Спас? А теперь - беги!

К октябрю бурление в обществе начало постепенно стихать. Гарри и Северус все же вняли мольбам наиболее адекватных журналистов и дали еще несколько интервью, совершенно справедливо полагая, что резонанс от них будет куда меньше, чем от обличающей Малфоя статьи Скитер. В качестве ответного жеста Гарри потребовал прекратить преследовать их и позволить жить нормальной жизнью, которой они были лишены почти год. В середине октября Северус приобрел двухэтажную ранее пустовавшую аптеку в Косом переулке. Ее владельца убили Пожиратели смерти в разгар Второй магической войны. Наследники хозяина дома с радостью избавились от не приносившего никакого дохода имущества, и уже к Рождеству аптека под звучным названием «Феникс Лакрима» распахнула двери для первых покупателей. Примерно тогда же Гарри после долгих препирательств наконец удалось уговорить Перси Уизли принять его прошение об отставке и назначить на должность Главного аврора Симуса Финнигана. Его заместителем стал вернувшийся той же осенью на службу Рон. *** Драко и Нарцисса, полностью восстановившие физические и магические силы, планировали в январе перебраться в Прованс, (1) где у них имелось небольшое поместье. Накануне отбытия на континент Драко попросил Гарри о встрече, открыв ему камин в бывшем кабинете Люциуса. – Привет, Малфой! Вижу, ты уже освоился с ролью главы рода, – произнес Гарри, переступив через каминную решетку и обнаружив Драко восседающим в кресле Люциуса. – Отец не оставил мне иного выхода, – с горечью поджал губы Малфой. – Дедушка Абраксас, наверное, в гробу перевернулся, когда узнал, что его сын превратился в сквиба. – По-твоему, безумие Люциуса расстроило бы его меньше? – не слишком тактично поинтересовался Гарри. – Подумаешь – безумие! – презрительно пожал плечами Драко. – Кого, скажи на милость, можно этим удивить после тети Беллатрисы? Кстати, раз уж ты сам затронул эту тему... Мне не дает покоя судьба наших соседей по отделению. – Ты имеешь в виду Лонгботтомов? – на всякий случай уточнил Гарри. – Ну не Локхарта же! – фыркнул Малфой. – Разумеется, Лонгботтомов. Я просто много размышлял о них, пока валялся без дела в Мунго. А однажды ко мне заглянул Невилл. Он как раз приходил к родителям – один, его бабушка, если ты в курсе, недавно умерла – и у него было такое лицо... – Малфой, – не веря своим ушам, произнес Гарри, – когда ты стал настолько... человечным? – Наверное, когда ты вернул мне душу, высосанную дементорами, – горько усмехнулся Драко, – а может, когда зашел к отцу перед выпиской. Он сидел в кресле у окна. Я подошел к нему и коснулся его плеча. Он вздрогнул, поднял голову и посмотрел на меня совершенно пустым взглядом. Он меня не узнал, понимаешь?! – глаза Драко предательски заблестели. – Я представил себе, каково это – год за годом навещать родителей, которые даже имени твоего не помнят! – он закусил губу и отвернулся, чтобы скрыть слезы. – У меня, по крайней мере, есть мать, – прошептал он. – Драко, – севшим от волнения голосом сказал Гарри, – я не уверен, что смогу... Я же аврор, а не мордредов целитель! – Но с нами ведь у тебя получилось! – Возможно, это просто везение. Я действовал по наитию. – Так попробуй снова применить это свое наитие! Все вокруг только о том и болтают, что о твоих феноменальных магических способностях. Да я и сам имел счастье в них убедиться! – настойчиво произнес Драко. – Не знаю, – тяжело вздохнул Гарри, – нужно сначала переговорить с Невиллом. А вдруг он откажется? А о Фрэнке и Алисе ты подумал? Каково им будет прийти в себя и выяснить, что они потеряли почти двадцать четыре года из жизни? Что их сын из беззащитного неуклюжего малыша превратился во взрослого мужчину и скоро станет отцом? Это, конечно, при условии, что мне вообще удастся вернуть им рассудок! – Честно признаться, я в тебе не сомневаюсь, Поттер! – внезапно улыбнулся Драко. – Если в моем случае ты совершил невозможное, то сумеешь помочь и Лонгботтомам. *** На следующий день Малфои отбыли порталом во Францию. А еще через неделю в отделении для безнадежных пациентов в больнице Святого Мунго произошло настоящее чудо – авроры Фрэнк и Алиса Лонгботтомы, доведенные до сумасшествия пытками Пожирателей смерти, полностью пришли в себя. Разумеется, это случилось не спонтанно, как с Малфоями. После разговора с Драко и двухчасовой лекции по ментальным наукам, которую Гарри прочитал Северус, было решено посвятить в план человека, без чьего согласия вся эта рискованная затея могла пойти прахом. Невилл примчался в Блэк-хаус сразу же, как только получил от Гарри записку, при этом он так светился от счастья, что было попросту глупо задавать ему какие-либо вопросы. Всю неделю, пока Поттер готовился к сложнейшему ментальному ритуалу, Невилл практически дневал и ночевал в доме на площади Гриммо, 12. Чтобы как-то отвлечься от снедавшего его волнения, он предложил Снейпу любую помощь в лаборатории, где как раз сейчас настаивались модифицированное Укрепляющее, призванное поддержать Гарри при магическом истощении, неизбежном при подобном обряде, а также сильный тонизирующий бальзам для Фрэнка и Алисы. К чести Северуса будь сказано, он проявил неслыханный такт и не стал напоминать Лонгботтому о бесчисленных котлах, взорванных в бытность его студентом. Здраво рассудив, что при таком плотном графике пара лишних рук отнюдь не помешает, Снейп предоставил Гарри возможность в тишине и покое изучать труды по ментальным наукам, тогда как они с Невиллом окопались в лаборатории, временно повесив на дверях аптеки табличку «Закрыто». Оказалось, что, когда Лонгботтом не трясется как осиновый лист при одном виде профессора зельеварения, страсть к порче имущества снижается у него до отметки ноль. По крайней мере, за ту неделю, что он помогал Снейпу, ни единого котла не взорвалось и даже не расплавилось, зато необходимые зелья были готовы в срок. *** В ночь перед проведением ритуала Гарри никак не мог заставить себя уснуть. Накануне вечером, после ежедневных тренировок со Снейпом, он выставил мощный ментальный блок и таким образом не позволил Северусу даже отдаленно ощутить, какое смятение царит у него в душе. И сделал это совершенно напрасно. Что-что, а Умиротворяющий бальзам оказался бы сейчас весьма кстати. Несмотря на то, что Гарри прекрасно представлял, как именно ему следует действовать с Лонгботтомами, от накатывавшей тошнотворными волнами паники у него ломило затылок, а сердце стучало в груди как бешеное. Вероятно, это в конце концов и разбудило мирно спавшего рядом Северуса. – Страшно? – Снейп повернул голову, пытаясь в темноте спальни поймать взгляд Гарри. – Да, – выдохнул тот, – очень. До смерти боюсь напортачить. – А в случае с Малфоями не боялся? Гарри почувствовал, как ладонь Северуса легла ему на затылок и принялась массировать его. – Откуда ты знаешь, что болит именно здесь? – Гарри едва не застонал от накрывшего его вмиг облегчения. – Ты – настоящий волшебник! – Если честно, – тихо усмехнулся Северус, – никакого особенного волшебства здесь нет. Просто, когда я сильно нервничаю, у меня самого обычно ломит или виски, или затылок. – Сделай так еще, пожалуйста, – Гарри уткнулся носом в шею Северуса и блаженно засопел. – А что касается твоего вопроса, – продолжил он, когда боль наконец отступила, – с Малфоями я действовал спонтанно. Я не сообщил Люциусу о своих планах – откровенно говоря, у меня вообще не было никаких предположений, что мне предпринять. А сейчас, в случае неудачи, я даже не хочу думать, как расстроится Невилл... Подарить ему надежду, а потом отобрать ее – это немыслимо жестоко! – Этого не произойдет, – ладонь Северуса переместилась с затылка на шею, а затем начала свое путешествие все ниже и ниже, пока уверенно не поднырнула под резинку пижамных штанов. – Ты прекрасно подготовился и ты справишься... Легкое дуновение Очищающего, невербальное заклинание смазки – и вот уже длинные, тонкие пальцы двигались в анусе Гарри. Растягивали. Дразнили. Возбуждали до предела. – Се-евер-р-р... – Гарри захлебнулся стоном, инстинктивно стараясь насадиться поглубже. Пальцы исчезли так же внезапно, как и появились, и Гарри не сумел подавить вздоха разочарования. Пустота внутри неприятно контрастировала с потрясающим ощущением заполненности, дарившим почти нереальное наслаждение. – Развернись спиной ко мне, – Гарри моментально выполнил то ли просьбу, то ли приказ, попутно избавившись от ставшей совершенно лишней пижамы. – Согни ногу в колене... Вот так... Хорошо... – судя по отрывистым фразам, Северус уже с трудом сдерживался. Время точно замедлило свой бег, а затем и вовсе остановилось. Вся необъятная вселенная будто сконцентрировалась вокруг них в этой комнате, где двое людей, едва не разлученных страшными обстоятельствами, любили друг друга так, словно делали это в последний раз. Гарри не уставал удивляться тому, что секс с Северусом вызывал у него подобные ассоциации. Разумеется, Поттеру и до этого доводилось испытывать удовольствие со своими немногочисленными случайными партнерами, не говоря уже о том наслаждении, которое доставлял ему Виктор, но это и отдаленно не напоминало, что он чувствовал, отдаваясь Северусу или владея им. В такие моменты ему казалось, что они становились единым целым, а разделенные на двоих оргазмы заставляли порой на несколько мгновений утрачивать связь с реальностью. Вот и теперь, двигаясь слитно, точно в каком-то неизвестном доселе танце, Гарри ощущал, что все его страхи перед завтрашним днем постепенно меркнут и исчезают. Северус не просто заполнял его собой, он дарил ему нечто несоизмеримо большее – спокойствие, уверенность и, самое главное, счастье. Оно разрасталось в груди, пока наконец не выплеснулось с криком, в котором звучало всего одно имя: «Северус!» *** Ровно в восемь утра Невилл встретил их в вестибюле больницы Святого Мунго. Бледный, растрепанный, с темными кругами под глазами, смахивавший на оголодавшего вампира Лонгботтом ходил взад-вперед по коридору, чем неимоверно нервировал персонал. При виде Гарри и Северуса он застыл как вкопанный, а потом бросился к ним. – Доброе утро! Хорошо, что вы пришли пораньше! А то меня, кажется, сейчас вышвырнут вон, – затараторил он. – Я им уже тут до смерти надоел! – Советую вам выпить вот это, коллега, – Снейп достал из кармана мантии маленький фиал с Умиротворяющим бальзамом. – Спасибо, Северус, – Невилл с благодарностью принял из рук человека, которого когда-то боялся больше всего на свете, пузырек, вытащил пробку и залпом проглотил зелье. То, что Снейп назвал его «коллегой», он, похоже, вовсе пропустил мимо ушей. – Несколько дней назад я отправил Главному целителю Райту письмо, так что нас уже ждут, – деловым тоном, за которым он пытался спрятать нервозность, сказал Гарри. На пятом этаже царило непривычное для этого отделения оживление. У всех еще были свежи в памяти воспоминания об исцелении Малфоев, и многие целители заметно волновались. – Мистер Поттер, – дежурный колдомедик открыл дверь, пропуская Гарри в палату, где сейчас находилась лишь чета Лонгботтомов – Локхарта предусмотрительно перевели в другое помещение, – в этот раз нам тоже следует ожидать каких-либо необъяснимых явлений? – Вы имеете в виду что-то, отдаленно напоминающее землетрясение? – сосредоточенно осведомился Гарри. – Именно, – закивал целитель. – Не думаю, – ответил за Гарри Снейп, уже расставлявший на тумбочке фиалы с зельями. – При ментальном вмешательстве подобные всплески магии – большая редкость. – А зачем, позвольте полюбопытствовать, все эти зелья? – не унимался колдомедик. – Мистеру Поттеру предстоит совершить весьма энергозатратное колдовство, – спокойно растолковал Снейп. – Можно было бы, конечно, провести ритуал в два этапа, но мы посчитали это негуманным по отношению к семье Лонгботтомов. Поэтому, чтобы мистер Поттер не свалился с магическим истощением, ему потребуется выпить изрядную дозу Укрепляющего. – А теперь, – с легким оттенком раздражения в голосе произнес Гарри, – я желал бы начать. Мистер Лонгботтом ждет встречи со своими родителями. Дайте мне возможность приблизить эту встречу. Разумеется, если у вас нет ко мне еще вопросов. Целитель густо покраснел, отрицательно помотал головой и покинул палату. Северус подошел к Гарри вплотную, взял его лицо в ладони и пристально посмотрел в глаза. – Помни про ментальный треугольник и оборванные нити сознания, – мягко сказал он. – Главное, не разрывай связь с ними обоими. У тебя все обязательно получится. Иди, – он осторожно коснулся губ Гарри своими. – Я в тебя верю. Гарри глубоко вздохнул, точно перед прыжком в воду, и решительно направился к койкам Фрэнка и Алисы, скрывавшимся за совершенно неуместными в этой палате веселенькими цветастыми занавесками. Лонгботтомы лежали на своих постелях. Фрэнк уставился в потолок невидящим взглядом, а Алиса свернулась в клубочек, натянув одеяло до подбородка, и тихонько мурлыкала какую-то неузнаваемую мелодию. Гарри сотворил из воздуха стул, втиснул его между кроватями, опустился на него и закрыл глаза. «Вообрази, что вы находитесь в незримом круге, – сразу же зазвучал у него в мозгу голос Северуса. – Их сознание – моток оборванных нитей. Ты должен соединить все до единой». Гарри последовал его совету и словно очутился в гигантской ткацкой мастерской, в которой похозяйничали распоясавшиеся великаны. Ткацкий станок валялся у его ног грудой обломков, а вокруг сплетались в диковинный узор сотни, тысячи оборванных и перекрученных разноцветных нитей. Стоило Гарри дотронуться до какой-либо из них, как рядом услужливо возникала подсказка: детство, магия, Хогвартс, любовь, Фрэнк, Алиса, Августа, дом, «Грозный глаз» Грюм, Аврорат, Волдеморт, Невилл... Объем работы был поистине колоссальным, но Гарри не мог позволить себе отступить. Это значило бы разочаровать Невилла и подвести Снейпа. Он принялся вычленять отдельные нити и подбирать к ним пару. Гарри не представлял, сколько прошло времени – в данном измерении этого понятия попросту не существовало. Его трясло от усталости и переутомления, но он упорно продолжал соединять разорванные нити. Детство, магия, Хогвартс, любовь, Фрэнк, Алиса, Августа, дом, «Грозный глаз» Грюм, Аврорат, Волдеморт, Невилл... Потоки сознания сматывались в аккуратный клубок. Хаос и запустение уступали место порядку. Обломки ткацкого станка исчезли, и сейчас вместо запущенного помещения, в котором царил разгром, Гарри оказался в уютной светлой комнате, вероятно, детской, где в кресле вязала молодая женщина, так непохожая на теперешнюю Алису Лонгботтом, а на полу играл с котенком толстый карапуз. – Невилл, осторожнее! – забеспокоилась женщина. – Невилл, – донесся с кровати шелестящий шепот, – Фрэнк, где Невилл? Гарри открыл глаза и тут же со стоном закрыл их. От напряжения у него полопались все сосуды. Пот каплями стекал со лба и смешивался со слезами. Совершенно седая женщина в длинной ночной сорочке встала с постели, подошла к нему и участливо спросила: – Вам плохо? Я аврор Алиса Лонгботтом. Позвать вам целителя? – Нет, – выдохнул Гарри, кусая губы, чтобы не разрыдаться, – со мной все нормально, миссис Лонгботтом. – Как мы очутились в Мунго? – прозвучал рядом с ним взволнованный мужской голос. – И где наш сын? С ним все в порядке? – Да, – все еще не открывая глаз, кивнул Гарри, – он здесь и хочет встретиться с вами. – Но зачем мама привела в больницу ребенка? – с недоумением воскликнул Фрэнк. – Это сложно объяснить, – улыбнулся сквозь слезы Гарри. – Подождите, пожалуйста, я сейчас. Он с большим трудом поднялся на ноги, на ощупь отдернул занавеску и наугад шагнул вперед. – Сев, кажется, все получилось, – пробормотал он, отдаваясь во власть сильных рук. Снейп обнял его, не позволяя упасть и вкладывая ему в пальцы фиал с Укрепляющим. – Невилл… позови его. Я в порядке. – Не раньше, чем ты присядешь. И не открывай пока глаза – ты явно перенапрягся. Северус подвел Гарри к пустующей койке и помог опуститься на нее. – Я, пожалуй, прилягу. Подожду, когда подействует ваше с Невиллом зелье, – Гарри почувствовал головокружение и тошноту. У него точно враз закончились все силы. – Это здравая мысль. Так мне будет гораздо спокойнее. Я горжусь тобой! На лоб Гарри легла прохладная ладонь, а через секунду исчезла. Хлопнула дверь в палату. – Мама? Папа? – раздался несмелый голос Невилла. Гарри лежал и улыбался. Он слышал плач, смех, тихие разговоры, удивленные возгласы и опять плач. Там, за цветастой занавеской, творилось настоящее чудо. Разумеется, Лонгботтомам предстоял длинный путь. Им требовалось заново узнать своего сына, познакомиться с собственной невесткой, понять и принять, что потеряли двадцать четыре года жизни, что за это время погибли многие их друзья и соратники, что страшный, могущественный враг, по вине которого они почти на четверть века оказались в Мунго, уничтожен. Возможно, их ждали трудности, разочарования и даже боль, но главное – они вернулись. Семья, вдребезги разбитая когда-то по вине темных сил, теперь соединилась. И он, Гарри, приложил руку к этому чуду. Наверное, именно в этот миг он окончательно осознал, что хочет стать целителем. – Ты сделал сегодня нечто непостижимое, – Северус присел рядом с ним и провел подушечками пальцев по лицу. – Ты – великий волшебник, Гарри, и я люблю тебя. Всем своим, то есть – нашим общим, сердцем! __________________________________ 1. Прова́нс (фр. Provence, окс. Provença, букв. «провинция») – историческая область на юго-востоке Франции, ныне составляющая часть региона Прованс – Альпы – Лазурный берег. В настоящее время на территории Прованса находятся департаменты Вар, Воклюз и Буш-дю-Рон, а также части Альп Верхнего Прованса и Приморских Альп. На востоке область ограничена Альпами, на западе – Роной, на юге – Средиземным морем. Столица Прованса – Экс-ан-Прованс, один из древнейших французских городов. https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D1%81