It Started As A Joke - Всё началось с шутки

Эмили умирала от головной боли. Как только она открыла глаза и выключила будильник, который издавал самый раздражающий звук, который она когда-либо слышала, ей показалось, что её голова вот-вот взорвётся. Прошлой ночью она чувствовала себя отлично и хорошо помнила всё, что произошло, но, похоже, её заряд адреналина исчез во сне, и теперь она была измотана, а эти два (или три?) стакана водки полностью выбили её из колеи. Как бы там ни было, ей нужно было идти на работу, поэтому она встала и направилась на кухню. Тело не слушалось, а лёгкая боль между ног вернула ей воспоминания о прошлой ночи. Её взгляд упал на диван, всё ещё стоящий в беспорядке после вчерашнего, с разбросанными подушками повсюду, и она улыбнулась. Это было хорошо, даже великолепно, если быть честной. По понятным причинам она считала тот раз, когда они с Ником сделали Флинна, лучшим в своей жизни, но она была уверена, что прошлая ночь легко сможет попасть в тройку лучших. Она нашла свой телефон на кухонном столе. Три пропущенных звонка от Кэла, сделанных вчера вечером, прежде чем он пришёл к ней, но ни одного звонка или сообщения от Томми. Она обнаружила одно новое сообщение от Кэла, в котором говорилось, что он что-то нашёл, и ему нужно её мнение, поэтому она должна приехать в бюро как можно скорее. Сообщение пришло 30 минут назад, поэтому она решила налить кофе в кружку-термос и взять его с собой на работу. Кэл не упомянул в этом сообщении о том, что произошло прошлой ночью, это было обычное сообщение, как и те, которые он посылал ей в последние дни. Он даже не вел себя по-другому на работе, их партнерство продолжалось, как и началось, профессионально и сосредоточено исключительно на деле. Она отметила, что за весь день не произошло ничего необычного. Возможно, он сожалел о произошедшем накануне и не хотел больше говорить об этом. Она думала так до тех пор, пока не начала закрывать файлы на своём компьютере, чтобы выключить его. Кабинет был пуст, и она слегка наклонилась над столом, чтобы дотянуться до компьютерной мыши. Она почувствовала, что кто-то стоит у неё за спиной, и инстинкт подсказывал ей развернуться и напасть на этого человека, но вскоре его одеколон ударил ей в нос, тот самый одеколон, который она чувствовала на своей коже прошлой ночью. Она ощутила, как дрожь пробежала у неё по спине. Желание и потребность в нём вскоре овладели её телом. И правда, чем ближе они подходили друг к другу, тем сильнее становилось их влечение. Это была чистая похоть и возбуждение. — Не хочешь выпить? У меня дома… — прошептал он ей на ухо, прижимаясь к ней всем телом. Она прикусила нижнюю губу, чтобы подавить стон. Она прекрасно знала, что он имел в виду не выпивку, она могла сказать это по его голосу. Это был тот самый, особенный голос, которым он говорил прошлым вечером. Властный, уверенный, но в то же время не принуждающий. Она всё ещё могла сказать «нет». Она попыталась ответить, но у неё вырвался лишь беззвучный вздох. — Я не знал, что ты потеряла голос, это из-за твоих стонов прошлой ночью? — спросил он, прижимаясь нижней частью живота к её ягодицам, и начал целовать её обнаженную шею, пока тихий и шепчущий стон не вырвался из её уст. Прошлой ночью он так не делал, у него не было причин дразнить её ещё больше, когда она уже и так стонала у него на коленях, но сейчас всё было по-другому. Он точно знал, как его слова влияли на неё, и если прошлой ночью он был рад присоединиться к её игре, то сегодня он хотел вести. Кроме того, её волосы были собраны наверху, оголив шею, и он просто не смог устоять. — Я мог бы взять тебя прямо здесь, у твоего стола, хочешь? — снова прошептал он, проводя пальцем вверх и вниз по молнии её джинсов. Она была так возбуждена, что согласилась бы на это, но, в конце концов, это было их рабочее место, кто-то из коллег мог зайти в любой момент, а она не хотела устраивать показательное шоу. — Мне… нужно выключить компьютер, а потом мы… можем идти, — выдохнула она, изо всех сил пытаясь сосредоточиться на том, что делала. — Не торопись, — он и не подумал отойти от неё. Напротив, он проник рукой под её футболку и расстегнул джинсы, медленно рисуя пальцами замысловатые узоры на её трусиках. «Придурок, не сейчас», — подумала она, проклиная его искусные пальцы, которые смогли найти клитор даже через нижнее бельё. Она знала, что он чувствовал, как она возбуждена, и проклинала себя за то, что возбудилась от этой ситуации. Он видел, как дрожит курсор мышки на экране: знак того, что она намертво вцепилась в неё и не могла сдвинуть с места. Эмили попыталась сосредоточиться, и ей удалось приблизить курсор к кнопке выключения, но она резко дёрнулась, когда его пальцы сдвинули её нижнее белье в сторону и потянулись к её влажной промежности. — Ты не умеешь выключать компьютер? — спросил он, глядя на экран, как будто ничего не происходило, но она знала, что он полностью осознает, какое впечатление производит на неё своими действиями. Она почувствовала, как он надавил сильнее, кружа пальцами вокруг клитора, и прижалась к нему ближе, чтобы продлить его прикосновение. Она была близка к оргазму, но каким-то образом ей удалось найти в себе силы и выключить грёбаный компьютер, отвлекая себя от того, чтобы немедленно кончить. Как только экран потемнел, она хотела поддаться его напору, ей просто нужно было ещё немного стимуляции, которой не последовало. — Это было так трудно? — спросил он, убирая руку и посасывая пальцы. Она не могла его видеть, но он убедился, что она может слышать, что он делает. Эмили злилась. Несмотря на то, что она стояла к нему спиной, она знала, что у него на лице была эта раздражающая ухмылка, и в отместку она хотела пососать его член и возбудить его до безумия, а потом остановиться, играя с ним, как он играл с ней. Она выдохнула и вцепилась в стол, чувствуя, как стенки её влагалища сжимаются вокруг пустоты, но стимуляция была недостаточной, чтобы достичь кульминации. — Ты ещё заплатишь за это, — сумела сказать она, задыхаясь. — М-м-м, правда? Не сегодня, — уверенно прошептал он ей на ухо. И он сдержал свое обещание. Кэл вжал её спиной в дверь, как только они вошли в квартиру. Его руки жадно скользили по её телу, перебирая короткие волосы и высвобождая длинные, которые были собраны в пучок. Она казалась невероятно сексуальной с этой причёской, но ещё больше ему нравилось ворошить руками её длинные волосы. Он жадно целовал её, куда более неистово, чем прошлой ночью, теперь зная её чуть лучше. Он знал, что её возбуждает, когда он крепко прижимается к ней всем телом, он снова получил тому подтверждение несколько минут назад в офисе. Он также знал, что она могла выражать свои ощущения очень громко, когда могла. — Ты была молодцом и вела себя прилично тихо, если ты хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо здесь, у двери, тебе нужно оставаться тихоней и дальше, иначе весь этаж услышит тебя, — прошептал он ей на ухо, прижимаясь к ней низом живота и заставив её заскулить. Её тело горело в нетерпении, она горела внутренним огнём с тех пор, как он прикоснулся к ней на работе. Он завёл её так, что она с трудом держалась, но вместе с тем она не хотела, чтобы это заканчивалось. Хотя он сказал ей, что никогда не оставил бы её неудовлетворенной, сейчас это выглядело так, будто он нарушил своё обещание, но на самом деле это было не так. Он не оставил её неудовлетворенной, он оставил её на грани, заботясь о том, чтобы она не остыла во время поездки в машине, и не переставал ласкать её бёдра, но теперь это переросло в нечто большее. Она тяжело задышала, когда его большие и тёплые руки коснулись её кожи под рубашкой. Ей начинало нравиться, как он использовал свои руки для разных целей. Она закусила губу, подавляя стон. — Перестань так делать. Думаешь, я раньше этого не замечал? Смотришь на меня и кусаешь губу? Ты хочешь, чтобы я набросился на тебя на работе? — прошептал он ей на ухо, прикусив мочку уха зубами, и она вздрогнула. — Мы сейчас не на работе, можешь наброситься на меня, даже поактивнее, чем сейчас, — её голос задрожал. Кэл ласкал губами её шею, не давая возможности нормально говорить. Он оставил дорожку влажных поцелуев по всей шее, слегка посасывая пульсирующую венку, стараясь не оставлять никаких следов, но при этом доставляя ей неимоверное удовольствие. Его руки стянули её джинсы и помогли ей выбраться из них. Её руки торопливо стянули его брюки, прежде чем закинуть ногу ему на талию, заставляя их нижние части тела соприкоснуться. Она задыхалась в предвкушении, ощущая его каменную твёрдость. Эмили пыталась контролировать ситуацию, а он этого не хотел. Действительность была такова, что каждый из них старался руководить, чтобы доставить удовольствие партнёру, но никто не хотел подчиняться. Его рука потянулась к ящику рядом с ними, и он вытащил презерватив, оставив Эмили в недоумении. — Ты это спланировал или у тебя презервативы спрятаны в каждом ящике? — спросила она, когда он стянул боксеры, чтобы надеть его. — Хочешь узнать? — поддразнил он, обхватив её под ягодицы и подняв вверх. В этот момент Эмили была не прочь выяснить. Она обхватила его обеими ногами за талию и ухватилась за плечи, чтобы обрести устойчивость. Она чувствовала кончик его члена у входа во влагалище, закрытый трусиками, и больше не могла терпеть. Она попыталась потереться о него, но её положение не позволяло ей получить необходимую стимуляцию. Он заметил это и быстрым движением сдвинул трусики в сторону и вошёл в неё, заставив громко застонать, потому что она не могла больше сдерживаться. Она ждала этого с тех пор, как они закончили свою смену на работе, и сейчас ей было всё равно, услышит ли её кто-нибудь или нет. Ощущение того, как он вторгается в неё, и твёрдая дверь за спиной сыграли свою роль: она кончила быстро и бурно, возбуждённая его предыдущими ласками. Её короткие ногти царапали его спину, и от этого его пробирала дрожь. Кэл замедлил толчки, желая помочь ей насладиться оргазмом, прежде чем обхватил её покрепче и понёс в спальню, где им было бы удобнее. Он положил её на край кровати и раздвинул ей ноги так широко, как только она могла, а затем снова погрузился в неё, на этот раз ещё глубже. Когда он держал её за лодыжки в воздухе и толкался в неё, то думал, что она снова кончит, но она только громко стонала. Его не заботило, что их могут услышать. Ещё не было полуночи, никто не спал, и, конечно, он и не подумал бы остановить её, скорее наоборот, он бы сделал всё возможное, чтобы заставить её стонать ещё громче. Он почувствовал, как она схватила его за ягодицы, чтобы сильнее притянуть к себе, поэтому он ускорился и начал вторгаться в неё ещё глубже, снова отправив её через край, но на этот раз он тоже кончил, рухнув на неё сверху. Ощущение её горячей и потной кожи на своей собственной, её пыхтение и учащённое сердцебиение пробуждали в нём желание брать её снова и снова, на кровати, у стены, на каждой и у каждой поверхности его квартиры. Но ему также нравились те короткие мгновения, когда они лежали в тишине, обнажённые, прежде чем одеться. По его мнению, эти моменты были слишком коротки, но, если хорошенько подумать, с чего бы им лежать в обнимку? Это было не так важно, секс был главной частью их договорённости, и они были довольно хороши в этом. В этот момент он вспомнил, что и в этот раз у него не было возможности попробовать её на вкус. Он видел, что она устала, но должен был попытаться. Он начал целовать её тело, оставляя дорожку влажных поцелуев от шеи до пупка, стоя на коленях перед кроватью. Она всё ещё тяжело дышала, приходя в себя от предыдущего оргазма, а её руки крепко вцепились в простыни. — Кэл, я не знаю, смогу ли я ещё раз, а потом ещё один раунд после, — сказала она, едва переводя дыхание. У неё был тяжёлый день, и она действительно не знала, в котором часу легла спать прошлой ночью. Её тело отдавалось болью, болью удовлетворения, но все же ей было уже достаточно. — Расслабься, это будет последний, ты не должна мне ещё один раунд за это, — поспешил он успокоить её. Это была правда, он делал это не для того, чтобы получить что-то взамен; он делал это, чтобы удовлетворить свою потребность попробовать её как следует. Кто-то назвал бы это эгоистичным, но он хотел этого. Облизать два пальца после неё было недостаточно, и то, что она стонала и выгибалась под его прикосновениями, дало ему ясно понять, что она тоже этого хотела. Он поцеловал внутреннюю сторону её бедер, поначалу избегая самой чувствительной области. Он видел, что она намокла куда больше, чем он думал, его окутал запах её возбуждения, заставляя член дёрнуться. Его рот накрыл клитор, посасывая и дразня его языком, а она вскрикнула от чрезмерного возбуждения. Он вылизывал её влажные складочки, и она недолго продержалась, когда почувствовала один, а потом два пальца внутри себя. Она всегда кончала так быстро, но ничего не могла с собой поделать, он был слишком хорош. Пока она пыталась отдышаться после оргазма, он положил ей голову на низ живота, глядя на неё снизу вверх, наблюдая, как её грудь быстро двигается вверх и вниз. Когда её дыхание пришло в норму, Эмили выбралась из-под него и вернулась в гостиную, чтобы одеться. Ноги её плохо слушались. После этого они не сказали ни слова, только простое «увидимся завтра на работе», никаких поцелуев, никаких откровений. Когда она ушла, ему пришлось принять душ, но он ничего не имел против. Ведь это он хотел доставить ей удовольствие, а она предупредила, что устала, так что для него не было проблемой то, что второй раунд, то есть третий, так и не состоялся. Когда его настиг оргазм, он даже не отдавал себе отчёта, что всё это время думал о ней. Войдя в свою квартиру, Эмили тяжело вздохнула, глядя на беспорядок в своей гостиной. Она взяла подушки и положила их обратно на диван, затем потянулась к одеялу, которое пахнуло на неё таким знакомым запахом. Почему его гребаный одеколон должен был быть повсюду?!