Monologues

Вернувшись с учёбы, Тэхён первым делом схватился за готовку, надеясь, что Ингук сразу заедет к нему. Омега соскучился по нему и боялся, что с Чоном что-то могло случиться. По какой именно работе он уехал, Ким понимал, без крови там не обошлось, но в такие дела особо свой нос Тэхён не совал, хоть и хотелось понимать, чем живёт его мужчина. В восемь вечера раздался звонок в дверь. Омега успел прибраться и приготовить пибимпап, даже сбегать в магазин за вином, которое стал пить уже без Ингука. Ким встретил его в растянутой футболке и широких шортах, выглядя так по-домашнему, что альфа хотел взять его прямо на пороге. Но первым делом Чон вручил омеге букет гербер и поцеловал. — Ты был дома, — понимает по одежде омега, — я зря тебе есть готовил? — Я не ужинал, — кусает в щёку Чон и уходит на кухню. Тэхён ставит цветы в вазу и садится напротив альфы, с улыбкой наблюдая, как он ест. Теперь душа омеги спокойна, может и не на определенное время, но ему хорошо. — Как дела в клубе? — Как обычно, — пожимает плечами омега. — Почему ты спросил? — альфа только усмехнулся. Поужинав, он попросил омегу одеться потеплее и остался ждать в коридоре. Тэхён не хотел никуда ехать из-за холода, но согласился провести с Ингуком побольше времени. Не было полной уверенности, что Чон останется. Омега сел позади него на мотоцикл, крепко обнимая, и альфа газанул. Ингук хочет ощущать адреналин вместе с Тэхёном, чтобы Ким прижимался к нему не из-за страха упасть, а потерять. Омеге действительно важно чувствовать ладонями его тело. Заехав в центр, они останавливаются на светофоре. Когда-то именно красный свет познакомил их, а ведь Ингук мог уехать дальше. Они стоят, альфа его руки поглаживает, ругает за то, что Тэхён не надел перчатки. А Ким смотрит на машину, что через одну стоит, окружённая сопровождением из пяти автомобилей. Номера не видно, но вскоре водитель опускает стекло, выбрасывая сигарету, и Тэхёна замечает. Чонгук уверен, что это именно его омега и брат, он узнает Кима сначала по одежде, а потом мелким браслетам на руке, когда он ладонь на спину Ингука переносит. Тэхён вдаль уносится, а Чонгук в мертвой точке встал, ему вслед поглядывает. Говорят, когда любят, нужно отпускать, но здесь так получается, что альфа его руки и не держал. Не имеет права отпускать, потому что омега ему не принадлежал, а бороться… Пускай другой борется, страх сильнее любви оказывается, но хочется быть сильным. Чонгук сильный, но готов ли он поставить всё на кон, не зная, чего ожидать? Неизвестность так пугает, что кровь в жилах стынет и сделать что-то возможным не предоставляется. Тэхён рядом с братом расцветает, он с ним живой. А Чонгук так и будет искать похожих на него омег, которые никогда не заменят Кима. Чонгук приходит в себя и ускоряется, догоняя их. Тэхён расправляет руки, он любит парить в воздухе, будто ангел. Для Чона он и есть тот самый ангел. Ему бы до руки омеги дотянуться, схватить и себе забрать, спасая ладони красные от мороза. Горят те воспоминания, что жизнь позволила получить. И ни одного приятного, такого, чтобы душу согревало. Тэхён всегда смотрит злостно, а Чонгук его зеркалит, потому что попробуй он сделать хоть что-то лишнее и будет снова на лопатках лежать. Будь то прибитым братом, или ненавистью омеги. Не так свою жизнь Чон планировал, совсем не так. Сегодняшнюю ночь хочется провести одному.

***

Когда Тэхён узнал, что к новому году вся семья альфы соберется в полном составе, он решил познакомить Ингука со своими родителями заранее. Чон согласился с удовольствием и в выходной день они поехали к родителям омеги, предупредив их о том, чтобы ждали в гости. Папа рассказал о том, что и Джо приедет, но этот факт никак не расстроил Тэхёна. Он хотел выглядеть лучше брата и лишний раз не прочь покрасоваться своим мужчиной. Когда они прибыли, папа уже успел накрыть скромный стол, и раскладывал приборы вместе со старшим сыном. Джо выглядел недовольным, а Тэхён сиял, входя в дом под руку с Ингуком, приветствуя родителей. — Чон Ингук, — альфа пожал руку отцу омеги, и поцеловал тыльную сторону ладони Алиса. Папа пригласил за стол, отправляя Джо за выпивкой, о которой забыл. К удивлению Тэхёна папа был трезв как стекло и очень рад увидеть младшего сына, какие бы обиды не держал. Все будто резко забыли о несостоявшейся свадьбе. Ким с облегчением выдохнул. — Как же вы познакомились? — спрашивает папа, Тэхён понимает, что это его самый нелюбимый вопрос, но пока альфа придумывает новую историю их встречи, омега поглядывает на брата. Джо вроде обычный с надменностью в глазах и неприязнью к брату, а с другой стороны расстроенный. Ингук узнал для Тэхёна, что его брат работал на Чонгука, на темной стороне жизни альфы находился. Омега осуждает, не был Джо таким, каким хотел казаться, но Тэхён тоже долгое время притворялся, что его жизнь не так плоха, как кажется. Всё делается только для того, чтобы родители меньше волновались и расспрашивали. Киму скрывать больше нечего, он находится за сильным плечом Ингука. Находится, пока телефон не начинает петь прямо на столе. Неизвестный номер, но последние его цифры Тэхён знал. Он, извинившись, поднимается, ссылаясь на работу, и выходит из зала на кухню, прикрывая дверь. — Что за внезапный звонок? — шепчет Ким. — Нам надо поговорить, — отрезает Чонгук. — О чём же? Твоём разгульном образе жизни? Или о моих прекрасных отношениях с Ингуком? — психует омега, теперь он не сможет расслабленно сидеть за одним столом с родителями и слышать в свою сторону приятные слова. — Забудь мой номер. — Я его наизусть знаю… — дает себе слабину Чон и быстро собирается. — В понедельник я буду в твоём клубе с друзьями. Сделай так, чтобы я Ингука не увидел. Сможешь? — И об этом ты хотел поговорить? Выбери другое место. — Поздно. — Я не повезу тебя пьяного домой, учти это. — Просто будь там, хорошо? — Не надо меня интриговать, — отключается омега, возвращаясь в комнату. Ингук на ушко спрашивает, всё ли в порядке. Но порядка быть не может, потому что Тэхён на иголках до понедельника будет сидеть, а потом всю оставшуюся ночь. Что Чонгук задумал? Тэхён сидит не в себе весь оставшийся вечер, придумывая разные исходы. Ингук не должен появиться в клубе в любом случае. Родители довольными остаются выбором сына, а омега уже внимания не обращает. Альфа не понимает, что с ним, но ничего не спрашивает вплоть до приезда домой. Ингук обещает остаться на ночь и, как только Ким засыпает, забирает телефон из-под подушки, чтобы проверить догадку. Чонгук не подписан даже. Странный шифр.

***

Хосок приглашает Юнги в кино на поздний сеанс, когда им обоим удобно встретиться. Омега жалуется на загруженность, понимая и альфу. Сложно строить какие-то отношения и ближе узнавать друг друга, когда нет времени порой даже позвонить. Зато теперь никто не отвлекал смс и звонками. После просмотренной комедии они направились в ресторан. За рулем был омега, давая Хосоку возможность переключать музыку. Альфа поставил известный Юнги романс, Мин не любитель, но Чонгук приучил его к классике. В ресторане у них остаётся не так много времени пообщаться, закрытие уже через час. Хосок ухаживает за омегой, отодвигает стул, помогая присесть, подаёт салфетку. Официант принимает заказ и удаляется, альфа может насладиться обществом Юнги, но парень начинает фотографировать обстановку. Мин привык всё выкладывать в социальные сети, показывать красивую жизнь, этому его учил папа. Если ты живешь хорошо, то почему бы не показать это? Ничего плохого сам Юнги в этом не видел. Он наводит камеру на изящные колонны в здании, люстры и стены, людей пропускает… — Этот парень кажется мне знакомым, — приближает изображение человека на экране мобильного омега. — Это Чимин, — прикрывает ладошкой рот от шока. Хосок оборачивается, действительно видя бывшего друга. Пак пропал из виду совсем и Чон хотел верить, что Чимин просто начал всё заново, в лучшем случае — покинул город, но он здесь. Стоит у дальнего столика у окна вместе с ещё тремя грузными мужчинами. На альфе чёрный смокинг, в ухе гарнитура. На теле особых следов насилия, что он пережил, не видно, кроме шрама у губ. У Хосока мурашки по спине пробегают. Чимин выглядит слишком серьёзно и, кажется, зашел не просто поужинать. Альфа понимает, Пак кого-то охраняет и даже мысленно говорит ему, что тот молодец, раз настолько изменил свою жизнь. Не появляется на пороге у Тэхёна, ушёл со старой поганой работы, на улице не видно его. Чимин охранник серьёзного человека… человека по имени Чон Чонгук. Хосок почти со стула падает, когда видит за столиком альфу в компании, возможно, партнера. Он беседует с каким-то мужчиной. — Я правильно понял, он работает на Чонгука? — оборачивается к такому же шокированному омеге, Хосок. — Вот это поворот. Как его только занесло? — Охрану не Чонгук выбирает, а другой человек. Странно, что он его не уволил в первый же день, зная, что произошло с Тэхёном. — А Чонгук должен иметь какое-то отношение к Тэхёну? — альфа благодарит официанта, который принес три блюда и продолжает: — Очень странно. — Это нас не касается, — берет вилку в руки Юнги, — давай просто не смотреть на них. Хосок отвлекается, но выбросить из головы Чимина не может. Со временем многие посетители ресторана уходят, когда заведение собираются закрывать. Юнги рассказывает смешную историю со школы, когда мимо них проходит Чонгук с альфой, что составил ему компанию. За ними следует охрана, Чон с раскрытым ртом на Чимина смотрит, не может поверить в такой расклад. Пак оборачивается, прямо на него смотрит, явно раньше заметил друга. Хосоку от его взгляда ещё больше не по себе становится. Альфа и сам Юнги не уверен в том, стоит ли говорить Тэхёну об этом. Лишний раз бы не напоминать о Паке, но очень хочется.

***

Тэхён сгрыз все ногти, то и дело, что бегая в зал и проверяя, занят ли столик, который забронировал Чонгук. А его всё нет и нет. Арчи не понимает, что происходит, но Ким на ответы сегодня не щедр, и Сучжон в итоге уходит от него. На работе не сосредоточиться совсем, пика омега достигает, когда ему докладывают, что Чонгук приехал с друзьями. Только бы Ингук не приехал, Тэхён обещал ему, что освободится пораньше и сможет поехать к альфе, где никогда не был. Сам Чон оставался в офисе, хотел забрать Кима, когда он позвонит. Подходить омега не собирался, но за Чонгуком приглядывал, выйдя в зал. Альфа был напряжен, но не показывал этого даже друзьям. Самое страшное, что друзья его были до боли Тэхёну знакомы. Кима будто отбросили в прошлое, где он так же развлекался в клубе, а потом стал жертвой насилия. Канджун — альфа, который в своё время приударил за лучшим другом Тэхёна, но это не помешало ему стать одним из насильников. Компания состояла из пяти человек, и лишь один из них на Киме свои отпечатки оставил. Авторитетный четыре года назад альфа, выглядел всё так же мерзко и вел себя нахально, щипая официантов за ягодицы. Тэхён пережил тот период и мысленно не возвращался. Только, как Чонгук мог дружить с таким человеком? Они друг другу подстать. Выпивают и смеются, а омега у ограждения стоит и себя по кускам собирает. Он помнит ту ночь, будто это было ещё вчера. Потные руки, вкус спермы во рту и боль от ударов. Прощения никто не заслужит никогда. Тэхён представлял, как измывался над насильниками. Он пытал их в своей голове каждую ночь, но это никогда не приносило облегчения. Даже, если они сдохнут, ничего не поменяется, омега останется грязным. У него выбор стоял — оставаться на месте и вспоминать, боль в себе так же переваривать, или всё же подойти, указать мужланам их место. Там Чонгук, Тэхён рядом с ним ничего не боится, кроме него самого. В одно мгновение Ким решает, что обязан сделать это, поэтому идет. Чон его ещё через три столика замечает, слюни подбирает. Тэхён — изваяние искусства, он летит, не идет, прямо к нему. Омега останавливается у колен Чонгука, который сидел с краю. Его дружки поднимают головы к омеге, а Канджун в удивлении открывает рот. Чону интересно, почему Тэхён не общается с ним, как вообще жизнь свела с таким человеком? У друга альфа ничего не спрашивал. — Привет, — Тэхён смотрит только на Чонгука, но ощущает, как горит левая сторона лица, там сидит Канджун и ему бы глаза выдавить просто за то, что смотрит. — Хотел сказать, чтобы ты не волновался. Ингук не приедет, но имей в виду, если мне что-то не понравится, ты вылетишь отсюда, — улыбается омега, складывая руки в замок. — Чон, как ты позволяешь с тобой так разговаривать? — бросает неизвестный омеге мужчина, Тэхён не смотрит, всё так же только Чонгука перед собой видит. — Это же Ким Тэхён, — восклицает Канджун, от его голоса мурашки пробегают. Чонгук чувствует его состояние нервозности и легкого страха, но пока ничего не понимает. — Я давно не видел тебя, крошка. — Четыре года, — скрипит эмалью Ким, повернув голову. Он удерживается с трудом на ногах, когда чувствует прикосновение к икре. Рука Чонгука поглаживает незаметно, успокаивает. — Точно четыре. Не помирился со своим дружком? — Нет. — Интересно узнать, как он, — хрипло смеётся Канджун, закуривая. — Весёлое было время, правда? Инсон спрашивал про тебя, кажется, даже звонил, а ты номер сменил. — На то были причины, — его трясет, Чонгук не отпускает. Разговор между омегой и другом в какое-то не то русло уходит. Альфа не преследовал цели довести Тэхёна до обморока, но ему интересно почему ровно четыре года назад Ким стал жить по-другому. После событий того лета он стал посещать врачей и замкнулся в себе. Была ли связь какая-то? — Разве это причина, чтобы бросить своих друзей? — Весомая, Канджун. — Ребята, я так и не представил вам моего старого друга, — обращается к альфам мужчина. — Хороший он омега, с характером. Когда-то мы очень хорошо проводили время, — теперь Тэхён чувствует, как плохо становится Чонгуку. — Что же сейчас? Нет желания повторить? Я помню, ты никогда не был против внимания. — Ты сейчас сказал, что я был шлюхой? — облизывает губы Тэхён. — Нет, ну… — Достаточно! — встревает Чонгук. — Это омега моего брата и я никому не позволю его оскорблять, — Ким сначала не верит в то, что слышит. Альфа его защищает, чтобы там не было, он затыкает рот своего друга и встаёт на сторону Тэхёна. — Я понял, Ингука не будет. Не волнуйся, мы не доставим тебе проблем, — уже мягче, обращаясь к любимому омеге, — извини моего друга, он шутил. — У него всегда были отвратительные шутки, — понимает, что Чонгука никак не волнуют взаимоотношения Канджуна и Тэхёна. Омега уходит с неприятным осадком в душе. — Ещё утром ты говорил, что ненавидишь брата, — хмурится Канджун. — А сейчас… я что-то не догоняю? — Ты можешь облить дерьмом Ингука, но Тэхёна даже не смей трогать. — Ты себе не представляешь, видимо, что из себя омега представляет, — смеётся альфа, поглядывая вслед Киму, — отдался Инсону прямо в випе клуба, ему было всего шестнадцать. На меня налетел после, маленькая шлюшка. А ты ещё не слышал историю о том, как Шивон и Санбом отодрали его вдвоём. Блять, Ким Тэхён самый падкий на члены омега, которого я знал. Чонгук хочет ударить альфу, разбить ему лицо до кровавого месива, сломать все кости в теле. Хруст приятнее слышать, чем его рассказы о Тэхёне. Мог ли такую правду о себе скрывать омега? Ни черта же непонятно по нему, ходит всегда, как в воду опущенный. Его с другими представлять гадко, это не Ингук, другой уровень. Чонгук отчего-то уверен, что Тэхён не такой, он не мог. Или мог? Альфа всё огни яркие рассматривает, не слышит голоса друзей, вспоминает, каково было Киму рядом с ним стоять. Не хочется себе признаваться, что полюбил обыкновенную дешевку, которая лишь за бабки хватается. Таких у Чонгука, хоть завались. Тэхёна что-то другое должно связывать с Канджуном и его друзьями. Что-то о чем никто, кроме этих двоих не расскажет. Друзья разъезжаются к двум, Чонгук остаётся один чтобы подумать. Если бы Тэхён принадлежал Чонгуку, то не было бы дня, когда альфа оставил его в одиночестве. Он бы разобрал в голове омеги всё по полочкам, навёл настоящий порядок, даже если бы сам страдал от того, что происходит с мыслями Кима. Чон бы без конца его слушал, впитывая каждое слово, каждый вдох и выдох. Сделал бы всё для того, чтобы Тэхён не грустил, а только улыбался ему. Если бы Тэхён принадлежал Чонгуку… Он один заперся в кабинете и не думает совсем об альфе, который желает упиться вусмерть. Тэхён выходит, когда Чон остаётся в одиночестве, омега мимо проходит в верхней одежде, точно собирается сбегать, Чонгук за руку хватает, не отпускает. Те два часа минувшие, что прошли, оставив чернильный след на душе Кима, ничем не стереть. Он собирался позвонить Ингуку, чтобы забрал его скорее отсюда, Чонгук сейчас совершает ошибку, останавливая его. Но омеге всё равно кажется, что альфа потух, хотя должен наоборот быть веселым и бодрым. Друзья уехали и Чону бы им компанию составить, а не сидеть, как Сокджин. Тэхён не станет ещё и его нянькой. — Я хотел поговорить, — напоминает. — Не хочу слушать. — Это очень важно. — Говорю же, что меня это не интересует. Найди другого собеседника, — вырывается Тэхён, но альфа поднимается и прижимает его к себе со спины. — Удели мне немного своего времени. — Я боюсь, — вырывается раньше, чем Тэхён успевает подумать. — Не стоит, — забирает куртку альфа и ведет его к выходу. Ким молча сидит рядом с Чонгуком, пока он ведет машину. Немного пьян, но это совсем не страшно. Хорошо, что не успел позвонить Ингуку, но альфа скоро вспомнит о нём. Поскорее бы закончить с этим. Чон молчит, хотя разговора хотел. Через время Тэхён видит, куда его привезли. У него нет никакого желания подниматься в квартиру Чонгука. Да и найти признаки присутствия других омег тоже. Только настаивают поднять задницу и Ким подчиняется, мысленно уже с Ингуком находясь. — Выпьем? — Мало тебе было? — усмехается Тэхён, садясь у музыкального инструмента, нажав пару клавиш. — С тобой пить я точно не стану. — Обидно, — наливает виски на два пальца альфа и садится рядом с омегой. — Почему ты привёз меня сюда? — Здесь тихо, — прикрывает глаза Чонгук, — спокойно. Я чувствую себя комфортно и могу быть открытым с тобой. То, что я хочу сказать очень неприятная тебе вещь, но думаю, ты знать должен. Мне одному с этим справляться… — Говори уже, — просит омега, а в голове пусто. В квартире Чонгука, как дома хорошо. Пахнет альфа, как Ингук и Тэхён почти счастлив ощущать себя настолько хорошо, если бы не слова Чона: — Ты мой истинный, как и моего брата. Чонгук — одиночество Тэхёна. Его душа, разум, тело, — это место, куда он может прийти и быть настоящим, потому что альфа понимает его сразу, притворяться бесполезно. Все маски слетают, обнажается кожа, сердце. Чонгук тот человек, который видит насквозь. Тэхён каждый раз перед ним будто голым предстаёт. Альфа знает, что и когда нужно сказать. Знает, кажется, больше, чем любой знакомый Тэхёна. Чон знает ответы почти на все вопросы, кроме самого важного: как жить в этом одиночестве? Омега готов показать. Тэхёна пробивает на смех от его слов. Ингук, возможно, был тот самый, потому что ни с кем более омега не мог быть настолько настоящим и любимым. Ким выбрал своего альфу, для чего Чонгук придумывает остальное? У них наполнение совсем разное, обложки лишь одинаковые. Тэхён вспоминает взгляд Чона во время своей течки и ему становится дурно. Омега поднимается, расстегивая пару пуговиц на рубашке от нехватки воздуха. Вот, почему Чонгук был любезен с ним в последнее время. Вот причина, по которой он изменился, стал добрее, а Тэхён всё равно недолюбливал, во всём подтекст искал. Чонгук прямо за спиной Тэхёна, его личный ангел-хранитель среди живых, готовый принять на себя любой удар. Он видит, что омега на острые ножи насажен, они прямо сквозь его тело проходят. Ким с ними привык жить, а Чон бросается ему навстречу, крепко-крепко обнимает и его так же лезвие поражает. И они теперь оба раненными становятся, но вместе. Только в голове Чонгука, потому что в реальности его брат со спины, за которой старший стоит, подходит к Тэхёну и ножи дальше в него проталкивает. Чонгук и здесь проиграл. — Так бывает? — шумно сглатывает омега. — Как мне жить теперь? Нам? Втроем? — Ты сделал выбор, — выпивает альфа и ставит стакан на пол, начиная играть на рояле. Хочется рвать на себе волосы, перевернуть кровать, устроить в доме настоящий хаос, но выпустить хоть часть тех эмоций, что душат. Почему Чонгук не бесчувственный, как Ингук? Зачем ему чувства, которые дарить некому? Они его убивают, а мысли темные голову заполняют. Без крови здесь никак. Своей, брата, омеги — не разберешь. Чонгук утром ещё был молодым человеком с амбициями, а к ночи в старика превратился дряхлого. Сидит, сгорбившись, играет, а клавиши рисуют бледное лицо с большими карими глазами. Помешательство, которое до могилы доведет. Чонгук не подонок, у него вечный контроль и дисциплина внутренняя. Тэхён в поле зрения появляется — на четвереньки зверь становится. Они не одно сердце на двоих делят, не одну душу. У Тэхёна кружится голова. Чонгук хочет хладнокровным казаться, но омега представляет, как себя Чон сейчас чувствует. Можно ведь просто отвернуться от альфы? Можно, но Кима всё равно к нему тянет, как бы не противился он себе. И это не потому что Чонгук на брата своего похож, к нему что-то раньше появилось, до того, как Тэхён в Ингука влюбился. Ему так плохо со старшим, а без него хуже. Слёзы катятся по щекам, омега стоит на месте чуть шатаясь, альфу изучает. Такой мятежный и родной… — Почему ты не… — заикается от рыданий омега, — почему не сказал раньше? Как ты держишься? — Хочешь, чтобы я поборолся за тебя? — хлопает крышкой рояля альфа, вставая. — Ты правда хочешь? Я так не думаю. Ради тебя я остаюсь в стороне, потому что ты любишь Ингука. Сам сказал, что будешь ненавидеть, если я заберу его у тебя. А я заберу, Тэхён, я его убью. Нет такого финала, где мы бы с тобой могли быть вместе. Омега заплаканными глазами на него смотрит, на шею бросается, обнимает. Чонгук бы хотел закричать Тэхёну прямо в лицо: «Я так соскучился». Потому что скучает альфа каждую минуту, которую Ким с ним не проводит. Это жизненно необходимый фактор — взгляд. Без этого взгляда Чон становится мертвецом. У него не поднимаются руки, чтобы работать. Не хотят идти ноги, вести его к Тэхёну, который ни одного шага навстречу не сделает. Чонгук не хочет в прошлое, в котором всё мог сделать иначе. Судьба нашла бы иной способ поиздеваться над ним. Монстром то в итоге не Ингук становится, а Чонгук, который слишком резко с самого начала реагировал на отношения брата и омеги. Ошибаться альфа привык, но самую страшную ошибку сделал, когда позволил эмоциям взять верх, стать в глазах любимого омеги не тем, кем являлся. Зачем Тэхёну верить ему? Он любит другого, который конкурентом даже не является. Чонгук не может решить, что делать, как делать. Потому что он постоянно в проигрыше, даже если отобьет Кима. Тэхён порой так смотрит… «помнишь меня?», того старого, который не хотел бороться за жизнь, не было стимула. А сейчас всё есть и даже больше. Альфа верит, что тот Тэхён всё ещё внутри омеги живет, а это всего лишь маска, которую на Кима брат надел. Осознанно ли? «Я боюсь остаться здесь один» — а Чонгук бы сказал о том, что будет рядом, но рядом уже есть его копия. Альфа на скамейке запасных остаётся. «Я стану самым сильным», — в глазах его, но сильным он для кого стать хочет? — Мне жаль, — рыдает Тэхён, прижимаясь к нему. Он здесь настоящий… — Прости. — За что ты извиняешься? — не хочет выпускать его из рук, запахом наслаждается, который любые тревоги усмеряет. — Ты ни в чём не виноват, мне стоило относиться к тебе лучше. — Я не знаю, что мне делать. — Жить. — Зная, что есть ты? — смотрит в глаза. — И что ты тоже мой? — Не подпитывай ко мне ненависть, но… если она поможет избегать чувств ко мне, то ты можешь ненавидеть. Ты в праве выбирать. — А если разницы нет? Если я не хочу выбирать? — шмыгает носом омега. Чонгук целует, не даёт отстраниться, всё так же аккуратно чужие губы раздвигая, язык запускает. Слизывает горькие слёзы, сам не прочь поплакать, но кому-то нужно быть сильнее. Тэхён признал его своим… ему больно, но он остаётся, хочет понять намерения Чонгука. Они кристальны. Нужно просто уйти отсюда с мыслью о том, что Ингука убьют, а со старшим быть невозможно после такого. Омега останется в одиночестве снова, и оно сожрет его окончательно. Чонгук — враг, должен оставаться им, Тэхён обязан испытывать к нему неприязнь, но как после такого на него вообще смотреть? — Ингук очень сложный человек, — говорит, после каждого слова в шею целуя, — с ним связываться себе дороже. Есть вещи важнее истинности. — Важнее? — задыхается от чужих слов. — Что, например? За что ты бороться хочешь, если не за меня? Лично я мечтал встретить своего человека, я нашёл его и не могу потерять. — Бизнес, Тэхён, — убирает светлые пряди за ушко. — Если я попробую хоть пальцем тронуть тебя при Ингуке, он сожрет меня. Я хочу спасти себя, ты в надежных руках… — Я не должен осуждать тебя, наоборот сказать «спасибо» за то, что даешь мне шанс быть счастливым, но всё же… ты бросаешь меня. Ладно, — грустно усмехается омега. — Твой выбор. Я проживу как-нибудь без твоей поддержки, — направляется к выходу Тэхён и его никто не останавливает.

***

Flashback

— Спасай, там Чимин, — протараторил Ким, открывшему ему Намджуну. — Заходи, — пропустил его альфа, захлопывая дверь перед носом Пака. — Что-то случилось? — Нет, но я не очень настроен говорить с Чимином, он же скандал устроит, — восстанавливает дыхание омега. — Ты один? Ингука нет? — Один, — провожает омегу в комнату Ким. — Чай будешь? Тэхён не отказывается, и пока Намджун делает ему чай на кухне, он располагается на расправленной кровати, слыша стук в дверь. Следом шаги по квартире, альфа открывает дверь, говорит с Паком и выпроваживает. Тэхён и правда не хотел тратить на него нервы. Намджун приносит чай и возвращается за стол. — Слушай, ты же типа хакер, да? — начинает издалека омега. — Ты собрал информацию по Чонгуку, а можешь на другого человека? — Зачем это тебе? — разворачивается на стуле альфа. — Задумал что-то? — Хочу, чтобы это осталось между нами. Если нужно, я готов заплатить. — Денег не хватит, — смеётся альфа. — Я же не какой-то чайник, Тэхён. Теперь мне интересно, чего ты хочешь. — Чон Бёнхон. — Так, — ерзает на стуле Намджун, из-за чего тот начинает скрипеть, — чем он тебе не угодил? — Это супер важно. Мне нужна вся информация о нём, а ещё лучше будет найти какой-нибудь компромат. Это возможно? — сирпает кипяток омега. — Нет людей без грехов, я уверен, что Бёнхон успел накосячить. Ты хочешь с него денег стрясти? — Деньги в последнюю очередь, — отмахивается Тэхён. — Ты же мой друг, Намджун. Помоги. — И я ничего не должен сказать Ингуку? — Да. — Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, — отворачивается к ноутбуку альфа. — Ну, пойдем, посмотрим, что есть, — Тэхён убегает на кухню, чтобы принести себе стул и садится рядом с Намджуном.

End of the flashback