карамель

Малиновое зарево виднеется на горизонте, тёплый сентябрьский ветер обдувает короткие блондинистые волосы, пока в чёрном автомобиле громко играет музыка. Даша сильнее открывает окно, наслаждаясь приятной погодой. Маша качает головой в такт музыке, внимательно следя за дорогой. Поцелуева любит наблюдать за Романовой, которая так красиво водит машину: как её тёмные брови хмурятся, когда она сосредоточенно едет по трассе, как из её уст вылетают всевозможные маты, когда тупорылые мужики пытаются её подрезать, как русые волосы колышутся, когда девушка крутит головой, паркуясь. Даша любит Машу. А ещё она любит целовать её, сжимать мягкие бёдра руками, слышать сбивчивое дыхание и громкие стоны. Любит, как та закатывает свои красивые глаза, прикусывает пухлую губу и просит бóльшего. Поэтому прямо сейчас она вслушивается в тихое пение, неотрывно следит за тонкими пальцами на руле, и смотрит на спадающую на глаза переднюю прядку, — Маша сегодня не надела кепку, о чём очень жалела. — Я с карамельной сучкой, и мне в кайф её ебать, я вечно побеждаю, все враги хотят рыдать, — бормочет Романова, постукивая рукой по рулю. Даша усмехается, и Маша бросает быстрый взгляд на неё. — Чего хихикаешь? — Твоя песня, — улыбается Поцелуева, укладывая ладонь на чужое бедро, обтянутое тканью голубых джинсов — очень жаль, ведь Даше так хотелось прикоснуться к голой коже своей девушки. — Твоя уж тогда, — закатывает глаза Маша, и Поцелуева вновь смеётся — от Романовой и правда вечно пахло карамелью. — Не лапай водилу за рулём, а то вмажемся куда. — Да ладно тебе, малыш, — проговаривает Даша, нагло ведя руку выше, подбираясь к промежности, чуть надавливая на чувствительную зону. — Блять, Даша, — выдыхает Романова, ёрзая по автомобильному креслу. — До дома дотерпеть не можешь? — Не могу, — отвечает Поцелуева, выводя узоры на джинсовой ткани, заставляя Машу напрячь ноги и живот. — Заворачивай туда, — она кивает на поворот и убирает руку. Романова чувствует, как её щёки краснеют, и съезжает с дороги. Девушки возвращались с загородной вечеринки с их подругами, поэтому могли быть уверены, что близ леса их вряд ли кто-то заметит — местность была не жилая, да и вечерело — машин было крайне мало. Они вылезают из автомобиля, и Романова уже тянет руку к двери, чтобы сесть на задние сидения, как её ладонь перехватывает Поцелуева. — Ты куда? — выгибает бровь Маша, следуя за девушкой. — Погода хорошая, воздух приятный, — усмехается Даша, прижимая Романову к капоту чёрной машины. Касается ладонями талии, сжимает любимые бока, покрывая поцелуями скулу Маши. — Боже, надеюсь мы не разъебашим мою ласточку, — отвечает Романова, укладывая руки на шею девушки, играясь с волосами на загривке. Даша втягивает её в поцелуй, скользя языком внутрь. Маша ощущает штангу пирсинга Поцелуевой и чуть усмехается, окончательно усаживаясь на автомобиль. Пальцы Даши пробираются под футболку Маши, она нежно проходится по спине, пересчитывая позвонки. Стягивает мешавшую джинсовку, откидывая её назад, и сильнее задирает белую ткань. — Тебе не холодно? — выдыхает в губы Поцелуева, обводя голубым взглядом румяное лицо девушки. — С тобой замёрзнешь, — улыбается Романова, вновь притягивая девушку к себе. Даша решает не рисковать — сентябрь в этом году пусть и выдался тёплый, всё же не стоило сильно оголяться на природе, поэтому она оставляет футболку на Маше, переходя руками на молнию джинсов. Тянет её вниз, слыша характерный звук. Романова приподнимается, вставая с машины. Подкладывает себе под попу джинсовку, пока Даша стягивает с неё штаны, оставляя их болтаться у щиколоток. Поцелуева проводит ладонями по нежной коже бёдер, заставляя Машу тихо вздохнуть. Прикасается к промежности, потирая клитор через ткань нижнего белья. — М, Даш, руки, — шепчет Романова, заглядывая в глубину чужих глаз. Даша без слов вытягивает из кармана своих штанов маленькую упаковку, выуживая оттуда влажную салфетку. — Бля, ты когда успела? — Ты когда заведена, вообще ни на что внимания не обращаешь, — улыбается Поцелуева, методично вытирая каждый палец — кольца предусмотрительно были сняты ещё в автомобиле. — Не нормальная вода с мылом, но тоже неплохо, — произносит Дарья, откладывая влажные салфетки на капот рядом с Машей. — Это тебе в лесу поебаться приспичило, — закатывает глаза Романова, пошире раздвигая ноги — насколько она могла себе это позволить, учитывая, что где-то внизу ещё болтались джинсы. — Будто ты против, — произносит Поцелуева, вновь укладывая ладони на светлые бёдра. Прижимается к своей девушке, целуя её в шею, и Маше приходится откинуть голову назад. Даша касается губами красной татуировки «wrong», оставляя на коже влажные следы. Романова зарывается пальчиками в блондинистые волосы, чуть оттягивая их. Поцелуева спускается ладонями ниже, отодвигая полоску чёрного хлопкового белья, наконец касаясь разгорячённой плоти. Машу подбрасывает, когда Даша проводит пальцами по половым губам, разнося естественную смазку. — Блять, я бы тебе отлизала сейчас, — проговаривает Поцелуева, и Романова прикрывает глаза в мельчайших деталях представляя, как Даша трахает её языком. — Но тут будет пиздец как неудобно. Девушка вводит один палец внутрь, держа второй рукой Машу за талию. Слышит тихий вздох и видит кивок, — Романова даёт зелёный свет на дальнейшие действия. Даша добавляет второй палец, двигаясь медленно и размеренно, растягивая податливые мышцы. Маша надавливает на спину Поцелуевой, укладывая свою голову ей на плечо. — М-м, быстрее, — сбивчиво шепчет Романова, щекоча русыми волосами шею своей девушки. Даша целует её в макушку, чувствуя карамельный запах духов, и усиливает фрикции. Теперь действует жёстче, входя глубже, вырывая из груди Маши звонкие стоны, которые та глушит в ткани толстовки Даши. Поцелуева запускает свободную руку под футболку, не переставая трахать Романову, создавая до неприличия пошлые хлюпающие звуки. Касается ладонью живота Маши, чуть надавливая на него, заставляя девушку простонать ещё громче. Проходит несколько минут, прежде чем дыхание Романовой становится совсем тяжёлым, а ноги начинают чуть подрагивать. Даша выскальзывает из приятного тепла, перемещая пальцы на клитор, стимулируя его. Маши хватает ненадолго, она крепко сжимает плечи Поцелуевой, жмурясь от удовольствия, и кончает. Даша проводит последний раз по мокрым складкам, поправляя бельё на своей девочке. Маша смотрит на неё совсем расфокусированным взглядом, но это не мешает ей взять ладонь Поцелуевой, и обхватить влажными губами фаланги. Даша наблюдает за тем, как Романова слизывает собственный вкус с её кожи, а затем выпускает изо рта пальцы с громким влажным звуком. Поцелуева улыбается, треплет чистой рукой девушку по волосам, помогая разморённой Маше натянуть на ноги джинсы. — Я тебя так люблю, — наконец произносит Романова, обнимая Дашу, водя ладонями по её спине. — Ты хочешь? — вопрошает Маша, перемещая ладони на чужие ягодицы. — И я тебя люблю, малыш, — улыбается Поцелуева. — Я хотела разложить тебя на капоте твоей тачки. Отыграешься дома, меня она точно не выдержит, — хмыкает Даша, и Маша кивает, зная, что в их квартире сегодня ночью точно будет весело. Они встают, оглядывая автомобиль. Романова резюмирует, что вроде ничего не помяли, и поднимает свою джинсовку. Внезапно до их ушей доносится айфоновская мелодия, и Даша выуживает из кармана джинсов свой телефон. — Алло? — на том конце оказывает их подруга — Маша Сёмина, с дачи которой они непосредственно ехали, поэтому Поцелуева ставит звонок на громкую. — Девочки, всё хорошо? А то вы уехали давно, так и не отписались, в сеть не заходили, — обеспокоенно произносит Сёмина, и Романова умиляется — их подруга была просто солнышком во плоти. — Да, — прокашливается Даша. — Просто мы, эм, сделали остановку. — Да, вышли покурить, — подтверждает Маша, кивая для пущей убедительности — непонятно зачем, ведь Сёмина их не видела. — Знаем мы ваше «покурить»! — верещит в трубку Лиза Макарова. — Маха мне писот рублей теперь должна. Я говорила, что вы ебаться будете. — Да кто ебался! — возмущается Поцелуева, пока Романова рядом тихо хихикает. — Лиз, она тебе реально деньги должна, — смеётся Маша, и Макарова вновь кричит что-то неразборчивое в трубку. Даша ссылается на то, что им нужно ехать и сбрасывает звонок. Убирает телефон обратно, притягивая к себе Машу, оставляя на её губах нежный поцелуй. А потом Романова шепчет ей на ухо, что они обязательно сегодня примут ванну. Вдвоём.