Simple but cute

      Клифф всегда говорил Кёрку, что бы тот не ненавидел людей с нетрадиционной ориентацией. Говорил, что это нормально. Кёрк верил. Знал, что он его поймёт, но сказать всё равно боялся.              Именно поэтому первое во всей его жизни признание было очень нелепым... Кёрк передал Клиффу записку с тремя простыми словечками и сразу ушёл, ссылаясь на то, что звонок уже через несколько минут. Затем он всеми силами старался не попадаться на глаза Бёртону, но продержался не долго. Клифф тогда говорил что-то про взаимность, Хэммэтт не услышал примерно половину его слов, но переспросить не хватило смелости. Он услышал самое главное, остальное было уже не так важно.       С того момента прошло чуть больше двух месяцев, и за это время их ещё никто не раскрыл, за что Кёрк был бесконечно благодарен, ну а Клифф... Он сказал, что ему посрать. Конечно, замечая некоторые странности в их общении друг с другом, кто-то начинал шутить, но всерьёз никто не воспринимал.       Всё своё свободное время они посвящали в основном друг другу. Дома всегда созванивались и болтали целыми днями, отвлекаясь только на еду. Нет, это все ещё не надоело, и хотелось, что бы так было всегда. Эти моменты самые-самые и не сравнятся ни с чем.       На большой перемене всегда можно было побыть вместе, обойти все этажи и поговорить. Не важно о чём: обсудить одноклассников, ненависть к урокам, а иногда просто пожаловаться. Всё казалось крутым, и так оно и было.       Сегодня ещё и 14 февраля, это значит, что ничего не обойдётся без очередных записок и бумажных валентинок.       — М-м, Клифф, я так хочу спать... Голова болит.       — Вижу, что засыпаешь на ходу. Давай больше не сиди до поздна, если голова болит.       — Мгм... Впереди ещё 6 уроков, вот чёрт!       — Хочется уже отдохнуть, да? Мне тоже. Жаль, что до лета ещё долго. За то представь, как будет круто на каникулах.       — Ага! А вообще, ты — единственная причина, по которой мне хочется сюда возвращаться.       Клифф улыбнулся и взял его за руку.       — А если кто-то увидит?       — Мне всё равно. Пусть думают, что хотят, я тут половину людей впервые вижу!       — Ну ладно. Просто, я всё ещё немного неловко себя чувствую...       — Я понимаю, ничего страшного. Вообще, помнишь, какой сегодня день?       — Ага-а. 14 февраля... Одной моей однокласснице сегодня подарили больше десяти валентинок, и все от разных людей, представляешь? Ладно, неважно. У меня вообще должна была быть для тебя, сейчас...       Кёрк пошарил в карманах и достал небольшое, сложенное напополам бумажное сердечко, неряшливо закрашенное красным. С другой стороны был маленький текст, который было сложно разобрать, но было понятно, что речь там точно не о плохом. В свободное время Бёртон постарается разобраться в этом тексте до конца.       — Спасибо тебе! Это мило...       Через несколько секунд в руках Кёрка тоже было бумажное сердечко, но более аккуратное и с коротким стишком, который, судя по всему, Клифф сочинил сам.       — Здорово, спасибо... Знаешь, такие вещи мне нравятся больше любых дорогих подарков.       — Так такие вещи и есть дорогие подарки, только дорогие не по стоимости. По крайней мере, я так считаю.       Ещё минут 5 они походили по первому этажу, а потом начали расходиться.       — Хорошо, я пойду. Встретимся после уроков, ладно?       — Оке-ей, удачи!       Хэммэтт получил быстрый поцелуй в щёку и сразу ушёл, уже начав ожидать конца учебного дня.