Горячий кофе для тебя

Лера       Замечательно, ещё вчера утром она была просто незнакомкой, за которой я наблюдала издалека, а уже сегодня днём я просыпаюсь в её постели. Это могла бы быть романтичная история о начале нашей любви, если бы я не проблевала всё утро и не отрубилась. Не помню, как оказалась в её спальне. Одна.       Голова раскалывается, напоминая о последствиях скорее недосыпа, чем пьянки. Желудок неприятно скручивает, но игнорирую всё это и собравшись с силами, сползаю с кровати. Выхожу в зал и находится хозяйка квартиры, всё ещё спящая. Уложила меня на кровать, а сама на диване спит. Почему-то становится стыдно из-за этого.       Тихо, что бы её не разбудить, пробираюсь на кухню. Заглядываю в холодильник, а там только открытая упаковка утренних роллов уже заветренных и больше ничего. Разве что ещё какая-то пачка кефира. Нюхаю его, похоже давно скис. Она точно живёт в этой квартире? Ну не может в жилой квартире быть настолько пусто.       Думаю, что из пропавшего кефира можно испечь какие-нибудь оладушки и порадовать её с утра, извиниться за то, что ей пришлось наблюдать блюющую меня после бессонной ночи. Но яиц, ожидаемо, не находится. Шкафы тоже практически пустые, никаких приправ, муки, только сахар в кубиках, да разные виды чая, которого на удивление много, прям на любой вкус найти можно. Она только чаем что-ли питается? Хотя скорее доставками. В мусорке обнаруживается гора пустых контейнеров.       Так и что же мне делать? Будить Карину не хочется, и так много хлопот ей доставила. Опять уснуть я уже точно не смогу, а дальше шариться по ящикам как-то неприлично. Хотя вряд-ли я бы хоть что-то в них нашла.       Живот напоминает о себе, тупая боль будто пронзает меня отдавая в голову. Решаю вернуться в комнату, вижу, что Карина заботливо оставила мне таблетки на тумбочке, которые я не сразу заметила, потому что с самого пробуждения всё перед глазами предательски плывёт. Таблетки от головы есть, что очень кстати. Но пить их в моём состоянии явно не стоит. На голодный желудок только хуже себе сделаю. В обычной ситуации я бы забила на это, но не хочется заставлять Карину волноваться лишний раз. Стакан с водой стоит на той же тумбе, и только сейчас осознаю, как же дико охота пить, и осушаю этот стакан залпом.       Принимаю решение съесть ещё хотя бы немного роллов, сгребаю в охапку стакан и упаковки таблеток, и опять отправляюсь на кухню, молясь о том, чтобы моя беготня туда-сюда её не разбудила. Достаю роллы и кладу один в рот. Лишь бы не стошнило. Лишь бы не стошнило. Лишь бы не стошнило. Совершенно не чувствую вкуса. Кладу ещё один. От еды воротит, стараюсь жевать максимально медленно и подавлять рвотные позывы. И отправляю в рот ещё одну штучку. Тошнит.       Всё, хватит с меня, а то точно опять вырвет. Наливаю ещё воды в стакан и выпиваю эти несчастные таблетки. Лишь бы отпустило, я и так уже опозорилась перед Кариной хуже некуда. Хорошо хоть по пьяни какой-нибудь ерунды не наговорила, хотя, кажется, я была не настолько пьяна для подобного.

***

      Не знаю, сколько времени я провела наедине со своими мыслями, попивая воду из стакана. Наконец, Карина проснулась. С растрепанными волосами, такая по-домашнему уютная вошла в кухню. Но даже такая, заспанная, лохматая и со следами подушки на лице самая-самая красивая. Черт, я же не смотрелась в зеркало, у меня самой явно гнездо на голове. Машинально начинаю руками расчёсывать волосы, в срочном порядке поправляя причёску. Но по-моему не особо помогает, чертовы волнистые волосы, которые невозможно распутать.       — Доброе утро, ты давно встала?       — Не сильно, но я уже успела подъесть остатки роллов. Кстати, спасибо за таблетки, было очень кстати.       — Хах, да не за что. Многолетний опыт пьянок с друзьями не прошел зря. Всегда держу набор нужных таблеток на такой случай. Тебе получше?       — Да, намного. Ещё раз спасибо, — я даже не лукавлю, меня действительно почти отпустило. Желудок не болит, голова тоже. Осталось только неприятное чувство тошноты, но это мелочи и уже не сильно меня беспокоит. — А ты сама то как? Выспалась?       — Да, — Произносит, зевая, что не добавляет её словам правдивости. — А ты когда домой собираешься?       Сердце болезненно сжимается. Меня хотят выгнать? Я ей надоела и она хочет поскорее выставить меня за дверь? Да, она явно больше не захочет со мной разговаривать, когда видела меня настолько жалкой.       — Ох, если я тебя напрягаю, то могу прям сейчас уйти, — Голос дрогнул, тошнота опять подступает к горлу, хоть бы она не заметила.       — Нет, нет, стой. Можешь хоть до завтра остаться, если хочешь. Я просто хотела поинтересоваться, ты маме то сообщала, где находишься? Я так понимаю она не была в курсе о тусовке?       — Да, я ей ещё ничего не говорила, — облегчённо выдыхаю, понимая, что она меня никуда не гонит. — Да и не очень то сейчас хочется об этом думать, если честно.       — Не очень отношения с семьёй, да? Понимаю. Правда, оставайся тогда хоть до завтра, если не хочется домой. Доедим эти несчастные роллы, закажем пиццы, посмотрим сериалы.       — Я не против. — Я вообще на всё сейчас была бы согласна, что бы она не предложила. Всё ещё хотелось растянуть момент, остаться на подольше с этим человеком. Лежать в обнимку на диване, смотря сериалы, кажется невероятно привлекательным предложением, от которого я не в силах отказаться. И не важно, что мне плохо даже от мыслей о еде, ради этих мимолётных мгновений какой-то близости я правда готова на всё.       А ещё очень не хочется домой. Мать либо наорёт на меня за то, что я не предупредила о том, что не вернусь, либо будет делать вид, что меня не существует. Она очень любит делать вид, будто я пустое место. Пусть так, мне уже давно опротивело её внимание. В те редкие моменты, когда она пытается строить из себя заботливую мать, меня блевать тянет. Пусть лучше орёт, чем строит из себя не пойми что. Уже поздно для этого, слишком поздно.       Кстати, что значит то, что она понимает мои «не очень» отношения с семьёй? У неё тоже какие-то проблемы с родителями? Она поэтому живёт одна, при этом учась и работая? Было интересно узнать об этом, но не хотелось нагнетать атмосферу, да и кто я такая ей, что б душу мне изливать?

***

      День пролетел незаметно, мы доели роллы и умяли две коробки пиццы. Меня больше не рвало, но я на всякий случай выпила несколько таблеток от желудка. Я перепробовала половину её коллекции чаев, про которую она охотно мне рассказывала. Её любимыми оказались вишня с ромом и яблочный штрудель, но мне по душе больше был молочный улун.       Обычно дома я пила какие-то дешёвые пакетики чая, рублей за пятьдесят, практически безвкусные. У неё же очень вкусный рассыпной чай, который заваривается в заварнике. Но я бы точно не стала сама такой покупать, мне бы точно не хватило сил заваривать всё это каждый раз, как захочется выпить чаю.       Кофеварка у неё тоже была, но не было молока, так что кофе пить я не стала. Она же утром выпила чашку эспрессо, но весь остальной день составляла мне компанию в моих чаепитиях.       Карина травила истории с работы, про не очень адекватных клиентов и веселые или не очень случаи на кухне. Рассказывала также про своих друзей, Гешу и Женю, которые оба Евгении, поэтому одну зовут Гешей, а второго просто Женей, что б не путались.       Я рассказывала ей истории с учебы и про Нику, но скорее больше слушала её. Её голос меня зачаровывал. Хотелось просто слушать и слушать её рассказы. Даже не особо было важно, что она говорит, но сами истории тоже были интересными. С ней разговор шёл очень легко.       Так же мы смотрели Ханну Монтану, ностальгируя по детству. Обсуждали серии, мнение про которые у нас практически всегда совпадало. Мы были прям на одной волне, но время пролетело слишком незаметно. Почему что-то плохое тянется всегда мучительно долго, а что-то хорошее будто всего одно мгновение?

***

      Мы не заметили, как заснули в обнимку на диване. Уснули в ужасно неудобной позе, что аж спину ломит. Но я просыпаюсь счастливой, чувствуя её мерное дыхание на своей шее. Я не знаю, сколько сейчас времени, но стараюсь особо не шевелиться, чтоб не разбудить её, не спугнуть это мгновение. Так страшно сейчас всё это разрушить, ту немногую близость, что сейчас есть между нами.       А в комнате ещё темно, но я так близко, что всё ещё могу разглядеть её черты лица. Возможно, сейчас ещё ночь, так что я прикрываю глаза на секунду. Я всё ещё слышу её дыхание, она всё ещё заточена в моих объятиях. Как мы вообще умудрились так заснуть? Без подушек и одеяла на узком диване. Мои глаза всё ещё закрыты, её дыхание убаюкивает меня и я опять проваливаясь в сон. Давно я не спала так крепко и спокойно.