Принцесса, Рыцарь, Дракон

      — Ваша Святозарность, прошу прощения, что прерываю, но, — у советника перехватило дыхание от бега, он буквально рухнул на колени перед троном.       — Встань, Рудольф, — слуха коснулся мягкий голос королевы, — отдышись и скажи, что стряслось. К чему спешка?       На троне восседала одинокая фигура. Изящный стан, облачён в платье цвета молодой листвы, тёпло-зелёный, сливающийся с жёлтым. Яркость привлекала, выгодно омолаживала, отвлекала на себя ненужное внимание от уже не столь юного лица. Бронзовые пряди убраны в сложную причёску с косами, обрамляющими лоб. В блеске волос, золотая корона терялась, блёкла на общем фоне. Глаза наполнены спокойствием, лишь с парой искорок доброты, весёлости. Губы сомкнуты в плотную линию, что даже побелели. Всё ещё прекрасная королева: гордая, величественная, набравшая мудрости с годами.       — Вашей аудиенции настойчиво требует один господин, но у него не назначено, на наши вопросы он не отвечает, — Рудольф поднялся с колен и отрапортовал королеве.       — Он ведёт себя агрессивно?       Вопрос остался без ответа, потому что двери в тронный зал с грохотом распахнулись. На пороге возник тот, кого королева уж совершенно не ожидала увидеть, даже мимолётно на оживлённых улицах столицы, но при этом он уверенно шагал к ней. Ни капельки не изменился за пятнадцать лет: на лице не появилось новых морщин, феал по-прежнему отливал холодом в серебристых волосах. Небольшой каблук отбивал дробь по мрамору, звуки громом отдавались в голове. Не вынесла прожигающего взгляда на себе, поэтому венценосная отвернулась к окну.       — Ну, что ты, девочка, даже не поздороваешься со старым знакомым? — королева зажмурилась, сглотнув слёзы, губы полностью исчезли с лица. Ласковый баритон, что заставлял трепетать и возвращаться в ту далёкую ночь, гореть в чудовищном пламени. Сердце забилось, раздробив рёбра, стерев в порошок.       — Все покиньте нас немедленно, — как бы она не старалась, слабость всё же проскользнула в приказе. Интонация наигранно, пропитана любезностью, заботой. — Вы не расслышали мои слова, господа?       — Слышали, Ваша Светлость, долг не позволяет исполнить приказ, — Рудольф склонился на одно колено, в ожидании участи.       — Разве в королевском дворце не найдётся уединённого местечка для разговора с глазу на глаз? — вздохнул гость.       — Идёмте.       Королева шла с гордо поднятой головой, мышцы на спине сводило от напряжения. Стоило поравняться с незваным гостем, как тот подал даме руку. Маленькая ладошка утонула, пальцы захлопнули клетку. Ноздри защекотал знакомый аромат, с нотками дыма и табака. В прошлую встречу он не курил. Грудь неровно вздымалась, хоть венценосная и старалась скрыть волнение.       — Ты же знаешь, что я не обижу, — едва различимый шёпот, чтобы лишь она услышала.       Путь до покоев, казался, невероятно долгим. Бесконечные коридоры и повороты сплетались в единую сеть. У двери светозарной дежурили стражи, заметив хозяйку, поклонились, а после, услышав приказ не беспокоить королеву, замерли, точно статуи.       — Как была невоспитанной, нахальной девкой, такой и осталась! — только здесь она позволила выдохнуть, отбросить статус, правила, просто побыть собой. — Что, Валора, не ожидала нашей встречи?       — Как ты смеешь так говорить с королевой? — нет, сейчас не было королевы, обыкновенная, избалованная вниманием девочка, что грозилась топнуть ножкой и устроить истерику. — Что молчишь, монстр?       Тихий скулёж. Наглый гость намотал спадавшие до лопаток локоны, потянул вниз. Заставил посмотреть в глаза, пугающие, тёмно-синие, как ночное небо, с узкой прорезью черноты. Глаза чудовища, Дракона. Один выдох раскалил воздух, жар отпечатался клеймом на коже, которую захотелось содрать. Он отнимал у неё волю, делал слабой и безвольной игрушкой. Сердце отбивало быструю, неровную дробь. Горло сжал невидимый ошейник, что подавлял все звуки, выходило лишь сипение. Ведь знала же, что не обидит, но страх устроил свистопляску в голове, вихрь ощущений оглушил, разбил сознание на мириады крохотных осколков.       Ниже и сильнее потянул за волосы негодную королеву, чтобы та подставила шею. Забытые ощущения от близости воскресли в памяти, щёки запылали от вожделения к чудовищу. Могучий, древний Дракон пусть и стоял в человеческом обличии, подсознание всё равно трепетало перед сокрытой внутри силой. Запретная и тем самым манящая похоть, вскружила голову. Ближе наклонился к уху, пламенное дыхание заставило ноги подкоситься. А после еле различимый, словно в самой голове, шёпот:       — Уделишь мне немного своего бесценного времени, милостивая королева? — куда же без иронии — его вечной, бессмертной спутницы?       — Да, — простонала Валора, ожидая сладкого продолжения.       — Молодец, умная девочка! — Дракон грубо развернул её к себе спиной, волосы до сих пор держал в кулаке, дёрнул, заставил прогнуться в пояснице. — Скучала по монстру, что… — нарочно сделал паузу, чтобы насладиться писком боли. Всё хрупкое тело тряслось в напряжении от неудобной позы, но он не позволял шевельнуться. — Что грубо имел тебя?       — Пожалуйста, — жалобно проскулила королева, прогнувшись сильнее, упёрлась в пах. Потёрлась ягодицами о напряжённый член.       — Отвечай, избалованная девка, — тела пропитанные желанием тянулись друг к другу, в надежде хоть на немного успокоить бурю внутри. Свободная от бронзовых пут рука очертила полукруг, где должны быть тазовые кости, замерла. — Язык проглотила?       — Хочу тебя, — выдохнула в пустоту. Глаза закрыты.       Мысли беспорядочно кружились, от безумия бились о грани сознания, терялись в бесконечной тьме. Пальцы плотным кольцом обхватили шею, под ладонью прошла вибрация — движения гортани. Бархатная, человеческая кожа, от которой пахло ванилью, нежными и такими хрупкими полевыми цветами. Аромат подходил надменной женщине, делал мягче, оживлял каменную статую, скованную правилами, обязанностями и долгом.       От резкого движения вниз нитки затрещали. Между юбкой и корсетом, где раньше был шов, теперь зияла борозда. Хруст. Ткань зелёным водопадом спала вниз, обнажив девичьи ноги. Бёдра с годами сильнее округлились, девочка стала женственнее и привлекательнее. Пальцы чуть сдвинули бельё в сторону. Нарочито медленное движение, зато какой долгий, просящий стон огласил комнату. На подушечках поблёскивало возбуждение.       — Похотливая, — первый шлепок по ягодице. — Развратная сучка, ты, но точно не королева. Раздевайся.       Валора свободна от драконьих оков. Руки спрятались за спиной, оттянув шнуровку корсета. Редкие локоны прикрывали ключицы, плечи, ласкали прохладой, щекотали при каждом движении. От леденящего, изучающего взгляда-индиго расходились мурашки, кожу, словно заколол иней. С прошлой встречи она стала краше: в фигуре теперь преобладали округлые линии, плавные перекаты. Королева замерла подобно статуе в музее.       Глубокий вдох. Разум затуманил драконий аромат. Смелый шаг навстречу, после которого руки вцепились в ворот рубашки, а губы соединились, повинуясь страсти. Долгий, пропитанный горечью от многолетней разлуки, поцелуй затмил всё, озарил ослепляющей вспышкой, оставив белый свет. Языки цеплялись друг за друга, казалось, секундное промедление и происходящее окажется сном, наваждением. Ближе. Ближе. Их тела находили всё больше точек соприкосновения, через которые проходили импульсы. Пуговица за пуговицей ловкие пальцы оголяли мощный торс. Дойдя до половины, Валора остановилась, припала к шее, прикусив кожу, но сразу же поплатилась за дерзость. Волосы вновь намотаны на кулак.       — Жизнь тебя ничему не учит, как я погляжу, — палец Дракона замер на губах. — В прошлый раз ещё обсуждали, что кусаться запрещено.       Искорки в глазах, мгновение и палец оказался зажат зубами. Дракон потерпел несколько секунд, пока Валора соизволит отпустить. Не церемонясь, он толкнул её на кровать. Ой, какая оплошность с его стороны, не рассчитал силу, поэтому королева грудью рухнула на простыни, а колени встретились с полом. Послышался странный, возмущённый возглас, но быстро затих, перекрыли звонкие шлепки по ягодицам. Один за другим опаляли кожу болью, а с губ то и дело слетали стоны, визги. Ладонь сначала гладила потом «кусала».       В груди томилось сладкое предвкушение от ожидания следующего удара. А коварный Дракон, дразнился: специально убирал руку, чтобы тело королевы напряглось, спинка вновь прогнулась, а потом едва ощутимо проводил пальцами, срывая стон. Он умело балансировал между ласками и наказанием, сводив с ума, раскрывал всю похотливую сущность. Кожа на ягодицах пропитывалась краснотой, что расцветала, подобно розе. Шлепок. Возглас. Болезненное наслаждение. Погладил по спине, как какую-то домашнюю зверюшку — награда от хозяина. Прошептал на ухо:       — Ты послушная девочка или продолжишь плохо себя вести? — рука опустилась к промежности, ласкала разгорячённое тело, подталкивав к правильному ответу. — Я не слышу ответа.       — Послушная, — выдохнула Валора.       — Хорошие девочки не кусают тех, кто делает им приятно, — с этими словами пальцы проникли в лоно королевы, породив бурю эмоций.       — Я хорошая девочка, — в награду получила несколько размеренных движений. Но Дракон больше не спешил, выжидал момента, чтобы похвалить за новый ответ. Постоянно держал в напряжении, контролировал.       — А я вот что-то сомневаюсь. Смотрю, на твоё ужасное поведение и сомневаюсь, — вынул пальцы.       — Пожалуйста, я хорошая и послушная девочка!       Валора хотела добавить что-то ещё, но Дракон не дал это сделать, заткнув рот пальцами в её же смазке. Покорно слизывала всё, не вставила ни одного слова поперёк. Королева уже изнемогала от похоти, но она же хорошая девочка, поэтому смиренно ожидала, сгорав в огне желания.       Одним движением Дракон придвинул её вплотную к кровати, вторым свёл ноги вместе, третьим медленно вошёл. Одной рукой сжимал кисти, а второй держал за волосы, заставлял выгибаться в немыслимых позах ради какого-то поцелуя. Валора тонула в наслаждении. Недавно сильная и независимая королева, стояла на коленях, молила о продолжении. Молила о капле ласки. А он коварный искуситель дразнил, играл, намеренно тянул время, проверял на прочность и покорность. Стоило только шевельнуться, попытаться захватить инициативу, как по ягодице прилетел шлепок, словно змеиный укус, вгрызался, выпуская яд-боль.       По венам бурлила смесь боли и порока, грязные удовольствия вырывались с криком наружу. Только Дракон мог грубо, силой дать Валоре почувствовать себя слабой. Он действиями, словами лишал воли, заставлял слепо подчиняться приказам. Она, закованная в цепи, порывалась освободиться, но куда уж там. Стоило только ослушаться, как незамедлительно поступало наказание.       Грудь спряталась в широких ладонях, пальцы сжимали соски. Каждое действие с его стороны приближало её к пику наслаждения, но любовник по возможности оттягивал этот момент. Томил в котле из ощущений и предвкушения. А после и вовсе покинул тело, развернул Валору к себе лицом, предусмотрительно взяв за волосы, Дракон провёл членом по губам. Королева быстро сообразила, что от неё требовалось, задвинула собственную неудовлетворённость на второй план. Ведь если она постарается, то получит награду. Получит же?       Язык юрко забегал по члену, упиравшемуся в нёбо, глотку, вызывающему слёзы. Но Валоре наплевать, лишь бы любовнику было приятно, поэтому старательно ласкала, с полной отдачей подходила к делу. Плавные, скользящие движения с причмокиванием. Рука крепче перехватила бронзовые локоны. Слегка вздёрнутый нос упёрся в лобок, королева задёргалась, закряхтела, только после этого Дракон перестал давить на затылок. Мгновение спустя губы вновь коснулись основания.       Дракон душил, давал лишь доли секунды на передышку, а после вновь имел в грубой форме, игнорируя слёзы. Сквозь мутную пелену проглядывалась довольная ухмылка. Всё продолжалось вновь и вновь, пока по языку не растеклось вязкое, горько-пряное семя. Но даже тогда Валору не отпустили, заставили проглотить.       — Хочешь продолжения, милая? — Валора сползла на пол, стоило Дракону отпустить волосы. Слова пропитаны иронией, в предложении затаился подвох.       — Хочу, — искренне, наивно хлопая глазками, ответила королева, будто не догадывалась, что за этим последует.       — Свою часть ты получишь, когда мы съездим на восток, — на лице отразилось непонимание, поэтому он пояснил. — У тебя ужасная память, девочка, но не волнуйся, мы это только что подправили. Семя, знаешь ли, способствует работе головы.       Валора смущённо опустила взгляд. Дракон неспешно одевался, а вот она продолжала сидеть на месте нагая, ловив каждое его слово, краснев, как малолетка, от любой пошлости.       — До меня вот доходили новости, что справедливая королева так отчаянно порывалась посетить города на востоке страны, но, о, жалость, очень она занятая. А я, как неравнодушный житель, решил наведаться во дворец, предложить Её Величеству сопроводить её, — звучало складно, но Дракон явно что-то недоговаривал.       — Что ты хочешь? — Валора избрала путь прямолинейности.       — Ничего особенного, лишь приятную компанию и остановку на одну ночь в моём за́мке для продолжения, — он оскалился, но даже сейчас чувство недоверия продолжило грызть.       — Это всё?       — А ты хочешь мне предложить что-то ещё? — уже собрался уходить, но королева остановила, продолжив диалог.       — Когда поедем?

***

      Всё шло подозрительно гладко. Дракон сопровождал королеву в качестве рыцаря, по большей части держался отстранённо, как и подобало в его положении. Только в редкие минуты уединения он становился собой — надменным, коварным искусителем, что отпускал ироничные комментарии по поводу и без. Валора с нетерпением ждала каждую новую встречу без лишних глаз и ушей. Сердце трепетало от предвкушения. Она бросала мимолётные взгляды, что буквально облизывали его профиль. Рядом обнажала хрупкое естество, нежное и беззащитное, каждый раз боялась, что обидит, больно уколет. Но он не цеплялся острыми клыками за живое, лишь пугал, не сильно обжигая.       Понимала, что у них разные статусы, положение в обществе, но сердцу не объяснишь всех тонкостей, не докажешь, не прикажешь. А оно металось по клетке, как раненая птица, истекая кровью, не понимая, почему он не подходит, не приласкает, не оставит на губах сладкий поцелуй. Хотелось забыться в надёжных, долгожданных объятиях, остаться в крепких руках на века. Но пока что в распоряжении пары были лишь несколько мгновений, что титановыми оковами сдерживали желания вместе с чувствами.       Глотком свежего воздуха стала остановка в его за́мке. Королеву охватил восторг от скорой близости, она не могла дождаться наступления темноты, чтобы ураганом ворваться в покои хозяина и предаться похоти, окунуться с головой в омут наслаждения. А время в злую усмешку над негодной правительницей тащилось медленнее черепахи, как и феал, неповоротливо описывал дугу на небосклоне, но, так и не желая, закатываться за горизонт.       И вот, наконец-то, опустилась долгожданная тьма. Любовник повёл дрожащую от предвкушения жаркой ночи королеву в уже знакомые хозяйские покои. Шаг за шагом сердцебиение ускорилось, дыхание участилось. Она сдерживалась, чтобы не наброситься на него прямо в коридоре. Как в прошлый раз подмешал какую-то возбуждающую дрянь в напиток, но сегодня она добровольно ужинала в компании Дракона, распив на двоих ни одну бутылку вина. Однако даже сильным мира сего свойственно ошибаться, и Валора не исключение — злостно клеветала на радушного господина.       В спальне он истязал долгими, сладкими поцелуями, сводил затуманенный рассудок в могилу. Гладил по обнажённой коже, ровной, нежной, как лепесток розы. Валора не в состоянии дышать полной грудью, прерывисто глотала воздух, но даже этому препятствовал Дракон, занимая губы, прикусывая. Вкус крови во рту, как тогда, лишь с одним отличием, в этот раз из её губы. Отомстил сволочь!       — Помнишь, что бывает, когда кусаешься? — палец прикрыл ранку на губе, на подушечке раскрылся алый бутон.       — Я, как обещала, приехала, — Дракон цыкнул и разочарованно покачал головой.       — Разве я тебя об этом спросил? — он подхватил её за бёдра, поднял на руки. Валора вцепилась в плечи, взвизгнула. — Это не ответ, девочка.       Спина коснулась мягкой перины, но не успела уставшая за день королева насладиться, как сверху навалился Дракон. Губами припал к груди, языком вычерчивал волнистые узоры. Никакой грубости. Тягучие, обжигающие ощущения, отпечатывались в сознании яркими мазками. Он, словно специально, старался закрепить положительный образ в памяти, оставить что-то хорошее о себе.       — Стой! — Валора приподняла его за подбородок, заставив посмотреть в глаза.       — Только не говори, что тебе внезапно захотелось общения. Напомню, что мои вопросы ты старательно игнорировала, — пока она ничего не успела сказать, Дракон впился в губы. Чуть приподнял таз, проник в тело.       — Я всегда буду тебя слушаться, сделаю всё, что не попросишь, только не оставляй меня, — глаза просветлели, на смену туману пришли прозрачные кристаллы слёз, которые он стёр в одно движение.       — Глупая девка, что ж ты ревёшь сейчас, когда я рядом? — один резкий толчок, от чего королева вскрикнула, прогнулась. — Или ты не рада моему обществу? — с каждым рывком он всё глубже вторгался в тело и мысли.       — Не уходи. Я не смогу без тебя, — в надежде удержать, руки плотным кольцом обвили крепкую шею. — Не оставляй меня.       Ладонь ещё раз прошлась по лицу, стерев новые слёзы. До этого размеренный темп сменился на резкие, прерывистые движения — отвлекающий манёвр сработал прекрасно. Валора отдалась омуту собственных ощущений. От былой грусти не осталось и следа, грудь вздымалась, задевав сосками торс без изьянов. Руки Дракона очерчивали плавные, округлые формы. Голос хрустальным звоном прокатился по комнате, прежде чем потонуть в мареве кульминации. Достигнув вершины наслаждения, королева прикрыла глаза, откинувшись на подушки. Но любовник только начал проникать сладким ядом в голову, дурманить и кружить. Впереди долгая, тёмная ночь, за которую жаждущие не напьются. А разлука будет равна вечности. Осталось лишь принять, отдаться похоти и принимать дары любви.