Детективное агенство по делам сверхъестественным

      Сели в машину и поехали. Тигнари так и уснул в машине, а Сайно не стал его будить. Когда прибыли на место, аккуратно поднял его на руки и отнёс домой.       Конечно, некоторое время Сайно сомневался, стоит ли привозить его домой, потому что родители Тигнари будут не в восторге увидеть, до какого состояния он довел их сына.       Помнится, когда Сайно уверенно решил уйти с работы и создать агентство, Тигнари без раздумий пошёл за ним. Очевидно, родители были очень против. Они, являясь семьёй с двумя преподавателями высшей категории и работающие в научной сфере, хотели, чтобы в будущем и Тигнари пошел по их стопам, потому что с раннего детства видели его тягу к познанию мира, любопытство и упорство, видели в нём потенциал. Собственно поэтому они были в полном шоке, когда после окончания магистратуры он уходит вслед за другом отправился работать в некое сомнительное место, где занимаются оккультными практиками и не платят за работу.       Это были долгие споры, уговоры, ссоры, а потом и переговоры уровня дипломатической миссии. Этим долгим путём они пришли к такому консенсусу, где Тигнари поступает и хорошо учится в аспирантуре, при этом они не будут запрещать ему работать в агентстве и будут закрывать глаза на всё происходящее там.       Конечно, родительское сердце волновалось, особенно, когда они задним числом узнавали о том, что сын опять влип в неприятности и пострадал… И вот он занимается эти уже несколько лет, и только спустя такое время стало закладываться сомнение, что движет им не горячая кровь, а нечто совершенно иное.       Отцу один раз было достаточно увидеть его рядом с Сайно, чтобы всё стало понятно.       Мама Тигнари невероятного ума женщина, ещё в студенческие годы необычайно талантливая исследователь и учёный. Он влюбился в этот светлый взгляд, как будто она видела любовь и красоту даже в самых маленький и незначительных вещах, и более того — новую красоту в вещах, которая окружает всех каждый день. Её ждал большой путь в науке, и в итоге просто для того, чтобы быть рядом и пойти вслед за ней, отцу Тигнари пришлось приложить много сил и упорства, даже просто чтобы приблизиться и стать с ней наравне.       И он смотрел на Тигнари и радовался, что пусть сын и полностью пошел в мать, но что-то и от него ему досталось. Так, показав, что Тигнари может успешно совмещать работу и учёбу, уже через год он получил благословение родителей и они стали поддерживать его даже в этом очень странном увлечении… Не оставляя надежды, что он когда нибудь образумится.       Однако эти надежды таяли на глазах, и вот сегодня Сайно не в первый раз приносит Тигнари домой, в совершенно непотребном состоянии.       Конечно, Сайно получил отеческий профилактический выговор. Ругать они его не станут, потому что знают, что Тигнари потом ревностно будет его выгораживать. Не смотря на это, Сайно порывался остаться и помочь, но родители Тигнари поворчали и отправили того с миром, сказав, что сами присмотрят за ним, пусть приходит завтра.       Ничего поделать не мог. В этот светлый вечер, он остался сидеть у его дома на лавочке, погружаясь в размышления, пока медленно на город спускался прохладный вечер.       Что же мешает Сайно быть спокойным и принимать любовь, которая не требует условий? Может, потому что в его жизнь был полна лишений, что подтолкнуло к мысли: а достоин ли он любви?       Должен добиться её. Заслужить. Сражаться за неё. Но чувствовал себя неопределенным, будто потерянным, и со дня признания Тигнари, так ни разу больше ему не ответил теми же словами любви, которые слышал потом и не раз. Понимает, что поступает не правильно, но, даже не смотря на это, Тигнари не отступается, не настаивает и не просит ничего взамен.       Почему не говорит? Всё потому, что его первое «я люблю тебя» было признанием в глубокой привязанности и ценности для него, но с каждым днём эти слова становятся для него всё более значимыми.       Ко всему прочему примешалось и непонимание: «что он во мне нашёл?». Родился и вырос Сайно в небольшой деревне среди песков, там же выучился в деревенской школе, а потом, после того, как матери не стало, переехал в Сумеру и поступил в Академию. Однако там все сторонились его. В те времена ещё считалось, что с южных краёв в Сумеру приезжают только бандиты, воры и наёмники. Таких, как он, местные называли «пустынники».       Тогда Сайно решил, что ему не нужны друзья, что он справится сам. Так что же заставило Нари тогда, много лет назад, ещё в институте, подойти к одиноко сидящему тихоне?       Если к тебе обращаются, значит, от тебя человеку что-то нужно.       Если любят, значит, есть причина. Разве не так? У него же должна быть причина любить? За то, что они много времени вместе, за то, что имеют общие интересы, за внешность или за поступки, которые совершает ради него?.. А если чего-то из этого не станет… он уйдёт?       Сайно осознает, что его жизнь меняется. С удивлением открывает в себе новые грани, новые мысли и желания, которые ранее были ему неизвестны. Не хочет его потерять. Хочет его любить и всегда быть с ним. Не хочет больше оставаться один. Хочет чувствовать, что по-настоящему любим. Возможно, он слишком многого ждёт от судьбы, которая порой бывает так несправедлива. Но ещё когда он давал Нари обещание, он уже решил, что будет бороться с ней.       Если он хочет сохранить всё, что имеет сейчас, ему, наверно, нужно остаться таким, каким был? Остаться таким, каким Нари его знает… И тогда…

***

      На следующий день Сайно зашёл в гости, но Тигнари спал. Родители рассказали, что его лихорадило всё утро, но к обеду он уснул. Сайно не стал его будить. Вечером пришел вновь, но Тигнари все ещё спал. Конечно, он начал переживать из-за этого, но родители сказали, что он просыпался недавно, поел и снова лёг спать.       Так большую часть времени Сайно провел в гараже, наедине с собой. Это позволило хорошо обдумать всё.       На следующий день Сайно не смог прийти. Уже в обед он ушёл на работу в ночную смену. Вечером он смог связаться с Тигнари, чтобы узнать о его самочувствии и всё ли у него хорошо.       На следующий день они увиделись в агентстве. Фенек так ждал этого момента. Поворачивает ручку и воодушевленно входит в комнату. Видит его, от чего на лице неосознанно появляется радостная улыбка:       — Привет, Сайно! Я пришёл.       Он сидел за рабочим столом и, не отрываясь, смотрел в экран. Его внешний вид явно говорил о том, что он бодр и полон сил, хотя обычно в это время можно увидеть его спящим или за работой с тёмными кругами под глазами и чашкой кофе в руке. Но в этот раз он отвлекся от чтения и повернулся посмотреть на пришедшего. Они оба знают, что Сайно, как обычно заспанно, но приветливо скажет: «И тебе доброе утро, Тигнари», однако…       Он обомлел, без возможности вымолвить хоть слово. От чего же? Просто так сложилось, что большую часть времени они постоянно ходят вместе, поэтому Сайно и не заметил, каким на самом деле сильно худым и бледным был Тигнари, а сейчас… Ровный тон розоватой кожи и нежный румянец на щеках. Ясный взгляд. Его руки всё такие же тонкие, но при том кожа кажется такой мягкой. Он, наверно, стал лучше питаться и понемногу набирать обратно вес? Успел ли за те пару дней, пока они не виделись? Дело явно не в этом. И да, это правда, что он пользуется маслами для шерсти, но они всё равно не помогают настолько, чтобы сейчас его чудесный хвостик казался ещё более лоснящимся, пушистым и будто шёлковым, как и ушки, ещё более аккуратными и трогательно мягкими… Трогательно… Хотел всего потрогать его.       «Какой же он красивый».       Именно эта мысль заставила его прятать глаза, прикрывшись чёлкой, и оставила на лице лёгкий смущённый румянец. Он как будто всё ещё не до конца успел принять чувства Тигнари, понять, что тот на самом деле любит его, как вот волчонка уже неожиданно накрывает чувство, новое и неизведанное, которое так тяжело понять… Испытывал тягучую негу, которая едва ли не переходила в возбуждение, от которого все мысли только вокруг него. Его безумно приятные и нежные ласки, даже самые короткие движения всплывали воспоминаниями в голове и отзывались… во всём нём. И желания эти только о том, чтобы вновь почувствовать его нежные, безумно приятные поцелуи, дать коснуться себя. Это чувство, когда, как преданный ласковый пёс, готов прижаться животом и спиной к полу и ластиться к ногам, пока на него обращён полный любви и обожания взгляд. Он впервые в жизни хотел кого-то, да ещё так сильно. И вот это всё закручивается в вихрь мыслей и эмоций, пока в реале он отвёл взгляд в сторону. Прочистил горло и ответил немного неуверенно, будто отстранено:       — Привет, Тигнари… — но потом немного поживее, — Тебе уже лучше?       — Да, уже всё хорошо. — подходит и по привычке садится прямо на край рабочего стола, за которым сидит Сайно, но вот чуть краснеет, немного прикрывает лицо тыльной стороной ладони, а хвостик в волнении покачивается, поднимется над поверхностью стола и ложится вновь.       — Я… наверно уже говорил это, но всё равно… Для меня это очень-очень важно… спасибо тебе… за помощь.       «Он смущается, и это безумно мило. Если ты будешь так близко, то я…»       Сайно совсем притих и не нашелся, что ответить.       — Да, я… — пауза на раздумье, — Рад помочь. Кажется, если он снова посмотрит на Тигнари, то он не знает, что произойдет. Сайно пребывает в полной растерянности и даже представления не имеет, как нормально начать разговаривать с ним, как обычно. И думать о чем-то… обычном. Как же это неожиданно сложно. Тигнари подозрительно щурится, но Сайно этого не замечает, продолжает что-то очень-очень внимательно высматривать на экране. Тогда Тигнари тоже посмотрел в экран, а там какой-то текст.       — Что читаешь?       Сайно открыл эту статью полтора часа назад, так она и светится на экране до этого момента. Прочитал уже давно, но не закрыл, и теперь уже не закроет, потому что она на данный момент его единственная соломинка, за которую он так отчаянно держится.       — Эта та статья, что вы с Коллеи просматривали тогда. Подумал, что нужно ещё поискать и разузнать всё самим, иначе я не смогу вытащить из того надменного ублюдка хоть какую-то информацию…       — Хм, ты прав. Только нам не многое остаётся. Нужно найти тот предмет, который ты упоминал. Ну, тот, который передал тебе призрак…       Нет, разговоры не помогают. Тигнари чуть наклонился к нему, чтобы заглянуть в экран. Между ними много меньше чем пол метра, и это слишком близко.       Сайно загнан в ловушку, но каждый раз, когда с ним такое происходит, предпочитает отстраниться и остаться одному. Он понимал, что это не выход, но как в большей мере интроверту, ему комфортнее вернуться в своё место, вдалеке, где ничего не происходит и не тревожит, а стены окрашены в комфортно серый, потому что… Сейчас он как никогда видел, насколько ярко окрашен в цвета мир, когда Тигнари рядом. Как заинтересованно подняты его мягкие ушки, а хвост медленно ходит из стороны в сторону, пока Нари в задумчивости покачивает ножками, сидя на краешке стола и… пока он в приподнятом настроении ему мягко улыбается. Вдох-выдох. План «Б». Пора совершать попытку экстренного побега:       — В общем… я, наверно, пойду в гараж, поищу ещё, и заодно мне машину нужно починить…       Наглая ложь. За эти два дня, пока Тигнари хандрил, Сайно только и просиживал время в гараже и уже всё починил, более того: он смог найти предмет переданный призраком, но не мог сейчас думать об этом.       Тигнари чуть наклонил голову вбок:       — Можно мне с тобой?       Его вопрос очень закономерный, они же всегда ходят вместе. Поздно подумал об этом. Сайно растерялся, опять отводит взгляд:       — Да нет, я справлюсь сам.       Отвернулся, смотрит в экран. Повисло молчание, а Сайно сам для себя делал вид, что всё в порядке.       Кажется, отпустило, он прикрыл глаза, выдохнул, открывает глаза и поворачивается посмотреть на Тигнари, но тот оказывается перед его лицом в десяти сантиметрах. Научился ходить бесшумно специально, чтобы напугать его так? Смотрит пронзительно и недовольно.       Эти два дня, пока Тигнари не покидал кровати, он всё думал, решался, что пора им сделать следующий шаг. Одна только мысль, что их отношения едва ли достойны называться «секс по дружбе», вводила его в отчаянье, а совсем не романтичный Сайно, кажется, никогда сам не дойдет до мысли, что это очень важно и пора двигаться дальше. И вот он обдумывал это всё, прорабатывал в голове все варианты, и всё только для того, чтобы прийти и увидеть, что Сайно его избегает? Ну уж нет, он это так не оставит!       Пора заглянуть ему в глаза и задать важные вопросы. Первый шаг совершен, и что же он предполагал увидеть? Он думал, что после того, что между ними было, он увидит в глазах его опасение, презрение, неприязнь, но это оказалось совсем иное.       Сайно смотрел на него завороженно, широко раскрыв глаза цвета тёплого красного янтаря. Он приоткрывает рот, наверно желая что-то сказать, но отпускает медленно неровный выдох… прикрывает, сглатывает слюну. Его сердце бьётся так часто и сильно, что Тигнари начал слышать это своим тонким слухом.       Его взгляд смягчается.       — Сай… Расскажи, что случилось?       Он сильно замялся. С одной стороны хотел рассказать об этом, хотел поделиться и получить от Нари поддержку, но это неожиданно тяжело, потому что эта тема несёт за собой сложность много большую, чем можно было себе представить.       — Я стал видеть то, что раньше не видел… Вижу демонов и даже могу их коснуться. — небольшая пауза, пока он подбирает слова. — Тогда, в кафе, я видел, как он набросился на тебя и… Я обещал, что буду оберегать тебя, но сам оказался не меньшей опасностью… а порой и причиной. Я хочу защитить тебя, но при этом… кажется, если бы не я, то всё закончилось бы намного лучше.       Нари наклонился к нему и сказал участливо:       — Сайно, если бы не ты, всё могло стать и намного хуже. Но ты оказался рядом и…       Сайно хмурится, смотрит в сторону и немного отстраняется. Не принимает эти слова.       — Если бы ты не пошел за мной и не занялся охотой на демонов, то ты бы никогда не подвергся опасности.       Он говорит с сожалением о том выборе, который Тигнари сделал в своей жизни, когда отправился за ним, и это ранит до глубины души. Тигнари тянется к сидящему Сайно и крепко обнимает его, прижимает к груди.       — Сай. Я не хочу даже представлять, какая была бы жизнь без тебя. Потому что если в ней тебя не будет, то она не имеет смысла.       Человек, который говорил Сайно такие слова когда-то, ушел ночью, ничего не сказав, оставив после себя только щелчок двери в тишине.       Но сейчас это не то, что дать второй шанс и попробовать снова довериться. Это — найти спасение от гнетущего одиночества. Когда ты один на один со своей тенью. Медленно уничтожаешь себя изнутри. Но вот тебя находит человек, достает из комнаты и…       Однажды ты просто влюбляешься в того, кто тебя приручил. Сайно чувствует, как руки подрагивают от каждого удара его волнующегося сердца, и крепко обнимает его за поясницу в ответ.       — Я люблю тебя, Сайно. Слышишь? С самой первой встречи, до этого момента и далее буду любить пока только могу. И мой выбор был не в том, куда пойти работать или чем заниматься по жизни. Мой выбор был любить тебя и быть всегда рядом, или любить тебя и уйти, чтобы потом жалеть об этом всю свою жизнь.       От этих слов его мир перевернулся. С каждой секундой осознания кажется, что вот-вот сердце выскочит из груди. Как будто объятий только недостаточно. Этих объятий так мало. И вот Тигнари подсел Сайно на колени и обнимает, прижимаясь всем телом, чувствуя любимое тепло, его родной запах.       Сайно испытал невероятной силы трепетное чувство, будто само счастье на его руках… Тигнари на его руках. Обнимает его так трепетно и так крепко, как был только способен. Объятья, как попытка спрятать человека в своё сердце. Тигнари, всё трогательно смущён и при этом возмущается так, будто Сайно опять сделал какую-то глупость:       — Сайно, ты такой дурак.       Даже когда так возмущается: «Какой же он милый». Его пушистый хвостик так волнительно часто ходит из стороны в сторону.       Так и есть причина, чтобы любить? А за что он полюбил Тигнари однажды?.. И теперь уже на всю жизнь. Насколько бессмысленен этот вопрос.       Тигнари отодвигается немного и смотрит на него, пока Сайно всё обнимает его за пояс, не отпуская от себя из объятий. Задал вопрос, который заставил его очень обеспокоиться сегодня:       — В этом была причина, по которой ты избегал меня всё утро?       Сайно отвёл взгляд, и его короткий ответ вызвал удивление:       — Нет.       Ушки торчком:       — А почему тогда?       Чуть отодвинув белые пряди с лица, мягко кладет ладонь на щёку, как бы прося довериться, сказать честно. И вот они встречаются взглядом вновь и…       «Вот оно что».       Этот зачарованный взгляд, будто просящий, при этом проникновенный и восхищенный. И вот из-за пересохшего горла он сглатывает слюну и… Впечатление такое, будто он очень голоден. Тигнари отпустил неровный выдох, приоткрыв ротик, и от этого действия заметил, как на секунду Сайно перевел взгляд на его губы. Потом вновь смотрит в глаза. Знает, о чём тот подумал в этот момент. Тигнари бросило в жар, и расширились зрачки. Легонько подаётся вперёд и… зачарованно Сайно немного подаётся навстречу. Останавливается, чувствуя на губах его дыхание.       Ответ прозвучал несколько запоздало, таким очень приглушённым мягким голосом:       — Тигнари, ты такой милый. Я еле сдерживаю себя, чтобы не наброситься на тебя. «Предугадал всё варианты»… одно только не учёл, что стоит теперь им оказаться в зоне физического контакта, как отстраниться им друг от друга будет невозможно. Ответом было только протяжённое молчание… А затем глубокий поцелуй. Такой горячий, такой желанный. Так тяжело было отстраниться от него всего на секунду, чтобы сказать:       — Так не сдерживай себя… Я хочу…       Едва ли успел договорить, потому как Сайно тянется вновь и накрывает его губы поцелуем.       Может, переживал, может, и боялся, что его снова оставят, но никто ничего и никогда не знает наверняка. В таком случае он будет таким, какой есть. Будет по-настоящему настоящим.       — Нари, я… люблю тебя.       Вначале Нари будто опешил, но вот смотрит из-под полуприкрытых глаз так радостно, так нежно, а его трепетно подрагивающие ушки прижаты к голове. Отвечает и притягивается ближе:       — И я люблю тебя. Очень люблю.       Прижимается вновь так близко и нежно обнимает за плечи, как будто хотел сказать много больше, и едва ли только слов хватит. Сайно потерял дыхание.       «Что же ты делаешь со мной?..»       Восторг, и эмоции бурлят в нём. Не сдерживая чувств, Сайно поднимается со стула и подхватывает Нари под бёдра за собой на ручки. От неожиданности Нари опять издал какой-то странный звук:       — Ииик!.. Сайно, куда ты…       «Почему он такой милый?..»       Тигнари обнимает его за шею. Для того, чтобы было легче… Ведь так?       Но теперь их лица в паре сантиметров друг от друга и Сайно пользуется этим, поймав милого Нари в эту ловушку, и мягко поцеловав.       Усаживает его на край стола, не прерывая этого теперь уже глубокого и невероятно нежного поцелуя. Ему так нравилось, как Нари там сидит… теперь его ноги висят свободно, и хвостик пропустил между ними. Руками Сайно ласково проводит ниже и далее ладонью под край штанов, начал спускать их вниз. Под этими поглаживаниями рук Тигнари тает, помогает и подводит бёдра, чтобы помочь волчонку в его намерении оставить фенека без одежды. И вот от лёгкого движения она скользит по ногам и безвольно опадает на пол, и Сайно встал на коленки рядом с ней. От этого жеста Нари сильно смутился.       И вот волчонок чуть раздвигает его ножки стороны, найдя для себя место между ними. Наклоняется и трётся щекой о бедро. Вот подводит вторую ножку ближе и вот его голова мягко зажата между ножками, а лицо такое невероятно довольное, будто получил что-то очень желанное. Тигнари смущался, и при этом всё не мог нарадоваться. Но вот Сай поймал его взгляд, ухмыльнулся и затем… неожиданно укусил за внутреннюю часть бедра.       — Ааа! Сайно! Ты чего кусаешься?       Аж хвостик быстро замельтешил, и Сайно чувствует это — он ходит из сторону в сторону, оглаживая живот, от такой неаккуратной ласки вызывая щекотку. Но Сайно держится, ничего не отвечает, только мягко целует укус… и кусает рядом вновь.       — А! Сайно, блин! Чего делаешь?       В ответ только хитро мягко улыбается.       Это и немного больновато, но при этом… так по особому приятно. На Сайно эти смущающие метки заживают быстро. Как Тигнари не постарался оставить засос на нём тогда, но на следующий день уже ничего не было. Но на Тигнари всё намного дольше заживает, и за каждым его укусом остаются покрасневшие следы зубов. А хвостик всё не унимается, и вот теперь Сайно не выдерживает:       — Нари, прошу, перестань вилять хвостом.       «Я это не контролирую» — хотел было ответить, но задумался.       — Почему? — прикрыв глаза, смотрит с хитрым любопытством, чуть наклонив голову в бок.       В качестве эксперимента хочет повести хвостиком вверх, но поскольку не способен его тщательно контролировать, то ведёт не аккуратно, цепляется за складки одежды и, выпутавшись, неосторожно проглаживает вверх, мягко по груди, выше к шее, а затем уже самый кончик ласково проходит по подбородку.       Сайно впал в оцепенение и прекратил все свои действия. Шалость удалась? Они встречаются взглядами, а в глазах его зажёгся огонёк.       «Ты специально это сделал?»       — Ой?..       Единственное, что успел сказать фенек перед тем, как уверенным быстрым движением Сайно поднимается, перехватывает его руки за запястья и наваливается, нависает сверху, уложив Нари спиной по поверхности рабочего стола.       — Я предупреждал.       — А?       Тигнари не представлял, на что подписался. Уже было испугался, но вот его губы накрывают горячим поцелуем. В этот раз Сайно спрашивать не будет, это и будет его наказание.       Прерывает поцелуй, отстраняется, и вот, в пару уверенных движений Тигнари теперь уложен животом на стол, а Сайно крепко держит его руки за спиной. Это было совершенно неожиданно, и Тигнари обомлел.       — Сай? Ты чего?       От неожиданности Тигнари возмутился и даже было попытался выпутаться, но у Сайно слишком сильная хватка.       «Чёрт.»       Кусает губы. От такого обращения к себе Тигнари не стесняясь высказывал возмущение, пока сам стеснительно сжимает ножки, ощущая это тянущее напряжение, что отдавалось неожиданно сильным возбуждением в паху. От чего с его губ после рваного выдоха звучит неуверенное:       — Отпусти меня!       А волчонок не отвечает, внимательно наблюдает за тем, как быстро проходят его стадии принятия.       Интересно, сколько раз таким движением Сайно укладывал настоящих преступников на стол? Что ж, Нари теперь стал следующим, потому что…       «Нари, ты преступно милый.»       Едва ли ему остаётся только уткнуться лбом в стол и елозить на месте, ощущая своё бессилие. Ладно, другой план:       — Сайно! Ты… Кх… Прости, я больше не буду.       Не замечает его улыбку, но слышит его хитрое:       — Поздно.       Сайно перехватывает и теперь держит крепко оба его запястья одной рукой, а второй притягивает к себе хвостик и погружает лицо в мягкую пушистую шерсть и ластится совершенно не стесняясь.       Вот Тигнари наловчился хотя бы чуть повернуться посмотреть. Никогда в жизни Сайно таким довольным не видел. Это личико, осветленное священным счастьем. Прижимает хвостик к себе, мягко мнёт и ладонью проглаживает вновь от основания, до самого кончика. Ластится щекой и носиком в шерсть, утопая в этой нежной мягкости и любимом запахе трав и самого Нари, что приносит самой его душе море спокойствия и счастья.       И все эти действия заставляют Тигнари издавать прерывистые выдохи-полустоны, совершенно непотребные звуки, пока головой упирается в деревянную столешницу и немного прогибается в пояснице от того, как по всему телу безмерно от наслаждения бегут мурашки, а взгляд его ясный и крайне смущенный, прямо как тогда, на диванчике в далёком доме… Видимо, тогда значил он: «я хочу, чтобы ты трогал его и не останавливался».       Когда посмотрел на него вновь, из полуприкрытых глаз ответом был глубокой нежной ласки взгляд: «Я люблю тебя, милый Нари. Очень люблю.»       Чуть призадумался, сделал ещё маленький шажочек к Тигнари, прижал хвостик к себе, чтобы ощущать его мягкость своим телом, ластится щекой, наблюдая за тем, как заинтересованно самый кончик ходит влево-вправо прямо перед его носом, а затем… Мягко кусает за хвостик, за самый кончик.       И от действия этого Нари в голос сладко стонет. Теперь Сайно уверен, что желает слушать его голос бесконечно.       Это фенека столь сильно взволновало, что от укуса он резко дёрнулся, и их бёдра прижались друг к другу. В момент почувствовал, как плотно упирается в него сильно возбуждённый твердый член, и так безумно горячо, так пошло. И сам Сайно в этот момент не нарочно проронил сдавленный стон.       Вот это уже было… немного слишком? Если подумать, то изначально они стояли относительно друг друга в совершенно непотребной позе. Сайно, возможно, немного запоздало сделал пол шага назад, но это нужно было сделать раньше. Тигнари притих, и сказал более спокойно, сдержанно:       — Сай… отпусти меня.       От такой перемены Сайно немного заволновался. Кажется, он действительно немного перегнул палку.       — Хорошо.       Он отпускает его запястья и хвостик. Тигнари подтягивает к себе руки. Переводит дыхание, собираясь с силами, поворачивается и ложится на спину. Прежде, чем Сайно отстраниться, заводит одну ногу за него… Потом и вторую, скрещивает их за поясницей и настойчиво притягивает к себе.       От такого неожиданного движения Сайно не удержался и повалился вперед, уперевшись руками в стол, нависнув над Тигнари. В некоторой растерянности, поднимает на него взгляд, а тот сильно смущён, при этом смотрит уверенно и мягко. Теперь, когда они в такой позиции, он ещё немного сжимает ножки за спиной и… Вновь прижимает их бедра друг к другу, заставляя их двоих в полной мере ощутить это волнующее надавливание вновь.       Не в силах сдержать себя, Сайно вновь стонет, а Тигнари ощущает жар и сильные мурашки по телу, от того, как действительно почувствовал его пульсацию прямо там.