больше никаких споров по пьяни...

***

      никогда она не думала, что незамысловатая игра с кэйей после пары бутылок обернётся трагедией такого масштаба… эйда уже неделю из проспоренного месяца таскает ему в кабинет поесть, попить, подписать бумажки… капитан, как назло, всё время маячит на рабочем месте, хотя обычно скачет со своими историями о дедушке пирате и зачисткой лагерей хилличурлов по всему мондштадту. конечно, после отработанных часов горничной-секретаршей можно было запереться дома и сократить общение с саркастичным красавчиком до минимума, но… перестать пить по вечерам излюбленные хмельные напитки только из-за избегания кэйи звучит не очень заманчиво. будем честны друг с другом, это спровоцирует новую лавину подколов. его плоские шуточки когда-нибудь доведут девушку до точки кипения, и проснётся он после адской попойки где-то за границами мондштадта в секс-костюме кролика. это навскидку, фантазия у неё отменная и поинтереснее придумать может.       эхо касания девичьей руки по твёрдому дереву тихо и мимолетно разнеслось по коридору. в нем совсем не было стражников, потому создавалось ощущение, будто во всём штабе они совершенно одни. ответ прозвучал буквально сразу же: бесцветное «войдите». гордо выпрямившись и задрав подбородок, девушка подтолкнула дверь ногой, просовывая вперёд сначала своё лицо, а потом и туловище. — ну, чертяга, скоро рабочий день будет окончен. пошлёшь меня за чашечкой кофе, в который я обязательно что-нибудь подсыплю, или сопроводишь в таверну? — смотря что подсыпешь, — посмеиваясь, кэйа указал рукой перед собой, и она с усталым вздохом присела. всё так болело после тяжёлого рабочего дня, что она даже начала искренне сожалеть ноэлль. — теперь ты должен как минимум построить памятник в мою честь. и желательно раз в пять больше, чем тот, что на центральной площади. пусть он будет не из какого-то мрачного камня, а целиком из золота… — для тебя всё, что угодно, — проговорил он с ехидной усмешкой, одновременно о чëм-то усиленно раздумывая. — за сегодняшний чрезвычайно трудный день ты заслужила небольшое вознаграждение, не считаешь? — в каком смысле? — недоумевая, вопросительно пробормотала девушка.       альберих откинулся на спинку изысканного бордового кресла и сложил руки на груди, обворожительно ухмыльнувшись. эйда замерла, чуть сжав подол своей юбки. умеет же этот чёрт быть обворожительным! — очень выгодное предложение для всех нас, — шепнул он, наблюдая за чуть покрасневшей девушкой.       кэйа хмыкнул, удовлетворённый заинтересованной реакцией эйды, и нарочито медленно поднялся с кресла. обойдя девушку со спины, мужчина провел сильными руками по не закрытым упругой чёрной тканью плечам. едва коснулся горячими, шершавыми кончиками пальцев чуть выше лифа корсета. дразнящее, невесомое движение… эйда буквально макушкой чувствовала его тяжёлое дыхание. мурашки моментально обуздали её тело, давая начало странному щекочущему чувству внизу живота. в глазах загорелся некий азарт от сложившейся ситуации, но быстро оборвался — спустя пару томительных секунд сладостной пытки кэйа убрал руки, чуть растрепав длинные пряди девушки. люди привыкли к его фривольному стилю общения. эйда думала, что подобные выходки у него в порядке вещей. тем не менее, игла ревности из раза в раз больно жалила, только она представляла, как он флиртует подобным образом с кем-нибудь… — м-м-м… — несвязно промычала, всего на секунду забывшись.       защёлка на двери медленно интригующе повернулась несколько раз, вызывая легкое недоумение эйды. альберих подошёл к уже поднявшейся с кресла девушке и аккуратно подтолкнул её к столу, заставляя опереться о единственную твёрдую поверхность поясницей. нависнув над ней, захватил в плен манящих синих, словно глубокое море, глаз, таких пустых и бездонных. в них нет ничего кроме боли, скрываемой за светло-голубоватыми искрами напускного нарциссизма и клоунады. порой эйде хотелось переступить черту, узнать его ближе, но каждый раз ей словно что-то мешало. то ли её неуверенность в правильности своих действий, то ли каменная стена, выстроенная между ним и общественностью. он медленно наклонился к её лицу, сокращая расстояние между их губами до считанных сантиметров. и остановился. являясь неоспоримым инициатором, не хотел давить, давал шанс к отступлению. медленно поднял руку к её щеке, оглаживая тёплой ладонью кожу. не выдержав напряжения, эйда сама потянулась навстречу, страстно впиваясь в сухие губы своими. поцелуй был долгим, мучительно нежным и ангельским, словно это первая любовь подростков. усмехнувшись, девушка самоуверенно толкнулась острым язычком в его губы. он на миг остановился, чтобы запечатлеть в своей памяти этот фрагмент. напористый поцелуй стремительно перерастал во что-то ещё более интимное.       кэйа нехотя оторвался, промычав что-то, и медленно приблизился к уху девушки, искушая еë прерывистым томным дыханием. эйда в нетерпении вздрогнула, протяжно хныкнула, и парень опустил руку с щеки ниже, проводя большим пальцем по выступающей жилке на шее. ладонь опустилась на плечи, обрисовывая пальцем чуть выпирающие ключицы, и ещё ниже, задерживаясь на середине солнечного сплетения. он несильно оттолкнул её от себя, заставляя спиной упасть на стол. — что ты делаешь? — непонимающе откликнулась девушка, поднявшись на локтях. — вознаграждения бывают разными, — томно прошептал кэйа, сверкая потемневшими от нарастающего возбуждения глазами, и потянулся к корсету остолбеневшей девушки. — увы, я силён только в таких…       развязывал узлы он столь умело, словно тысячи раз тренировался. эйда, конечно, тоже не невинный божий одуванчик, но этот факт не мог не расстроить. расправившись с последней петлёй, кэйа отбросил куда-то в сторону ненужную в данный момент тряпку, позволяя себе в полной мере насладиться аккуратной грудью девушки. он нагнулся вперёд, заставляя эйду полностью лечь на лопатки. выставил руки по обе стороны от хрупких девичьих плеч и, не сводя глаз с её румяного личика, жадно впился в сладко пахнущую маслами шею. чёртов искуситель. из искусанных уст раздался первый рваный выдох, который она всеми силами старалась сдержать. кэйа остановился всего на несколько секунд, позволяя себе нагло ухмыльнуться, словно довольный кот, и продолжил постепенно выцеловывать каждый миллиметр её тела. шея стремительно покрывалась наливающимися алым укусами. обвёл, чуть надавливая, пальцем элегантные остро выпирающие ключицы и спустился ниже. умело сжал зубами нежно-розовый, уже затвердевший сосок, пошло причмокнув. провёл шершавым языком по его ореолу и вырвал из уст прогнувшейся в спине эйды короткий, но, тем не менее, сладостный стон. наслаждение возлюбленной — услада для ушей.       все нормы приличия полетели к чертям, когда девушка, притягивая кейю к себе за шею и сжимая пальцами кожу до синяков, впилась в его губы очередным страстным поцелуем. чуть трясущимися руками она потянулась к рубашке любовника, но была остановлена. её ладони перехватили и сжали над головой. парень свободной рукой потянулся к своему коричневому ремню с пряжкой, украшенному синими камнями, и, чуть-чуть повозившись, сцепил их вместе с одним из столбцов своего кресла. несильно сопротивляющаяся девушка одарила альбериха чертовски скептическим взглядом, что не помешало ему гаденько хмыкнуть и вернуться к излюбленному занятию. сжав обе груди в руках, он блаженно прикрыл глаза, наслаждаясь её рваным стоном. проложив себе путь невесомыми щекотливыми касаниями по талии, огладил бока эйды и влажными поцелуями спустился к плоскому животу. поцеловал пуп, проведя кончиком языка вокруг углубления, и дунул. мурашки прошлись по всему телу девушки, и она легонько взбрыкнула от наслаждения. — ты такая сладкая и вся моя… — увлечённо прошептал он, заглядывая в глаза раскрасневшейся от смущения и похоти девушки.       рыкнув, эйда на секунду прикрыла глаза. так не хотелось выдавать этому гадёнышу, какое удовольствие он доставил ей одной фразой… она, конечно, не какая-нибудь донна, но когда в её жизни достаточно часто стал фигурировать саркастичный чёрт с томным голоском и сладкими речами, девушка узнала себя с новой стороны. — ещё слово, и ты окажешься в костюме горничной, прикованным наручниками к кровати — я буду только рад примерить его для тебя, — провёл руками по обтянутым чёрной юбкой бёдрам. — может, ты будешь почаще появляться в моём кабинете в одном кружевном фартучке?       эйда охнула от неожиданности, когда кэйа с головой вдруг нырнул ей под юбку, горячим дыханием опаляя внутреннюю сторону бедра. девушка облизнула сухие губы и, за не имением возможности пошевелить руками, сжала собственные бёдра, тем самым заставив его носом уткнуться в своё бельё. парень хохотнул и, забросив её ноги себе на плечи для большего удобства, провёл носом по намокшей от столь гигантского сексуального давления ткани. эйда вздрогнула всем телом, неосознанно толкнувшись в сторону наслаждения. кэйа зафиксировал её колени рельефными ладонями и языком широко мазнул по мокрой области. девушка хрипло застонала, забарабанив ногами по спине парня. спустив одну руку, он успокаивающе погладил её по бедру. подцепив пальцем резинку белья, оттянул и резко отпустил. — ты, чёртов!.. — я знаю, что хорош, принцесса, — игриво шепнул тот и оставил кружевную ткань болтаться на лодыжке.       кэйа на пробу, нарочито медленно, провёл шершавым языком по внутренней стороне бедра опасно близко. уловив лишь очередной хриплый стон наслаждения, нежно прошёлся по половым губам. раскрыв их, размазал предэякулят по клитору. эйда в ответ протяжно выкрикнула что-то между ругательством и именем избранника, надрывая голосовые связки, и с силой сжала бёдра. ничего кроме эпитетов в голове не задерживалось, а язык заплетался, когда она пыталась что-то выговорить. ему приходилось усиленно давить на кожу, оставляя синяки, чтобы просто не умереть зажатым между бёдрами могучего почётного рыцаря. глупая смерть, несомненно. несмотря на это, движения стали интенсивнее. парень давил на клитор, всасывая и отпуская. опустился ниже, размазывая смазку по входу. — вкусно. пробовал бы тебя каждый вечер, как наилучший десерт, — томно напел кэйа, когда его растрёпанная макушка появилась из-под юбки. горящие глаза, чуть пунцовые скулы и капельки пота, стекающие с шеи под рубашку. — мхм… — она усиленно начала вырываться из захвата ремня, подчиняясь желанию запустить пальцы в его волосы, зацеловать всего.       длинные мужские пальцы тем временем огладили горячее влагалище, с удовольствием поддерживая издевательский зрительный контакт. указательный палец с пошлым хлюпающим звуком проник внутрь, и эйда вновь громко и рвано застонала. кажется, альберих вылез только лишь чтобы любоваться её томно закушенной губой, нахмуренными бровями и алыми пятнами на лице. к указательному добавился средний, сменяя движения на манер ножниц. — сукин ты с-сын!..       можете не верить, но я ставлю миллион моры и душу матери эйды на то, что она с сиплым шёпотом излилась ему в руку только из-за этого чёртового тихого смеха.       альберих глаз не мог оторвать от прикрытых век с подрагивающими в эйфории веками, укусов на шее и ключицах, аккуратных рельефных рук. уже не разобрать, когда привычный лёгкий запах разврата и похоти сменился жаром кожи, духотой и отдышкой. — это ещё не конец. как бы мне не хотелось прямо сейчас вылизать тебя, выцеловать твои губы, заставить биться раненой птичкой в клетке от множества оргазмов, я… — ну уж нет, пижон, развязывай меня, — отойдя от звёздочек и салютов в глазах, эйда бросила хмурый, немного расплывчатый взгляд на парня. — хм? — ухмылочка расплылась на его смуглом лице, когда он медленно наклонился к её лицу, испытывающе взирая, и медленно, с наслаждением облизнул каждый палец. — развязывай, — вспыхнув как спичка, но не стушевавшись, буркнула эйда.       кэйа внешне оставался спокойным, отвязывая тонкие запястья, которые слегка натёрлись и покрылись красноватыми полосами. тем не менее, в мыслях он паниковал и боялся её реакции. вдруг она не хотела этого? ошибка? он противен ей? ненавистен? зачем?.. нужно было оставить все как есть. друзья, просто хорошие друзья, напарники и собутыльники. просто… — …чёрт возьми, — выругался парень, когда она с силой потянула его за жилет на себя, заставляя упереться ей в грудь. смотрела нагло, развязно. — теперь я отыграюсь на тебе.       эйда перевернула парня на спину, её длинные волосы и упругая грудь подскочили за ней. девушка впутала длинные тонкие пальчики в его синеватые пряди, с особым наслаждением прикрывая глаза, и выгнулась дугой. альберих ухмыльнулся, забывая о прежних страхах, и обеими руками притянул её ближе за талию, кожа к коже. почти. и это стоило исправить. эйда опустила руку ему на висок, огладила скулу, медленно провела большим пальцем по приоткрытым губам и впилась в них очередным глубоким разгорячённым поцелуем. провела языком по губам, прикусывая чужую, и толкнулась в приоткрытый рот. борьба за главенствующую позицию сопровождалась хриплым мычанием и стекающей по подбородкам слюной. оторвавшись, трясущимися руками буквально сорвала с него жилет и рубашку, отрывая несколько пуговиц, и замерла, получая особое женское наслаждение. подтянутое смуглое тело, накаченные мышцы и поблёскивавший пот. — можешь любоваться сколько захочешь, принцесса, — шепнул кэйа и наконец смог прижать её к себе, полноценно ощущая соприкосновение кожи к коже. — я весь твой. — только мой… — провела носом по мощной шее, с остервенением впиваясь в покрытую потом кожу. оставила за собой багровеющие доказательства принадлежности альбериха исключительно ей. — как же меня раздражают вечно вьющиеся около тебя девушки. — мне льстит твоя ревность, — парень усмехнулся и запрокинул голову, тяжело хрипя. — никто не сможет мне заменить тебя.       выпутавшись из крепких рук, эйда быстро расправилась с брюками и спустила их до колен, с вызовом взирая на любовника сверху вниз. он совершенно не чувствовал дискомфорта и ухмылялся в ответ. девушка опустилась на колени перед столом, вынуждая кэйу подняться и чуть опереться о крепкое дерево поясницей. он между делом размял затёкшие конечности, доставляя ей зрительное удовольствие перекатывавшимися под кожей мышцами. — ты так соблазнительно смотришься на коленях, — сказал парень, приподнимая её лицо за острый подбородок, и игриво улыбнулся уголками губ.       эйда недовольно сморщила нос, стянула белье, упавшее к его лодыжкам вслед за брюками, и мстительно обхватила ладошкой орган у основания. полностью нагой альберих выглядел словно аполлон, нет, дионис, спустившийся с небес. девушка не постеснялась высказать данную мысль, за что была вознаграждена его чёртовым хриплым смехом, которым можно было довести до сотни оргазмов. она медленно провела по стволу, нежно облизнула головку. кэйа издал тихий рык, вплетая свои пальцы в её волосы и наматывая их на кулак. эйда обхватила член губами, проталкивая его в горло, в то время как мужские пальцы впились в кожу головы сильнее. девушка невольно захрипела от неподдельного удовольствия. не сбивая ритма, скользнула опухшими раскрасневшимися губами вверх-вниз. альберих чертовски сексуально застонал, утыкаясь носом в свободную руку, и неосознанно протолкнул член глубже в горло возлюбленной. хотелось, чёрт возьми, кончить от одного лишь понимания, что это всё принадлежало эйде. теперь — очевидно. она подняла глаза на него и невинно подмигнула. кэйа рыкнул, за волосы оттягивая девушку от своего члена, поднимая с колен и грубо впиваясь в её губы. чувствовался привкус собственного предэякулята. ей до мурашек нравилось контролировать его, вызывать дрожь в руках, заставлять стонать и повиноваться. кэйа в тот же момент излился ей на белый кружевной фартучек, протяжно, с хрипотцой, застонав прямо в губы.       неохотно оторвавшись друг от друга, любовники тяжело дышали, играясь в гляделки. — мой, мой, мой… — вновь вплетая пальцы в его волосы, без остановки шептала эйда и прижималась до невозможности близко.       так тепло… так по-особенному…       кэйа улыбнулся уголками губ, прижимая девушку к себе за талию и поглаживая поясницу широкими ладонями. устало положил голову на её макушку, вдыхая запах сессилий вперемешку с ветряными астрами. — как минимум статуя, а как максимум, я так понимаю, секс? — золотая середина, — хмыкнул он, поправляя топорщившиеся края её юбки. — я капитан кавалерии без кавалерии, у меня много свободного времени. можешь подойти в мой кабинет в любой момент, — без крупицы шутки, совсем серьёзно шепнул парень, заглядывая в гипнотические глаза эйды, и прижался лбом ко лбу.       чрезвычайно уставшие, но полностью удовлетворённые, разморённые они совсем скоро засопят друг на друге. на грани сна кэйа, как истинный джентельмен, укроет девушку пледом на узком диване, а сам осядет на полу, рассматривая её милое сонное личико в свете одинокой луны.       после этой ночи между ними что-то определённо изменится, но он уверен, что всё также желает с остервенением еë защищать и крепко держать за руку, переплетая пальцы.

***