в нашей вселенной

— Нет, Денис, я не обиделся, но можно было ведь просто позвонить или написать, — недовольно говорил Коряков, покачиваясь на школьном стуле. — Ну я же извинился уже, — Коломиец сидел рядом, раскинув руки на парте, — Я не хотел, чтобы ты волновался, — оправдывался парень. — Да че волноваться, у тебя же ничего не нашли? — спрашивает Илья, напоминая в целом причину мелкой ссоры. В двух словах: Денис не сообщил Илье о отъезде в больницу, где у него искали какую-то серьезную болячку. — Не нашли, — радостно ответил Денис, и ответ его заглушил звонок на урок. Коряков глянул на друга с подозрением, но все же решил не развивать небольшую ссору в огромную катастрофу. Коряков быстро забыл эту ситуацию, эта ссора никак не повлияла на него и его настроение, но парня волновало то, как это отразилось на друге. Коломиец все уроки сидел как на иголках, часто задумывался, летал в облаках, порой игнорируя вопросы приятеля, а пару раз и учителя. — Коломиец, это что такое? — прикрикнула женщина в возрасте, поправляя очки, постоянно сползавшие на нос, — Весь урок ворон считает, посмотрите на него! Денис опустил голову и поджал губы. Весь класс обернулся на него, ехидно щуря лица и посмеиваясь. Один лишь сидящий рядом Илья видел и понимал состояние парня, — тот был на грани и, кажется, готов был заплакать. — Еще раз и будем говорить по-другому! — не уставала ругаться учительница математики, но после переключилась на другого ученика. Коряков внимательно следит за тем, как вздрагивает тело Дениса и вниз с щеки на парту капает слезинка. Он не может смотреть на такое состояние друга, но и сделать с этим сейчас ничего не может. Да и не понимает, о чем вообще эти слезы: Коломиец переживает из-за утренней ссоры, или же проблема в злом тоне преподавательницы? А может все намного сложнее и глубже, может случилось то, о чем не следует знать даже Илье — лучшему другу Дениса. О последнем Коряков, конечно, не особо думал, ведь они лучшие друзья, а лучшие друзья ничего не скрывают, насколько бы горькой правда не была. Раздумия прерывает громкий звонок. Одноклассники подскакивают с мест и под крик «Куда засобирались, я никого не отпускала!» скидывают учебники в сумки и спешат на выход. Коломиец сидит на месте, так и не подняв голову. Учительница цокает, хватает со стола журнал и тоже уходит, стуча каблуками. Илья заботливо собирает вещи Дениса, берет обе сумки — свою и друга — хватает того за руку и уходит прочь, сдерживаясь, чтобы не сказать женщине в спину что-нибудь колкое и язвительное. — Денис, да не парься, эта дура вечно на всех орёт, — успокаивающим, мягким тоном говорит Илья, крепко держа руку Коломийца, ведя того к раздевалке. Тот лишь успевает утереть глаза рукавом, дабы это не увидели и другие ученики. Уроки у старшеклассников кончились, сейчас здесь слишком много лишних глаз. — Я чёт не понял, — говорит из-за спины знакомый голос и парни оборачиваются. Видят перед собой Вову Семенюка — парнишку из общей компании, тот старше ребят всего на год. — Ну ты умом никогда не отличался, но поясни, что конкретно ты не понял? — Коряков посмеивается, решив, что Вова имеет ввиду заплаканное лицо Дениса и переживает, ведь знает, как важно для Коломийца, чтобы никто не узнал об этом. — Давно вы в педики заделались? — ребята округляют глаза, ошарашенные таким вопросом, хотя от Семенюка и не такое можно услышать. Денис резко руку отрывает от Корякова и второй понимает о чем речь. — Иди нахуй, — язвит Коряков, проходя в раздевалку, а Вова за спиной громко смеется.

***

— Почему мы сидим здесь, а не идем гулять, например? — возмущается Семёнюк, раскинувшись на чужой кровати, — И что, что там погода плохая и ветер сносит? — лицо расплывается в непонятной вопросительной гримасе и Коряков ударяет себя по лицу и вздыхает. — То есть, это тебя совсем не смущает, — он резко одергивает штору и указывает на деревья, что вот-вот улетят из-за сильного ветра. — Не особо, мне вообще похуй на это, — парень складывает руки за спиной, упёршись в стену. — Ну, мало ли, Денис опять заболеет, чё я в школе один буду делать? — Ой, извините, забыл, что Дениска у нас такой болезненный мальчик, — саркастично проговаривает Вова и ловит недовольный взгляд Ильи, — И в чем же я не прав? И Коряков задумывается, а действительно, в чем же Семенюк не прав? Да он абсолютнейше прав. Кажется, Илья даже не помнит и дня, когда Денис не пришел бы в школу с насморком, головной болью, кашлем или чем похуже. И это еще самое хорошее, что с ним могло бы быть. На физкультуру Коломиец тоже не ходил никогда, вечно со справкой, Коряков в подробности никогда особо не вдавался, да и ему казалось, что даже сам Денис порой не знает, чем он болен, и почему мама постоянно таскает его по больницам и так переживает. — Да ну, бред какой-то, — отнекивается Илья, скрестив руки на груди и нахмурив брови. — Да он даже сейчас ушел на кухню за водой, чтобы выпить таблетки, ты не задумывался, от чего? — он поднимает брови вопросительно и смотрит на друга. Илья ничего не отвечает, ведь ответа попросту не знает, а в комнате уже наконец появляется Коломиец. Вечер ребята проводят за играми, странными фильмами, которые очень нравятся Вове, а остальные просто смотрят, чтобы не спорить с ним. Шумные разговоры прерывает мама Ильи, вернувшаяся с работы. Семенюк уходит первым, говоря что он обещал кому-то еще зайти, но ребята этим не особо интересуются. Коломиец остается еще на немного подождать пока стихнет ветер. Начинает переживать, потому что погода совсем не меняется, только хуже становится. Тогда Коряков предлагает тому остаться у него на ночевку, но Денис ссылается на то, что как-то неудобно. Илья не понимает, почему он так решил, ведь раньше ночевки были частым развлечением, особенно летом, когда в школу ходить не нужно и можно всю ночь веселиться, а после проспать до вечера и получить от мамы. Илья убеждает Дениса в том, что нет ничего неудобного и он с радостью разделит свою кровать с другом, но тогда Коломиец придумывает новую причину, говорит что мама будет переживать и может не разрешить Денису остаться с ночёвкой. Но и эту проблему Илья решает в два счета — с отпрашиванием Дениса ребятам помогает мама Ильи. — Скажи честно, что-то случилось? И связан ли я с этим? — вдруг спрашивает Илья, надеясь на то, что друг по ту сторону кровати ещё не успел уснуть, как вдруг слышит сбившееся дыхание и глубокий вдох. — Да ничего не случилось, не переживай, просто день как-то не задался, — объясняет все Денис и разворачивается лицом к Илье. Тот повторяет его действие и какое-то время они в тишине разглядывают друг друга. — Надеюсь, что это действительно так, — наконец отвечает Илья и стыдливо отводит взгляд, вспомнив, что говорил сегодня в школе Вова, и осознав, как странно это выглядит.

***

— Ну что, Дениска не заболел пока домой шел, дождь же только к утру кончился? — саркастично спрашивает Семенюк, выходя из своего подъезда. — Очень смешно! Он у меня оставался ночевать, — за Коломийца отвечает Илья. — Ой, вкупе с вашими держаниями за ручки это очень даже подозрительно, — смеётся Вова, подтолкнув Дениса в плечо, — Да ладно, я ж шучу. Вы, кстати, вкурсе, у нас физ-ра сегодня вместе, круто ведь? Посмотрю как Денчик сидит на лавочке и грустит. Коломиец уже привык не воспринимать всерьёз подколы друзей, хотя порой они все же раздражали. Из всего окружения парня над ним не шутил разве что Коряков. Хотя, тот раньше тоже любил вбросить что-нибудь касаемо болезненности лучшего друга, но потом осознал, что не всегда эти шутки уместны и точно не приятны. Иногда Денис сам над собой шутил, чтобы его вечные болячки хоть немного казались не такими надоедающими и не дающими спокойно жить. Весь день Илья и глаз не спускал с Коломийца. Он выглядел потерянно, стал менее сконцентрированным, намного меньше обычного говорил, чаще просто слушал разговоры друзей, иногда кивая и поддакивая. На следующий день Денис не пришел в школу. Илья забеспокоился, но получил на телефон сообщение о том, что друг снова приболел. — Илюх, ты серьезно? — Да, серьезно. — Да ты гонишь! — Семенюк не верил ни Илье, ни самому Денису, — Он же буквально три дня назад выздоровел и наконец явился в школу! — Ну да. Можем к нему сходить сегодня, убедишься, что не врёт. Окончания уроков парни ждали с большим нетерпением и сразу после последнего урока направились к другу домой. Дверь долго не открывалась и ребята стали переживать, постоянно переглядываясь, но не говоря ни слова. Наконец, дверь открылась и за ней показался Денис, завернутый в теплое одеяло. — Привет, Дениска, — Вова заулыбался и прошел в квартиру. Следом зашел Илья, которому, в отличии от друга, было не так весело, — Я просто поражаюсь твоему иммунитету. Погода сегодня отличная, а ты болеешь, даже жалко, могли бы сходить погулять. — В последнее время очень часто болею, не знаю, почему, — объясняет Коломиец, садясь на компьютерное место и уступая друзьям место на кровати. Илья обеспокоенно осматривает Дениса, пока Вова увлеченно рассказывает тому, что происходило в школе, пока его не было. Корякова удивило то, что несмотря на довольно жаркую для весны погоду Денис был одет в штаны с кофтой, так еще и закутан в одеяло. Может, конечно, из-за болезни он сильно замерзал, но Илья парился даже в футболке. Денис выглядел очень уставшим: кожа приобрела бледный светлый оттенок, а под глазами отчетливо виднелись синяки. Хоть немного скрасив болезнь Дениски, Вова с Ильёй уходят, пообещав зайти и завтра, и послезавтра, да и вообще будут приходить столько, сколько потребуется, вплоть до полного выздоровления. Выздоравливает и приходит в школу Коломиец только через неделю, хотя выглядит он все еще болезненно. Илья снова подмечает, что Денис слишком тепло одет, хотя погода на улице уже практически летняя — последний весенний месяц всё-таки. — Тебе не жарко? — интересуется Илья, который сам еле выдерживает такую жару. — Нормально, — отвечает Денис и посильнее опускает рукава кофты. Коряков пожимает плечами, мол ему все равно, хотя это вовсе не так. Ему кажется, что Денис скрывает что-то. Он чувствует, что с Денисом не все в порядке. Но сделать с этим ничего не может. — А сегодня сможешь пойти гулять? — интересуется Коряков уже безо всякой надежды, но, получив положительный ответ, приободряется и улыбается, — Наверное, не стоит так тепло одеваться, жарко всё-таки, — Илья намекает на то, чтобы Денис всё-таки перестал ходить в теплой кофте в жару, хотя уверен в том, что Коломиец не снимет ее будь на улице и сорок градусов тепла. И всё-таки кофту Денис не снимает, парится в ней всю прогулку, но друзьям говорит, что все в полном порядке. Вова с Ильёй то и дело переглядываются, но решают ничего не спрашивать. — Я уже упарился, вот честное слово. Нахуя мы днём гулять то поперлись? Могли же вечером, когда прохладно будет. Вон, Денис вообще, наверное, весь мокрый, — высказывает свое недовольство Семенюк и указывает рукой на Коломийца. Илья оборачивается на того и замечает, как тот рефлекторно подвернул рукав кофты, но заметив взгляды друзей тут же одернул ткань обратно. Но Коряков успел заметить покраснения и пару синяков на руке. По реакции Вовы он понял, что тот ничего странного не успел заметить. — Да нет, все нормально, — в очередной раз оправдывается Коломиец и предлагает ребятам пойти к кому-нибудь домой, раз Вове не нравится жара.

***

Коряков просыпается от хлопка входной двери и чужих голосов. Он не может разобрать, кто именно пришел, но точно кто-то знакомый. Парень наконец открывает глаза и, проморгавшись, глядит на часы. Понимает, что ещё слишком рано для того, чтобы проснуться, выходные ведь, но снова уснуть не получается. Илья сует руку под подушку, нащупывая там телефон. На дисплее высвечивается сообщение от Дениса: «Мои родители ушли к вам в гости, придешь ко мне?» Прочитав сообщение Илья невольно заулыбался, потому что в последнее время общение с лучшим другом сходило на нет: Денис часто болел и отсиживался дома, в школе его часто задерживали, ибо конец года, а он все отсутствует и отсутствует на уроках, Илья чаще проводил время с Вовой, и мама Дениса не всегда разрешала ребятам часто приходить, переживала, что тоже заболеют. Общение держалось лишь на переписках и совместных ночных играх по сети. Но такое общение не могло заменить общение в живую. Так что, получив приглашение, Илья наполнился силами. Выйдя в коридор, Коряков прислушался к разговрам на кухне и убедился в том, что это родители Коломийца. Пытаясь осторожно пройти мимо кухни к ванной, Илья невольно подслушал разговор. Услышал что-то о скорой смерти и едва не запнулся о кота, лежащего посреди коридора, и создал много шума. Взрослые на кухне затихли и парень понял, как глупо спалил самого себя. Всё-таки решил дойти до ванной, но был остановлен голосом мамы. Нехотя прошел на кухню, по просьбе женщины, улыбнулся и поздоровался со всеми, но на их лицах не было ни капли радости. — Илюша, — обратилась мама Дениса. Она всегда его так называла, но сейчас это звучало очень странно и совсем не радостно, — Послушай, Денис тебе что-нибудь рассказывал? — этот вопрос заставил Илью задуматься, он не совсем понимал о чем вообще идет речь. — Рассказывал о чем? — спросил Илья, упершись плечом в дверной косяк. Женщина оглядела всех присутствующих и вздохнула. Ее взгляд был пронзителен, с каждой секундой Илье казалось, что она вот вот заплачет. — Денис болен, — кратко отвечает женщина, но Коряков пока не улавливает сути, ведь Дениска всегда чем-то болеет и это ни для кого не секрет. — Понимаешь, Илья, — отец Дениса встаёт и приобнимает Корякова за плечо, — Он не просто болен, он... — мужчина делает довольно долгую паузу, так и боясь закончить предложение, — он смертельно болен. Глаза Ильи округляются, он медленно оглядывает всех, надеясь на то, что это дурацкая шутка, а в груди как-то болезненно колит. Он молчит какое-то время, осматривает каждого по очереди, все выжидая, кто же из них скажет, что это была шутка и с его другом все в порядке. — Вы же шутите, да? — голос парня сменился на более серьезный. В горле встаёт ком. Получив отрицательный ответ Илья начал расспрашивать о болезни Дениса, о симптомах, и наконец все понял. Понял, почему друг так изменился, из-за чего стал таким невнимательным, понял, что носил закрытую одежду, чтобы скрыть синяки и покраснения, которые Илье все же удалось увидеть, но не удалось узнать, откуда они. И понял, о чем он постоянно думал и летал в облаках. — Мы не думали, что он скрыл это от тебя. Наверняка, не хотел тебя расстраивать. Илья и сам не понимал, почему Денис таил это в себе и мучался в одиночестве. Чтобы друг не расстраивался? Сам Коряков считал это полным бредом, ведь ему все равно в конечном счете придется расстроиться и смириться с потерей близкого человека. Да и Денису самому было бы легче проживать свою болезнь не в одиночестве, а с друзьями. Было больно осознавать, что эта тайна так долго скрывалась от парня, но он ни в коем случае не винил друга за это. Успокоившись, Коряков всё-таки решил пойти к Коломийцу. Не понимал, как ему вести себя после того, как все узнал, но решил пока ничего первым не говорить. Когда-то же другу придется признаться во всем. По дороге к Коломийцу Илья получил еще несколько сообщений и понял, что на первое забыл ответить. «Так ты придешь? Поиграем во что-нибудь, а то все по сети, да по сети» «Илья, мне тебя ждать?» Коряков пишет, чтобы тот его ждал и уже спустя пару минут звонит в звонок. В этот раз дверь ему открывают быстрее. Илья ведет себя странно, не может собрать мысли воедино, часто запинается. Коломиец не заостряет на этом внимание. Денис выглядит намного бодрее обычного, постоянно рассказывает что-то, почти не замолкая, задаёт Илье какие-то странные вопросы. Коряков мог бы порадоваться, что друг наконец-то расцвел и стал более жизнерадостным, если бы не одно но. — Ты когда-нибудь слышал о квантовом бессмертии? — Коломиец снова вкидывает какой-то странный вопрос и смотрит на Илью, ожидая ответа. Тот задумывается ненадолго и отрицательно качает головой, — Это такая теория, согласно которой во время смерти человека вселенная разделяется. Если в нашей вселенной человек умирает, то в какой-то другой он все еще продолжает жить. Коряков внимательно слушает эту необычную теорию, какое-то время ее обдумывает, пытаясь понять, что это все вообще значит. Ведь неспроста Денис завел об этом разговор, и Илья об этом знает. — Я бы хотел, чтобы ты был жив в нашей вселенной, а не в другой, — он наконец поднимает глаза на Дениса и тот замирает. — Так ты уже знаешь? — тихо удивляется Коломиец и, получив в ответ кивок, понимает, что ему больше нечего скрывать, — Тогда больше не о чем переживать, — он делает паузу и вздыхает, прежде, чем продолжить, — Меня скоро положат в больницу. Коряков не понимал, почему все так произошло и почему именно его лучший друг должен страдать, и вместо того, чтобы весело и счастливо проводить лето с друзьями, он обязан торчать в больнице и переживать болезнь, которую он, возможно, не сможет победить. И в том, что победа невозможна, Илья убеждается совсем скоро. Он уже не помнит, сколько он не может нормально пообщаться с лучшим приятелем, и сколько тот торчит в больнице под наблюдением врачей. Одним вечером получает сообщение от родителей Коломийца и тут же мчит в больницу.

***

Мужчина медленно подходит к Корякову, руку крепко сжимает на плече его, вздыхает тяжело, кратко кивает, и скрывается за белой дверью вслед за женой, которая, только сделав шаг за дверь, не выдержав, разрыдается в плечо мужа. — Привет, Денис, — он натягивает яркую улыбку и машет рукой. — Привет, — он даже не смотрит в ответ, пялясь в старый белый потолок. — Ну, как у тебя тут дела? — неловко произносит Илья, присаживаясь на край больничной койки. Та проседает под его весом с неприятным скрипом и Денис зажмуривает глаза на секунду. — Да нормально, — ответ был настолько очевиден, что не было даже смысла задавать вопрос. И настолько же очевидным было то, что Коломиец врёт о своем состоянии в очередной раз. — А что врач твой говорит? — он опускает руку на ногу Дениса, поглаживает сквозь одеяло и старается не смотреть на друга. — Да ничего. Коряков получает сухой ответ, не дающий совершенно никакой информации, но он то знает, что говорят врачи, знает, что родители его лучшего друга плакали всю ночь и даже звонили Илье, который и сам не сдержался, да и сейчас еле сдерживается, лишь бы не расстраивать Дениса в такой трудный для него момент. Илья прекрасно понимает, что Коломиец знает диагноз, знает, чем все может закончиться, но тоже делает вид, что все отлично, пока внутри рушится мир. — Я люблю тебя, — внезапно выпаливает Денис и Коряков резко разворачивается, глядит в глаза друга. Глаза Ильи уже полны слез, что так и норовят выйти наружу с громкими всхлипываниями. Он молчит какое-то время, подняв голову вверх, сдерживая слезы. Не понимает, как относиться к этим словам, но точно знает, что чувствует он сам. Слезы уже непроизвольно катятся по щекам. — Я тебя тоже, — он улыбается, руку свою сплетая в замочек с рукой Коломийца, — Я тебя люблю, Денис. Парни сидят в полной тишине, но больничная дверь с громким и неприятным скрипом открывается. За ней оказывается молодая медсестра, что «выгоняет» Илью из палаты, твердя о том, что прием окончен, уже поздно и надо бы оставить парня в одиночестве. — Ну ладно, прощай, Дениска. Я очень люблю тебя, — его глаза поблескивают от слез, которые он стирает рукавом кофты. Илья сжимает руку чужую до побеления костяшек и целует мягко напоследок. — Ты говоришь так, будто мы прощаемся навсегда, — Коломиец усмехается, но через секунду осознает всю глупость этой шутки в данный момент, — Я тоже люблю тебя, Илюш. Очень сильно, — всё-таки он решает немного сменить тему и улыбается, желая уже поскорее остаться одному и выплакаться напоследок. Но все же, пока друг не ушел, Коломиец поднимается, присаживаясь на кровати, хватает Илью за руку крепко и прижимается к его губам своими. Илья, оторопев, сначала было хотел отдернуть лицо в сторону — медсестра всё-таки все ещё за его спиной — но на поцелуй попытался ответить. Трудно сказать, что это был настоящий поцелуй, как в глупых романтических сериалах о подростковой любви, скорее мальчики просто прижимались губами друг к другу, крепко держась за руки, но и этого было достаточно. Коряков почувствовал солоноватый вкус на губах и все же разорвал этот нелепый поцелуй. По щекам Дениса текли слёзы и он пытался закрыться руками. Но Илья убрал руки и большими пальцами аккуратно убрал слезы с лица, улыбнулся и чмокнул того в горячую щеку. — Сколько мне ещё ждать? — послышался недовольный мерзкий голос медсестры, которая все это время стояла у окна и ждала. Коряков встаёт с койки — та снова скрипит протяжно и противно — смотрит на Дениса, кидает краткое «пока» и скрывается за дверью, окончательно оставляя друга одного. Коряков выходит из палаты, где его встречают родители друга, замучанные, с раскрасневшимися от бесконечных слез глазами. И Илья тоже не сдерживается, садится рядом с теми и плачет. Выплакивает все, что накопилось, все, что мучало его днями и ночами, провденными за размышлениями о том, что же скрывал лучший друг. Не желая ещё больше загружать родителей Коломийца, Илья уезжает домой, где может рыдать и биться в истерике так громко, что соседи придут и будут ругаться, но ему будет уже все равно. Спустя несколько часов он получает то самое сообщение, которое так врезается в сердце острым ножом и отдаётся ужасной колкой болью во всем теле. Сил плакать совсем уже не остаётся, поэтому Илья, раскинувшись на кровати, лежит, тупо пялясь в белый потолок уставшими глазами. ...всё-таки он не смог оставаться жить именно в нашей вселенной...