Убивая Люцерну

      Люцерна проснулась в зале храма Инферно. Головная боль саднила, словно раскалываясь надвое. Она не была в таком месте раньше, и проснулось любопытство, такое свойственное молодой девушке. Воспоминания возвращались не сразу.       — Михаил… — простонала она, держась за голову.       — Ты кого-то ищешь? — заботливо спросил Люциан, входя в зал храма Инферно с полотенцем, которым вскоре укрыл дочь.       Люцерна подумала, что пока рановато говорить родителям о своей влюблённости в архангела Михаила. Закутавшись в полотенце, она также приняла принесённые обезболивающие.       — Нет, — улыбнулась она отцу, — всё в порядке. Почему я здесь?       — Гавриил тебя ударил. Была кровь. Я думал, что он пробил тебе голову. Рана была серьёзная. Сейчас он в руках Инквизиции. Твой папа заплатил больше, чем ангелы, так что теперь они на нашей стороне.       — Здорово, — стараясь быть бодрой, произнесла Люцерна. — Папа так с радостью и отдал Гавриила?       Люциан хмыкнул.       — Ну, сначала он похрустел его крылом, как в известном ресторане быстрого питания. Я ничего не видел и тебе не советую, если хочешь сохранить здоровый рассудок. Кстати, можешь больше не носить униформу, папа вернулся в Ад.       Люцерна сглотнула после такой новости.       — Можно её оставить? Я с ней почти срослась.       — Конечно, — кивнул Люциан, помогая ей встать и одеваться. — Только погоны сними, они сделают тебя подсадной уткой.       Люцерна с удовольствием запрыгнула в любимые туфли с металлическими каблучками. Бельё, чулки, юбка, рубашка и пиджак — всё было надето почти мгновенно. Дочь полка!       — Про Гавриила понятно, — девушка шла по коридору, ей с Люцианом кланялись жрецы, радуясь удачному восстановлению такой высокопоставленной персоны. — А что с Михаилом?       — Я слышал, он тоже вернулся…       Остальное Люцерна пропустила мимо ушей, сердце в груди ёкнуло, стало сложнее дышать. Михаил жив! Интересно, пребывание на том свете действительно было или это сон?       — … ты слушаешь? — строго спросил Люциан, заметив перемену в дочери. — Кушать хочешь?       Люцерна уверенно кивнула.       — Я бы слона съела.       — Это можно, — согласился Моргенштерн. — В честь твоего возвращения мы накроем стол. И поймём, что делать дальше. Ситуация так себе. Небо всё ещё желает, чтобы в Аду царствовал Сатана. Но ты знаешь своего отца: он скорее умрёт, чем будет кому-то подчиняться.       — Можно сделать Владыку «королевой Англии», а править будет отец.       — Хорошо, — кивнул Люциан. — Звучит неплохо. Мы думали об этом, осталось лишь поумерить эго твоего папы.

***

      — Какого чёрта, Гавриил? — спокойно спросил архангел Михаил, сидя возле камеры заключения на старом стуле.       Михаил и Гавриил всегда соревновались. Между ними частенько бывали распри. Считалось, что они братья, поскольку вместе приглядывали за юными ангелами, которым надоело Небо и которые ушли вслед за Люцифером. После Падения никто не говорил о Люцифере ничего хорошего. Он стал врагом номером один. Его сообщники — дьявольские шестёрки. Гавриил и Михаил же были божественными шестёрками.       — Я делал всё по приказу, — жёстко ответил Гавриил, сидя на нарах, закрыв глаза.       — Кто тебе приказал бить дочь самого опасного демона в мире?       — Она адское отродье, с которым нужно обращаться соответственно. Или же она поселила в тебе семя сомнения? Ты помнишь, кто ты вообще, Михаил?       Архангел встал и приблизился к решётке.       — Хочешь испытать меня? Проверить, насколько я верен Отцу нашему? Давай, искуси меня, невежа.       Гавриил хмыкнул.       — Ловко.       — Ты тоже быстро переобуваешься. Ещё раз ударишь кого-нибудь — я за себя не отвечаю. Это я тебе ещё за Люцерну не вмазал, хотя очень хочется. Слава Господу, что я выше этого и всё будет так, как хочет Он.       Заключённый архангел рассмеялся.       — Глупец. Только послушай себя. Ты безумен. Я подниму вопрос о твоей верности и компетентности, как только меня вытащат отсюда.       Михаил поморщился.       — Откуда в тебе столько злости? Ты ангел!       — С волками жить, помнишь?       — В Святом Писании не было такого.       — Это правила для людей. Мы не люди. Мы служебные псы. А они кусаются. Один ты вмиг стал пуделем.       Михаил сжал кулак. Ударив по прутьям от досады, он пошёл к выходу, униженный презрительным смехом Гавриила.

***

      — Per Lucerna! — поднял бокал Милуш Радко и отхлебнул вина.       За столом собрались Молох, Люциан, Слайз, Йенс Гросс, Милуш Радко, Люциста, Дейн, Рене и сама Люцерна. Под шум звона бокалов последняя смотрела в окно, словно мрачное небо должно было разразиться молниями и оповестить о прибытии Михаила. Хотя как так: она себе позволила влюбиться в архангела, врага номер один. Молох точно откажется от неё. Впрочем, она не знала, насколько сильно любят её родители.       — Я вас собрал не вино хлестать, Радко, — заметил Молох.       — Si? — фыркнул он. — Моя душа просит вина — я даю ей вина.       — Бормотолог, — хмыкнула Люциста.       — La bella ragazza parla! — воскликнул он и подмигнул.       Слайз взял вилку и ловко метнул её — та попала промеж пальцев Милуша. Мафиози понял, куда ветер дует, и сердито умолк.       — Повторюсь, — с нажимом произнёс Молох. — Мы тут не вино хлещем. У нас проблема.       Как правило, такая интонация не сулила ничего хорошего. Коллеги навострили уши и послушно внимали. Люцерна витала в облаках и слушала в пол-уха.       — Инквизиция на нашей стороне, и это уже неплохо. Они алчны, словно мы с вами. Другое — архангелы. Михаил скоро вернётся…       Люцерна прислушалась, посмотрев на отца.       — … Гавриил в заточении. Не исключено, что пришлют полнеба, чтобы навести порядок согласно «воле божьей». Мы должны быть готовы. Сатана сюда и шагу не ступит, пока я этого не захочу. Делать его английской королевой — позориться. Вы сами знаете, кто он и чем занимается. Ушёл на землю искушать во славу Творца — пусть там и сидит. Слайз, организуй дипломатическую встречу с Розенбергом. Йенс, докладывай о каждом чихе ангелов, за безопасность ты отвечаешь, а не хуем трясёшь при моём царствовании. Люциста, ты лучшая разведчица, так что отрабатывай свой титул. Я хочу знать, где держат Гавриила и как скоро Михаил собирается сойти в Ад за грешниками, которым вдруг понадобилось «очищение», Милуш, ты на земле. Затыкай свой языкастый рот и отслеживай грешников, пока они живы. Это всё-таки потенциальный рабский труд. Встретишь ангела — огонь на поражение. Идёт война за власть. Рене и Дейн — оставайтесь здесь, пока меня не будет. Люцерна пойдёт со мной, она уже сталкивалась с ангелами и, думаю, хочет отомстить. Нет чувства слаще, чем месть, и я хочу, чтобы она это испробовала. Всем всё ясно?       Все покивали и тут же рассредоточились каждый на своё задание. Залпом опрокинув бокалы, они отправились вершить адское правосудие.