Тише мыши

Вдох-выдох... Солнечный свет, лучи коего прорывались сквозь кроны деревьев-великанов падал на крыши бараков, используемые шестилетними мальчишками и девчонками как площадки для медитации. Сидя в позе лотоса, держа спины ровно, а кисти рук сложив в печать концентрации они заставляли чакру ускоренно циркулировать по большому кругу каналов, охватывающему все конечности, а также малому кругу, включающему лишь внутренние органы и мозг. Впрочем, данное разделение, в отличие от системы кровообращения, являлось полностью искусственным и служило только одной цели: научиться напитывать энергией лишь определённые области организма. К своему возрасту дети, являющиеся плодом союза кланов Хьюга и Учиха, о чём ярче всего говорили разноцветные глаза, успели пройти стадию первичного укрепления системы циркуляции чакры, в чём им помогали шиноби из клана белоглазых сенсоров-рукопашников. Эта процедура требовала усердия и сосредоточенности, но благодаря ней сейчас они могли увеличивать свою скорость до пяти раз, что сказывалось и на общей прочности (ведь в ином случае было бы не избежать травм). Вторым этапом развития внутренней энергетики было формирование резерва: чакру из очага, расположенного в животе, в обычном состоянии свободно циркулирующую по всему телу, усилием воли сжимали до появления ощущения лёгкого дискомфорта, после чего отпускали позволяя давлению снизиться. Процедура повторялась раз за разом синхронизируясь с дыханием, постепенно приводя к увеличению объёма внутреннего резервуара. Впрочем, многие пренебрегали данной методикой в пользу тренировок тела, дающих больший эффект на начальном этапе, но имеющих потолок развития, пробить который обычными способами не представляется возможным. Отдельным подпунктом второго этапа развития системы циркуляции являлись тренировки очага, производящего чакру. Для того, чтобы приучить его работать активнее, быстрее заполняя растраченные силы, требовалось регулярно опустошать свой резервуар примерно на три четверти. Побочным эффектом от таких занятий был зверский аппетит... что не являлось проблемой для обитающих в лесу полноценных шиноби. Вдох-выдох... Контроль чакры, как и объём резерва при помощи специализированной медитации можно было развивать всю жизнь, пусть с годами тренировки зрительно приносили всё меньше результата. Однако же именно эта стадия часто становилась непреодолимой для многих шиноби, не обладающих хорошей наследственностью... или по-настоящему бараньим упрямством. Если для того, чтобы стать генином (рядовым шиноби) соискателю звания хватало пройти через стадии укрепления СЦЧ и формирования резерва, благодаря чему он получал возможность как укреплять-ускорять тело, так и использовать самые разнообразные техники, а от чунина ещё требовались умение мыслить тактически и стратегически, то для присвоения звания джонина следовало совершить большее. Лишь преодолев процесс пробуждения совсем крохотных очагов внутренней энергии в клетках организма, тем самым став полуэнергетическим существом, человек переходил в разряд настоящей элиты. ...Пока что детям оставалось только мечтать о том, что однажды они смогут двигаться со скоростью выше звука, крошить пальцами камни, останавливать раскрытой ладонью не напитанное чакрой металлическое оружие, при этом не получая даже царапин. Однако же, как им говорили наставники, благодаря наследию сразу двух великих кланов, а также строгому выполнению приказов инструкторов, у них было всё необходимое для достижения джонинского уровня ещё до наступления рубежа в десять лет. ...О том, что сверхлюди имеют собственные слабости от детей не скрывалось: на уроках по медицине наставница из клана Хьюга рассказывала, что сила, выносливость, живучесть шиноби напрямую зависит от чакры. Генин и чунин, лишившись поддержки этой энергии станут просто чуть более сильными, тренированными "простыми смертными", а вот для джонина исчерпание собственных резервов грозит если не смертью, то превращением в едва живую мумию, которую пытается переварить собственный очаг. Из-за этого во время мировых войн нередко случались ситуации, когда после разрушительного сражения между элитными бойцами, полностью выбившегося из сил победителя добивали вчерашние выпускники академии. ... Распорядок дня Юто был прост и понятен: каждое утро в шесть или семь часов их с братьями, живущих в одном бараке, будил крик какой-нибудь птицы, ну или же рык животного, после чего за две минуты следовало встать, заправить одеяло, свернуть футон и выбежать на улицу для тренировки. В случае непогоды вроде дождя или куда более редкого снега их останавливал инструктор, после чего упражнения проходили в тёплом помещении по щадящей программе (бег по кругу отменялся, а на его место приходила игра в чехарду). После утренней разминки было время для ополаскивания, чистки зубов и переодевания в чистый комплект из серых рубахи и штанов, а также сандалей, оставляющих открытыми пальцы ног. Грязный комплект одежды требовалось замочить на день, чтобы позже постирать и повесить сушиться, ну а завтра - надеть уже чистое. К полевой кухне Юто подходил бодрый и голодный как пёс клана Инузука: живот порой издавал такой рык, что ему иные медведи могли позавидовать. И всё равно на то, что самих нинкенов, как и крупных лесных хищников ему доводилось видеть исключительно на иллюзиях, коими хвастались наставники Учиха. На завтрак обычно давали рис с мясом и травяной чай. Изредка, если Юто или кто-то из его братьев с сёстрами достигал какого-то значимого успеха - их всех угощали рисовыми шариками в меду. Впрочем, виновник торжества всегда получал больше, что подстёгивало лучше стараться на тренировках. После завтрака, когда живот приобретал приятную тяжесть, наступала пора медитаций на крыше барака. Юто это время особенно сильно нравилось: тишина лесной полянки, скрытой за высокими кустарниками и под кронами деревьев убаюкивала, разогнанная по каналам циркуляции чакра приносила чувство лёгкости, пульсирующий очаг дарил ощущение взрывной силы, в любую секунду готовой вырваться наружу. Закрыв глаза он любил представлять себя взрослым шиноби, на которого с гордостью смотрят главы кланов, а все остальные - просто восхищаются. ...Настроение портилось только в моменты, когда память подкидывала истории о неком Хатаке Какаши, который стал настоящим шиноби в пять лет. Ну и ещё, пусть он об этом никогда никому не рассказывал, сын главы клана Учиха вызывал какие-то неприятные чувства. Итачи Учиха приходил в их деревню всего трижды, но каждый раз это событие запоминалось Юто особенно ярко. Мальчик, который был старше него всего на два года уже побывал на настоящей войне, сам активировал шаринган, лишь за год закончил академию и стал полноценным шиноби. Его навыки в рукопашном бое уступали наставникам, но были настолько лучше чем у всех братьев и сестёр, что они даже вдвоём-втроём не могли хотя бы раз достать вёрткую фигуру. То же самое касалось и остальных дисциплин... кроме ирьендзюцу. Это было неправильно и недостойно, но Юто чувствовал радость от того, что уже умеет лечить поверхностные повреждения, тогда как сын главы одного из двух великих кланов так не может. Даже то, что взамен Итачи продемонстрировал техники стихии огня уже не вызывало особого восхищения из-за понимания, что ему самому просто ещё нельзя осваивать стихийные преобразования. "Я смогу не хуже. У меня будет два года, чтобы научиться делать не хуже", - уговаривал себя мальчик, нетерпеливо ожидая когда же наступит день и запрет на применение стихийных дзюцу будет снят. ...После утренней медитации наступал черёд ещё одной разминки, но на этот раз совмещённой с отработкой отдельных приёмов одного из стилей рукопашного боя. В качестве основы им давали стиль листа, стандартный для академии Конохи, а затем наставники менялись. Стиль Хьюга был стремительным и элегантным (что бы это ни значило), и заключался в навязывании ближнего боя, где каждое касание могло быть последним; Учиха действовали резко и агрессивно, использовали акробатические трюки, стремились разорвать дистанцию и применить ниндзюцу. К собственному стыду Юто должен был признать, что у него оба клановых стиля получаются плохо. Нет, некоторые его братья и сёстры были ещё хуже, но равняться на них мальчик не собирался, вместо этого выбиваясь из сил на каждом занятии, таким образом стремясь доказать учителям и главам кланов свою полезность. Теоретические уроки вроде истории мира и великих кланов, математики, химии, медицины, ну и изучение ниндзюцу происходили во второй половине дня, после обеда и ещё одной медитации, на этот раз направленной на улучшение памяти и мышления в целом. Свободное время оставалось только вечером, чего хватало для стирки, мытья полов, валяния на футоне перед сном. Иногда ночью звучала тревога, после которой начинался забег вокруг деревни примерно на полчаса. Юто эти внезапные побудки не нравились несмотря на то, что после них им давали дополнительный час на сон. ... - Юкио против Акиры, - объявил наставник-Хьюга, стоящий на середине тренировочного полигона, расположенного между двумя жилыми бараками. - Сделай его, - напутствовал временного напарника Киба, из мальчишек с чёрными или каштановыми волосами выделяющийся седой прядью, полученной во время пробуждения додзюцу (чем немало гордился). - Хай, - отозвался Юкио, нетерпеливо подпрыгивая, словно бы желая дополнительно разогнаться перед тем как будет дана отмашка. "Лучше бы против Акиры поставили меня", - мысленно посетовал Юто, прекрасно знающий слабость долговязого брата в ближнем бою. - На позицию, - вокруг глаз инструктора вздулись вены, тогда как серые глаза без зрачков будто бы заблестели. - Приветствие... Бой. Тут же Юкио бросился вперёд, а Акира применил недотехнику маскировки, заключающуюся в выплеске чакры вокруг себя. Выглядело это так, словно второго мальчика окутало облако белого то ли дыма, то ли пара, мешающего нормально рассмотреть его движения. В следующий же момент замешкавшийся противник получил первый удар кулаком... - Стоп, - прервал поединок учитель, дождался пока противники разойдутся и объявил: - Победитель - Акира. Юкио, если ты видишь применение техники, мешающей видеть противника, то либо не лезь в неё, а отойди на несколько шагов, либо используй метательное оружие. - Но у меня нет оружия, сенсей, - произнёс проигравший мальчик грустным голосом, даже не думая оспаривать решение старшего. - У тебя под ногами есть песок и камни, - парировал Хьюга. - Первое прекрасно подходит для бросков в глаза, второе - как метательный снаряд. Из-за того, что Акира собственными действиями лишил себя возможности нормально видеть - эта атака могла стать успешной. Теперь ты, Акира: за применение нестандартного подхода хвалю. Однако же обрати внимание, что ты потратил почти половину всей своей чакры на эту завесу. Если бы Юкио был более терпелив и рассудителен, либо же у него имелся напарник - это могло дорого тебе стоить. Всё ясно? - Хай, сенсей, - отозвались оба бойца, сложив руками символ мира. - Возвращайтесь к своим командам, - отпустил их мужчина, тут же объявив следующую пару: Юто против Хотару. "Вот и моя очередь", - пару раз присев, мальчик незаметно подхватил с земли горсть мелких камушков, после чего решительно зашагал навстречу девочке, у которой (как и у него), правый глаз был серо-серебряным, а левый - карим. - На позицию, - инструктор вновь активировал додзюцу, чтобы в точности видеть происходящее. - Приветствие... Бой. Бросившись вперёд, Юто взмахнул рукой и выпустил из ладони камушки, запоздало заметив то, что его противница провернула аналогичный трюк...