Невеста

      Но напрасно Игорь так потешался над другом. Пришла весна, он расхаживал в новых, только что выданных майорских погонах, очень гордый собой, мерил шагами кабинет, как вдруг на столе зазвонил его мобильный телефон. Волков был быстрее, первым схватил мобильник и весело рассмеялся:       — О, вот он, наш холостяк. Ни с кем не встречаюсь, повенчан с работой, как великий Шерлок Холмс, — передразнивал прошлые слова друга Олег, уворачиваясь и пряча телефон. — Скажи мне тогда, на кой чёрт тебе, такому одинокому, звонит какая-то Юля с сердечком, а?       — А ну отдай, — Игорь всё же отобрал телефон и вылетел разговаривать в коридор. Посмеиваясь, Волков облокотился на подоконник и уставился вниз, на зеленеющие под окном первые листочки.       Гром столько шутил про его отношения с Сашкой, что Олег уже давно подозревал, что сам новоиспечённый майор на самом деле просто по уши влюблённый в кого-то олень, а уж никак не мистер Холостяк. Ему самому сейчас вдруг стало немного завидно. Сашина сумка нашлась через два дня после кражи, оттуда даже ничего не пропало, — горе бандиты сказали, что перепутали её с какой-то своей знакомой и вообще сами потом пришли сдаваться, — а после этого с ней всё как-то молниеносно угасло, ровно так же, как было с другими.       Олег отогнал неприятные мысли, снова взбаламутившие оставшийся после Саши осадочек, и тоже вышел в коридор. На правах друга "женишка" он был обязан помешать ему ворковать в рабочее время.       Юля — причина розовых щёк бравого майора Грома — в это время на другом конце Питера смеялась, прижимая телефон плечом к уху.       Сергей, сидя на диване в её гостиной, плевался косточками от вишнёвого варенья в глубокое блюдечко и слушал, как она в соседней комнате щебечет по телефону со своим ментом. Разумовский относился к полицейским со скептицизмом и недоверием, хотя, когда он болел, он относился так ко всему на свете. Первое весеннее тепло после поздних морозов необоснованно обрадовало его, подтолкнув скорее снять шапку, и вот результат: ангина со всем прилагающимся. Болеть сейчас было никак нельзя, но ему как всегда не повезло. Правда Пчёлкина назвала его болезнь не невезением, а тупостью, но Сергей по привычной тактике пропустил это мимо ушей.       Он вообще тренировался на Юле фильтровать информацию. Ему, как человеку, чьё имя в будущем, он был уверен, должно быть известно на весь мир, это было необходимо. Пока, конечно, про славу, популярность и прочее Разумовскому говорить было рано, точнее можно, — его ведь однажды даже узнали на улице, — но эта тема слишком смущала. Он ещё с института работал над собственным большим проектом — разрабатывал социальную сеть. И на данном этапе всё шло замечательно. Сергей и его набравшаяся за это время небольшая команда старательно трудились над обновлениями и улучшениями структуры сервиса, Юля, уже успевшая достаточно хорошо раскрутиться блогерша, активно продвигала их детище во всевозможных местах. Оставалось только ждать увеличения количества пользователей, да готовиться к первой презентации. Разумовский знал, что это всё не за горами, но всё откладывал начало работы над собой: так же как и раньше сутулился на публике, мямлил и зажимался, а подруга только рукой на него махала.       Пчёлкина жила в каком-то своём, стремительном, кувыркающемся, не ждущим ни секунды, темпе. Вся её рутина: создать что-то с нуля за пару часов; только услышав краем уха новость о чём-то сенсационном, тут же собраться и лететь туда; переодеться и загримироваться до неузнаваемости, влезть в неприятности, но урвать свежий материал — казалось, журналистика и жажда приключений текут у Юли по венам вместо крови. Сергей же просто предпочитал в это не лезть. Каждый раз, когда Пчёлкина звала его тихо посидеть в гости, а потом вдруг, как с цепи сорвавшись, начинала мельтешить по квартире, окрылённая очередной задумкой, Разумовский только глаза закатывал и временно переходил в спящий режим, ожидая, когда она остановится и сама расскажет ему обо всём.       Они были лучшими друзьями, хоть и совершенно отличались по характеру. Да и само знакомство было интересным. На последнем курсе Юля, почти разочаровавшаяся в том, её ли это — быть журналистом, услышала про создание новой социальной сети. Новость показалась ей не просто интересной, а такой, что могла бы вытянуть её из долгого застоя. Особенно не заморачиваясь, она схватила камеру, диктофон и блокнот и отправилась разыскивать юного гения.       Встретились они в студенческой столовой, где было шумно, пахло компотом и котлетами. Пчёлкина почувствовала, будто её обманули, когда увидела перед собой худого рыжего подростка в растянутом фиолетовом свитере и с синяками под глазами такого же цвета. Разумовский настолько не походил на то, что она себе представляла, что первой мыслью было просто развернуться и уйти, но она всё же осталась, и не пожалела. Помимо идеального интервью, она нашла себе ещё и будущую «лучшую подружку». Они, совсем не похожие друг на друга, за пару дней спелись в прекрасный дуэт, и были практически неразлучны.

***

      — А что за вопрос-то был? — Олег вытер лицо полотенцем и вылез с ринга. Игорь зашёл к нему сегодня, сказав, что надо поговорить, но для начала предложил выпустить пар. Тренировочный бой как-то незаметно перешёл почти в настоящий, и когда они шли в раздевалку, мышцы у обоих просто горели.       — Да сейчас увидишь, — Гром усмехнулся, сел на низкую скамейку и достал из сумки кольцо. Волков непонимающе уставился на него. — Не понял? Ну смотри внимательнее, — Игорь медленно и осторожно надел себе кольцо на безымянный палец правой руки, внимательно осмотрел его и довольно хмыкнул. — У Юльки такое же.       — Да ладно, — Олег чуть челюсть от удивления не уронил. — Мои поздравления, — он разулыбался, крепко пожал руку друга. — И что, когда свадьба?       Свадьба. Это слово отозвалось у него в голове ударом колокола. Подумать только, одиночка Игорь и свадьба. У Волкова в голове это ещё не укладывалось. Он не понимал, что с ним не так, почему мысли о том, что что-то может затянуться настолько сильно, что люди идут расписываться, пугала его. Была ли проблема в его воспитании, в отсутствии примера здоровых семейных отношений, или просто по натуре всё это было ему чуждо? Сейчас он снова задал себе этот вопрос и надолго выпал из реальности. На землю его вернуло произнесённое Громом слово "свидетель".       — А? — Волков встрепенулся. — Кем ты меня там уже записал?       — Свидетелем с моей стороны, — Игорь усмехнулся. — Дружок жениха, шафер, если по-заграничному, — он хмыкнул. — Дошло?       Олег запоздало кивнул, тоже сел на скамейку напротив, забыл даже открыть свой шкафчик.       — Ну так вот, что я к тебе собственно лезу, — продолжил Гром, но Волков его перебил:       — Подожди, а когда свадьба?       — В июле, — Игорь сцепил руки в замок. — Так, если ты меня ещё раз перебьёшь, то я твою роль Прокопенко отдам, — он фыркнул и снова стал серьёзным. — В общем да, свадьба в июле, и так оказалось, что наши с Юлей родители живут в одном посёлке, ты представляешь? — Олег мотнул головой, он слушал так внимательно и сосредоточенно, будто на боевое задание собирался. — И я тоже не переставлял, но когда туда к свои приехал, в магаз за продуктами пошёл, гляжу, там моя Юля. Тогда и с её родителями встретились. Оказалось, наши предки давно дружат, так что наше решение быстро одобрили. Только вот традиция такая есть, не знаю к чему надо это, — Гром подбирался к щекотливому вопросу осторожно, издалека, — но надо невесту перед свадьбой украсть. И сделать это должен ты.       — Чего? — у Волкова глаза на лоб полезли. — Мы в каком веке живём, чтобы девушку хватать? — он нахмурился. — И вообще, при чём тут я?       — При том, что ты — друг жениха, — Игорь поднялся, покрутил на пальце кольцо. — Ну такая традиция, мужик, выручай. Тем более всё ведь цивилизованно, просто для соблюдения обычая и всё. Юлька сама согласилась, говорит, весело будет.       Последний аргумент помог убедить Олега. Ему в принципе было всё равно. Гром всегда выручал его и поддерживал, а сейчас, получается, наступила его очередь. Тем более, если невеста сама согласилась, тогда почему бы её не украсть. Прикинув ко всему ещё и как, наверное, волнительно и ответственно устраивать саму церемонию, и как может быть трудно постоянно бояться подвести родителей, он наконец согласился, кивнув:       — А теперь подробнее, что мне делать надо.       — Подъедешь к дому на машине, — у отца большой внедорожник, как раз пойдёт, — сунув руки в карманы начал Игорь. — Юлька будет на окне сидеть, ты её схватишь, в машину посадишь, и отвезёшь куда надо. Вот и всё.       — Куда отвезу? — дело представилось Олегу не таким уж и сложным, и он успокоился, однако уточнить детали решил заранее.       — Да мы домик какой-нибудь снимем или ещё чего придумаем, ну, устроить там всё так, чтобы собраться можно было, а оттуда уже ехать, — Гром пожал плечами. — Время ещё есть, решим. То есть ты в деле?       — В деле, — Волков усмехнулся, стянул мокрую от пота майку. — Куда я денусь, да?       И после этого разговора вопрос больше не поднимали. Да и не удивительно, забот было невпроворот — до выбранной даты оставалось меньше двух месяцев.

***

      — Красть? — Сергей вслед за Юлей вышел из очередного свадебного салона. — Какая чушь, — он фыркнул, мельком посмотрел на часы. — Пусть лучше тебе сразу платье подходящее украдут. Мы пять часов подряд ходим выбираем, и это ты ещё на цены не смотришь. Меня они пугают, если честно.       — Кто, Игорь с Олегом? — Юля, уже сама в конец замороченная, как всегда решившая оставить всё на последний момент и напоровшаяся на эту свою привычку в очередной раз, только тяжко вздохнула.       — Пф, — Разумовский закатил глаза. — Цены, Юля, меня пугают цены. Мы разоримся. Даже не ты разоришься, не я разорюсь, а мы вместе сложимся и разоримся. А на твою деревню плевать я хотел, это сейчас вообще не важно, — добавил он, открывая календарь в телефоне. До назначенного дня оставалось чуть больше недели.

***

(накануне свадьбы)

      Олег открыл припаркованную у дома машину, оглядел салон, стёр пыль с сиденья найденной в бардачке тряпкой и сел за руль. В принципе ему понравилось. Не какой-нибудь там крутой Мерседес, конечно, но и не армейский грузовик, что уже хорошо. Он завёл машину, пощёлкал кнопки, регулируя кондиционер и проверяя, работает ли радио. Убедившись, что всё хорошо, он вырулил на дорогу, распугивая обнаглевших воробьёв.       — Значит на соседнюю улицу, потом берём Юлю и на дачу к Прокопенко, — он кивнул сам себе и сосредоточился. Конечно, всё это было забавно. И к тому же никакой загородный коттедж, как изначально расписывал Игорь, их не ждал, зато Олег хотя бы представлял, как доехать до этого СНТ, где располагался участок сердитого друга семьи Грома.       У дома Пчёлкиных Волков остановился, заглушил мотор, пошире открыл окно и принялся ждать назначенного времени. Он немного поторопился, до запланированного похищения оставалось три минуты.       Ровно в час он вышел из машины, захватил простыню, исполнявшую роль мешка, которым полагалось хватать невесту. Обходя полисадник вокруг, Волков судорожно вспоминал все фильмы, где показывали, как надо кого-то красть. Слепо полагаться на поп-культуру, пусть даже родом из Советского союза, было как-то неправильно, наверное, поэтому он решил импровизировать, и, дойдя до угла дома, увидел в открытом окне яркое пятно волос. Юля сидела на подоконнике спиной к нему и что-то увлечённо печатала в телефоне. Где-то на заднем фоне шумел электрический чайник и вещал телевизор. Олег тихо подкрался к окну, весь напрягся, как плотно сжатая тугая пружина, выдохнул, мысленно извиняясь перед чайником, который, получается, кипел зря, резко выпрямился и накрыл Юлю простынёй. Девушка не успела даже закричать, а Волков уже ловко, будто куклу, схватил её за талию, стянул с подоконника и потащил к машине.       — Отпусти!! — Юля вдруг принялась лягаться и вырываться. — А ну пусти меня!!!       — Эй, ну тише, — острый локоть с силой угодил Олегу прямо в живот, и тот тихо рыкнул. — Я же тебя сейчас уроню.       — Руки свои убери!!! — визгливо вопила невеста.       Волков не был настоящим похитителем, да даже если и был бы, в любом случае лишнее внимание ему было ни к чему. Тысячу раз в голове извинившись перед самой Юлей и её ленивым женихом, что скинул дурацкое похищение на своего бедного друга, он быстро и коротко стукнул ребром ладони ей куда-то под подбородок. Пленница тут же затихла.       — Ну вот и хорошо, — вздыхая, Олег осторожно уложил её на заднее сиденье в машину и сел за руль, завёл двигатель и плавно выехал на дорогу. Уроки восточных единоборств оказались полезны хоть где-то.       Шоссе было свободным, Волков, покрутив немного радио, нашёл какую-то спокойную волну и, постаравшись расслабиться, погрузился в тихую мелодию. По бокам дороги мелькали то леса, то реденькие лесопосадки, отгораживающие от дороги поля, изредка попадались населённые пункты за шумозащитными экранами и заправки с придорожными кафешками.       Они довольно далеко отъехали от дома, когда пленница на заднем сиденье зашевелилась, простыня откинулась в сторону, и на Олега через зеркало заднего вида уставились испуганные глаза. Синие глаза под длинной рыжей чёлкой. Всё бы хорошо, да только не Юлькины это были глаза.