Как покорить сердце гонца...

      Роль Императора утомляет, вечные договоры, бумаги. Одно подписать, другое прочитать, третье отложить. Каждый день наблюдать за государством, считать казну и направлять в нужное русло. — Шах, - расплываясь в улыбке, зеленоволосый мальчик ставит фигурку коня на клеточку, тем самым подвергая черного короля смерти. — Ты как всегда спешишь, - уставшим и чуть охрипшим голосом, произносит Пик и тут же сшибает его коня ферзем. Видеть разочарованные глазки пажа было тем еще удовольствием. Приподнявшись на стуле, его изумрудный взгляд бегает по полю и по своим фигурам, ища путь к королю. — Шах! - Вновь вскрикивает малец, лет двенадцати, и передвигает ладью. С интересом оглядев установившуюся ситуацию, Император промурчал что-то довольное себе под нос. — Ты становишься умнее с каждым днём. Ни одна партия не похожа на другие, - однако надежды на победу ускользнули из рук, как только ладья была съедена, а белый король открыт к нападению. — Но я все еще проигрываю! - с досадой прошипел мальчик, пока ладья и ферзь загоняли его в угол. — Да, но ты вспомни свою первую игру. Ты тогда съел только тех, что я подкидывал тебе специально, а сейчас действуешь сам. Поставив мат, Пик не без удовольствия откинулся на спинку. Обыгрывать ребенка, конечно же, нечестно, учитывая и опыт за плечами самого Императора, но без проигрышей, он не научится выигрывать. — Я почти поставил вам Мат! Ну вот немного не хватило. - разочарованно он сполз на спинку стула, складывая руки на груди. — Вару, без проигрышей ты не выиграешь. - Видя надутые губки ребенка, тот невольно вспомнил о маленьком Ромео. Как сейчас помнил, что тот любил топать ногой и "моекать", а когда ему это не позволяли, обиженно строил губы и уходил в угол. — Зато подумай о своём выигрыше. - попытавшись приободрить Вару, Император начал собирать фигуры в шахматную доску. — Или уже забыл, на что мы играем. — Помню... Если я выиграю, то смогу попросить у вас все, что угодно. Однако, если выигрываете вы, то я иду на кухню молча и без истерик. — Разве тебя не будоражит будущее? Когда ты наконец сможешь попросить чего угодно, ты увидишь мое разочарованное лицо и мне - Императору, придется потакать желанию мальчишки.       Кажется, подобный расклад достаточно хорошо устраивал ребенка, ведь в глазах вновь загорелся огонек и приподнявшись, тот посмотрел на убранные шахматы. Кажется, мы уже упоминали о том, что Пика утомляет правление, так же, как и скукота в замке. Вот одно из его развлечений, учить осиротевшего Вару стратегии и ведению боя. Этот мальчишка был таким энергичным и гордым, что в самом начале хамил даже Пику, хотя казалось, Император - не так что сказал и голова с плеч. Потребовалось время, чтобы усмирить его пыл и направить его импульсивность в другое русло. — Ваше Величество! - В зал вошел парень в фиолетовых доспехах, солдат, что патрулировал коридоры. Не то чтобы Пик боялся умереть в своем же замке от рук каких-то диверсантов, однако осторожность не помешает. — Слушаю, - взяв со стола дорогую марку папирос, он зажег конец о стоящую свечу и отошел к окну, где вдохнул ароматный дым в легкие. За окном бушевал ветер и дождь, грозы не было, лишь обильный ливень, что крупными каплями ударял в окно. — К вам гонец из Курограда. - Доложив информацию, блондин встал прямо, демонстрируя уважение к Императору. — Проведите сюда. - Приказав, Пик вновь сделал затяжку, чувствуя, как полупрозрачный дым обвивает легкие, наполняя их. Подобное его удивляло. Ливень, а гонец прискакал сюда, еще повезло, что грома не было, а то бы не доехал бедняга. Вару с интересом наблюдал за правителем и за дверьми, что вскоре распахнулись, пропуская сквозь себя серовласого парня. — Т-Товарищ Куромаку, просил пе-передать... - голос дрожал и никак не хотел подчиняться, в голове неимоверная тяжесть и звон.       Повернувшись к Курону, Пик замер, забыв даже выдохнуть полупрозрачную дымку. С его волос стекали капли дождя, что падали на промокшие и без этого плечи. Гонец вымок до нитки и похоже дождь в августе был достаточно холодным, ведь его тело мелко дрожало. Выпустив струйку дыма, он убрал папиросу в пепельницу, предпочитая докурить позже. Взяв из его рук письмо, что на удивление было сухим, Пик открыл его и пробежал глазами по написанному. Из-за подобного пустяка, он послал парня в дождь? Из спокойного состояния, Пик все больше чувствует, как переходит в раздраженное и злое. Этот Серый Король его до чертиков зае...       Переведя взгляд на парня, Пик тут же заметил покрасневшие щеки и то, как тот шатается. Стоять прямо тот не был в состоянии, оно и понятно. Наклонившись к его лицу, заставил парня зажмуриться от ударившего в нос запаха папирос, тут же поднял мокрые волосы со лба и губами приложился к горячей плоти. Вару с детским интересом смотрел на поведение Короля, это выглядело и мило и отвратительно одновременно. Солдат чуть кашлянул, однако промолчал - не ему точно что-то говорить против Императора. — Остаёшься здесь, - заключил Пик, как только отстранился от красного парня, кажется за одно мгновение жар усилился. — Я... Нет, все хорошо, - попытался уверить правителя в обратном, парень было замахал руками, как в глазах потемнело. Ресницы дрогнули, закрываясь. Ощущение, будто бы тело упало в бездну. Куда собрался падать Курон, Пик не знал и не хотел бы знать, ведь тут же подхватил его на руки. — Вару! - Повернувшись к мальчику, что тут же поднялся с кресла. Он знал этот тон голоса, Пику не нравится происходящее и лучше повиноваться... — Быстро дуй на кухню, за холодным компрессорам и горячим топленым молоком. - Как только Вару убежал в коридор, Пик повернулся к блондину, что тут же встал по струнке, когда на него обратили внимание. — А ты, иди за доктором и приведи его в бывшую детскую Ромео. - Блондин, повинуясь, скрылся в том же коридоре что и Вару. Тяжело выдохнув, Пик прижал маленькое тельце ближе, понеся его по другому коридору, в спальню.       Уложив Курона в кровать, Пик с беспокойством присмотрелся к его круглому личику. Сквозь приоткрытый рот, он выдыхал горячий воздух, казалось легкие вот-вот взорвутся. Стало не по себе от того, что это может быть не обычная простуда. Невольно проведя пальцами по его лбу, Пик убрал с него серые пряди. Насколько же парень сейчас выглядел беззащитным и хрупким. — Ваше Величество, звали? - постучавшись, в комнату зашёл высокий молодой парень. Его рыжие, похожие на бруснику цветом волосы забраны в небольшой пучок на макушке, заколотые деревянной шпажкой. В руках небольшой чемоданчик, в котором, понятное дело, лекарства. — Да, осмотри этого паренька, - стоило Императору подняться, как его руку обхватили тонкие пальцы, пытаясь не отпускать. В этот момент, как раз прибежал Вару с небольшой чашкой и марлей. — Как скажите, - повинуясь господину, лекарь взял из рук слуги чашу и вместе с ней подошел к тумбе у кровати. На ней расположил чемоданчик и холодную воду.       Тяжело выдохнув, Пик мягко убрал его ладонь со своей руки, легким движением укладывая того в кровать и позволяя лекарю осмотреть его полностью. Видеть разочарование в этих полуприкрытых глазах, было невыносимо. Кажется, Курон цеплялся за парня, будто бы за самое последнее в своей жизни. — Это обычная простуда. Горло не красное. Температура присутствует. - закончив осмотр, сказал голубоглазый и положив на лоб больного холодный компрессор, отошёл к двери. — За состоянием его лучше поглядывать. Отпаивать чаем и можно дать вот этот сироп, но не много. По одной ложке в день. — Отдав на руки Императора лекарства, лекарь скрылся за дверью, оставляя парней одних.       Сев рядом с кроватью, Пик аккуратно, будто бы боялся спугнуть гонца, протянул тому руку. Кажется, он хотел взять еë тогда, но возьмет ли сейчас? Слабым движением, Курон тут же прижал грубые пальцы к себе. Почему-то, подобное тепло успокаивало. Такое необычное, от него хотелось улыбаться. И в самом деле, Пик увидел, как уголки губ поползли вверх, образуя хлипкую улыбку. Ресницы подрагивали от сбившегося дыхания, а грудная клетка поднимается от не равномерного распределения воздуха. Кажется, эту ночь Пик спит здесь.

***

"Мамочка? Мама!" Эти руки. Курон узнает их из тысячи, но они отдаляются. Они перестают приносить тепло и уходят все дальше. Перед взором белая пелена, туманом она обволакивает землю, не давая идти за силуэтом в дали. На мгновение, сероглазого охватывает паника. Эта тишина. Она давит, заставляя взяться руками за голову. Он не хочет быть один. "Не уходи! Прошу!" Незаметно для самого парня по щекам стекают слезы. В горле ком, что мешает кричать, а на сердце узел. Он сковывает руки и ноги, заставляет рвать на себе волосы и выть волком в пустоту. "Я хочу с тобой! Не оставляй меня!" Голос меняется... Звоном раздаётся детский крик, он уходит далеко в небо, где растворяется на тысячи осколков. — Прости милый, но тебе рано... - единственное, что может проговорить давно ушедшая. Кажется, прошло тысячелетия, но Курон вновь почувствовал эти пальцы, это тепло. Большими пальцами девушка утирает слезы ребенка и трепетно, с нежностью целует его в лоб. — Это мое заклинание удачи, я отдаю всю свою тебе. Теперь просыпайся, открой глаза милый и возьми свою судьбу в свои руки... - как давно парень не слышал этого бархатного голоса, он заставлял сердце взмывать вверх и сиять в забвении.

***

      Приоткрыв ресницы, Пик проснулся от тихого плача, что был заглушен подушкой. Вообще, на его пробуждение влияло и солнце за окном, и ранние пташки, и неудобное для сна сидячее положение. — Ну что ты... - прошептав сухими от обезвоживания губами, Император приподнялся, разгибаясь и тут же убирая свою руку с его ладоней. Курон так ни разу и не выпустил его за всю ночь, от этого все тело болело и пришлось уделить минуту для разминки. Однако после этого, он тут же аккуратным движением, приподнял голову Курона, заставляя посмотреть на себя. Веки закрыты, а значит все происходило во сне. — Ну хватит... Курон... - не зная, какими еще словами позвать гонца, он начал большими пальцами утирать дорожки слез. Это помогало, но на долго ли? Боясь повторения истории, парень принял решение залезть к нему в кровать и облокотившись о стенку, подтянуть того за одеяло к себе и прижать к груди. Мерно гладить по волосам и успокаивать, и взаправду, подобное помогло. Уткнув носик в плечо Императору, Курон продолжил сопеть в обе дырочки. Приложив губы ко лбу, Пик с радостью обнаружил спавшую температуру. Вот и хорошо, однако его пугал Куромаку. Болезнь не появится от дождя, следовательно, Курон уже болел до этого, а холодная погода лишь осложнила состояние. Как можно ненавидеть своих поданных, чтобы послать их работать в болезнь. Размышляя о подобном поступке, Пик не заметил, как заснул...

***

      Приоткрыв веки, Курон протяжно зевнул и потер слипающиеся снова глаза. Он ничего не помнил из детства. Помнил, как его пристроили во дворец, где он работает и по сей день. Он не помнит ни о родном доме, ни о матери с отцом. Эти воспоминания будто бы стерли или их никогда не было. Но почему тогда он помнит материнское тепло, еë руки и голос. И почему чувствует его сейчас... Услышав биение чужого сердца, да и осознав свое положение, Курон вновь покрылся румянцем и попытался отстраниться, но крепкие руки придерживали его достаточно сильно. Почувствовав шевеление, Пик приоткрыл глаза и довольно улыбнулся, давая парню выбраться и сойти на пол. — Доброе утро... — Доброе? - переспросил гонец и поджал губы, - что это значит?! — Вчера у тебя поднялась температура, я оставил тебя у себя, дабы ты не сгинул по дороге в Куроград. - Приподнявшись, Пик сел на край и повел рукой, разминаясь. — Допустим, но почему мы так спали! — Потому что ты начал плакать во сне, - пожал плечами и спокойно всмотрелся в раскрасневшееся личико, насколько же оно было прекрасным. — Я не выдержал и решил утешить тебя, зато ночь у тебя была спокойная. — Но зачем? Скажите... - смущение переросло в непонимание, и полную растерянность. — Давай поговорим об этом позже, как себя чувствуешь? Голова не кружится, может, прилечь? Пока Пик говорил это, он успел подняться и пройти к Курону на достаточно близкое расстояние. — Нет! Хочу поговорить сейчас! - ребенком затребовал парень, словно он что-то решал тут. Однако Император здесь Пик. — Прекрати, я сказал, что скажу позже, следовательно скажу! - полухрипом выдал ему парень, однако на подобное получил лишь поднятый носик и гордый отворот к окну. — ... Ты обиделся что ли? - не понимая его действий, Пик обошел его, однако получил лишь молчание.       Злило ли подобное? Нет, больше куда смешило. — Ну, Курон, не обижайся, - взяв его за плечи, парень прижал к себе, утыкаясь в серые волосы. — Я не понимаю вас... Вы другой... - смотря на зеленые деревья за окном, парень видел легкое дуновение ветра, под которыми шелестела листва. — Какой же твой Куромаку? - Отстранившись, Пик с интересом отошел к креслу, и упав в него, с интересом начал слушать парня. Тот будто был перед судом, сложил ручки и глядел в окно, не желая даже поднимать серых глаз на Пикового Императора. — Расчётливый... Холодный, принципиальный. - Начал было Курон, как понял, что добавлять ему нечего. — Ну, а еще? Он что-то делал для народа? - Пик с поддельным интересом слушал парня, ему, по правде, не было дела до этого правителя. Ему он не нравился от слова совсем. — Завоевывал новые земли... Поднял экономику, - Курон говорил робко, с явным страхом и опущенными в пол глазами. — Курон, скажи... Почему ты так мало весишь, почему поскакал ко мне в дождь, и почему позволил себе слечь с температурой. - Пик продолжал напирать, желая услышать ответ из уст самого Курона. Чтобы он сказал правду самому себе. — Я... Это просто мой образ жизни и ничего более... - отчего вдруг сердце сковывается, сжимается и одновременно с этим, с треском разрывается. — Хорошо. Однако идем есть, ты наверняка голоден. - Поднявшись с кресла, парень направился к двери и перед тем как скрыться, глянул на Курона, что растерянно перевел на того взгляд. — Пойдешь со мной? Или позже подойдешь сам? — С вами... - не желая больше теряться, парень направился за Императором. — Это все мне? - удивлённо воззрился на гору еды перед собой, из всего этого, он знал лишь кашу на молоке. — Да, оладушки с сиропом, ватрушки, творог, каша, ешь не хочу. - Облокотившись на спинку стула локтями, Пик глянул вниз, на то, как Курон растерянно переводит сапфировый взгляд с еды на еду. — Ваше величество, как вы и просили, - нежный голос девушки оповестил о еë приходе, бережно поставив поднос на стол, та поклонилась, удаляясь на кухню. — А это еще что? - не скрывая любопытства, парень привстал высматривая нечто ныне неизведанное. — Неужели ты никогда не видел десертов? - видя недоумение в глазах собеседника, Пик начал перечислять. - Ни эклеров, ни тортов, ни пирожных с заварным кремом. На все эти названия, Курон лишь мотал головой. — Так, давай исправлять это, - взяв с подноса десерт, что выглядел как небольшая вытянутая трубочка, с чём-то белым сверху, Пик подал его Курону. — Открывай рот и ешь, - удивительно, но парень не желал пробовать нечто новое. — Не хочу! - поморщившись, тот вжался в спинку стула и лишь отвернул голову. Подобное поведение лишь вызвало смех, насколько же он наивный. — Ну хорошо... Тогда, как Император, прошу съесть это. Медленно вернув взгляд, Курон на мгновение замер. Приказ есть приказ, пускай и такой странный. С явным недовольством, серовласый взял у парня десерт и повертев его в руках,надкусил.       На языке тут же заиграли краски, они обжигали чем-то необычным, чем-то таким, что он никогда не чувствовал. Пик с явным удовольствием наблюдал, как тот ест, медленно и чувственно, прожевывая каждый кусок. — Оно. Оно тает во рту, - наконец проглотив, ответил Курон, не совсем понимая смысл этого. — В чем смысл этого? Почему такой странный вкус? — Это называется эклер, и то, что ты принял за странность, обычная сладость. Ты никогда не ел сладкое? - хмыкнул Пик, узнавая все больше нового о сапфировом мальчике. — Никогда... - с некой грустью, он глянул на остатки в руке и достаточно быстро отправил их в рот. — Тогда наслаждайся, - взъерошив тому и без того слегка взлохмаченные волосы, Пик направился на кухню, дабы уладить пару вопросов.       Оставшись наедине с собой, Курон проглотил эклер и посмотрел на все остальные сладости. Он никогда подобного не ел, но вкус был запоминающимся. Восхитительно и превосходно, это намного лучше добавок в Курограде. Не осознавая своих действий, Курон потянулся за пирожным. Нотки совсем иные, чуть с кислинкой, но при этом остается сладким. Тут и вторая рука подключилась, начиная без разбору забирать в рот все больше. В тот момент, Курон будто бы закрыл глаза, не видел ничего в округе. В голову ударили громом одни и те же слова: "Больше! Вкусно! Заберут!" — Ну как, нравится? - тихо посмеялся Пик, проходя ближе и смотря за парнем. Облокотившись на край стола ладонью, он внимательно следил за его резкими движениями. Если сначала подобное поведение его веселило, то уже спустя секунду пугало. — Подожди, так много нельзя за раз. - попытавшись прервать его, Пик положил на его запястья свои пальцы и сжал, не сильно, но существенно. — Ты слышишь? Курон, да что с тобой! Никогда прежде Император не видел, чтобы кто-то плакал от того, что ест пирожные. Нет лучше сказать иначе, он никогда не видел зависимого. Курону хотелось еще, вновь почувствовать этот приторный вкус на языке, от которого уже скрипят зубы. Пальцы задрожали, желая впиться в остатки крема на столе. — Вару! - поддавшись легкой панике, Пик подозвал мальчонка, да приказал унести эти десерты на кухню. — Все, нет больше десертов. Слышишь? - взяв со стола салфетку, Император стал утирать щеки и губы парня, что уже давно липли от сахара. Парень тихо хлюпал носом, пока щурился, здравый разум пришел, но не так быстро как ожидалось. — Простите, - отведя подбородок, Курон почувствовал, как щеки розовеют становясь пунцовым. Сердце застучало так сильно, что аж заболело. Это было неожиданно для него самого, с чего вдруг набросился на все эти сладости, у него же хорошая выдержка, отчего вдруг сорвался? — Ничего... Кажется, тебе понравилось, просто нужно давать небольшие порции. - Пик присел перед его коленями и пальцами повернул его подбородок на себя. — Послушай, я вижу смятение в твоих глазах. Ты не ожидал этого от самого себя, верно? - получив положительный кивок, Пик погладил его по тыльной стороне ладони и перевернув, начав вытирать еë салфеткой. — Почему ты так испугался, я не буду бранить тебя. Если бы ты сделал это на зло, то тут бы я вспылил, но это случайность. — У нас нет подобного в городе и король подобное не ест. - приглушённым голосом, ответил Курон, не пытаясь даже вырвать руку. Знает, трюк бесполезный. Этот Император странный, он бывает заботливым и нежным, и очень внимательный, особенно к самому Курону. — А хочешь, хочешь навестим Ромео? Слабо улыбнувшись, предложил Пик. Вообще, ему нужно было туда по делам, однако он мог взять Курона с собой просто так. Заодно Ромео оценит паренька, почему нет. — Ромео...? - Курон впервые слышал это имя, однако в голове ловко сопоставился два и два, - Вы хотите взять меня к вашему брату? — Да, заодно я по пути придумаю, что именно написать твоему товарищу. - Естественно Пик не о чем не собирался думать. Он хотел оставить гонца у себя. Разве подобное поведение может быть нормальным? Нет... Совсем нет. — Раз... Вы напишете ответ в пути, - опустив взгляд, он впервые почувствовал теплые руки Пика, которыми тот держал его собственные пальцы. — Я, наверное, не смею отказать Императору. - Медленно выпутавшись из смуглых пальцев, он прижал ладони к себе. Он впервые видел, что Император был у слуги в ногах. Почему этот парень ведёт себя совсем не по-королевски. — Хорошо, как скажешь. - Поднявшись, Пик удалился в уборную, пока Курон продолжал ковыряться в еде.       Он необычный, разве можно так относится к слуге. Товарищ Куромаку относится совсем иначе. Прикрыв веки, Курон отправил в рот ложку, вспомная свои будние дни. Все распланировано по минутам. Работа сменяется работой, бумаги, новые приказы, съездить в одну сторону, в другую. Вечером уже не остается сил на еду и ты просто падаешь в кровать в одежде. Здесь Курон впервые выспался, впервые полноценно поел... — Он же, не просто так это делает, верно? - задав сам себе тихий вопрос, сероглазый утер рукой уголок рта. — Почему он так добр к неизвестному парню, и почему... Мне так приятно от этого.