Те, кто знают, тебе никогда не скажут

***

Земля уходила из-под ног. Руки держали с двух сторон, предпринимая слабые попытки вырваться оборачивались провалом. Его подкараулили и завели в заброшенный корпус, туда, где не было свидетелей и никто не услышит криков. Глоу пытался держаться, он пытался успокоить себя, ведь никто пока ничего не делал. Небольшой удар в живот — пройдет, облили холодной водой — это не так смертельно, как думают другие. Только… — Не трогайте меня! Крупные ладони обхватили его талию, другой со стороны уже пытался расстегнуть рубашку. Шутка затянулась. Глоу начал вырываться более активно, за что получил с одной стороны, а потом с другой — чтоб наверняка успокоился. Зонт у него отобрали ещё в самом начале, когда его пытались дотащить до нужного корпуса. — Вы же пожалеете об этом! — Мы пожалеем? Как тут можно пожалеть маленький, хрупкий мальчик. Интересно, сколько ты сможешь в себя принять? Они все засмеялись, а Глоу старался унять подступившую дрожь… Это произошло два года назад. Тот день головной болью отдавал в висках, не давая забыть ни одну деталь. Руки невольно сжимаются на рукояти зонта, Глоу не хотел сейчас думать о тех людях и что с ними сейчас. Главное, что ему удалось удачно выйти из той ситуации и перевестись в более менее нормальный университет, на замену старому. Первое время было довольно трудно приспособиться к новому месту и найти общий язык с однокурсниками. Довольно спокойный и неконфликтный характер не позволял разговаривать с малознакомыми на отвлеченные темы. Но ему не пришлось находить подход к каждому, многие сами решили познакомится. Все проблемы словно сами собой ушли. Была только одна загвоздка. Вару — человек на одном потоке. По началу его шутки напоминали безобидные пранки из интернета, где могли посмеяться все и даже сама жертва этой шутки: резиновые насекомые, растертый мел, сговор с группой, чтоб вместе запутать учителя и тому подобное. Он словно испытывал каждого на нервы, кто быстрее сдаться и надает по шее. Глоу был один из тех, кто держался дольше всех. Всё началось с прозвищ. Ему досталось «Зонтик», по той причине, что он постоянно ходил с зонтом, и казалось, что Глоу не выпускал его из рук никогда. Но дальнейшие шутки быстро наскучили Вару, от Зонтика не было той реакции, которую он хотел увидеть. Его не брало ничто, такое спокойствие начинало раздражать и бесить. Что же может вывести тихоню на эмоции? Ответ нашёлся сам собой, когда Глоу проводил среди однокурсников благотворительную акцию — помощь бездомным животным. В голову сразу же ударила гениальная идея. … — Эй, Зонтик! — Вару подходит к Глоу, — мне тут нашептали, что ты благотворительностью промышляешь, пойдём, кое-что покажу. Здесь был подвох. Глоу почувствовал, как здравый смысл бьёт тревогу и кричит, что не стоит идти ни в какие места вместе с Вару — даже в ярко освещенные, полные людей. Он был не тем человеком, которому вообще стоит доверять. Наглый и самоуверенный, чего только стоит его поведение и шуточки. По коже прошла дрожь, до сих пор ярко ощущался холод после последней стычки с Вару. Сжав сильнее зонт, Глоу немного потупил взглядом. Ждать его никто не собирался, либо идёшь — и, возможно, получаешь ножом в печень, — либо не идёшь — и получаешь последствия. Вару ничего не забывает, все отказы принимает на личный счёт и мстит жёстко. — Да, конечно, — левая рука начала подрагивать, Зонтик никогда не любил свою любезность и язык, который словно живёт своей жизнью, говоря то, что придет первое, не заботясь о последствиях. Вот и сейчас та же история. Легче было бы разобраться с навязчивыми придирками со стороны одногруппников, чем с ножом в теле — там уже никакой зонт не поможет. Было уже поздно. Развернуться и уйти — дурной тон, неприлично. Вару вывел его в какой-то глухой переулок, что довольно далеко находился от университета. Людей нет, вечерело и света становилось все меньше — паника накрывала. Глоу не хотел вновь повторения прошлой истории, не хотел менять учебное заведение лишь по вине одного придурка. Ещё немного и зонт в руках разломался бы на две части, становилось страшно. Есть время сбежать… все сомнения улетучились в тот же миг, как Вару подозвал к себе кошечку, что пряталась где-то за мусорными баками. Беленькая, с пушистым коричневым хвостом, немного исхудавшая, но видно, что где-то её подкармливают, может даже она домашняя и находится на прогулке. — Боже, Вару, — отбросив в сторону все страхи, Зонтик подошёл ближе. Кошка начала ластиться и просить, чтоб её погладили. Не удержавшись, Глоу провел рукой по мягкой шёрстке. Можно ли этот поступок назвать началом новых отношений? Если так посмотреть, то они могли бы стать друзьями, не смотря на все их недостатки. — Это так мило с твоей стороны. Вару усмехается и подзывает кошку к себе. Она сразу же переключается с одних рук к другим и вновь просит ласки. Глоу лишь умиляется, Вару всегда казался слишком зацикленным на себе, эгоистичным ублюдком, что не способен на сострадание. Но такое открытое проявление доброты о чем-то, да говорит. Взяв кошку на руки, Вару отходит немного ближе к стене, тем самым насторожив Зонтика. — Вару?.. Дальше всё произошло, как в замедленной съемке. Глоу не успел никак отреагировать, как Вару схватил кошку за хвост, та успела только пискнуть, и, замахнувшись, ударил ту об стену. В голове Зонтика эхом раздался треск черепа. Кошка затихла сразу же, обмякнув в руках Вару. На том месте остался небольшой кровавый след. Но на этом он не остановился и продолжил бить бедным животным по стене, превращая голову той в один кровавый комок. — Ну что ты на это скажешь? — Вару не смог сдерживать смех. Чувство превосходства — он ощущал этот сладковатый привкус. Глоу кое-как сдерживал себя в руках. Его охватил ступор. Вару только и ждал, когда он заплачет или с криками начнёт просить остановиться. Нет… В очередной раз замахнувшись, Вару никак не ожидал получить по руке. Удар оказался довольно сильным, от чего он не удержал и отпустил труп кошки. Прижав руку к груди, Вару посмотрел в сторону Зонтика, который выставил перед собой свой зонт и был готов вновь дать однокурснику по руке. — Ты что, блять, творишь? — не успев отразить еще одну атаку со стороны Глоу, Вару падает на асфальт. Немного дезориентированный после падения, он не сразу понимает, что ему начинает перекрывать воздух. Зонтик, одной ногой наступив на грудь Вару, осторожно утыкает наконечник зонта в горло, тем самым не давая однокурснику лишний раз пошевелиться. — Тише, Вару, а то будет немного больно, — Глоу явно издевался, ведь он знал, что рука до сих пор ноет, а острый наконечник довольно просто может проткнуть горло. — Как же низко ты пал, ради мимолётного выброса дофамина, убиваешь беззащитную зверюшку. Представь на секунду, что если я поступлю так же? — остриё сильнее уткнулось в шею, из прокола начала течь небольшая струя крови. Через зелёные очки Вару видел не уравновешенного и вечно спокойного Зонтика, перед ним был другой человек, тот, у кого в руках была сила, — боишься? А я ведь даже ничего не сделал, — на место страха приходит маниакальная улыбка. Вару от этого вида стало не по себе, к горлу поступил ком. Наверное, ему в первые стало по настоящему страшно. — Хочешь я тебе расскажу небольшой секрет? — Глоу перешёл на шёпот. Он хотел, чтоб Вару внимал каждое его слово, боясь дышать и издавать хоть малейший звук, — помнишь, что мне пришлось перевестись из-за одного случая? Может это были издёвки и я не выдержал, убежал, как трус? Нет, я не сам ушёл, меня исключили. Такие подонки, как ты, всё время лезут к самым слабым, думая, что им ничего не прилетит в ответ. И ко мне лезли. Только вот знаешь, им прилетело. Не смогли удержать свои руки при себе и перешли черту моего терпения. Их было трое, один еле как дополз до лестницы со сломанной ногой, а потом скулил, как собака, когда скатился по ступеням. Первый шок прошёл быстро и Глоу смог собрать силы, врезав одному локтем в лицо и оттолкнув второго в сторону окна, что тот успел потеряться в пространстве. Не зациклив внимание на убежавшем, Глоу поднял свой зонт и подкосил ещё одного убегающего. Второй удар был намного больнее. Главный секрет зонта — железный стержень, которым легко ломать кости… Это был довольно громкий крик, скорее всего убежавший слышал, как его сообщник кричит. — Уже потом мне сказали, что он получил сотрясение, не серьёзное, теперь думать начнёт. Второй, как только я смог вырвать у них свой зонт, получил лишь удар в солнечное сплетение и убежал, так пятки и сверкали, — Зонтик прикрыл глаза, чему-то улыбаясь, убирал от шеи острый наконечник, — а вот третий, тот, что затеял меня зажать в пустом коридоре, еле дожил до больницы. — Он не успел убежать, уползти и позвать на помощь. Я его завалил и ударил вот сюда — последовал сильный удар в верхнюю часть туловища. Вару почувствовал, как что-то треснуло, это были ребра. Дышать становилось всё сложнее, Глоу продолжал стоять на грудной клетке, увеличивая напор, а удар по ребрам выбил последний воздух, — затем он получил толчок в живот несколько раз, ты бы видел, как он начинал молить меня о пощаде, просил перестать. Скорее всего, я смог сломать ему запястье. Хочешь услышать, что я ему сказал? Вару изо всех сил пытался удержать ногу Зонтика, чтоб ему не раздавили полностью грудную клетку и можно было вдохнуть хоть немного воздуха. Он только и мог, как повертеть головой в стороны, в знак отказа. Не хотелось слышать больше о том, как страдали те придурошные, ему не хотелось и знать, что могло его ждать в лучшем случаи. Есть вероятность того, что он так и останется лежать в этом сыром переулке? — «Моли меня сколько хочешь, Бога нет». У него было точно такое же выражение лица, как у тебя, напуганное и совсем сбитое с толку. Он был в ступоре и не мог сказать ни слова, продолжая открывать рот, как рыба, — Глоу нагнулся ближе, усиливая давление на грудную клетку, от чего Вару закашлялся, не имея возможности нормально вдохнуть, — потом я ударил его сюда, — Зонтик провёл рукой по виску однокурсника, что тот даже дёрнулся, тем самым усилив боль в груди. Он понял, куда ударили и к чему это могло привести. — Он даже не понял этого, отключился сразу после второго удара. Еще пару раз и он, возможно бы, умер. Да, Вару? Глоу улыбнулся и встаёт, отходя в сторону убитой кошки. Вару тут же набирает в грудь воздух, закашляв. Тело ныло, ребра точно были сломаны и стоит обратиться к травматологу, наверное, на груди останется синяк. Было сложно остановить дрожь в руках, словно, он вот-вот расплачется. Это было страшно, его могли на месте прихлопнуть, буквально проткнуть острым наконечником от зонта. — Узнаю, что ты снова издеваешься над животными, во второй раз не отвертишься и твой череп будет размазан по стене, как ты сделал и с этой бедняжкой, — прижав труп кошки ближе к себе, от чего по синему свитеру пошли кровавые пятна — но Зонтика это не заботило от слова совсем, — Глоу понёс сооружать могилку. Кошка, правда, была очень доброй и красавицей. Жаль до глубины души, что есть психи, готовые их убивать. Вару понял. Он так и остался лежать на асфальте, даже когда Зонтика не было слышно. Его наполнило вязкое и мерзкое чувство, не было сил пошевелится или кого-то позвать — сам же выбирал тихое место, чтоб никто не вмешивался. По щеке пробежала первая слеза. Ему было страшно, до дрожи. Отходя от шока, Вару начала крыть паника. Кожу холодила одна только мысль, что Зонтик мог сделать. Он мог всё…