Дороже печати Королей

Шнайзель был тем самым прекрасным принцем. Лучшим во всём. Тем, на кого равнялись и кому завидовали, смотрели восхищённо вслед или искали повод заговорить, чтобы искупаться в лучах его улыбки. Когда-то мальчишеской, поделённой пополам с осознанием собственного положения; ныне она полнится мягким превосходством и пониманием каждой натянутой нити. Его любили и ненавидели. Все. Кроме Лелуша. Лелуш злился. Не завидовал, не испытывал ненависти. Злился, как может злиться ребёнок со всей присущей беспомощностью, и раз за разом бросал вызов старшему брату, чтобы в очередной раз оказаться поверженным на чёрно-белом поле. Упрямый. Ещё один осколок их отца. — Когда-нибудь... — из раза в раз он набирал в грудь больше воздуха. Маленький несносный принц, ещё больше хорохорящийся от этой мягкой снисходительности в фиалковых глазах. Она наверняка казалась насмешкой. Не то чтобы Шнайзеля это взаправду не забавляло. — Обязательно, Лелуш, — отвечал он, подпирая голову ладонью, в самом деле наслаждаясь чужой бравадой и упрямством. — Обязательно победишь. Шнайзель был и остаётся прекрасным принцем. Лучшим. Но прекрасные принцы редко бывают хорошими братьями. Ровно, как и те, кто испытывает злобу и жаждет сбросить с пьедестала. Если бы он только знал. Если бы только.