Истории, принесëнные ветрами

— Совсем другая зима в этом году! Подобную фразу Архонт Ветров слышал каждый день в течение недели: кто-то произносил её с досадой, кто-то с воодушевлением, а в чьей-то интонации мелькали обеспокоенные нотки. Но до сих пор Венти не понял, что люди имели в виду этой, казалось бы, простой мыслью. Он отправился на прогулку по Мондштадту с самого утра, пока солнце не поднялось в небо, а горизонт спрятан за сгустившимся туманом. Сна всё равно не было ни в одном глазу, поэтому это была отличная возможность поискать ответы на свои вопросы. В тишине, пока народ спит, преследуя мысль, толкующую: нужный след проще найти на чистом снегу, чем на затоптанной тропинке. Мыслей было много, но поймать и уложить всё в кучу в этот раз почему-то оказалось непросто. Ветер словно решил разыграть Архонта, гоняя их в голове и подбрасывая вверх всякий раз, когда Венти тянулся к ним руками. Иногда ответ был совсем близко, но до ушей нашего стихоплёта долетал лишь невнятным бормотанием. Тяжело вздохнув, Венти сдался. Очень скоро тишина вместе с туманом начала расползаться, как рябь на воде, и постепенно улицы заполнились голосами Искателей Приключений, Рыцарей и просто жителей Мондштадта. Время всего десять часов утра, а суета уже казалась вечерней и праздничной. Впрочем, чего ожидать в день Рождества? К предстоящему торжеству относились со всей ответственностью. Рыцари Ордо Фавониус помогали поддерживать порядок и украшать город. Дети резвились по улицам и пытались угадать, какой подарок окажется сегодня у них под ёлкой. Торговцы воодушевлённо выставляли товары рождественской тематики, ожидая большой выручки, а талантливые барды репетировали песни, которыми весь день будут поддерживать праздничную атмосферу. Но что из этого «совсем другое»? В том году всё было так же — только ёлка другая и цифра года на настенном календаре. Увлечённый откровенно назойливыми мыслями, Венти не заметил, как дошёл до лагеря, расположенного неподалёку от Драконьего Хребта. Холод блуждал здесь и щекотал нос присутствующим, затем моментально растворялся, словно его тут и не было. Бард, заметив, как балуется ветерок, одобрительно кивнул и приложил палец к губам, мысленно пообещав никому не рассказывать. Народ здесь разделился на два фронта: первый полностью состоял из исследователей, что старались не отвлекаться от научных дел, а второй, состоявший больше из помощников и скаутов, обсуждал планы на рождественскую ночь, идеи к подаркам — да просто мысли, которыми им хотелось поделиться со своими товарищами. Наука и работа в данный момент их совершенно не интересовала. Когда Венти развернулся, чтобы пойти в обратную сторону и никого не отвлекать, кто-то окликнул его: — Эй, бард! Мужской незнакомый голос принадлежал молодому учёному. Он чуть наклонил голову вбок и с нескрываемым любопытством осмотрел Венти с ног до головы. Затем, чуть сощурив взгляд, поинтересовался: — А Вам не холодно? Слегка выдав удивление от такого вопроса, Венти взглянул сам на себя, затем на присутствующих. Зима, холодный, временами даже сильный ветер вынуждал Мондштадтцев одеваться теплее: куртка, шапка, меховые наушники и перчатки практически у всех являлись обязательным атрибутом зимнего образа. Разве что некоторые обладатели Глаза Бога могли себе позволить не набрасывать лишней одежды, как, например, Кэйа или Эмбер. Может, снега в самом регионе было немного, а температура для обычного человека, коим выдавал себя Венти, всё же считалась холодной. Пожалуй, раз уж он не стеснялся демонстрировать пусть фальшивый, но Анемо Глаз Бога, стоило бы позаботиться и раздобыть хотя бы накидку, чтобы не вызывать ненужных подозрений. Людям с Крио или Пиро Глазом Бога обычно таких вопросов не задавали. — Немножко, — хихикнул Венти и помахал исследователям рукой, прощаясь. К счастью, лишних вопросов они задавать не стали и быстро вернулись к своим делам. Настроение было хорошим, даже праздничным, но что-то всё-таки не давало Венти покоя. Обычно торжества всегда отнимали у востребованного, талантливого юноши много времени, и Бард не находил «окошка» на подобные мысли. Его приглашали в таверну, в центральную часть города, чтобы послушать песни, а если не звали — он приходил сам. Часто Джинн за несколько дней до Рождества просила заглянуть Венти к себе в штаб, чтобы обсудить предстоящее мероприятие, попросить о помощи в том или ином вопросе, а иногда просто за советом. Озорной характер Венти не позволял ему заморачиваться о планах на день, но канун Рождества всегда был днём-исключением, расписанным едва ли не поминутно. Однако, видимо, не в этом году. Более того — Венти не ощущал желания оказаться в центре города и разлить по улицам мелодию своих стихов. Это, на самом деле, начинало пугать. — О, Архонты! — испуганно выругался Кристофер, когда Венти поприветствовал его у входной двери их дома. Порой он не замечал, когда вот так быстро перемещался от одной точки к другой, а Кристоф до сих пор к этому не привык. — Ты тихий, как весенний ветер, — буркнул старик, но вовсе без гнева. Он всё ещё держался за сердце и тяжело дышал, отчего Венти улыбнулся и, будто извиняясь, развёл руками. — Привет-привет! Приключения зовут с самого утра? Такие выводы напрашивались сами. Кристофер ходил по дому из одного угла в другой, весь светился от счастья, хватая вещи и скидывая их в глубокую дорожную сумку. В основном всё место заняли коробки, аккуратно упакованные в разноцветную бумагу — подарки. Значит, это не обычная его вылазка по Тейвату с целью поделиться своей музыкой — это совсем другое путешествие. — Так Рождество ведь! — подтвердил Кристофер только-только сформировавшуюся мысль и устало, но со всей гордостью добавил: — Я полгода копил на поездку к своим родным, и сегодня, уже ночью, смогу наконец их увидеть. Свою дочь, маленькую внучку, сына… их всех! — О, это объясняет, почему ты всякий раз рвался путешествовать и столько выступать. Кристофер, я очень рад за тебя, — искренне сказал Венти, потрепав плечо старого друга. Тот замер на секунду, сощурился, словно почувствовал через это касание что-то неладное, и взглянул в глаза Венти. Так пристально, будто пытаясь проникнуть в душу. — Тебя что-то гложет? — Больше прозвучало, как констатация факта, нежели вопрос. — Ха-ха, и чем я себя выдал? — Я же бард, — только и ответил он, загадочно пожав плечами. Нет, Кристофер действительно удивительный человек. Венти мог скрыть свои мысли за улыбкой перед кем угодно, но не перед ним. Даже Сяо периодически не замечал настоящие эмоции Венти, когда тот не слишком хотел беспокоить Защитника Якса. — Каковы твои планы на этот день, м? — сделал он акцент на втором слове. Такого недоверия в интонации Венти ещё от него не слышал. На мгновение захотелось потеряться. — Впервые не знаю, что на это ответить, — честно признался Архонт и поёжился, словно холод с улицы лишь сейчас смог до него добраться. — Я думал, получится выловить Путешественницу, но она сейчас далеко. Ей и Паймон понравилось бы... — Неужели не собираешься встретиться со своим Адептом? — Кристофер перебил Венти на полуслове без всякого угрызения совести, а в его голосе почудилось столько желания встряхнуть Архонта за плечи, что он невольно отступил на шаг назад. С другой стороны снизошло осознание. Он действительно понял, какая назойливая мысль не давала ему покоя с самого утра. Шум в голове, подобно снегу в стеклянном шарике, моментально стих. — Вы, Архонты, вроде считаетесь мудрее нас, а иногда такие глупости вытворяете! За всё время их знакомства Кристофер узнал много нового от Барбатоса касательно праздников Мондштадта. Их источники, забытые традиции, то, как они проводились много-много лет назад. Но что оставалось неизменным — это их предназначение: разбавлять серые будни и скрашивать одиночество людей. Ведь как известно — любой праздник сближает. — Рождество — это ведь день, который следует отмечать со своими близкими. А твой Адепт, вроде как, один из таковых. Объясни мне, дорогой друг, почему это место, — Кристофер окинул взглядом комнату, намекая на весь дом, — до сих пор не превратилось в улицу праздничных фонарей и прочих волшебных чудес, на которые способны такие же волшебные чудики вроде вас? Выдержав недолгую паузу, Венти с притворной беззаботностью пожал плечами и сказал: — Сяо не разделяет любовь к праздникам. В общем-то, это основная причина. Другая заключалась в том, что Венти очень давно не отмечал Рождество вот так с кем-то. Последний такой праздник он встречал с Ванессой: они приходили на их обусловленное место встречи, приносили по бутылке вина и просто общались всю ночь, рассматривая с высоты их любимый Мондштадт. Венти много рассказывал о звёздах, а Ванесса с удовольствием запоминала каждое его слово. С уходом подруги ушли и ночные посиделки: теперь же Венти просто приходил в место, где ждали его музыку. Он пел всю ночь напролёт, принимая плату как морой, так и выпивкой, а после, когда ночь окончательно вступала в свои права, в одиночку уходил гулять до рассвета, наслаждаясь уличным шумом. Ну, в более редком случае засыпал за барной стойкой и ничего не помнил на утро. — Ты хоть подарок подготовил? — будто игнорируя сказанное выше, продолжил резать без ножа Кристофер. Этим же он вызывал дорогие сердцу воспоминания, навеивающие и тоску, и радость одновременно. Подарок... Ванесса придумывала поистине потрясающие подарки. Один из них Венти до сих пор носил с собой — это оригами в форме веера. По-своему интерпретировав взгляд Барда, Кристофер с тоской закатил глаза к потолку и пробормотал что-то о безнадёжности, присущей всему божественному. Затем глубоко вздохнул и, несильно сжав плечо Архонта, утешительно проговорил: — До ночи и Рождества ещё есть время подготовиться. Он ведь любит тебя и не откажется от встречи, верно? Так что пусть твой подарок будет от сердца, и я, — он несильно ткнул Венти в грудь, — говорю не о том, которое похитила та стервозная тётка из Снежной. Подмигнув напоследок, Кристофер накинул коричневую дублёнку, вооружился здоровенной сумкой в одной руке и лирой — в другой — и покинул дом. Он, как и преобладающее большинство богов, никогда не любил давать прямых ответов и предпочитал, чтобы окружающие вокруг обо всём догадывались сами. — Сяо не разделяет любовь к праздникам. — Ну и что? Забавно, что вся решительность порой покидает нас в самый ответственный момент. Может, действительно стоило попробовать? Размышлять над этой мыслью Венти отправился в одно из любимых мест Города Свободы — туда, где каждый сантиметр пропитан воспоминаниями, связанными с теми, кто оставил важный след в его истории.

***

— Загляни в душу — и найдёшь там ответы, хе-хе… Фраза, которую Венти часто произносил, когда кто-то сбивался с пути или просто не знал, как поступать дальше. — А коли не найдёшь — прислушайся к ветру, и он укажет тебе дорогу. Нежный, тёплый голос, раздавшийся сбоку, почти заставил Венти вздрогнуть от неожиданности. Он находился на крыше штаба Ордо Фавониуса возле одной из башен, открывающей потрясающий вид на статую Архонта в центре площади и Собор Барбатоса. Он часто любил приходить сюда и болтать с Ванессой. Девушка быстро замечала его присутствие и практически всегда приходила, чтобы составить своему другу компанию. Забраться сюда не так просто — обычному человеку и вовсе без хорошей физической подготовки и высокой стремянки не справиться. Но речь сейчас ведь не об обычном человеке, верно? Чуть поёжившись и поплотнее укутавшись в коричнево-зелёную накидку, украшенную лёгкими, словно ветер, перьями на карманах и застёжках, Венти улыбнулся. — Здравствуй, Джинн. Удивительно, что у неё нашлось время на эту встречу. Казалось, при такой суматохе и подготовке к празднику Действующий Магистр Ордо Фавониус должен быть завален делами. А зная Джинн… в общем, странно, что она здесь. Будто услышав мысль Венти, Рыцарь Одуванчик с наигранной строгостью произнесла: — Увидела, как какой-то хулиган забрался на крышу и решила разобраться. А это оказался наш Бард Венти, да ещё и без лицензии на полёты и прыжки по крышам. — Что, уже появилась лицензия на перемещения по крышам? — изумился Венти, но вовремя пойманная взглядом ухмылка на лице Джинн его успокоила. Он картинно поцокал языком. — Придётся и об этом подумать, если такой способ перемещения станет слишком популярным в Мондштадте. Путешественница и Эмбер уже активно этим пользуются, — задумчиво пробормотала Джинн, невольно вернув себе привычный образ строгого, но заботливого Магистра. — А однажды я видела, как на соседнюю башню каким-то образом забралась Анна… — Извини, не хотел отнимать твоё время. Полагаю, дел у Действующего Магистра немерено перед праздниками? — Их, кажется, становится больше с каждой минутой, но всё хорошо, мы со всем справимся в срок. Я не подведу свой народ, уж точно не в Рождество. К тому же, это Лиза настояла на том, что мне просто жизненно необходимо проветриться, поэтому, можно сказать, я по адресу. — Отдых всем нужен, — согласились с мнением местного библиотекаря. — Ну а ты, Венти? «Что тебя гложет?» — читалось продолжение знакомой фразы в её взгляде. И с каких пор беззаботный Бард стал открытой книгой? Впрочем, Венти не против, чтобы такие люди, как Джинн и Кристофер, знали о его чувствах чуть больше, чем остальные. Им он мог доверять. — Сколько помню, Рождество для Мондштадта никогда не было обычным праздником и каждый готовился к нему по-своему. Мне просто нравится наблюдать за такой суетой, это вдохновляет, знаешь, — с деланым спокойствием пожал он плечами, стараясь всё-таки ускользнуть от темы. Не хотелось загружать Джинн лишними проблемами хотя бы сегодня. — Значит, всё дело в том загадочном «барде, играющем на флейте», о котором мне однажды доложили рыцари? — прищурившись, хитро поинтересовалась девушка. Вот она — та сторона, которую Гуннхильдр редко демонстрировала. Обычно её лицо выражало беспокойство или строгость, но всё это — рабочий образ, из которого Джинн практически не выходила ввиду своей должности и характера. Лишь с парой человек она могла позволить себе иногда быть собой, и Венти приятно осознавать, что он среди этих людей. — От Рыцаря Одуванчик ничего не скроешь, я впечатлён! Постоянное общение с Лизой открыло в тебе новую способность: читаете между строк? — На лице Архонта появилась озорная улыбка. Он знал, что своим вопросом смутит собеседницу. Но как тут сдержаться? — Да нет, я просто... Показалось! — Конечно. — Венти сложил на груди руки, всем видом показывая, что поверил на слово лишь в качестве формальной уступки, и на этот счёт у него совершенно иное мнение. — Конечно, — отзеркалила Джинн его интонацию. Впрочем, девушке удалось моментально взять себя в руки и увести разговор в другое русло: — А где он сейчас? — В Ли Юэ, делает то, что у него получается лучше всего — противостоит злу. Разделиться им пришлось около восьми дней назад по некоторым причинам: первое — на этом настоял Сяо, дополнив, что Адепты были приглашены на одну важную встречу с Волей Небес. И пусть Сяо будет откровенно всё равно на принятое решение в ходе переговоров, отвлекать его всё же не хотелось. Второе — в день Рождества Венти был уверен, что ему придётся провести всё время в эпицентре суматохи и толпе людей. Заставлять Сяо находиться рядом в этот момент было бы слишком жестоко, так что они пришли к общему решению — разобраться со своими делами и встретиться позже. Однако до сих пор Бард не получил ни весточки, ни приглашения, и сейчас, пожалуй, — представилась лучшая возможность выяснить причину. Когда Венти озвучил свой вопрос по поводу его роли в день Рождества, Джинн устремила взгляд вперёд, словно принимая какое-то решение, после чего вытащила из кармана несколько аккуратно сложенных, словно реликвия, бумажек. Начала перебирать их, тихо нашёптывая, о чём говорилось в каждой из них, пока не добралась до листочка, в котором красивым мелким почерком было написано письмо. Она передала его Венти. «Уважаемая Магистр Джинн! Я Кристофер, и у меня к Вам просьба. Пожалуйста, в день Рождества не тревожьте Барда Венти. Вместо него я пришлю к Вам несколько своих учеников — они позаботятся, чтобы жители Мондштадта встречали праздник под приятную музыку. Пусть это будет моим небольшим для него подарком». — Кристофер коварнее, чем я думал, — резюмировал Архонт Ветров, оторвав наконец взгляд от записки. — Мне кажется, всё указывает на то, что этот день вам суждено отметить вместе. — Сяо не разделяет любовь к праздникам, — повторил Венти злополучную фразу и меланхолично вздохнул. Впрочем, тут же натянул улыбку и более весёлым тоном дополнил: — У Защитников Якса немного другое представление об этом, поэтому я совсем не уверен, что стоит лишний раз тревожить рану и поднимать тему о его кармическом долге. — Разве не Архонт Ветров однажды сказал, что Мондштадт — это Город Свободы, где все сомнения следует отбрасывать прочь? На самом деле, фраза принадлежала Ванессе, но Венти не мог позволить такой мысли остаться лишь частью их диалога, поэтому не скупался использовать её всякий раз, когда у кого-то опускались руки. Очень скоро фраза стала известна на весь Мондштадт. Тем временем Джинн вполголоса продолжила говорить: — Лиза могла отправиться домой, чтобы встретить праздник со своей семьёй. — Она глянула в окно, в котором можно было увидеть, как библиотекарь Ордо Фавониуса раскладывал и сортировал какие-то документы. Почувствовав на себе взгляды, губы Лизы прогнулись в обворожительной ухмылке. — Но она осталась, чтобы помочь мне разобраться с этим беспорядком и успеть всё подготовить к Рождеству. Без неё я бы, наверное, сама осталась без праздника. — На Лизу и правда всегда можно положиться, — кивнул Венти. — Да, мне действительно спокойней на душе, когда она рядом. А Венти, когда рядом Сяо. — Я не знакома с ним, но немножко знаю тебя. — Чуть смутившись, девушка прислонилась спиной к выступу башни. Ветер услужливо растрепал её волосы и закружил вокруг Венти, словно пытаясь его приободрить. Добившись от Архонта улыбки, ветерок убежал гулять дальше. — Если этот Адепт действительно дорожит тобой, то он должен понимать, насколько этот праздник для тебя важен. Между ними повисло недолгое молчание. Гуннхильдр смотрела куда-то вперёд и думала о своём, а Венти не хотел мешать ей наслаждаться заслуженным отдыхом. Приятно было наблюдать, как их дом преобразовывался прямо на глазах. Архонт и Магистр Мондштадта наблюдали за тем, как разноцветная мишура обнимала крыши домов, как гирлянды протягивались вдоль улочек, как двери украшались новогодними безделушками, вселяя дух праздника в каждого жителя. Этим духом Венти очень захотелось поделиться и с Сяо. Осталось только придумать, каким образом. Видимо, эта мысль была случайно озвучена вслух, поскольку Джинн вдруг тихо, словно по секрету, заговорила: — Знаешь, на Драконьем Хребте неподалёку от Ущелья Спящего Дракона построили каток. Альбедо недавно прогуливался, и ему в голову пришла идея заморозить воду и разровнять лёд, чтобы на нём можно было кататься. За несколько дней он составил всё необходимое, чтобы сделать это место безопасным и комфортным для использования. Работа над катком будет закончена ближе к ночи, но открывать его мы запланировали на завтра. Иными, сегодня там никого не будет, — подвела она черту и развела руками. — Мне кажется, неплохое место для того, чтобы встретить Рождество? — Звучит как хорошо продуманный план. — Венти кивнул в сторону окна, в котором по-прежнему виднелась Лиза. Теперь девушка сидела в кресле Магистра и, расставив локти на стол, сложила ладони и уронила на них голову. Вероятно, размышляла над каким-то сложным вопросом. Ну, либо просто крепко уснула. — Ты не хотела им воспользоваться сама? Джинн, осознав, что Венти обо всём догадался, кашлянула в кулак и отвела взгляд от окна. Щёки светловолосой девушки моментально вспыхнули румянцем. — Ну, я… э… да, но работы так много, что сил на каток уже не останется, — пролепетала она с плохо скрываемым смущением. — Поэтому мы остановились на варианте просто выпить хорошего вина возле центральной ёлки и насладиться фейерверками. — В таком случае, спасибо, Джинн! И за разговор, и за идею. Обменявшись удачей и пожелав друг другу хороших праздников, Архонт Ветров и Действующий Магистр Ордо Фавониус разошлись по своим делам. В целом, в мыслях всё окончательно прояснилось и примерный план действий у Венти наконец появился. Раз уж даже Кристофер подсуетился и освободил своего соседа по дому от дел, — было бы глупо не воспользоваться этой возможностью. Осталось лишь понадеяться, что Сяо сможет принять в них прямое участие. Ближе к обеду Венти добрался до места, о котором говорила Джинн. Каток находился прямо на водах устья реки, окружённый небольшой пристройкой в виде забора, очерчивающей разрешённое для катания место. Вдоль всего катка красовались гирлянды тёплого жёлтого цвета и столбы света, объятые мишурой. Не скупились даже таблички с предупреждением об осторожности переделать подстать рождественским традициям: там нарисовали хиличурла с красным мешком на спине и в варежках, а на другой табличке летел Маг Бездны в красно-белом колпаке и пушистой кудрявой бородой. Видимо, Альбедо, явно приложивший к этому руку, не только гениальный алхимик, но и обладатель неплохого чувства юмора. Дальше взгляд Венти упал на калитку — на ней висело некое подобие подошвы с металлическим креплением, дабы безопасно прикрепить так называемые коньки к собственной обуви. Основным атрибутом этой штуковины являлось лезвие с внешней стороны подошвы. Венти уже представил, с каким трудом ему придётся заставлять Сяо надеть это. Как только Бард закончил исследовать место, которое ему порекомендовала Джинн, он направился в сторону Мондштадта. Не стоило звать Сяо возле Драконьего Хребта, дабы не оставлять намёков на сюрприз раньше времени. — Что-то случилось? Стоило о нём подумать — и Сяо тут как тут. Обеспокоенный возможной угрозой, Адепт сжал копьё крепче и огляделся в поисках опасности, но увидел лишь Венти, беззаботно машущего ему рукой. На лице Защитника Якса засыхали чёрные пятна, говорящие о том, что совсем недавно он с кем-то сражался. Внешне же Адепт выглядел лишь слегка уставшим, но при виде Венти вся его хмурость вытеснилась умиротворённым взглядом. А удостоверившись, что никакой угрозы нет, он и вовсе расщедрился на улыбку. Противостояние тьме, зная, что совсем рядом, прямо в сердце, находился Венти, перестало приносить Сяо каждый день невыносимую боль. А если когда её было слишком много — Венти разделял боль вместе с ним. — Что-то случилось, — кивнул Бард и приблизился к Адепту, совсем не пугаясь его вида. Напротив, он привык к тому, что руки и одежда Якса частенько нуждалась в очистке, и был рад, что Сяо больше не пытался скрыть это от него или быстро избавиться, пока расстояние между ними не сократилось. — Рождество! И я хотел сказать, что ты приглашён. — Рождество? — переспросил Сяо, позволяя Венти обхватить своё лицо тёплыми руками и стереть пальцами пятна с щёк, переносицы и шеи. — Ага! — просто сказал Архонт, после чего чмокнул Адепта в щёку. Сяо повернул голову, чтобы успеть поймать поцелуй в губы, но сумел поймать лишь то, как они отдалились и растянулись в ухмылке. — Я никогда прежде не праздновал такое. — Судя по интонации, Сяо это упущение оставило в напряжении. Что вообще делают на Рождество? Зачем его празднуют? — Знаю, так что у нас есть возможность это исправить. Ну? Так ты придёшь? В одиннадцать часов ночи, возле Устья Спящего Дракона, не опаздывай. О, и захвати вот это. Венти протянул аккуратно сложенный серый тёплый плащ с бирюзовыми узорами в виде анемо-стихии, едва отличающихся от основного цвета. Широкие рукава были выкрашены в тёмно-бирюзовый цвет, плавно переходящий в более светлые оттенки, а на плечах лежал мех, прикреплённый к невысокому воротнику. Образ дополнял глубокий капюшон под цвет рукавов с незамысловатыми узорами вдоль шва. К боковой части плаща крепились ремешки и несколько свисающих серебряных цепочек, украшенных светло-жёлтыми, мерцающими, как глаза Сяо, камнями. — Можешь считать это небольшим подарком. Одна из традиций Рождества, кстати, — хихикнул Архонт перед тем как отсалютовать и исчезнуть вслед за потоком ветра, оставив Адепта в полном замешательстве. — Подарком? — только и смог вымолвить Сяо, крепче сжав его в руках.

***

Даже издалека Мондштадт этой ночью сиял, как настоящий маяк, а песни, которые народ под руководством бардов пел без остановок, давали понять, что совсем скоро наступит долгожданное Рождество. Пусть Драконий Хребет не был курортом с благоприятным климатом, но атмосфера праздника, казалось, могла пройти через любые преграды и добраться до тебя даже здесь. Жаль только, что песен не было слышно. Как подобает Адептам, Сяо явился вовремя. Более того — он исполнил просьбу Венти и надел подаренный им плащ, отлично вписываясь в окружающую обстановку. Тепло и не сковывало движения. Непривычно, но ничего страшного. — Тебе идёт, — довольно констатировал Венти, рассматривая Защитника Якса с ног до головы. Сяо, будто смутившись, немного поёжился и отвёл взгляд. — М? Это новый тип призраков? С этими словами Архонт осторожно коснулся пальцем лба Сяо, на котором красовалось пятно не привычно чёрного цвета, а бирюзового, словно краска. Адепт качнул головой и стёр ладонью всю грязь с лица, заверив, что это ерунда и не стоит обращать внимания. Они проследовали к катку, и Венти по пути вкратце объяснил историю его создания. Оставалось поверить, что хиличурлы и прочие монстры Тейвата в курсе про Рождество и отмечали его где-нибудь в глубинах Бездны. Сейчас меньше всего хотелось с ними сражаться. — Хм, это нужно надеть, — сообщил Венти, ткнув взглядом на «коньки». Сяо как-то недоверчиво осмотрел их, фыркнул и сложил на груди руки. — А без них нельзя? — Они нужны, чтобы кататься на льду. — Тогда я не… — О, мы ведь это уже проходили, — перебил его Бард и посмотрел на Сяо с прищуром. Уж сколько раз Венти давал ясно понять, что переспорить его невозможно? — К тому же, мне бы не хотелось в одиночку падать на каждом шагу, да? — Архонты… — с тяжким вздохом взмолился Сяо, устремив беспомощный взгляд в небо, но едва успел что-либо сказать, как был схвачен за руку и потянут в сторону злополучного катка. — Сегодня я за них, идём! Спустя дюжину неудачных попыток продержаться на ногах более тридцати секунд они поняли, что проще сразить дракона, чем научиться искусству катания на льду. Венти пытался удерживать равновесие с помощью ветра, Сяо — за счёт неискоренимой упёртости, но всё равно не сдержался и достал копьё в качестве опоры. Это добавило к его устойчивости около десяти секунд, пока Венти, запутавшийся в ногах и не удержавший ветер в руках, не покатился без тормозов в его сторону. Столкновение было неизбежным, поэтому очень скоро Сяо отбросил копьё за спину, заставив его исчезнуть, и вытянул руки вперёд, чтобы остановить собой Венти. С грохотом они оба повалились в сугроб — благо далеко от входной двери уехать ни у кого не получилось. — Гань Юй умеет кататься, — как бы невзначай сказал Сяо. Он даже не пытался подниматься, довольный имеющимся положением. Горизонтальным, зато устойчивым. К слову, стоило сказать Венти спасибо за подарок — с этим плащом холод снега под спиной практически не ощущался. — Она говорила? — скопировав интонацию, поинтересовался в ответ Венти, мысленно согласившись с идеей Защитника Якса. Он расположился совсем рядом, едва касаясь плеча Адепта. Его косички, что чуть светились в темноте, слегка растрепались и вскоре покрылись снежинками. — Да. — По-моему, мы тоже неплохо справляемся! Услышав это, Сяо повернул голову в сторону Венти и с деланой серьёзностью посмотрел в глаза. Он не моргал и даже задержал дыхание, после чего самым жёстким образом сообщил: — Это не так. — Да, ты прав, мы ужасно справляемся, — тут же согласился Бард, но так обрадовался сей факту, словно всегда мечтал услышать об этом. — Но я не жалею. В конце концов, было весело! После этих слов взлетел первый салют. Затем второй, третий, и очень скоро небо стало похоже на поляну, усеянную самыми редкими цветами вместо звёзд. Сяо уже видел такое в Ли Юэ, также издалека, не рискуя приближаться, и пусть вслух он мало кому готов признаться, что такое зрелище по-настоящему захватывало его дух, Венти чувствовал это без слов. И был рад разделить с ним эмоции. Был рад видеть его рядом с собой. Был рад чувствовать желание Сяо понять Венти, его привязанность к этому празднику, традиции. — С Рождеством, Адепт Сяо, — в шутливой интонации мурлыкнул Архонт Ветров, зная, что подобное обращение конкретно от него всегда заставляло Сяо закатывать глаза. Правда, в этот раз вместо ожидаемой реакции Адепт лишь качнул головой, а после — поймал Венти за грудки и притянул к себе для поцелуя. Сегодня он действительно сделал для себя невозможное и заслужил награду. Кстати об этом. — У меня есть для тебя подарок. — Сяо задумчиво постучал пальцами по подбородку, словно не до конца был уверен, что его стоило показывать. Спустя несколько секунд всё же произнёс: — Только до него нужно дойти. — Что, правда? — Такое нескрываемое удивление можно было даже расценить, как грубость. Сложив на груди руки, он с укором фыркнул: — Я чту традиции не только Ли Юэ. К тому же, мне известно, насколько этот праздник для тебя важен, так? — Снимай эту чёртову обувь и пошли смотреть! Их путь продлился недолго. Они забрались по склону вверх и вышли на тропинку, вдоль которой расположился низкий забор, предупреждающий о высоких за ним сугробах. Заброшенные перевёрнутые повозки и прочие деревянные сооружения, следы монстров на снегу, подозрительные кучки сугробов, конечно, не сулили ничего хорошего в обычное время суток, но сейчас, следуя за Защитником Якса, Венти не ощущал ни страха, ни повода для беспокойства. Венти всю дорогу гонял мысли и думал, какой такой подарок можно было спрятать здесь, в одном из самых холодных мест после Снежной. Идеи приходили и тут же подвергались тщательной обработке логики, а Сяо мужественно держал информацию в тайне. В конце концов, это подарок, верно? — Я... обычно не разбираюсь в подобных вещах, — заговорил Сяо, осматривая свои ладони, спрятанные под перчатками. — О чём ты? — обеспокоенно наклонив голову вбок, чтобы взглянуть в глаза Адепта, поинтересовался Венти. Впереди их ждал спуск по Укрытой Снегом Тропе, слева — обрыв с небольшой прилегающей территорией, а справа — кривоватая тропинка, на пути которой встречалась очередная разрушенная повозка и поваленное дерево. Дорога заканчивалась скромным убежищем, обустроенным Искателями Приключений. Здесь поставили палатку, небольшую заготовку для костра и пару бочек с припасами. — Надеюсь, что тебе понравится, — завершил свой сбивчивый монолог Сяо и завернул как раз в сторону обрыва, указывав рукой на одно из деревьев. Там, прямо под ним, стоял в полметра роста... снеговик. Его руки в виде веток: одна из сосны, другая из берёзы — были разных размеров, а глаза сделаны из ледяных кристаллов, что встречались здесь практически на каждом шагу. На слегка помятой голове снеговика красовалась шапка, а шею обмотал сине-зелёный шарф. Снежный человечек имел некое подобие с большим трудом слепленных косичек, которые были раскрашены в бирюзовой краске. Той самой, которую Венти заметил на щеке Адепта при встрече. Сяо даже не упустил такой мелкой детали, как цветок, который он бережно воткнул в снежную голову, едва касаясь шапки. Только вместо сесилии он решил добавить цинсинь в качестве небольшой отсылки к себе. Завершала картину улыбка, сделанная из крохотных камней. Такая, которая могла быть только у Венти. В нём перемешалось столько эмоций, что он не мог выстроить порядок их очереди. Глядя на этот подарок, воображая, как Адепт, чьи руки давно огрубели от бесконечных битв, старательно вылепливает тебя и пытается сделать похожим — приходит осознание, что ни одно сокровище не может быть дороже этого. Пусть он получился не совсем аккуратным и ровным — не имело значения. — Здесь кое-чего не хватает. — Хихикнув, с этими словами Венти начал освобождать место возле своей снежной версии. Ветки, шишки, деревянные обломки, принесённые ветром — всё это ещё могло пригодиться, но позже. Он осторожно, чтобы не задеть подарок, отводил ногой в сторону, сгребая лишний снег. Почувствовав на себе пристальный взгляд жёлтых глаз, в которых отчётливо читалась просьба (даже требование) пояснить, чего именно не хватало, Венти встал за спиной Сяо и уронил подбородок на его плечо. — Тебя, конечно же!

***

— Совсем другая зима в этом году! Да, теперь Венти в полной мере осознал значение этой фразы. Никогда прежде снег не казался для него таким тёплым и таким подходящим для лепки снеговиков. Никогда прежде Сяо не думал, что подобный род деятельности сможет стать частью его жизни и, более того, приносить положительные эмоции. Может, к роли Защитника Якса не относилась такая ерунда, которой они занимались весь вечер и ночь, но с ролью Сяо Адепт справился, как надо. Пока они лепили второго снеговика, Венти распевал песни, жалея лишь о том, что не захватил с собой бутылку хорошего вина. Если бы получилось заставить Сяо сделать хотя бы глоток — снизошло бы второе Рождественское чудо за год. Но и так хорошо. Очень хорошо. А стало ещё лучше, когда на их творческом поле из снега, прямо в паре сантиметров от обрыва, появилась третья фигура. Голова, кажется, принадлежала какой-то женщине с длинными распущенными волосами и непонятным аксессуаром в правом глазу. Сяо начал предполагать, кто бы это мог быть, но из всех знакомых под это описание никто не подходил. Вопросов стало ещё больше, когда Венти, злорадно усмехнувшись, бесцеремонно снёс снеговику голову, а затем всадил несколько стрел из лука. Сяо оставалось недоумённо вздёрнуть бровями и вопросительно посмотреть на Венти, но тот лишь миролюбиво дёрнул плечами и произнёс: — Старые счёты, хе-хе! Чуть позже полянка обзавелась множеством других снеговиков. Поменьше, чем Сяо и Венти, но имеющие особое место в сердце каждого из них. Чжун Ли, окружённый кривыми полуквадратными камнями, которого Венти шутки ради очень хотел отправить вслед за Синьорой, Люмин и Паймон, чьё лицо он не постеснялся разрисовать каракулями и внести некоторые изменения. Так, например, у писклявой феи Паймон появились усы и закруглённые рога, а ещё пушистый хвост. Сяо помог Венти слепить Двалина, и это, пожалуй, исчерпало их последние силы. В конце концов, уже довольно поздно и пора возвращаться. — Идём домой, — вполголоса, практически шёпотом, обжигая тёплым дыханием, произнёс Венти и протянул Сяо руку, чтобы помочь подняться со снега. И пусть внешне Адепт оставался несравненно спокойным, Венти знал, какое значение имела для Защитника Якса эта фраза. — Идём. Как и для Венти.