Платежи и переводы

Фукузава вошел в отель и сразу же поднялся на верхний этаж, едва ему передали ключ от знакомого номера. Люкс под самой крышей здания, напичканного камерами, был единственным в этом заведении, где не подсматривали за постояльцами — просто потому, что основным его постояльцем был владелец всего отеля. Фукузава не встретился в дверях с охраной. Хороший знак — когда Мори не желал разговаривать, пройти сквозь его бронированных телохранителей смог бы разве что Серебряный волк. Но им Фукузава становиться не хотел. Он приложил карту-ключ к замку. Замок мигнул зеленым, дверь открылась со звуком, похожим на вышедший из бутылки с газировкой воздух. Фукузава дернул ручку и вошел в номер, готовый в любой момент выхватить из ножен меч. Мори сидел напротив двери, закинув ногу на ногу и неторопливо потягивал «Perrier». Расслабленный галстук болтался на голой груди — его рубашка была расстегнута. Полы разошлись, не скрывая от взгляда ни бледной кожи, ни темновато-коричневых маленьких сосков. Фукузава растерялся. — Я думал, ты не придешь, — сказал Мори, взболтнув бутылку с минералкой прежде, чем закрутить пробку. — Как и в прошлом месяце. Как и в позапрошлом. Как и... Фукузава прервал его, сразу же переходя к делу: — Позавчера агенты Портовой мафии атаковали мой офис. — «Мой», — повторил Мори, прикрывая глаза. Его ресницы почему-то дрогнули. — А почему не «наш»? Как же твои драгоценные сотрудники? — Их тоже атаковали. — А. Замолчали. Мори вытянул руки на подлокотники, запрокинул голову и не торопился открывать глаза. Фукузава, подумав, подошел ближе, чтобы убедиться: Мори не уснул в середине важного разговора. — Мы понесли убытки. В очередной раз. Стоимость превышает прибыль. — Это все потому, что нельзя вести бизнес, основанный только на легальных схемах, я ведь говорил. — Мори распахнул глаза, улыбаясь. — Вы не задействуете свой золотой резерв сотру... Мори замолчал, когда Фукузава легко толкнул его бедро своим коленом. Упоминать Йосано было опасно. Ремонт номера люкс будет слишком дорогим даже по меркам Портовой мафии. — Это потому, что вы стали нападать чаще. Мори устало вздохнул, ущипнув себя за переносицу. Фукузава кивнул сам себе — можно было подойти к двери: его аргументацию явно услышали и приняли к сведению. Но Мори поймал его, подтянув к себе за края одежды. Он смотрел снизу вверх, черные волосы стекали вниз по белоснежной шее. Черный зрачок затянул собою всю радужку, и только самая его окантовка сияла холодным, фиолетовым блеском. Будто черный бриллиант с подсветкой. Фукузава сглотнул. — Компенсация, — сказал Мори, — разумное решение. — Как? — уточнил на всякий случай Фукузава: Портовая мафия часто меняла схемы. Но Мори остался верен себе: — Анонимный счет с письмом благодарности за решение... — Дела с пропажей дочери ректора Тодая. — Какие люди к тебе обращаются. — Мори дернул бровями, роняя короткий смешок. — Да, это подойдет. — Когда? — Счет — не раньше понедельника, — сказал Мори. Потом широко улыбнулся. Фукузава не успел понять, что произошло, лишь почувствовал, как охлажденный кондиционером ветер касается теперь уже голой кожи его ног. Мори стащил с него штаны и задрал полы юкаты. — Моральная — прямо сейчас. Мори подтянул его еще ближе, облизнув губы, и Фукузава закрыл глаза, уложив руку ему на голову. Ни против счета, ни против моральной компенсации он не возражал.