Истории, принесëнные ветрами

ㅤ ㅤ — Так вы, получается, типа, расстались? — В направленном в сторону Архонта взгляде проскользнула задумчивость с лёгкой примесью удивления. — Именно, — последовало незамедлительное подтверждение догадки. ㅤ ㅤ ㅤ

***

— Обычно ты повеселее, что ли, — минуя приветствия, издалека начала Люмин. Впрочем, моментально заполнила пропуски: — Здравствуй, Венти. — Ага, Бродяжка! Опять ерундой страдаешь? — присоединилась Паймон, укоризненно тыкая указательным пальцем в Барда. Бард в ответ картинно показал ей язык. — А Сяо… где? — Люмин привыкла видеть его всё время рядом с Архонтом, поэтому не могла не поинтересоваться. И, как предполагалось, по ответной реакции Венти поняла, в чём проблема. — А, понятно. Не думала, что такие существа, как Сяо, способны на… ссоры. Кое-кто явно хотел поддержать её удивление, добавив сверху парочку чёрных ругательств, но вовремя взял себя в руки и лишь сдержанно пожал плечами, мол: «да, я тоже глубоко шокирован, такое, оказывается, бывает в природе». Изначально Венти отдыхал в тени Дерева Ванессы, что множество лет назад было вознесено героиней Мондштадта и сейчас является главным символом Долины Ветров. Некогда крохотный росток в нынешнее время упрятывает своих путешественников от лучей жаркого солнца. Это место обладало невероятной памятью, и порой ночью здесь можно было встретить, как ветерок поднимает листву и рисует образы уже давно погибших героев, чьи имена навсегда останутся светлыми буквами, невидимым почерком нарисованными на стволе. Напевая знакомую лишь малому числу людей песню, Венти заметил, как в его сторону приближается Люмин, и настрой у неё был такой боевой, словно она искала, кому можно набить лицо. Стало немного не по себе от того, что кандидатов на эту роль здесь больше не было, но убегать от желания всё знать Бард не привык. Да и мало ли, может, ей нужна помощь? А ему не помешает отвлечься от мрачных мыслей, связанных с любимой «Проблемой». Правда, в конце концов всё получилось наоборот. Словно почувствовав, что у Венти не самое хорошее настроение, Люмин попыталась выяснить, в чём причина. Поэтому пришлось выкладывать. — Так вы, получается, типа, расстались? — В направленном в сторону Архонта взгляде проскользнула задумчивость с лёгкой примесью удивления. — Именно, — последовало незамедлительное подтверждение догадки. Вообще-то Венти не предполагал, что ему выпадет возможность поделиться с кем-то о своих проблемах, да и в принципе он нечасто подобным занимался. Спокойное существование барда редко преподносило сюрпризы, но с появлением некоторых существ в его жизни привычный устой слегка изменился. Проблема, кстати, ростом была на пару сантиметров ниже его самого, а глаза имела такие золотые и пронзительные, что порой невольно забываешься, глядя в них. Но да к чёрту. — Ладно, нет, — будто испугавшись собственных выводов, Венти взял заверения обратно. Вне всяких сомнений, ему тоже не следовало горячиться в сложившейся ситуации. Ссора произошла уже как неделю назад, однако Венти ещё не уверен, что пора начинать прокладывать путь к примирению. — Быстрее Моракс петь научится, пританцовывая, чем подобное случится. Собеседница, видимо, в красках представила, как внешне спокойный Гео Архонт вдруг начинает танцевать, скажем, чечётку, и её лицо обрело неясный смысл: то ли в ужасе, то ли смех сдерживает. Однако обе эти эмоции быстро слетели с её лица, как только Бард перестал разговаривать, и вместо них появилась банальная усталость. Тем временем перевалило уже далеко за полдень. Ещё буквально час и начнёт вечереть. В это время года солнце быстро убегало за горизонт, уступая место лениво карабкающейся в небо луне. Впрочем, тем проще — раньше открываются таверны, куда Бард не против заскочить после встречи с Люмин. Путешественница всегда казалась ему прекрасным слушателем, который в молчании найдёт больше смысла, чем в словах — прямо как в тот раз, в Мондштадте, когда они разговаривали о прошлом Венти. Паймон она, к слову, — намеренно или нет, — сплавила что-то проверить: что именно — Венти не расслышал. Так что разговор получился душевный: тет-а-тет, можно сказать. — Вредные привычки, — как очевидную вещь сообщил Архонт и пожал плечами. — Связанные с самопожертвованием во имя долга и защиты Ли Юэ. Они обнаружили целое гнездо, где скапливалось устрашающее количество скверны, которую необходимо было изничтожить. По силе они не уступали обычным хиличурлам с испорченной кармой, но загвоздка была как раз в количестве, которое и представляло опасность. Для них живое существо — сосуд, который можно наполнить скверной и побежать сеять хаос, распространяя ненависть, как паразит. И пусть Сяо такие твари особой угрозы не представляли по одиночке — он пропускал скверну через себя, уничтожая в собственном теле, но их точного количества ни Венти, ни Сяо не знали, и если бы их оказалось слишком много — всё могло закончиться плачевно. В теории. Анемо Архонт мог, как в тот самый раз, излечить Адепта, вырвав из жадных рук тьмы, но кому нужен такой риск? Висеть на волоске от смерти? Опять? О последствиях, в общем-то, Сяо не подумал и, игнорируя все предупреждения Венти, упал прямо в сердце гнезда, ведомый желанием очистить этот мир от скверны, не щадя ни себя, ни своё тело, ни свою карму. — А потом? — чуть скривив лицо, поинтересовалась Люмин. Фантазия девушки старательно нарисовала перед глазами описанную историю. Венти постучал пальцами по лире, словно раздумывая, стоит рассказывать дальнейшие подробности или нет. В итоге решил выбросить особенно неприятные моменты и сжато ответил: — Справились. Отделались синяками и парой незначительных ран. В основном. — Выдержав скептический взгляд Путешественницы, Венти, сдаваясь, быстро поднял руки. — Ладно, некоторые раны были значительными. Сяо чуть не лишился конечности, — со вздохом дополнил он. — Любит же этот Адепт… своё дело. — Знаешь, Путешественница, любовь — такая злая штука! — искренне буркнул Архонт, чуть склонив голову вбок. Его губы самопроизвольно прогнулись в улыбке. — Даже не думай повторять мои ошибки. Это я тебе как Архонт Свободы говорю. И получил Архонт Свободы заслуженный пинок от своей стихии: ветер то ли игриво, то ли поучительно толкнул его в спину, словно угрожающе обещая, что передаст эти слова Сяо. — Эй, ты на чьей вообще стороне? Ответ, конечно, не последовал. Зато Люмин, словно добавив своему взгляду несколько десятков лет, мудро произнесла: — Вы двое — израненные нелёгкой судьбой, но, знаешь… О нём ты, ну, всегда рассказываешь с улыбкой. Думаю, это стоит всех усилий. И однажды Сяо во всей мере осознает, что есть те, кто всегда будет против подобных жертв. Не только ты, кстати, — тепло улыбнувшись, добавила она чуть тише. От услышанного Венти на мгновение даже растерялся, явно не ожидая от Люмин подобной поддержки. Он привык видеть её весёлой и озорной, легко принимающей вызов судьбы, но лишь сейчас заметил, что за всей этой маской в данный момент скрывалась настоящая усталость. Увлекшись собственными проблемами, он не заметил, что и Люмин, кажется, было нелегко. Бард повнимательней оглядел подругу: волосы были чуть растрёпаны, между бровями затаилась морщинка — видно, что девушка явно куда-то спешила и чем-то была недовольна. По всей видимости, этот день она встретила в обнимку с началом рассвета. Стало неловко и Венти захотелось извиниться за то, что он отвлёк её от важных дел, но попавшая в поле зрения верёвка, что висела на плече Люмин, сменила курс его мыслей. — А чем… занимаетесь вы? — Я не нашла его, — прошелестела Паймон, вернувшаяся на плечо спутницы с печальными новостями. — О, ищу брата. Видишь? — нервно произнесла Люмин, выдавая в интонации нескрываемую ложь. Об истории с братом Венти слышал, да. Как и о том, что пока успехами она похвастаться не могла. Но зачем верёвка? Видимо, этот вопрос Бард озвучил вслух, потому что тут же последовало вполне логичное пояснение: — Выполняю поручение. Элла Маск прознала про существование Странных Хиличурлов и решила, что просто обязана с одним из них познакомиться. Образ рассудительной, мудрой девушки моментально распался в глазах Венти, и перед ним появился обыкновенный человек, который ужасно утомился от поисков родственника и от беспомощности в решении этой проблемы. Люмин много кому помогла в Мондштадте и за его пределами, но при этом едва продвинулась к главной цели своего пребывания в Тейвате. Это, несомненно, рано или поздно заставит опустить руки. — И на кой чёрт вообще такие поручения принимают в Гильдии… — А верёвка… — так и не получив толком ответ на свой вопрос, взял смелость уточнить Венти. — Я свяжу Хиличурла, притащу его к ней, — как само собой разумеющееся, пояснила Люмин, — и заберу награду. А уж что с ним делать дальше — пускай сама решает. — Я всегда знал, что ты очень добрая, — с полным одобрением в голосе рассмеялся Венти. Ну, веселее же! — Эй, Бард, ты ведь знаешь хиличурлский? Может, и как призвать их — тоже знаешь? — Паймон с важным видом скрестила руки, сверля собеседника надменным взглядом. — Конечно, знаю! — Заметив интерес, Венти пояснил: — Они обожают питаться маленькими, злобными феями. Это у них деликатесом считается. — Врёшь! — Вовсе нет, — подняв руки, с видом невинного ребёнка открестился Архонт. — Не верю я тебе. — Но на всякий случай Паймон спряталась за спиной Люмин. — Ты же Бард, обманывать — это твоя работа! Венти снова показал ей язык. — Паймон, нужно проверить. Внезапно пробудившееся воодушевление Люмин толкнуло её согласиться на идею и попытаться поймать потенциальную приманку, но та, быстро оценив, с кем безопаснее, пришла к ужасным выводам и спряталась за толстым корнем дерева. Оттуда доносились жалостное «никому нельзя доверять!» и парочка других нелицеприятных фразочек, которые до ушей спевшихся в одну команду Барда и Путешественницы долетели лишь невнятным бормотанием. И спустя десять минут после небольшого перерыва попытки выловить Паймон не были заброшены, но та, на удивление, оказалась куда выносливее, чем они предполагали: видимо, мало прельщала перспектива стать ужином хиличурла. Вредная спутница Люмин ныряла от одного корня к другому, а когда забиралась на ветку дерева — потоки ветра, создаваемые Венти, вынуждали её покинуть тактическое укрытие прямо в руки коварным злодеям. Решив, что терять уже нечего, она сама начала отбиваться, то и дело пытаясь дёрнуть Венти за косички или стянуть с него берет. — Ах ты! Я твои перья все повыдёргиваю! — Ехе! Так ты точно не приманишь хиличурла! — Ты же Архонт, хватит убегать, как трус! — вдруг вспомнила Паймон о другой «личности» Барда. — О, вот как мы заговорили! Они крутились вокруг Люмин, на чьём лице начинало постепенно сосредотачиваться всё зло этого мира. Пусть в шутку, но Путешественница всерьёз начала задумываться о другом применении длинной прочной верёвки, что обвисала вокруг её плеча. Чёрт с ним, со Странным Хиличурлом — этих двоих бы утихомирить! — Я говорил, что сработает! — резко затормозил Бард, отчего Паймон врезалась в его спину. Потерев нос сквозь непечатное ругательство, «фея» увидела, как к дереву приближается хиличурл: с чемоданом, в костюме — красота. Он остановился на бугорке, который держался на корнях дерева, и, приложив руку козырьком к глазам, начал всматриваться вперёд. Кажется, его привлекли крио слаймы, что забавно прыгали под небольшим водопадом и морозили воду. Всех остальных присутствующих он своим вниманием не удостоил. Кровожадный взгляд Люмин, напоминающий главу инквизиции, надо было видеть: девушка скинула с плеча верёвку, натянула её руками с двух сторон, проверяя прочность, и тяжёлым шагом, как заколдованная, направилась в сторону ничего не подозревающего Странного Хиличурла. — Она устала. — Очень устала, — ответил солидарностью Венти, пожалуй, впервые согласившись с писклявой Паймон. Помогать Путешественнице в поимке хиличурла не рискнул никто. Люмин расправилась с жертвой сегодняшнего поручения довольно быстро. Охваченный паникой, он попытался сбежать через волшебный чемодан, в котором каким-то образом был спрятан портал, но Путешественница с невозмутимым видом схватила его и швырнула куда подальше. На мгновение Хиличурл застыл, с тоской оценивая силу броска сумасшедшей девушки, а после оказался повален на землю и связан по рукам да ногам. В общем, плёвое дело. — Чего он там бормочет? — поинтересовалась Люмин у Венти, кивнув на перевязанного монстра, сидящего на земле. Он нахохлился, как промокший воробей, по всей видимости, проклиная всех, кого видел в своём поле зрения. Можно было понести его на спине, но… слишком живучим казался этот Хиличурл. — Э-э-э… — почесав затылок, засмущался Бард, — давай я избавлю тебя от подробностей. Но вряд ли Элле Маск стоит изучать такие слова. — Постараюсь сделать его миролюбивым и добрым, как доберёмся до неё. И ведь не соврёт, что попытается! Всё же Путешественница — это нечто. Стоит почаще проводить с ней время. А ещё… — Пойдёшь с нами? — развернувшись, через плечо поинтересовалась Люмин у Венти. Архонт покачал головой. — Нет. Я, пожалуй, прислушаюсь к твоему совету! И, Путешественница, — он удостоверился, что она его хорошо слышит, — спасибо. А своего брата ты обязательно найдёшь. Кивнув друг другу, они разошлись в разные стороны. Пожалуй, не стоит откладывать с походом в таверну, где за парой бокалов он сможет утвердить свои мысли по поводу предстоящих планов на будущее. — Думаю, это стоит всех усилий... И сколько бы ни пришлось повторять Сяо о том, что ему необязательно теперь выкладываться так, словно он один в этом мире, Венти готов делать это хоть каждый день, постепенно вместе избавляясь от этой привычки. В конце концов, им обоим есть, чему поучиться. И рано или поздно они во всём друг друга поймут. В таверне, на удивление, было спокойно и тихо. Даже поболтать толком не с кем было, а местный бард, который чем-то подбешивал Венти, уже макал носом в пустую кружку и тихо похрапывал. Догадавшись, что веселья в таверну никто не занесёт, Венти стащил бутылку вина, пообещав за неё расплатиться как-нибудь попозже, и под умертвляющим взглядом владельца таверны покинул унылое местечко. С бутылкой наперевес он решил прогуляться по ночному Мондштадту, с удовольствием подставляя лицо ветру, которое ласкало щёки и трепало волосы, напоминая прикосновения Адепта. Чёрт, а алкоголь — мощная штука. Уж открыто скучать по жёлтоглазой Проблеме Венти и не думал, но ночь и градус напитка вытаскивали из него, как перья из подушки, всю правду. — Иногда я не знаю, чего больше хочется, — вполголоса рассуждал Венти, — придушить его или поцеловать. Как думаешь? Он уставился куда-то вперёд, но так и не удостоился ответа. Если бы его стихия могла обрести материальный вид, то, наверное, предстала бы перед ним в виде человека, с мученическим вздохом спрятавшим лицо за ладонями. Архонт топал по земле, заросшей пружинистой зелёной травой, ведомый по тропинке в расплывчатом направлении. Кажется, в сторону Ущелья Дадаупа, но сейчас память могла нагло его обманывать. Не узнавать местность собственного региона, будучи его Архонтом… Что ж! Бывало и хуже. Это всё вино, честно. Зато где-то вдалеке виднелся костерок, который наверняка был разведён хиличурлами, и что-то двигаться в их направлении совсем не хотелось. Нападут — вряд ли получится отбиться, если, конечно, адреналин не пересилит алкоголь. — Ну надо же, — присвистнул Венти, заприметив голубую фею, что стремительно плыла в его сторону. Вечером эти создания обычно не покидали свой дом, потому что ночью редко находился смельчак, что согласится сопроводить их обратно. Но этой, видимо, сегодня повезло. Хотя можно ли назвать везением, когда твой спутник — подвыпивший древний Архонт, который считает отличной идеей поиграть на лире в столь позднее время? Однако стоило отдать должное: даже в нетрезвом состоянии Венти превосходно играл и не пропустил ни одной ноты. Как-никак, это всё же немного проще и роднее, чем стрельба из лука. Фея эта жила, на удивление, далеко. Уж Бездна знает, каким образом она ушла от дома на такое огромное расстояние, но Венти прошлёпал уже минут двадцать, всё надеясь поймать взглядом хоть что-нибудь, что напоминало бы место жительства блудной феи. И нашёл ведь, прямо под деревом с толстыми ветвями, на одном из которых сидел, задумчиво подперев щёку ладонью, Защитник Якса. Фея с чувством выполненного долга поёжилась и втиснулась в домик, вверив дальнейшие действия своему спутнику. В ночном освещении глаза Адепта, как и всегда, блестели золотом и смотрели вперёд, куда-то в даль, вслед за мыслями хозяина. На появление Венти Сяо никак не отреагировал, что вполне подтверждало все ожидания Архонта: когда Сяо о чём-то увлечённо думал, он редко обращал внимание на окружающий его мир. Лишь фраза, донёсшаяся откуда-то снизу, смогла оторвать его прикованное к небу внимание. — Феи всегда приводят к дому… — фыркнул знакомый голос. Сяо подсобрал ноги, что до этого сидели в позе лотоса, и с интересом посмотрел на Венти. Ровно неделя. Они не виделись, не общались ровно семь дней. Венти, несмотря на развязанный от выпивки язык, пока не находил, что сказать. Но, как и в самой первой их встрече, ему было интересно: — Почему ты пришёл именно в Мондштадт? — В Ли Юэ сейчас неспокойно, — мысленно поддержав идею вспомнить былое, парировал Адепт. Он с ненавязчивым любопытством осмотрел Венти с ног до головы, задержав взгляд на наполовину пустой бутылке, после чего слегка помрачнел и едва заметно покачал головой. — Неужели не нашлось дурака, который готов свою жизнь отдать за его спасение? — Как оказалось, таких немало. — Сяо лаконично пожал плечами. — Но я подумал, что, возможно, мне следует чуть реже летать вниз головой. В каждом телодвижении Адепта, даже мимолётном, Венти мог различить его растерянность и ужасную сонливость — так бывало, когда он слишком переутомлялся по долгу службы и тратил целые ночи напролёт на то, чтобы изничтожать нечисть и прочую гадость. Для остальных жителей Ли Юэ Сяо оставался всё тем же бодрым, собранным и никогда не устающим Защитником Якса, который доволен своим положением. Не исключено, если всю эту неделю он не сомкнул глаз для сна. Видимо, каждый по-своему отвлекался от мрачных мыслей: Венти в компании бутылки или хорошей музыки, а Сяо — в сражении. Что ж, как там говорят? Противоположности притягиваются? Венти не смог сдержаться и подозвал ветер, чтобы тот помог ему забраться на толстую ветку могучего дерева. Чуть пошатнувшись, Архонт запрыгнул и согнулся, пытаясь удержать равновесие, но содержимое бутылки, третьей, к слову, половина которой находилась внутри Венти, старательно мешала свершиться его планам. Он взмахнул руками и задержал дыхание, после чего, наконец, сумел добиться желаемого. Архонт вздохнул. Глупо полагать, что Защитник Якса совсем перестанет рисковать собой ради спасения Ли Юэ, это Венти осознал в полной мере: он и сам готов пожертвовать многим ради Мондштадта, если вдруг с ним случится то, что не смогут предотвратить проживающие в этом городе герои. Пожалуй, будет достаточно и того, чтобы Сяо понял: он сражается не в одиночку. И если решит всё же летать вниз головой или ходить по краю, то Венти будет тем, кто всегда протянет ему руку. Венти сел прямо напротив Сяо, свесив ноги, и постарался сконцентрировать взгляд на золотых, блестящих глазах Адепта. Получалось плоховато, но он правда старался. Затем взгляд скользнул по плечу, обнаружив там пусть не серьёзную, зато свежую рану. Кровь слегка размазалась вокруг неё, но, по крайней мере, была остановлена. Для завершения картины оставалось лишь обмотать бинтами. А по-хорошему — обратиться бы к целителю, а не уповать на свою регенерацию. — Это был гео вишап? — Детёныши, — меланхолично отметил Сяо. Сосредоточенный взгляд Венти пополз ниже по плечу и зацепился за пару синяков. — А это… Лавачурл? — Болотные Цикады. — Да чёрт, — коротко выругался Венти. Он всё надеялся, что мироздание сниспошлёт хотя бы небольшую долю везения, поэтому, нахмурившись, чтобы пробудить в себе прорицателя, Бард переместил сердитый взгляд на шею Адепта, где расположился ожог, отдалённо напоминающий кое-что другое. — Пиро Попрыгунья, — опровергая едва успевшую сформироваться глупую мысль, скучным тоном произнёс Сяо. — Я слежу за тобой, — отчеканил Венти. — А не наоборот? — Эй, не дразни меня. Иначе я вернусь в таверну, и эта бутылка окажется лишь вершиной айсберга. — На угрозу отреагировали крайне скептично: развели руки в стороны и пожали плечами, мол, давай, рискни. — Нет, я не шучу, и тебе придётся вытаскивать меня оттуда. Ну всё, я пошёл, — с обворожительной улыбкой пообещал Венти и попытался подняться. — Упадёшь ведь, — коротко предупредил Защитник Якса, проигнорировав остальные угрозы, однако Венти на это лишь весело промурлыкал: — Ну и ладно. — После чего сделал шаг в сторону, чтобы демонстративно пренебречь предупреждением Адепта. Он начал падать вниз, но, как и планировалось, оказался пойман крепкими руками за секунду до приземления на траву. Вместе они кувырком отлетели на несколько метров от дерева, так и продолжив валяться на земле, покрытой высокой мягкой травой, словно зелёное покрывало. — Всё отлично! Не пострадало… вино. — Венти, лёжа сверху на Сяо, победно потряс бутылкой, а мышцы Адепта, испытавшие очередной инфаркт, видимо, его радость не разделяли. — Ещё слово про алкоголь в моём присутствии, и я… Договорить ему не дали впившиеся губы Венти, так истосковавшиеся по поцелуям. Сяо охотно подался вперёд, искореняя любую возможность отстраниться и прижимая к себе тело Венти обеими руками. Он так давно не вдыхал его запах, так давно не чувствовал столько света в кольце рук, так давно не ощущал себя тем, кто может хоть ненадолго расслабиться и не беспокоиться больше ни о чём. Венти как обычно то нежно, то игриво кусался и дразнил языком, зарывшись пальцами в уже растрёпанную причёску Адепта. Во рту чувствовался привычный привкус алкоголя, но Сяо было всё равно, в каком состоянии находился его Венти. Главное — чтобы был рядом и сам желал этого. Чтобы скучал и чувствовал, что скучают и по нему. — Ты всё-таки надоеда, — произнёс Сяо, когда отстранился, словно признавая поражение. Он снял перчатку и провёл ладонью по его щеке, чувствуя, как под пальцами едва дрожит элементальная энергия. Хотелось прижаться к нему и никогда не отстраняться, лишь вдыхая этот запах свободы, вина и яблок. — А ты всё-таки дурак, — парировал Венти. Чуть подумав, он провёл двумя пальцами по лбу Адепта и осторожно щёлкнул, с улыбкой дополнив: — Но это стоит всех усилий. Если летать, то вниз головой. Если по краю, то только с твоею рукой. Можно гнать тебя, не понять тебя, Можно просто остаться… Если летать, то вниз головой. Если по краю, то только с твоею рукой. Можно гнать тебя, не понять тебя Или просто остаться… С тобой.