Сонливость

      По вечерам пятницы случалось кое-что более интимное. Пол, покрытый мягким ковром, размывался перед Джереми, ноги слабо подкашивались каждый раз, когда он делал неуверенный шаг вперёд. По мере того, насколько тесно он приближался к лежащему Майку, прибившемуся к глухому углу раскладного дивана, молодому человеку казалось, будто его мажет ещё сильнее. Что уж говорить о Майкле, голубые глаза которого бегали по пространству опрятно убранной, но странно пыльной спальни их крохотной квартиры. Афтон дернулся, едва пружины старого дивана просели под весом блондина. Последовал вздох разочарования. Снова переборщили. — Ты как, Майк? — язык заплетается, Фитцджеральд трогает угловатое плечо любимого, теряясь в обострившихся ощущениях. Когда ткань его свитера стала такой мягкой? Выглаженные простыни под ними ужасно измялись, одеяло почти сползло на пол, однако никого это, в сущности, не волновало. Джереми прильнул к парню, словно изголодавшийся котенок. Теплая нужда ласки и нежных прикосновений. Брюнет обычно не мог устоять — тут же отвечал. Его руки с крупными ладонями и тонкими пальцами осторожно зарылись в чужие волосы, мягкие у корней и слегка грубоватые на концах, заметно выгоревшие на летнем солнце. Веяло солоноватым запахом горячего моря, такого же горячего, как дыхание на уровне бледно-бежевой шеи. — В порядке. — Афтон зажмурил раскрасневшиеся глаза, потерев веки. Джер опускается на его грудь достаточно, чтобы почувствовать участившееся за какую-то секунду сердцебиение, — Привиделось кое-что, но это так… Ерунда. Джереми издал что-то вроде хмыкающего звука, теснее прижимаясь к слабому телу. Губы невесомо соприкоснулись с покрытой мурашками кожей у изгиба челюсти, после соскользнули с нее, и Афтон подавляет в себе желание взять возлюбленного за загоревшее лицо, чтобы расцеловать кое-где покрытые очаровательными веснушками щеки. «Сонный», — Майк улыбнулся немного шире. Перед глазами непроглядная дымка, медленно сгущающаяся под потолком, за полупрозрачными шторами стремительно садится ласковое августовское солнце, намеревающееся скрыться за черепичной крышей соседнего дома. И в пепельнице тлеет наполовину скуренный бычок.