Белые розы

В распорядке дня Верховного Мага всегда есть место для неурочного вызова. А если говорить начистоту, то просто не существует точного графика, потому Магнус порой спит до двенадцати часов дня. Обычно, после того как неделю провел на ногах, не присаживаясь даже ради приёма пищи. Возможно, именно с этим связан уникальный дверной звонок, вместо писка издающий крайне агрессивную отповедь. — Кто посмел потревожить Верхновного Мага Бруклина?! Чародей настежь распахнул двери, готовясь метнуть молнию, если дело незванного гостя окажется недостаточно важным. Магнус уже открыл рот, чтобы послать его ко всем чертям… и звучно закрыл его, глядя на шикарный букет белых роз в руках прелестного юноши. — Это ты, синеглазка. Мог бы предупредить о своем визите. Всё-таки номер у тебя есть. Юноша неожиданно начал краснеть и Магнус удивлённо приподнял бровь. Это было что-то новенькое. Нефилимы — дети ангелов. Гордые, надменные и абсолютно несностные. Они никогда не могли признать, что зависят от нижнемирцев и неохотно оплачивали его услуги. Но, всё равно приходили. Потому что Магнусу нет равных и его клиенты всегда возвращаются. Вот и этот юноша, молчаливый тенью сопровождавщий приходивших за помощью коллег, снова появился на его пороге. Даже сподобился раскопать досье с привычками и предпочтениями, раз узнал любимый цветок. Чародей посторонился, пропуская юношу в лофт и ненавязчиво запахивая на груди домашний халат. Тонкий шёлк натянулся, подскакивая выше середины бедра и нефилим шумно сглотнул. Он застрял посреди комнаты, не зная куда стоит стать или сесть, поэтому Магнус решил немного помочь ему. — Что же привело ко мне представителя высшей расы? Нефилим вздрогнул как от удара и развернулся спиной к магу, но тот успел заметить боль на его лице в отражении зеркала. Юноша смотрел на букет так, будто тот был повинен во всех несчастьях мира одновременно. Он ничего не ответил и Магнус прикусил губу, понимая, что перегнул палку. Сумеречные охотники не подозревают о том, что такое ненормированный график. Их жизнь расписана по минутам, в противовес вечной неопределённости самого мага. Порой Бейн даже завидывал. — Прости. Я уснул только пару часов назад и не планировал вылезать из постели ближайшую вечность. Так что ты хотел? Любовное зелье, по-видимости. Ты ведь собираешься на свидание? Или хочешь прибавить храбрости для знакомства с родителями? Юноша поднял глаза на Магнуса и тот споткнулся в словах. Слишком много всего вылилось на него в этом взгляде, будто охотник показал саму свою душу. Напуганную, но горящею решимостью идти до конца. Пугающее сочетание. Бейн немного напрягся, с трудом вспоминая имя красавца. Определённо, он помнил многое про тот визит, даже самого юношу узнал без труда, однако имя всплыло вовсе не сразу. А нефилим всё молчал. — Алек, я так и буду говорить за двоих? Это не сказка про русалочку и платить своим голосом за магию нет нужды. Охотник резко встряхнул головой, прогоняя наваждение. Он шагнул ближе и протянул букет Магнусу, говоря рубленными фразами куда-то себе под нос: — Я хотел пригласить. На свидание. Тебя. Магнус осоловело моргнул, борясь с желанием начать переспрашивать. Не столько из-за неожиданности предложения, сколько потому, что поверить в него оказалось слишком сложно. Полуангел, который пришел к сыну демона с букетом цветов… однажды такое уже было. И очень плохо закончилось. Чародей прикрыл глаза на секунду, собираясь с мыслями для ответа. Он не наступит дважды на одни грабли. Вовсе нет. — Прости, сладкий. Не думаю, что это хорошая идея. На лицо Алека легла тень и он опустил букет. Другая рука неосознанно начала тереть переносицу, закрывая дрожащие губы. — Прости, — тихим, безжизненным голосом пороронил юноша и почти бегом бросился к выходу. Сердце Магнуса сжалось, но призыв остановиться умер, так и не сорвавшись с губ. Он не мог допустить новой ошибки. Ведь всё это уже было раньше. Розы в вазе, горячие объятия и поцелуи, тихий шёпот признания и ответное «всё должно оставаться в тайне». Магнус усвоил урок. Нежить не пара потомку ангелов. Он тяжело привалился к стене, закрывая лицо руками. К сожалению или счастью, именно в этот момент охотник решил обернуться, в поисках последней надежды. Дверь шумно закрылась и в комнате повисла звенящая тишина. — Оставь букет себе, хорошо? Нельзя чтобы Джейс увидел. Он будет смеяться надо мной до когда жизни. Вот оно. Магнус истерически засмеялся, поворачиваясь лицом к охотнику. Тому, к его чести, хватило совести выглядеть виноватым, поэтому маг молча вырвал букет из рук. Непривычно гладкие стебли скользнули по коже, заставив удивлённо опустить взгляд. Шипы были аккуратно срезаны. Магнус машинально провёл пальцем по шраму на стебле, не спеша отвечать Алеку. Тот понял молчание по-своему. — Джейс это мой сводный брат. Он сказал, что если у меня так плохо с фантазией — стоит подарить розы. Я правда не смог ничего придумать… — Почему белые? Магнусу нужно было это услышать. Что нефилим изучил его привычки через досье, а шипы срезала продавщица. Но ранки на коже рук охотника красноречиво доказывали — это сделал он сам, после того как ими порезался. Магнусу нужно было то, что поможет выгнать нефилима за дверь, не жалея об этом целую вечность. Алек удивлённо посмотрел на него и просто ответил: — Это значит «чистая любовь». Как раз то, что я к тебе чувствую.