Murderers' redemption

*** Вернувшись к себе, Локи долго пытался успокоиться, но волнение брало верх. Он не мог удержать даже крупиц самоконтроля, отчего окончательно потерял свой человеческий облик. Норны, он ненавидел себя такого! Ненавидел свою природу. Ненавидел то, что делал. А в данный конкретный момент он ненавидел еще и Баки. Все из-за него! Жалкий смертный сбил его с пути, задурил голову, и Локи начал колебаться. Позабыл свой первоначальный замысел, медлил на пустом месте. Бестолочь! Идиот! Тупица! Локи несколько раз ударил себя по щекам, приводя в чувства. Но это слабо помогало. Он уставился в пространство и заметил в телевизоре свое отражение: уродливые витиеватые символы на мертвенно-синей коже и пугающие красные глаза. Монстр — вот он кто. И всегда им был. Был, но не выносил своей природы. Отказывался, отталкивал, презирал. Как там сказал Барнс? Нужно научиться принимать себя. Локи ухмыльнулся и направился в ванную, где было ростовое зеркало, в котором удобнее себя рассматривать. Он расстегнул рубашку и замер напротив. Отражение казалось ему просто жутким. Но он такой и есть — жуткий. Лживый. Хитрый. Локи — йотун. А еще он заключенный. На шее по-прежнему болталось ненавистное ожерелье. Локи попытался сотворить иллюзию, чтобы временно сменить облик, но вместо зеленых всполохов увидел черные. Магия Хелы. Дикая, невозможная смесь из дара царицы мертвых, его собственных трикстерских способностей и уродливой внешности йотунских предков. И это все он. И ему стоило бы определиться — выбрать свое обличие, выбрать свою магию, выбрать свою душу. Плевать на всех остальных, ведь Локи в первую очередь делал ставку на себя. Он тряхнул головой и вновь обрел человеческие черты. Волосы оказались растрепанными, и Локи зачесал их пальцами, приводя себя в порядок. — Я — это я, верно? — с ухмылкой спросил он у отражения. И неважно, что показывает ему зеркало или что думают о нем в девяти мирах. Фригга всегда учила его мыслить быстро и просчитывать варианты, Один внушал, что воины обязаны быть сильными. Именно таким он и будет, потому что так его воспитали. А воспитание царственной семье Асгарда у него не отнять. Локи скинул рубашку и включил воду в душе. Прежде всего стоило привести себя в порядок, а потом можно будет заняться делами. Потому что он определился, что будет делать дальше. *** — Зачем ты меня призвал? — недовольно спросила Хела. Локи улыбнулся. У их маленького контракта оказались интересные последствия, потому что сестра теперь использовала его собственные трюки: перед ним стояла плохо созданная иллюзия. — Возникли проблемы, — просто ответил он. — И мне нужна твоя помощь. — Мне и своих дел хватает, а Мидгард и Мстители на твоей совести. — Если мы ничего не сделаем, то Старк с Беннером закроют всю планету щитом, внутри которого невозможно будет открывать порталы. Никто не сможет попасть сюда без их разрешения. Никакого Радужного моста, никаких диких тварей. А ведь сила, которую я взрастил здесь, — в первую очередь усилила тебя. — Я не верю, — сощурилась Хела. — Мы заключили договор, и мне нет смысла его нарушать. Кроме того, разве я смог бы тебе солгать? Глаза Хелы стали чернильно-черными. — Повтори все, что ты сказал. — Старк и Беннер изобрели устройство, которое не позволит открывать порталы на Земле. Они научились вычислять твою магию. Я смогу что-то сделать с этим, лишь освободившись от ошейника. С его помощью меня все еще можно отслеживать и контролировать, — Локи коснулся ожерелья на своей шее. — Мне нужно, чтобы ты его сняла. — Кто бы мог подумать, братец, что ты научишься говорить правду, — хмыкнула она. — Но тебе не хуже меня известно, что я смогу уничтожить его лишь при личной встрече. — Ничего не имею против. — Если Мстители способны вычислять мою магию, то мне лучше не соваться в Мидгард. — В день нашей встречи я открою сразу множество порталов. Им хватит забот с тварями. Хела чуть поразмыслила, после чего ответила: — Мне нужно все обдумать. Я сообщу, когда приму решение. — Тогда до встречи. Локи вернулся в комнату и коснулся ожерелья, улыбаясь. Совсем скоро он избавится от него и станет свободным. Затем останется лишь позаботиться о том, чтобы Старк с Беннером сокрыли Мидгард от Хелы, и тогда Локи получит окончательную свободу. *** Три дня в ожидании ответа прошли как в Муспельхейме — царствии вечного огня, где взрывалось и горело буквально все. С одной стороны, от решения Хелы многое зависело и она убедилась, что Локи не лжет. С другой, ее непредсказуемость не гарантировала ничего хорошего. Еще и Барнс пытался навязать ему свое общество, хотя Локи ясно дал понять, что не желает с ним говорить. Не сейчас, по крайней мере. Но тот был настойчивым и упрямым, как и его Капитан. Поэтому, когда тот нагрянул в спальню Локи, тот решил его впустить, чтобы окончательно прояснить ситуацию. — Мне надоело твое пристальное внимание! — прошипел он. — Прекрати загонять меня, как дичь на охоте. Баки хмыкнул, это сравнение показалось ему забавным, но затем он вмиг посерьезнел и сказал: — Я не хочу, чтобы ты напридумывал себе всякой ерунды. Знаешь, люди в одиночестве вечно себя накручивают… — Вот только ты не учел один важный факт — я не человек, — осадил его Локи. — И мыслю вполне здраво и рационально. Я предпочитаю просчитывать варианты, прежде чем принимать решение. — Но твои варианты — взгляд лишь с одной стороны. К тому же, только не воспринимай мои слова как оскорбление, но я заметил один недостаток в твоих подсчетах. Локи сощурился и недоверчиво спросил: — И какой же? — Ты просчитываешь ходы до определенной точки, — пожав плечами, произнес он. — Но никогда не думаешь, что дальше. — Я не понимаю тебя, — покачал головой Локи. — У меня есть доступ к материалам ЩИТа и Мстителей, поэтому я изучал твое досье. Там были данные, полученные от Тора и во время твоих визитов в Мидгард. Обычно ты ставишь конкретную цель и плетешь вокруг нее замысловатую паутину. Так, чтобы любой толчок привел тебя к заветной цели, но что дальше? — Локи хмуро взглянул на Баки, и тот мягко пояснил: — Ты не развиваешь идею дальше первоначального замысла. Уверен, стоит тебе принять решение о нас, как ты начнешь выдумывать разные способы избавиться от меня, но не смоделируешь последующую ситуацию. Не подумаешь о том, что будет, когда ты освободишься от меня. Локи часто задышал, потому что проклятый смертный и здесь его обставил! Ведь у него был план освобождения от ошейника и побега от Хелы, но чем заняться после обретения свободы, он никакого представления не имел. Все сводилось к расплывчатым мыслям «наслаждаться жизнью» и «отдохнуть ото всех». — Спасибо за совет, — произнес он недовольным тоном. — Я обдумаю этот момент. — Локи, — Барнс шагнул в его сторону, но тот отшатнулся. — Мне все еще нужно время, — глухо ответил Локи. — Я сообщу тебе, когда все обдумаю. Баки тяжело вздохнул и уставился на него почти не мигая, как умел только он. С Локи было непросто. И он надеялся лишь, что его слова помогут тому взглянуть на их дальнейшие отношения как в случае разрыва, так и приобретения официального статуса партнеров. На деле же Локи размышлял о более глобальных планах, понимая, что те требуют корректировки. Ему действительно стоило бы подумать над своим будущим. — Спасибо, но на этом оставь меня, — велел он таким будничным тоном, каким обычно отсылал из своих покоев слуг. Баки смирился и направился к выходу, понимая, что только ухудшил ситуацию. Локи обращался с ним слишком холодно. Будто уже решил, что им предстоит окончательно расстаться. *** Локи не мог сомкнуть глаз, обдумывая слова Барнса. И ведь действительно: чем бы он хотел заняться? Там, где никто не будет его пытать, держать в плену, испытывать на прочность и ненавидеть. Там, где он вновь будет одинок. Это то, к чему он стремился, но хотел ли он свободы на самом деле? Пальцы коснулись ожерелья Одина, и Локи сжал губы в тонкую полосу. Но в этот момент в окно его спальни влетел ворон. Птица спикировала к нему на кровать и проговорила голосом Хелы: — Я согласна на встречу. Завтра в полдень. На том же месте, где мы увиделись впервые. Договорив, птица растворилась в воздухе, обращаясь пеплом. Времени на самобичевание не осталось. Нужно было готовиться к открытию множества порталов. *** Общий сбор Мстителей — сладкая музыка для его ушей. Локи все подстроил лучшим образом, открыв порталы в разных районах города. Так как встреча с Хелой должна была пройти именно в Нью-Йорке — других вариантов у него не было. Мстители разделились по двое, пока Старк с Беннером готовили свое изобретение, намереваясь воспользоваться им в черте города и закрыть разом все бреши. Локи вместе с Барнсом отправили на один из объектов. Играть роль смысла больше не было, но и лезть на рожон не стоило — все же Баки чертовски умен. Поэтому Локи сделал так, чтобы псы преимущественно атаковали именно Барнса. — Пока они не сдохнут, я не смогу воспользоваться устройством Шури, — проговорил тот в пылу сражения. Твари все так же дохли и восставали уже обновленными и подчиняющимися Локи и Хеле. — Даже если ты уничтожишь всех перевертышей — портал все равно открыт и новые монстры продолжают прибывать, — ответил Локи. Они были окружены полицейскими и частью агентов ЩИТа. Если те увидят, как он вырубит Баки, то проблем не избежать, но и оставлять его одного было слишком опасно. С остальными Локи разберется без труда, а вот Барнс — настоящая проблема. — Кажется, у меня есть идея, — предложил Локи, — идем со мной. Он начал отступать, уверенный, что Барнс последует за ним. И он не ошибся. Когда Локи завел их в какой-то запущенный склад, Баки нетерпеливо спросил: — Что дальше? — Я сотворю кое-какие чары. Они будут слабыми, но помогут нам. Что-то вроде репеллента против подобных созданий. Локи взмахнул руками, и Баки нахмурился, глядя на них. — Почему твоя магия изменила цвет? — спросил он. Локи внимательно за ним приглядывал, потому заметил, как тот снял с предохранителя пистолет. Выбора не оставалось. Следовавшие за ними по пятам перевертыши подчинились мысленному приказу и атаковали Баки. Тот отвлекся, защищаясь, и этого времени хватило, чтобы вырубить его. Последнее, что запомнил о нем Локи, был взгляд, полный недоверия, боли и разочарования. — Я же предупреждал, что мне не стоит доверять, — тихо признался Локи, накладывая на него защитные чары и погружая в глубокий сон. Он приказал тварям охранять здание, а сам отправился на встречу с Хелой, оставив парочку иллюзий, изображающих их с Баки. Просто чтобы Мстители не начали бить тревогу раньше времени. *** Когда он явился на место встречи, сестра уже ждала его. — Нужно сделать все как можно быстрее, — с ходу заявил Локи. — Старк с Беннером собираются активировать свое устройство в городе. Хела медлила, явно сомневаясь в его словах. — Собираешься подождать и убедиться в моих словах? — с насмешкой уточнил Локи. — Я все еще сомневаюсь в твоей преданности, — призналась она, оценивая его реакцию. — Тебе ее гарантирует наша сделка, — хмыкнул Локи. — Тем более ты уже добилась успехов в Асгарде. Он блефовал, предполагая, что она заполучила трон Одина. Его логика опиралась на факты — ведь от Тора давно не было вестей. Хела хищно оскалилась. — И все-то ты знаешь. Локи беспечно пожал плечами. — Не все, но кое-какие слухи до меня долетали. Что ты сделала с нашей семейкой? — последнее слово он произнёс тоном, полным ненависти. Хела одобрительно посмотрела на него, после чего не удержалась, чтобы не похвастать: — Я одолела нашего братца и лишила его глаза, но убивать не стала. — А жаль. Я бы не церемонился с ним. — Пока я не заполучу трон, приходится вести себя хорошо, — пожала плечами та. — Ты его еще не заполучила? — Локи приподнял брови. — Один впал в магический сон, — раздраженно ответила она. Поле, окружающее впавшего в спячку бога, не поддается никакому влиянию, и лишь по-настоящему близкие и доверенные лица могли пройти сквозь защитную оболочку. Один в этом вопросе не доверял никому, кроме Фригги. — Ты не пробовала надавить на матушку? — полюбопытствовал Локи. — Даже пытки Тора ничего не дали, — скривилась Хела. — Приходится ждать, когда Один очнется, чтобы я смогла его прикончить. — Что ж, трон Асгарда практически принадлежит тебе. Осталось лишь освободить меня, чтобы я избавил нас от Мстителей. — Мы оба понимаем, что доверять тебе — самая большая ошибка, — произнесла Хела. — Когда я заключал с тобой сделку, то думал ровно то же самое. Однако ты единственная вернула мне магию. Точнее, часть моей собственной, но зато поделилась тем, чем владеешь сама. И это пошло мне только на пользу. К тому же… тебе ли меня бояться? — Локи вскинул брови. — Ты сразила Тора и Фриггу, а теперь собираешь свергнуть Одина. Он играл на ее самоуверенности и чувстве собственного превосходства, кроме того, ее сила отравляла его тело и делала слабее, вынуждала подчиняться единственной царице мертвых — Хеле. — Твоя правда, — усмехнулась она. — Но для снятия ошейника нужно провести сложный ритуал. — К счастью, я все для него подготовил, — поспешил ответить Локи. — Кто бы сомневался, — Хела рассмеялась. — Что ж, давай покончим с этим. Но учти, братец, если не справишься с возложенной на тебя миссией, то, в отличие от наших родственничков, я тебя не пощажу. — Это будет справедливо, — согласился он, — следуй за мной. Он спустился с крыши здания на самый верхний этаж и указал на пол, где была изображена специальная ритуальная вязь, а рядом на столе покоились порошки и снадобья, изготовленные лично Локи. — Не думала, что ты силен в этой области знаний, — хмыкнула Хела. — Меня неплохо учили, пока я еще был принцем Асгарда и ничего не знал о своем происхождении. Хела рассмеялась. — Дражайшая матушка и меня пыталась обучить этой ерунде, но я всегда отдавала предпочтения мужским дисциплинам. Но рада, что ты выбрал именно их, братец, — в ее голосе звучала уничижительная насмешка, и Локи буквально передергивало от отвращения. — К слову о матушке, — вдруг спросил он, — что ты сделаешь с ней, когда одолеешь Одина? — Тоже, что и с остальными — убью. Локи был искусным лжецом и лишь это помогло ему удержать прежнее безразличное выражение лица. Он был зол и обижен на родителей и Тора, но любовь к ним никуда не делась. Особенно любовь к матери. — Меня изумляет, почему ты медлишь с их убийством? И ладно Фригга, но Тор? — произнес он обвиняюще, чтобы разузнать ее мотивы. — Рычаги давления, братец, все дело в них, — туманно прояснила она. — Живыми они представляют многим больше угрозы, — продолжил гнуть свою линию Локи. — Фригга ведет себя покладистее, пока я могу мучить ее любимого сыночка. Когда же очнется Один, то я смогу с ним покончить, и тогда не будет смысла и в остальных. — Осталось разделаться с Мстителями, чтобы они не сокрыли Мидгард своим щитом и не пришли на помощь Тору. Хела чуть помедлила, но все же соизволила махнуть рукой в сторону изображения. — Приступай, — приказала она. — Только учти, братец, — последнее слово она произнесла с явной насмешкой, — я — не тупоголовый Тор и жалеть тебя не стану. — Мы оба достаточно умны, чтобы понимать, что нужны друг другу. По крайней мере на текущей стадии нашего взаимодействия, — Локи хищно ей улыбнулся. — Твоя правда, — согласилась Хела. — Что ж, давай приступим. Начинай ритуал, и я сниму с тебя ожерелье. Но… — Но? — изумился Локи. — Ты же не думал, что я доверюсь тебе просто так? — Хела насмешливо взглянула на него. — Чего ты хочешь? — Верности, братец. Не больше, не меньше. И это единственный раздел ритуалистики, который я удосужилась выучить. Локи медлил, глядя ей в глаза. Он пытался оценить ситуацию и риски. Найти иной вариант снять ошейник Одина являлось возможным, но нарушить ритуальный обет — нет. Этот поступок навсегда привяжет его к Хеле, сделает ее рабом. Однако отступить в последний момент она не позволит. Где-то на задворках сознания и без того маячили мысли о матери и Баки, даже о невыносимом Торе он беспокоился, ведь Хела упоминала пытки… Помимо воли на ум пришли слова Барнса о выборе пути, ведь прошлое решение Локи оказалось провальным. Как и все, которые он когда-либо принимал. И тогда выбор стал очевидным. Глупым, наивным, но правильным. Локи задумался: как бы на его месте поступил Баки Барнс? В некоторых вопросах этот смертный был до ужаса предсказуемым, но Локи восхищался им. Его выдержкой, его хитростью, его прямолинейностью. Тем, что тяжкие для обычного мидгардца обстоятельства не сломили его. А Локи пошел по наклонной от гораздо меньших проблем в своей жизни. Отец всего лишь отдал трон другому, менее подходящему на эту роль претенденту. Воспоминания замелькали одно за другим, и Локи улыбнулся, осознавая, какой же он червяк на самом деле. А еще эгоист, готовый поставить на карту все девять миров, лишь бы спасти собственную шкуру. Даже глупый и скорый на действия Тор вел себя многим достойнее. Локи полагал, что главное для царя — умение просчитывать варианты, но только теперь осознал — суть в том, чтобы слушать сердце, а не доводы и логику. Важно защищать самое дорогое, а не жертвовать меньшим злом. Именно поэтому он захотел поступить правильно хоть раз в жизни. Ради себя. Ради веры Баки в него. Ради его семьи, пусть и не родной, но любимой. А еще он дорожил Асгардом и понимал, что Хела изуродует его. — Хорошо, я согласен, — произнес он. — Дай мне несколько минут, чтобы внести правки. — Действуй, но не затягивай с этим. Я не хочу надолго покидать Асгард. Локи кивнул и приступил к работе. Если Хела не обманула, то она не поймет, какой именно ритуал будет проводиться. Оставалось лишь понадеяться на ее недальновидность. — Готово, — произнес Локи. — Сначала я обязуюсь быть верным тебе, а затем мы проведем оставшуюся часть, и, когда все будет исполнено, моя клятва вступит в силу. Хела подошла ближе и внимательно уставилась на витиеватый рунный рисунок, который Локи старательно выводил последние минуты. Затем ее глаза стали чернильно-черными, и она спросила: — Что ты задумал? Он не мог лгать в такой момент, иначе она бы почуяла вранье, так что отвечать следовало с максимальной осторожностью. — Задумал провести ритуал, стать твоим верным псом, но получить взамен нечто в разы большее, — он невольно сделал паузу, но поспешил ее заполнить, чтобы Хела ничего не заподозрила: — хочу стать самим собой наконец. Локи не лгал, и Хела удовлетворенно кивнула. — Приступай, — велела она. Локи прикрыл глаза, высвобождая свою йотунскую сущность — так ему было проще взывать к своей природной магии, а затем он запел. Протяжно, с мягкими переливами, меняя интонации. Это были стандартные слова молитвы, взывавшие к могуществу Иггдрасиля. Когда тот отзывался, то считывал просьбу с рун, начертанных на изображении мирового древа с раскидистыми ветвями и могучими корнями. На левом запястье Хелы появился бледный и едва заметный символ покорности. Она ухмыльнулась и подхватила слова молитвы, обеспечивая свой вклад в претворение ритуала в жизнь. На последних строках — да окропят Норны корни священного древа Иггдрасиль водами Урд и благословят они мой выбор и мое будущее — очертания рисунка замерцали, а затем начали трансформироваться. Локи попытался сдвинуться с места, но не смог пошевелить и пальцем. Глаза Хелы широко распахнулись. — Что ты наделал?! — воскликнула она. Локи лишь улыбнулся, но не удостоил ее ответом. Он впервые в жизни совершил искренний и бескорыстный поступок. Выбрал свой путь. Ради семьи, ради своего мидгардца. Да хранят их всех Норны. Хела закричала от ярости, и Локи ощутил, как ее тяжелая, разрушительная магия покидает его тело, разрывая плоть и стараясь нанести максимальный вред. Он сцепил зубы, рыча от боли и понимая, что таким будет его конец — мучительным, но хорошим. Потому что в конце он все же сделал что-то достойное. *** Баки проснулся в полуразрушенном пыльном здании и потряс головой, словно пес. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы восстановить цепь событий: миссия, порталы, твари и Локи. Он проворно вскочил на ноги и осмотрелся — рядом никого не было, оружие также оставалось при нем, его даже не удосужились связать. Надо же… Только коммуникатор забрали. Стив наверняка не находит себе покоя. Баки побрел в сторону выхода и на пороге здания нос к носу столкнулся с Железным Человеком. Тот направил в него репульсоры. — Ни с места, Отморозочка, — насмешливо произнес он. Баки остановился и уточнил: — Поднять руки? — Не нужно, ты же понимаешь, что я лишь ищу повод, чтобы покончить с тобой. — На самом деле это чушь собачья, Старк, — хмыкнул он. — У тебя была масса возможностей: начиная со стычки в Сибири, заканчивая загребущими руками подонков вроде Росса или Гидры. Но ты меня пожалел. Ты слишком хороший, чтобы убивать просто так. — Я давал тебе шанс исправиться, но ты им не воспользовался, Белоснежка. Так что пришла пора воссоединиться с хрустальным гробом. Баки нахмурился и спросил: — Что я натворил? — Помог Локи организовать вторжение на Землю. Не остановил его, когда мог, покрывал его планы. Баки побледнел и глухо спросил: — Он стоял за открытием порталов? — Не прикидывайся, будто не знаешь, Барнс! Мы с Брюсом отследили его по остаточной сигнатуре. Я закрывал глаза на ваши шуры-муры, не заложил Кэпу, когда он поставил вас напарниками, но больше я подобных промахов не допущу. Баки хмуро посмотрел на Тони и уточнил: — Известно, где он? — Да, Кэп с ребятами отправились по его душу. Баки кивнул и протянул руки так, чтобы на него удобно было надеть наручники. — Я не знал, что Локи стоит за всем. Он вырубил меня и бросил здесь, я очнулся буквально несколько минут назад. — Детка, есть записи с камер? — спросил Тони. Несколько минут они так и стояли: Старк с репульсорами наготове, Баки подставляя запястья для задержания. — Ладно, твоя версия подтвердилась, — нехотя признал он. — Лучше бы я отправился с остальными ловить Северного оленя. — Мы еще успеем? — уточнил Баки, не зная, за кого больше волнуется — за Локи или Стива. Тони молчал секунды две, после чего уточнил: — Детка, наши затейники отыскали Снежного Короля? Баки шагнул ближе, не опасаясь репульсоров. — Ну что? — жадно спросил он. — Похоже, что-то не чисто. Кэп запросил меня и Брюса. Баки кивнул и ответил: — Куда идти? Старк громко фыркнул, после чего назвал адрес и улетел, оставив Баки одного. Тот что-то проворчал о везучих богатых засранцах и приспустил на улицу — искать транспорт, который можно будет реквизировать. *** Оказавшись на месте, Баки увидел всполошившихся Мстителей. — Что происходит? — спросил он. — Мы не знаем, Бак, — ответил хмурый Стив. Наташа вперилась в него подозрительным взглядом, после чего спросила: — Локи рассказывал тебе что-нибудь о своих планах? — Нет. Они играли в гляделки секунд пять, после чего Старк сказал: — Оставь его, Паучья Королева. Ты же не думаешь, что тип вроде Локи стал бы делиться своими секретами? Тем более с закадычной подружкой Кэпа. Стив удивленно приподнял брови, но не столько из-за слов Тони, сколько из-за контекста. Он побоялся говорить это вслух, но, похоже, лед тронулся, и теперь Тони был не столь категоричен в отношении Баки, потому защитил его перед Нашатей. Та сдержанно кивнула, соглашаясь с доводами. — Думаю, стоит попытаться вызвать Тора, — заметил Стив. — Он оставил тебе средство связи? — удивилась Наташа. — Да, но он сказал, чтобы я пользовался им только в крайнем случае. — Это, по-твоему, не крайний случай?! — воскликнул Тони. — Что, если он взорвется? Мы даже с места его сдвинуть не можем. А если он сдохнет? На твоей совести будет смерть асгардского принца, хоть и заключенного. Слова Старка испугали, но Баки не осмелился даже задать вопрос. Он будто прирос к месту. Все его попытки прогнозировать что бы то ни было никогда не включали в себя гибель Локи. Божество ведь не могло умереть, верно? — Хорошо, тогда я вернусь в Башню и свяжусь с Тором, — согласился Стив. — Отлично. А мы пока эвакуируем район и постараемся выяснить, что за чертовщина здесь творится, — заключил Тони. Стив кивнул и направился к выходу. Баки проследил, как тот покидает этаж, после чего спросил: — Локи жив? Тони выразительно взглянул на него и ответил: — Этого никто не знает. — Как такое возможно? — Идем, — Тони качнул головой в сторону дверного проема, около которого дежурила пара МАРКов. Внутри все выглядело как после взрыва: стены в копоти, все вокруг почернело и обгорело, только на полу сохранился рисунок в виде круга с какими-то переплетающимися линиями и буквами. Но в первую очередь привлекало внимание огромное желтое пятно света у дальней стены. Баки приблизился к нему и обнаружил Локи. Тот лежал на полу, а вокруг него образовалась энергетическая капсула. Вот только настораживало ее опасное мерцание. Однако, вглядевшись вглубь, Баки ужаснулся. Локи был покрыт следами крови и странными черными сгустками. За всем этим месивом сложно было разглядеть, насколько все серьезно. Баки потянулся к нему рукой, но стоявший рядом с ним Старк стукнул его по тыльной стороне ладони. — Даже не думай, Белоснежка. Кэп попытался, и это плохо закончилось. Стоит дождаться Тора, чтобы понять природу этого явления. Баки кивнул, после чего еще несколько секунд таращился на Локи, почти не моргая. — Говеный у тебя вкус на мужиков, — подал голос Старк. Баки ничего ему не ответил, поэтому он продолжил: — мы с Брюсом займемся сбором информации, а для этого нужно пространство. Так что отойди куда-нибудь, чтобы не мешаться. Баки уселся на пол у дальней стены, сложив руки на коленях. Его глаза смотрели в никуда, но стоило Беннеру со Старком приступить к работе, как он принялся следить за ними с внимательностью бывалого снайпера. Спустя два с половиной часа приборы собрали всю возможную информацию, и новости оказались неутешительными. — Это нестабильное и агрессивное поле, которое враждебно реагирует на любые попытки соприкосновения, — констатировал Брюс. — Нужно попытаться просчитать радиус разрушений, чтобы знать, сколько районов эвакуировать, — заключил Тони. — И, детка, как там дела у Кэпа? Он смог связаться с Тором? — вдруг спохватился Тони. — Капитан Роджерс отбыл в Асгард, — доложила из коммутатора Пятница. — Информации о сроках его возвращения нет. — Твою мать! Еще и с этим возиться, — разозлился Тони. — Сообщи сразу же, как появятся новости о нем или Торе, — велел он. — Что будем делать? — уточнил Брюс. — Стив взрослый мальчик, сам разберется. Так что сконцентрируемся в первую очередь на Локи и поле, которое его окружает. Услышав об исчезновении Стива, Баки впал в подобие прострации. В голове прокручивались отвратительные мысли из серии «Что, если?». Его сознание рисовало самые худшие сценарии развития событий, потому что в его жизни все и всегда складывалось только таким образом. Баки проклят быть несчастным. Он потерял счет времени, погрузившись на самое дно отчаяния. Все шло наперекосяк, а Баки даже не представлял, что делать. — Босс, Радужный Мост сработал, — доложила Пятница, и спустя какую-то секунду здание, в котором они находились, сотряслось. Баки вскочил с места, ожидая увидеть Стива, и не ошибся. Наташа встретила гостей на крыше, куда они и приземлились, после чего провела их к ожидавшим Мстителям. Стив выглядел потрепанным, в Асгарде ему явно пришлось влезть в драку, но он был жив и здоров, чего нельзя было сказать о Торе. Тот осунулся, исхудал, был грязным и сильно избитым, а правая часть лица буквально запеклась от крови и глазница была пуста. С ними рядом стояла женщина, которую Баки видел впервые. Ее одежда была испачкана в грязи, местами изорвана, руки в многочисленных царапинах, а волосы растрепаны, но ее манера держать себя выдавала даму высшего света. Баки решил, что это и есть Фригга — царица Асгарда, и не ошибся в своих предположениях. — Паршиво выглядите, — констатировал Тони со свойственным ему отсутствием всякого такта. — Тор и его семья находились в плену, — пояснил Стив. — Мне пришлось помочь им выбраться на свободу. Пока они переговаривались, Фригга подошла к Локи и с грустью произнесла: — Сын мой. В голосе ее звучала нежность и обеспокоенность. Она протянула руку, но тут же ее отдернула, стоило маленькой золотистой молнии выстрелить ей в ладонь. — Я бы на вашем месте туда не лез, — посоветовал вездесущий Тони. — Тебе удалось? — поинтересовался Тор, приближаясь к матери. — К сожалению, нет, попробуй ты. — Он никогда не скрывал свой ненависти ко мне, не думаю, что я смогу проникнуть сквозь оболочку, — отозвался он и тоже попытался прикоснуться к Локи, но поле ударило и его. — Вы знаете, что это за чертовщина? — заинтересовался Тони. — Когда асгардец близок к смерти, он впадает в магический сон. В это время вокруг него образуется особое защитное поле. Оно оберегает спящего, пока тот не исцелится и не очнется. Проблема в том, что ожерелье, надетое на Локи, сдерживает все магические процессы. — Иными словами, тебе просто нужно снять с него эту цацку, верно? — пожал плечами Тони. — Я не смогу этого сделать, — покачал головой Тор. — А кто сможет? — поинтересовался Баки. — Только тот, кому Локи по-настоящему доверял, в силах проникнуть сквозь защиту. — А что это за письмена на полу, вы знаете? — поинтересовался Тони. Фригга направилась к рисунку и присела около него, внимательно вчитываясь в письмена, после чего она всхлипнула. — Это ритуал. Ритуал изгнания. Он… это он заточил Хелу, — сделала выводы она. — Что? — с искренним изумлением в голосе проговорил Тор. Пока они обсуждали этот момент, Тони поймал взгляд Баки и указал ему в сторону Локи. Кажется, он давал ему возможность проверить все без лишних глаз. Баки одними губами произнес «Спасибо», на что получил фирменное закатывание глаз. Похоже, Старк оттаял по отношению к нему. Не полностью, но хотя бы чуть-чуть. Самому Баки не понять причин столь резкой смены настроений, но он недостаточно хорошо знал Тони, чтобы улавливать какие-то тонкости. Зато теперь он смог приблизиться к Локи. Баки смотрел на него несколько мгновений, после чего протянул ладонь живой руки и беспрепятственно проник сквозь защитное поле. — Как снять ожерелье? — спросил он. А когда обернулся, то увидел, как все собравшиеся в комнате, вытаращив глаза, смотрят на него. Все, кроме Старка, который с явным наслаждением взирал на всеобщее изумление и наслаждался этой сценой. — Вы позволите прикоснуться к вам? — уточнила Фригга. Баки терпеть не мог, когда посторонние даже просто стояли слишком близко, а уж тактильный контакт вызывал у него отвращение. Но ради Локи он готов был потерпеть, потому сдержанно кивнул. Фригга подошла к нему и мягко коснулась несколькими пальцами в области сердца. По телу прошло тепло, и Баки почувствовал покалывание в кончиках пальцев (даже в металлической руке, что вызывало у него искреннее недоумение). — Теперь ты сможешь снять его. Баки кивнул и взялся обеими руками за ненавистный Локи ошейник. Он потянул за цепочку, разрывая ее. — Там же была застежка! Тебе стоило бы пожалеть чужую собственность, Терминатор, — поддел Тони. Баки же стоял, сжимая в металлических пальцах остатки ожерелья и кроша камни в труху. — Остается только ждать, когда Локи очнется, — мягко произнесла Фригга. — А он точно очнется? — спросил Баки. — Он бог, а боги бессмертны. Барнс кивнул, чувствуя себя идиотом. Но ему нужно было услышать, что с Локи все будет хорошо. *** Локи очнулся в своей спальне в Башне Мстителей. Поле вокруг него все еще мерцало, потому что он не до конца оправился, да и боли в животе и под ребрами никуда не делись. Он заворочался, чтобы устроиться поудобнее, и почувствовал чью-то руку, обнимавшую его поперек туловища. Локи с изумлением обернулся к ее обладателю и увидел Баки Барнса. Который спокойно проникал сквозь защитную оболочку. Впервые за долгое время Локи ощущал собственную магию, его здоровье оставляло желать лучшего, но все, о чем он мог думать, — это жалкий смертный, который стал так много для него значить. А ведь ему казалось, что между ними нет ничего, кроме секса и легкой симпатии. Но магия читала сердце, а не разум. Локи прикрыл глаза, чувствуя, что эмоциональное потрясение от совершённого им открытия окончательно лишило его сил. *** Когда он очнулся в следующий раз, то в кресле рядом с ним сидела Фригга с книжкой в руке. — Матушка, — хрипло произнес Локи. — Ты проснулся, — она улыбнулась и подошла к нему. — Хочешь пить или чего-нибудь еще? Он помотал головой и спросил: — Что с Хелой? — Ты вновь заточил ее. Локи выдохнул с облегчением, после чего уточнил: — А как дела в Асгарде? — Один уже очнулся, и они с Тором наводят порядок. Хела помогла им уничтожить Суртура, а с остальным они справятся и так. Локи коснулся своей шеи, проверяя, не надели ли на него ожерелье. Хоть магия и чувствовалась, но ему нужны были доказательства. — Твой друг уничтожил его, — мягко произнесла Фригга. — Что? — Артефакт, созданный Одином, чтобы сковать твои силы. Джеймс Барнс уничтожил его сразу же, как снял с твоей шеи. Локи постарался сохранить нейтральное выражение лица, вызвав у Фригги улыбку. Но развивать тему она не стала, не желая смущать сына. — Я собиралась дождаться твоего пробуждения и вернуться домой. Там сейчас не спокойно, и я нужна Одину. — Да, конечно. Можешь отправляться, — ответил тот. — Локи, сынок, — Фригга протянула ему ладонь, он помедлил, не зная, стоит ли касаться ее, но все же уступил и вложил свою руку в ее. — Я люблю тебя и всегда любила, даже когда ты совершал ошибки. А теперь оставляю тебя в Мидгарде со спокойным сердцем, потому что знаю, что о тебе есть кому позаботиться. Локи вспыхнул, но ничего не сказал. — Надеюсь, однажды ты простишь нас. Потому что мы семья, независимо от того, какая кровь течет в твоих жилах. — Ты говоришь так лишь оттого, что я изгнал Хелу, — ответил Локи, вырывая руку из мягкой хватки ее пальцев. — Вы считаете меня искупившим грехи, но стоит опять оступиться, как меня тут же заклеймят. А ошибки совершают все. Фригга чуть помолчала, затем ответила: — Возможно, ты прав. Но я никогда не стану любить тебя меньше. Просто знай об этом. Локи сдержанно кивнул и отвернулся, желая, чтобы этот разговор закончился. — До встречи, сынок, — произнесла Фригга, после чего взяла книгу и пошла прочь. Оставшись в одиночестве, Локи кое-как поднялся и побрел к столу, где стоял графин с водой и несколько стаканов. Он широко зевнул, после чего принялся наполнять один из бокалов, когда Пятница доложила: — Мистер Барнс спрашивает разрешения на визит. Локи расплескал немного воды, после чего взял себя в руки и произнес: — Пусть приходит. Баки явился через пять минут, словно ждал под дверью. — Привет, — сказал он, улыбаясь во весь рот и подходя слишком уж близко. Локи собрался что-то сказать на этот счет, когда его сгребли в объятия. — Я горжусь тобой, Ло. Очень горжусь, — сказал он. Локи собирался было возмутиться и съязвить в ответ, вырваться из объятий, но вдруг осознал, что этого не требуется. Баки здесь, Баки рядом, он обнимает его, гордится им, поддерживает его. И раз уж Фригга знает о его смертном, то все Мстители, а, возможно, и весь Асгард, уже в курсе. Поэтому нет смысла отказываться от своего счастья. И Локи обнял его в ответ. — Помнишь наш последний разговор? — спросил он. — Когда ты интересовался статусом наших отношений. — Угу, — отозвался Баки. — Я согласен быть твоим парнем, — ответил Локи с легкой усмешкой. Это было запоздало и не нужно, но он должен был это сказать. Как минимум для Баки, но больше для себя самого. Баки поцеловал его в висок и шумно выдохнул. Похоже, он зря волновался о том, как Локи отреагирует и чем все закончится. В конце концов, Локи был непредсказуемым. Он отказался от своей семьи и не простил их, хоть и спас всех. Но принял самого обычного, ничем не выдающегося смертного. В этот момент Баки посетила совершенно бредовая мыль: он был чертовски счастлив, что решил подрочить Локи в тренировочном зале во время их тренировки.