красная карточка

***       спустя 2 недели наступил долгожданный день городского этапа соревнований по волейболу, куда была приглашена Маша своей новой подругой во время посиделок в чужой квартире. — что мне надеть? - суетилась Романова, бегая из угла в угол общажной комнаты. — дай поспать, - промямлила Сёмина, отсыпавшаяся у одногруппницы после очередной гулянки с алкоголем; домой в таком состоянии не решилась явиться. — Маш, надо выглядеть достойно. — соберись позже, тебе только через 2 часа выходить, - кудрявая зевнула и спряталась под одеяло, чтобы согреться. — а я говорю сейчас, - блондинка отобрала одеяло, привлекая к себе внимание, на что Сёмина лишь цокнула. — есть минералка? - протрезвевшая девушка умирала от жажды. — в рюкзаке возьми, для тебя в киоск у шараги зашла с утра. — спасибо.       кудрявая встала с не самой удобной кровати и взяла чёрный рюкзак, который всегда Романова оставляла у двери. покопалась в карманах, достала литровую бутылку минеральной воды и принялась жадно пить; взгляд девушки пал на новую пачку сигарет, лежащую в кармане рюкзака. — ты же обещала бросить? - держала в руках ту несчастную пачку. — отдай, - вспылила Мария, - чего ты вообще лезешь куда не надо?  — мельком заметила.        в комнате воцарило молчание, пока блондинка судорожно пыталась убрать куда-то свои вещи. Сёмина прервала тишину: — нечестно ты с ней поступаешь, - она знала о споре со Светой, всегда была за справедливость. именно поэтому и хотела рассказать волейболистке. — блять, только не надо ей говорить, ладно?  — я подумаю.       Романова ушла в душевую общаги, дабы привести себя в порядок перед встречей и игрой, на которой собирается просидеть до самого конца. между тем, её подруга сфоткала пачку сигарет, оставленную под кроватью, и скинула Токаровой с подписью «не сдержалась она». хотя на самом деле Маша не успела выкурить ни одну сигарету, лишь купила, потому что ей овладевало непреодолимое желание. — долго ещё? мне на свидание надо собраться, душевую закроют через 20 минут! - визжала какая-то первокурсница под дверью. — сейчас выйду, - ответила блондинка, вытирая мокрую голову полотенцем.       выйдя из помещения, обратила на девчонку недовольный взгляд, мол та её поторопила, но ничего вслед не сказала. направилась обратно в комнату.       Сёмина уже собирала свои вещи, чтобы отправиться домой; прихватила пару дошираков с тумбочки. — куда? - возмущалась блондинка. — Ма-а-аш, - жалобным тоном обратилась другая. — на место положи. мне этого на неделю хватит.  — ты питаешься одним дошиком? — когда к бабушке приезжаю, то беру у неё колбасы и солений, а так да. — жесть, - кудрявой все-таки удалось ухватить одну лапшу с курицей в рюкзак.       высушив волосы феном девочки из соседнего блока, Маша выбрала одежду — темно-синие широкие джинсы и чёрный облегающий гольф, пожалуй, самая необычная вещь в её гардеробе. опять натянула любимую кепку и принялась осматривать себя в зеркало у двери со всех ракурсов. — ну уж нет, - протянула Сёмина, - снимай.       секунда — блондинка уже без кепки. — мне не нравится так. — тебе идёт, не кипишуй, - цокнула кудрявая. — правда?  — правда.       после уговоров подруги Романова всё же осталась без кепки, что для неё было более чем непривычно. спроси любого знакомого девушки — никто никогда не видел её без кепки; она будто приросла к светловолосой голове.       девушки вышли из дома: Сёмина решила провести подругу до остановки, с которой та собирается ехать в центр к педуниверситету. — развлекись там, - поддержала кудрявая, шмыгнув носом, который был заложен. — может вечером посмотрим в общаге фильм вместе? - предлагала блондинка. — не могу. сегодня с Викой, - лицо Сёминой расплылось в улыбке; вероятно, у кого-то будет тёплый, а может и горячий вечерок.       честно говоря, Романова всегда удивлялась симпатиям своей близкой подруги. в первую очередь, это всегда были девушки. причем типаж один и тот же: женственнее, чем Сёмина, но менее ответственные и слегка безбашенные, чтобы полностью поймать её волну. узнав об ориентации подруги ещё пару лет назад, Маша очень удивилась; в её окружении никогда не было лесбиянок. а может она просто не знала. — везёт же кому-то, - подхихикивала светловолосая, обнимая подругу на прощание; пришел нужный автобус.       доехала относительно быстро. немного замявшись на пороге университета от большого количества людей и незнания, куда сейчас идти, Мария решила набрать номер Светы, оставленный после второй встречи. — попалась, - рассмеялась Токарова, когда подкралась сзади к подруге и напугала.        на лице Романовой сразу засияла улыбка. она осмотрела с ног до головы волейболистку: та уже была в форме, только сверху все прикрывала куртка, надетая для того, чтобы встретить её на улице.  — пойдём в зал, я покажу тебе твоё место, - потянула волейболистка подругу за руку; и девушки поплелись сквозь толпу, сцепив руки друг друга, чтобы не затеряться.        холодные руки студентки экономки были согреты руками волейболистки, которая уже была готова завоёвывать призовое место.  — в 3 ряду, но видно будет хорошо. боялась, что в первом в тебя опять прилетит мяч. — спасибо, любительница подач, — после этого Токарова рассмеялась, похлопала по спине подругу и направилась в сторону своей команды.        девушка осталась сидеть одна; высматривала в толпе людей, но знакомых там не было. все ребята, пришедшие поддержать команды, расселись по местам и ждали начала игры. — любите волейбол? - спросил у Романовой взрослый мужчина в изумрудном свитере и очках, сидевший рядом. — у меня подруга играет, пришла посмотреть, - Маша сама удивилась, что у неё завязался разговор с незнакомым человеком. — понимаю. моя дочка тоже здесь играет, - человек указал на девушку в форме с длинной чёрной косой; помахал ей, а она ему в ответ.       за всей картиной наблюдала блондинка, ей стало как-то грустновато и завидно, что у неё никогда не было таких теплых отношений с любыми членами её семьи. не желая видеть родственников, она специально переехала в общежитие на другом конце города. — начали! - закричал судья, когда волейболистки уже стояли на своих позициях и были готовы к игре.       подача за подачей, удар за ударом, крики между членами команды и радостные визги зрителей, когда их любимая команда получала очко. Мария не спускала своих глаз с футболки с надписью «Токарова», красовавшейся на коротко стриженной. при удачной подаче Света посмотрела на блондинку, сидевшую на трибуне, и улыбнулась; та улыбнулась ей в ответ. — ура-а! - кричал мужчина в очках, когда команда техноложки снова одержала победу; он был рад, что его дочь за них играет.       Маша разделила его радость и показала команде сердечко; это увидели все волейболистки и улыбнулись.       после игры педуниверситет был переполнен людьми, все стремились к выходу; одна лишь Романова осталась ждать свою подругу с женской спортивной раздевалки. не дождалась: первой оттуда вышла Поцелуева. — я видела, как ты смотрела на меня, - хитро улыбнулась капитан команды, стоя рядом с девушкой. — о чём ты? — не придуривайся. ты раздевала меня своим взглядом, - очевидно, это была ложь; Даша придвинулась ближе и попыталась положить свою руку на талию блондинки. — не смотрела я на тебя. мне только парни нравятся, я не такая, - после этих слов Романова направилась к выходу, не желая оставаться рядом с много на себя берущей волейболисткой.       касание по плечу, мурашки по коже от неожиданности. — не дождалась, - послышался голос Токаровой. — извини, не хотела там оставаться. — я не об этом, - протянула в руки Марии телефон с фотографией сигарет, - а об этом. — я не курила, - возмущалась Романова, - тебе Маша скинула? — месяц практически прошел, но ты все равно теперь должна мне ужин, - довольная своей победой Света расплылась в улыбке. — и чем же я могу тебя удивить? — хорошо подумай, - почесала затылок волейболистка и побежала вперед, весело смеясь; другая её догоняла. ***       спустя 3 дня Токарова направилась в старенькое пятиэтажное общежитие номер 5, в котором и жила её подруга. вечер обещал быть приятным: именно сегодня состоялся обещанный ужин в честь проигрыша Романовой. с наступлением вечера стемнело очень быстро. холодный октябрьский вечер продувал насквозь, заставлял коротко стриженную ежиться. остановившись у входа в общагу, она написала Маше и получила короткий ответ «сейчас спущусь»; в окне на 5 этаже выключился свет: Света поняла, что это окно в комнату девушки.  — пойдём, - Маша вышла в серой домашней толстовке, слегка выпачканной в чём-то съедобном; видно, готовила ужин сама.       девушки зашли в здание, поздоровались с вечно недовольной коменданткой. — чужих водишь? - обратилась женщина. — мы ненадолго, Татьяна Васильевна, - после этого Романова поторопила волейболистку.       поднялись на 5 этаж по старой лестнице, встретили пару сокурсников Марии. ключ  в замке скрипучей двери повернулся, включился свет и Токарова расплылась в улыбке от увиденного: на маленьком столе у окна стояли 2 тарелки с макаронами с чем-то, Света, к сожалению, разобрать этого не могла. — макарошки сделала? - довольно произнесла волейболистка, осматривая небольшую комнату. — это паста болоньезе. — звучит вкусно, пахнет также. я колу принесла, не знаю, что ты любишь пить, - Света поставила бутылку на стол.       комната Марии была небольшая, но комфортная: уж лучше, чем дома. у окна был стол с одним стулом, где она иногда писала конспекты, и кровать, застланная прямо перед приходом подруги красным пледом в клетку. на стене висел какой-то старый плакат с музыкантом, которого, похоже, Токарова узнала. — это фараон?  — ага. слушаешь? — нет, но пару треков знаю, — услышав это, Романова улыбнулась; накрыла на стол и села на край кровати у стола, пододвинув тарелку, тем самым оставляя Свете место на стуле.       волейболистка налила в стаканы колу зеро, которую, как оказалось, любила Маша, и уселась за стол.  — у меня даже свеча есть, - протянула в руки Светланы свечку и подожгла фитиль. — ужин при свечах? как мило, - произнесла Токарова, рассматривая блюдо на столе. — приятного аппетита.       первой пасту попробовала гостья; восхитилась и начала расхваливать талант подруги.  — я первый раз готовлю такое. знала бы ты, каким трудом мне далась готовка в общей кухне, - рассказывала Маша об истории, как парни с соседней комнаты чуть не съели пасту; коротко стриженная с неподдельным интересом слушала её рассказ и смеялась. — было очень вкусно, спасибо, - сказала  Света, доев свою порцию и присаживаясь на кровать.       села в расслабленную позу, посмотрела в окно: настолько темно, фонари не горят. вспомнила о том, что могло сейчас происходить дома, заволновалась о брате и маме. тревожные мысли быстро развеял милый голос: — может ты расскажешь, что за проблемы у тебя в семье? тебе станет легче.       Токарова задумалась, надо ли ей это. надо ли ей открываться этому человеку? с одной стороны, Романовой можно доверять, а с другой — зачем грузить её своими проблемами. — давай, - она погладила волейболистку по спине и ждала ответа. — я не хочу домой возвращаться. родители ругаются, прилетает мне и брату, а то и маме. слишком достало всё это уже, - выпалила та; глазами встретилась с сидящей напротив, увидела в них сопереживание и продолжила: - я хочу уйти оттуда, забрать маму с братом и жить счастливо.       после такого откровения повисло молчание. Маша не знала что ответить, просто приблизилась телом и потянулась к лицу волейболистки, положив руки на плечи.        дотянулась до уха Токаровой и тихо произнесла: — я в тебя верю, Свет.       объятия. долгие, согревающие, дружеские — то что надо в холодную осень. коротко стриженная потихоньку начала привыкать к компании Романовой, уж слишком комфортной она оказалась. быть может, удастся с ней сблизиться?