уговорить Рагнака заблокировать свободный доступ Снейпа к деньгам, хранившимся на его счету в банке Гринготтс, а всего пару часов спустя – заказать в одной пользовавшейся весьма дурной славой аптеке в Лютном переулке чрезвычайно хитроумное зелье. Правда, хозяин лавки – старый знакомый Гарри, отличный зельевар с подмоченной репутацией, подозреваемый в изготовлении нелегальных снадобий и отсидевший два года в Азкабане – сперва заупрямился и наотрез отказался принять опасный заказ. – Вы с ума сошли в своем Аврорате? – возмущенно воскликнул он и швырнул на прилавок пергамент с подробным описанием действия зелья. – Вам что, и Веритасерума мало? Решили применять к подследственным пытки? Да вы понимаете, что произойдет с человеком, если у него за час температура подскочит до ста шести градусов? (1) Вы даже толком допросить его не успеете – сердце не выдержит подобной нагрузки! – Зелье требуется не мне, а Главному аврору мистеру Роббинсу, – Гарри разгладил пергамент и положил его перед зельеваром. – Вы же не откажете ему в его просьбе? – он вытащил из кармана еще один свиток и, передавая его Грину, мысленно приказал: «Империо». – Да, теперь все в полном порядке, – благодушно кивнул Грин, рассматривая совершенно чистый пергамент. – Сообщите мистеру Роббинсу, что его заказ будет готов не раньше, чем через месяц. Простите, но зелье слишком сложное. – Месяц – так месяц, – покладисто согласился Гарри, – шеф не торопится. Работайте столько, сколько понадобится. И вот... за труды, – он высыпал на прилавок горсть галлеонов. – Очень любезно с вашей стороны, – расплылся в улыбке Грин, – сегодня же займусь им. – Вот и прекрасно! – улыбнулся в ответ Гарри и под мелодичный звон дверного колокольчика вышел на улицу. Холодный январский ветер тут же принялся трепать полы его мантии, но Поттер не замечал непогоды. «Через месяц! – шептал он. – Через месяц я буду еще на шаг ближе к отмщению!» ________________________________________ 1. Температура в Англии измеряется по шкале Фаренгейта. 106 градусов по Фаренгейту = 41 градусу по Цельсию. https://meteoinfo.ru/t-scale https://www.metric-conversions.org/ru/temperature/celsius-to-fahrenheit.htm