Серебро с позолотой

— Хорошо, твой любимый цвет? — Миранда сидела напротив Дерека, обняв колени и сложив на них подбородок. — Зеленый, — Дерек улыбнулся. Плаванье было долгим, тоскливым, хоть и спокойным, заняться нечем. Вот они и играли, задавая друг другу вопросы, чтобы узнать друг друга получше. — Для мага земли не слишком удивительно, — Миранда слегка вскинула уголок губ, и Дерек цокнул. Проверить свои способности было негде, так что он почти забыл о той ситуации. По крайней мере старался это сделать. Не верил он во все эти старые легенды, а тем более в то, что он мог быть их живым воплощением. — И не смотри на меня так, потому что я права. И это прекрасно. Миранда встала с кровати, чтобы попить воды и достать карты, одолженные моряками, но Дерек играть отказался. Он встал к окошку и засмотрелся на волны, качающие корабль. И тут вдруг впереди показалась земля, всего лишь маленький остров, груда камней с растительностью — не более того. Однако похоже, что капитан прямо сейчас приказал повернуть именно к нему. Не понимая, что происходит, Дерек поднялся на палубу и подошел к старпому, чтобы не отвлекать раздающего указы капитана. — Шторм намечается, — коротко, не отвлекаясь от дел, сказал старпом. — Мы повернули на знакомую нам бухту, чтобы переждать там бурю. — Надолго мы там задержимся? — Дерек был немного обеспокоен, учитывая то, что Миранду частенько тошнило на корабле, да и вообще, хотелось поскорее увидеть Адамас и найти себе работу, чтобы жизнь вошла в нормальное русло. — Кто знает? — пожал плечами старпом, поднимая голову и разглядывая сгущающиеся тучи. — Обычно шторм длится не больше суток, думаю, уже завтра утром мы возьмем курс на Адамас. А пока можешь помочь здесь, на палубе. — С радостью. И Дерек помогал, не жалея сил. Ему хотелось быть полезным, да и чем-то себя занять. Весь флот был близок к просторной бухте, первым вошел королевский фрегат, а уж потом все остальные корабли. Позже капитан приказал спускать шлюпки для желающих прогуляться по острову и скрыться в пещере на время шторма, кроме, конечно же, необходимых людей. Миранда не отходила от Дерека ни на шаг, она боялась всех мужчин, кроме него, и потому держала его то за край плаща, то за локоть, чтобы не отставать. В шлюпке она села рядышком и не подала руку моряку, который хотел помочь ей выйти. Тогда Дерек взял Миранду за талию и поставил ее на землю, а затем они вместе направились вслед за послом и принцессой и принцем Ровены, до смерти напуганными. Чего еще ждать от ровенианцев, если от них только и слышишь, что дождь, а тем более буря — это наказание богов за какие-то грехи? — Ой, я так боюсь, Рольф, так боюсь! — принцесса вцепилась в брата мертвой хваткой, зажимая уши, когда раздавались раскаты грома. Сложно представить, как она несколько дней любования на волны перенесла, подумалось Дереку, который терпеть не мог всех этих суеверных бредней. — Может, богам не угоден наш союз с Адамасом?! У них же совсем другие боги! — К которым ей придется привыкнуть, если она собралась оставаться в Адамасе, — прошептал Дерек на ухо Миранде, и она согласно закивала. Она, конечно, тоже была немного напугана в виду воспитанных в ней предрассудков, но отнюдь не боялась промокнуть. Ей вообще казалось, что после того, что с ней сделали, она не убоится ничего, кроме возвращения в Святую Обитель. Слуги разожгли огонь из не успевшего промокнуть хвороста. Тени всех немногочисленных присутствующих разошлись по пещере, подали ужин, принесенный с корабля, и Дерека с Мирандой в том числе вкусной едой не обделили. Посол восседал в центре, словно король, и нисколько не реагировал на гром и молнию, в отличие от принца и принцессы Ровены, но и в настроении он явно не был. Дереку так и не удалось выяснить имя посла, а спросить он пока что боялся, прежде всего потому, что не хотел настраивать человека, от которого напрямую зависело будущее самого Дерека, против себя. В пещеру то и дело залетали капли дождя. Ливень лил не прекращая, гремел гром, было даже видно, как ветер поднимает огромные волны, разбивая их о камни. Миранда, по привычке напуганная, прильнула поближе к Дереку, ища защиты, в глаза иногда била молния. — Это всего лишь гроза, Мира, — словно старший брат, сказал Дерек, погладив ее по плечу, — всего лишь гроза. Завтра она стихнет, и мы снова отправимся в плаванье, чтобы начать новую жизнь. Поверь, если боги и есть, то им на нас всё равно. Миранда, чуть успокоенная, вскоре уснула близко-близко к Дереку, а он сам глаз так и не сомкнул. Всё завороженно смотрел и смотрел на хлещущий на улице дождь и думал о том, что случилось тогда, в лесу. На корабле у него не было возможности проверить свои силы, но сейчас, на острове… Дерек перевернулся на спину и посмотрел на свои ладони. Нельзя сказать, что он раньше не замечал чего-то странного, но в Святой Обители… С землей он там никогда не работал, внутри растений не было. Миранда сказала, что не удивится, если узнает, что из-за магии его и отправили в Обитель, но… Дело было ведь не в этом, а в том, что имение отца разорялось, он не мог прокормить всех своих детей, вот и отдал младших… …Дерек как сейчас видел слезы матери. Когда она заметила смотрящего на нее сына, то присела на корточки, погладила его по лицу и сказала, что любит его, но ему придется ненадолго уехать. Дерек не понимал, куда и зачем, но был уверен, что лишь на время. Отец, вечно счастливый, что среди шести дочерей у него появился сын, на Дерека и не взглянул. Более того, словом не обмолвился, ни единым, будто единственный сын чем-то вдруг ему насолил. Мать собрала маленькую сумку и отдала ее Дереку, не желая его отпускать и не прекращая плакать. Карета ехала очень-очень долго, несколько дней, но отец всё еще молчал и на сына не желал даже смотреть. Когда они наконец прибыли, Дерек увидел большое здание, сделанное из камня, серое и некрасивое. На пороге показался мужчина в длинной тунике и плаще, с седой бородой и грозным видом. Отец передал ему увесистый мешочек с деньгами и, даже не обернувшись, сел в карету. Напуганный Дерек сначала побежал за ней, звал папу, кричал ему вслед, но только наглотался дорожной пыли и упал на коленки, расплакавшись. Тот самый старик подошел к нему и без всякой жалости поднял за шиворот на ноги, а потом сообщил, что теперь нужно исполнять всё, что он прикажет. Дереку выдали большую ему тунику, подстригли, как и всех мальчишек, и объяснили, как себя вести. Но Дерек ждал каждый день. Мама сказала, что ему нужно уехать лишь ненадолго, и оттого ожидание становилось всё мучительнее. Каждый вечер, ложась на каменный пол, он мечтал о том, что скоро приедет карета и заберет его, что он снова будет играть с сестрами, что вернется прежняя жизнь. Некоторые в Обители работали с землей, выращивали овощи, но Дерека к грядкам не подпускали. Он почти не видел неба, почти не видел солнца, только лишь камень и выделанные из мела изображения страшных всесильных богов. Когда лил дождь, все мазали окна и двери роваскулой, молились, но Дерек уже забыл, что такое молитва. Он был рад лишь тому, что ливень заглушал звуки жизни в Обители, и потому жадно слушал, как капли стучат по крышам и земле. Шли годы, и надежда, что его заберут, испарилась навсегда. Со временем Дерек понял, что он помнит руки матери, ее голос, ее объятья, но забыл ее лицо, как и лица всех сестер, отца, слуг. Единственным выходом оставался побег. Сбежав, Дерек насладился теми короткими часами счастья, подаренными судьбой, познал женщину, прошелся босиком по траве, почувствовал на лице капли дождя, искупался в реке, послушал настоящую, веселую деревенскую музыку, вспомнил, что такое танец, песня, книги. И когда его вновь поймали и отправили в Обитель у Костяного моря, Дерек понял, что больше не сможет жить, словно в клетке. День на свободе стоит того, чтобы пожертвовать остальной жизнью взаперти. И вот теперь он здесь, лежит в пещере и вновь слушает дождь, размышляя о том, кто же он всё-таки такой. Ливень стих, начало показываться солнце. Дерек тихо встал, пока все остальные спали, и вышел на улицу, пройдя от пещеры чуть дальше, к деревьям. Пахло свежестью, морем, вдали слышалось пение птиц, первые солнечные лучи ласкали лицо, под ногами путались первые выбежавшие из укрытия насекомые. Дерек выбрал наобум один маленький листочек, закрыл глаза и представил, будто этот листочек уменьшился в размерах. Но ничего не произошло, он так и качался на ветру в своем прежнем размере. Тогда Дерек попробовал еще раз, еще и еще. Пятнадцатая попытка, шестнадцатая, семнадцатая… Никакого результата, и решено было сдаться. — Мне стало страшно, когда я не увидела тебя, — это был голос Миранды, но Дерек до смерти испугался, потому что не слышал, как она подошла. — У тебя уже получается, — сказала она, пальцем показав на листочек. И правда, он не уменьшился, а, напротив, увеличился и стал слишком выделяться на фоне остальных. — Я заметила, как он изменился, когда ты повернулся ко мне. Тебе не хватает сноровки. У девочек из Обители, где я жила, тоже всё получалось только под влиянием эмоций. Наверное, тебе нужно больше тренироваться. — Я всё еще не уверен, что это был я, — Дерек знал, что врет самому себе, просто ему не хотелось принимать правду, да и он не был уверен, что может быть откровенным с Мирандой до конца. Он уже никому не хотел доверять, внутри жило такое чувство, будто его окружают только враги. Родители предали, в Обители у него не было ни одного друга, вот и сейчас ощущение, что Миранда добра к нему лишь из благодарности и что может в любой момент сдать его, не покидало. — Попробую еще раз. Миранда обняла себя за плечи и присела на бревно, улыбаясь и подбадривая Дерека. Вопреки легкому привычному страху, она видела в магии нечто необъяснимо прекрасное. Мифы всегда красивы, а воплощаясь в жизнь, они становятся страшны. Однако Дерек вовсе не выглядел страшным колдуном из детских сказок и историй, которыми родители пугают непослушных детей. Он добрый. — Мне кажется, что у тебя пока не получается колдовать на расстоянии от предмета. Не знаю, почему именно, но мне кажется, что так сложнее, — сказала Миранда, когда Дерек опустил руки. Расточек никак не хотел менять размер. — Попробуй с веточкой. Это как… хм… — она задумалась. — Как со стрельбой. Ты же не можешь сразу стрелять в далекие мишени, начинаешь с близких, тренируешь глаз, а потом отходишь дальше и дальше. — Может быть, ты и права, — Дерек подошел к дереву и выбрал маленькую веточку. Он обвил ее пальцами, закрыл глаза и представил, что она растет. Несколько секунд ничего не происходило, а потом вдруг послышался тихий-тихий треск. Миранда захлопала в ладоши и подошла поближе. Конечно, ветка стала куда больше, чем Дерек хотел изначально, но уже что-то начало получаться. — Неужели всё же?.. — он посмотрел на свои ладони и снова на ветку. Всё это казалось ему таким необъяснимым и немыслимым, что поверить даже сейчас было трудно. С тех пор, как попал в Обитель, Дерек понял: не существует ни чудищ, ни магов, ни богов. И теперь вот он, стоит, живое доказательство того, что магия существует, что она — не сказка. За последние несколько дней мир настолько перевернулся, и Дерек теперь уже не знал, во что ему верить. Солнце становилось всё выше и ярче, пора была возвращаться в пещеру, чтобы не остаться на этом острове, потому что ждать их никто не будет. Моряки вовсю складывали вещи и относили на корабль, и Дерек тут же принялся им помогать, заметив на себе неоднозначный взгляд посла, такой пристальный и странный, что стало не по себе. Однако всем было не до разговоров, главный капитан прокладывал маршрут, столь для него привычный, старпом отдавал приказы. Миранда села в шлюпку вместе с Дереком, когда все вещи были собраны, все взобрались на палубу. — Господин, — к Дереку подошел один из моряков, — посол требует вас к себе. Сказал, что хочет провести остаток плаванья с вами. Я и мои товарищи доставят вас на фрегат. — Можно ли взять с собой Миранду? — Дерек сильно напрягся, но виду не подал. — Да, ее тоже попросили доставить. Миранда явно испугалась, это читалось на ее лице, однако посол посмотрел на них с самой добродушной улыбкой, когда они прибыли, напряжение чуть спало, но Дерек был начеку. Мало ли что и у кого на уме. Фрегат тронулся, выходя из бухты в открытое море. Чайки закружились над волнами, плыли облака, дул легкий ветерок, а дышалось по-прежнему полной грудью. — Подайте нам ром, — попросил посол и присел на бочку, приглашая с собой Дерека и Миранду. Вскоре принесли три фляги, однако Миранда отказалась, зато посол и Дерек, чокнувшись, выпили по глотку. Грудь слегка обожгло с непривычки, но во рту остался приятный привкус. — Люблю ром. Часто путешествую, привык к нему, вот и вы привыкните, — посол рассмеялся, когда Дерек поморщился и вытер губы. — Я понял, что мы не познакомились поближе. Меня зовут Джоаннес Ромул, а должность мою вы уже знаете. Вы Дерек, а леди зовут?.. — Миранда, — она тут же вскочила на ноги и сделала неуклюжий реверанс, — но я не леди, простая девушка из горожан. — Что ж, очень приятно. Итак, поскольку я взял на себя бремя привезти вас в Адамас, считаю, что мой долг найти для вас работенку, желательно в замке, так как бываю там часто и хочу, чтобы вы всегда были рядом, если мне понадобитесь, — Джоаннес посмотрел на Дерека, и его взгляд говорил: «вы же помните условие нашей сделки, верно?» — Мисс Миранда, я думаю, отлично справится с обязанностями горничной, не так ли? — Всё, что прикажете, я многое умею: и убирать, и стирать, и готовить. Не побрезгую любой работой, — заверила она, желая быть полезной. Она чувствовала глубокую благодарность и готова была согласиться на любой труд, лишь бы быть в безопасности. — Что ж, отлично. А вы, Дерек? — Согласен на что угодно. — Вот и славно, я подумаю и подыщу вам какую-нибудь работенку. Скажите, вы умеете сражаться? Дерек отрицательно покачал головой. Когда-то в детстве, еще когда жил в поместье родителей, у него был учитель фехтования и стрельбы, но с годами всё позабылось. Сноровки не было никакой, возможности тренироваться — тем более. Обители нужны послушные рабы, а не воины. — Что ж, очень жаль, — посол пожал плечами и призадумался, — но вы держали когда-нибудь меч в руках? — Да, доводилось, — уклончиво ответил Дерек, не собираясь выкладывать всю подноготную. — Но я могу работать на кухне или в конюшне, да где прикажете. — На кухне… Что ж, хорошо. Какое-то время можете поработать там, но я вижу в вас потенциал, который жаль было бы тратить на ощипывание индюков и вынос мусора. Что если приставить к вам рыцаря, который научит вас сражаться и возьмет позже себе в оруженосцы? Отчего-то я уверен, что вы справитесь. А мне необходимо, чтобы вы умели сражаться. — О… — Дерек был польщен, он давненько не слышал в свой адрес таких хвалебных слов. — Да, да, конечно. Уверен, что справлюсь, я довольно быстро учусь. — Значит, так и сделаем. Весь флот беспрепятственно шел по морю, и освободившиеся моряки вдруг затянули песню. Молодой парень, таская груз, запел громким грудным голосом, за ним подхватили другие. Оставшиеся застучали по бочкам, задавая веселый ритм. Незамысловатый текст о роме, чайках и открытом небе над головой был явно очень знаком всем присутствующим, даже посол подхватил песню. — Что за той горой? Что за тем хребтом? Новый ли остров, или же целый материк? Корабль наш идет вперед и напролом, Волны несут нас, слышен чайки крик, Чем нас встретят? Мечом иль теплым очагом? Паренек, что первым затянул песню, стал петь еще громче и красивее, чем в начале. Один из моряков, танцуя, подошел к Миранде, предлагая ей руку. Она посмотрела на Дерека и, увидев его одобрительную улыбку, приняла приглашение. Каблуки ее туфель застучали по палубе, она плясала от души, наконец-то расслабившись и полностью отдавшись веселью. Моряк кружил ее, юбка поднималась на искусственном ветру, и вдруг Дерек встал сам. Сначала неуклюже, но он всё же начал танцевать. Но тело вспомнило, он ведь учился в поместье. Миранда меняла партнеров с бешеной скоростью, каждый хотел вовлечь девушку в пляс, соскучившись по женскому лицу. — Мы оставили жен, мы вышли в море, Чтобы привезти им славу с чужих берегов… Дерек разулыбался, когда Миранда поманила его указательным пальцем. Они соединили руки и застучали каблуками, то отходя друг от друга, то снова соединяясь. Он то подрыгивал, то останавливался и давал ей покружиться, а потом кружил ее вокруг своей оси. Остальные хлопали, пели, смотрели на них и повторяли движения. Посол же, качаясь из стороны в сторону в такт музыки, наблюдал за Дереком, всматриваясь в то, как умело он танцует, с грацией, присущей аристократам. Паренек явно был не из простых, это читалась в том, как он движется, как держит осанку, даже в том, как улыбается. Он точно быстро освоится в замке и станет очень-очень полезным, а предчувствия почти никогда не обманывали Джоанесса Ромула. Миранду вновь увел какой-то моряк и подхватил ее за талию, покружив в воздухе и потом опустив к палубе. Она вскрикнула от неожиданности и засмеялась, когда он поставил ее на землю. Они оба отвели руки назад, потом вперед, и так несколько раз, соединили ладони, отплясывая чечетку. — Ром — наш надежный товарищ, Компас — верный наш проводник. Мы идем туда, где никогда не бывали, Найти клад, что прославит нас в один миг…