Как Вы с этим справляетесь?

      Снова началась дождливая погода. Девушка уже неделю как лежала в больнице. Посетителей практически не было, только Драко каждые два дня навещал. Чаще всего Гермиона просила книгу, чтобы хоть как-то убить время, и несколько пергаментов. Как только Драко заходил в палату, она тут же садилась и улыбчиво прикрывала одеялом пижаму. Так происходило всегда, но сегодняшний день стал небольшим исключением.       — Добрый вечер, Гермиона. Как твоё самочувствие? — спросил он, подойдя к кровати и положив на тумбу очередную книгу и свежие пергаменты.       — Драко, это ты… — разочарование дрогнуло в голосе.       — Надеялась увидеть кого-то другого?       — Профессора Снейпа. Пожалуйста, пригласи его сюда. Мне очень нужна помощь.       — Чем он может помочь, если даже врачи не справляются?       — Он справится, точно справится. Пожалуйста, Драко.       Девушка судорожно растёрла ладони друг о друга, в попытке хотя бы немного согреть оледеневшие руки. Губы с оттенком синевы дрожали так, будто Гермиона провела несколько часов в истерике. Впрочем, так и было. Боли убивали её.       Её самочувствие в разы ухудшилось: бросало то в жар, то в холод, раны появлялись всё чаще и чаще, а боль, которую они приносили, проникала в самую глубь органов.       — Хорошо, я позову его. Тебе придётся подождать. Обещаю, что скоро будем.       Девушка кивнула, извиваясь на больничной койке. Голова кружилась, а во рту всё пересохло.

***

      — Хочешь сказать, что ей стало хуже? Как давно?       — Около двух дней назад. Она просила помочь.       — И чем же я могу ей помочь?       — Я не знаю, сэр, но… боюсь, что её смерть совсем близко.       — В моё отсутствие найди все книги по тёмной магии в библиотеке Люциуса. Если спросит зачем, обоснуй это моим желанием. И только не говори, что у него отняли все подобные книги. Он слишком хитёр, чтобы не спрятать хотя бы несколько.       — Я-я всё сделаю.       Драко кивнул, приближаясь к выходу. Как только он ушёл, Северус достал со шкафа специальный чемоданчик для зелий и мазей, сложил туда ровно столько, сколько могло бы пригодиться ему сегодня. Выбрался из замка, дошёл до нужного места и аппарировал прямиком ко входу больницы.       Палата 404 располагалась на третьем этаже в самом конце коридора. Войдя, Северус осмотрелся. Гермиона лежала на койке и корчилась от болей, тихо постанывая. Одна третья часть белоснежного постельного белья впитала в себя кровь.       Не став медлить, мужчина подошёл к Гермионе, рывком откинул одеяло ей в ноги и принялся раздевать. Руками ничего не выходило сделать, поэтому он махнул палочкой, произнося заклинание. Окровавленная одежда тут же исчезла. Остались только хлопковые трусики.       Северус моментально открыл свой чемоданчик, достал бутылёк с кроветворным зельем и заставил выпить. Следом стал нашёптывать заклинания, залечивая две раны. Казалось, на Невыносимой всезнайке испробовали его Сектумсемпру. После заклинания последовало восстанавливающее зелье и обезболивающий гель.       Гермиона глубоко вздохнула. Сердце постепенно начало возвращать привычный ритм. Чтобы не смущать пришедшую в себя Гриффиндорку, зельевар накрыл её одеялом до самой шеи и помог вытащить руки. Затем всё же присел после тяжёлой работы.       — Профессор, спасибо, я Вам бесконечно благодарна. Теперь мне не так больно и гораздо легче.       — Где Ваш врач?       — У него сегодня выходной.       — А его помощница?       — Я не знаю. Она не заходила ко мне уже пару дней. Если бы ко мне сегодня не зашёл Драко, вероятно, к ночи я бы лежала в морге.       — Отбросьте эти мысли, Вам нужно думать исключительно о позитивном.       — Думаете, я выживу?       — А как иначе?       — Полагаю, что нет.       — Я помогу Вам.       — Правда?       — Мне жаль будет потерять Невыносимую всезнайку. Драко явно не станет выкрикивать на моих уроках, а значит, что в классе станет тише. Из этого может следовать только то, что я действительно окажу помощь.       — Разве тишина не будет плюсом для Вас?       — Будет. Но тогда кого же я заставлю варить зелья в качестве наказания за проделки в Астрономической башне?       Гермиона улыбнулась, но с грустью в глазах. Она взяла книгу с тумбы, рассмотрела обложку и вернула её обратно.       — Я боюсь оставаться одна. Приступы учащаются. Не знаю, что с этим можно сделать.       — Скоро всё узнаем. По крайней мере, я постараюсь.       — Разве можно узнать о таком проклятии?       — Можно, но нужно очень хорошо постараться.       — Я могу чем-то помочь Вам и себе?       — Сможете перечитать десяток книг о тёмной магии за короткий срок?       — Так говорите, будто не знаете ответа на этот вопрос.       — Значит, сможете. Отлично. Завтра принесу литературу, изучите её внимательно.       — Хорошо.

***

      На постоянной основе к Гермионе заходил профессор Снейп ровно в шесть часов вечера и сидел в палате до двенадцати, а то и до часу ночи. С ним ей удавалось о многом поговорить: рассудить на тему проклятия, подумать о том, сколько есть ещё непридуманных зелий и сколько существует непрочитанных книг.       — Я Вам говорила, что когда-то в маггловском магазинчике видела часы, похожие на маховик времени?       — Я редко бываю в таких магазинах, может быть, поэтому и не видел, но более чем уверен, что они не предназначены для перемещения во времени.       — Так я и не говорю, что предназначены, это ведь просто часы. Они очень красивые.       — Если Вы продолжите болтать, то чай остынет и станет совершенно невкусным.       — Разве чай может быть невкусным?       — Сомневаетесь?       — Сомневаюсь.       — Тогда я готов заключить с Вами пари. Что Вы хотите, если я проиграю?       — Я хочу, чтобы Вы обучили меня приготовлению чая. Правильному приготовлению, сэр.       — В таком случае с Вас те маггловские часы.       — Неравноценный обмен!       — И книга с рецептами, — добавил Снейп, приподняв бровь, и протянул руку. Девушка протянула свою исхудавшую руку в ответ и они обменялись рукопожатием.       Уставшая Гермиона скатилась вниз, укрываясь по самый нос одеялом. Организм стал очень слабым. Девушка хоть и не часто выходила на улицу, но несколько раз на дню дышала у окна.