Правая рука Штапеля

Ранняя весна. Десятиэтажка. Кухня с выкрашенными чуть выше, чем до середины, синей масляной краской стенами . На древней газовой плите перекипают сосиски. Душно, хотя и приоткрыта дверь на балкон, но спертый стоячий воздух с застарелым запахом крови и дыма не хочет выходить, он уже давно поселился и живет здесь. За столом, спиной к плите, сидит Штапель - мужчина средних лет, среднего роста, среднего веса, симпатичный. Русый, кареглазый, с одной тату над бровью, в майке-алкоголичке и спортивных штанах. С сосредоточенной решимостью он отпиливает себе правую руку старой тупой пилой. Выходит плохо: левая рука у него не ведущая, пила старая и тупая. Но Штапель неумолимо пилит. Время от времени он отрывается, чтоб схватить окурок, вдохнуть свежей порции никотина, и снова пилит. Клубы свежего дыма неохотно плывут к щели балконной двери, выталкиваемые старым спертым и сероватым воздухом, он тут давно такой и не потерпит конкурентов. Вбегает Ленок - окрашенная в рыжий, склонная к полноте женщина,тоже средних лет: - Как ты, Штапель? - Паршиво. Пилится плохо! Такие тупые пилы делают, а на новую денег нет! Ленок сочувственно смотрит на руку, морщится, явно хочет отнять пилу, но берет в себя в руки. - Да, ужасно, - соглашается она и осторожно предлагает: - А может не надо пока? Вот сможешь купить новую, острую пилу с лазерной заточкой... Или вообще электрическую? А пока отложить? - Надо, - сурово отвечает Штапель. - Все люди как люди, обходятся без правых рук, один я как урод!! Надо пилить! Ленок внимательно смотрит на свою правую руку, которая у нее не отпилена нигде. - По-моему, у тебя довольно симпатичная... Штапель отрывается, смотрит на нее пристально: - Ты серьезно это счас? Хочешь, чтоб я был как злодей? Из тех, что дерутся? Вот этими самыми руками людей в лицо бьют? За волосы таскают? Говорят, у всех насильников было по две руки!!! Ты можешь жить, как хочешь, но я быть, как они, отказываюсь. Пилит руку дальше. Испуганный спертый воздух отодвигается от разъяренного Штапеля, и начинает чувствоваться запах сосисок. - Штапель, милый, прости, я не хотела! Конечно ты имеешь право быть безруким, как все добрые люди мира! - испуганно соглашается Ленок. Бежит к сосискам, снимает с газа кастрюльку, ищет чистую тарелку и не находит. Для мытья посуды нужны две руки, а пользоваться правой - грешновато. Потому Штапель откладывает это дело на потом, как и другие дела. Ленок моет одну из тарелок, взяв из горы в мойке, кладёт сосиски, находит хлеб. У Штапеля тем временем начинает сочиться из руки кровь. Ленок подходит к нему с сосисками: - Вот, перекуси пока. Больно, да? - Больно. Потерплю. Штапель ест сосиски одной левой рукой, а Ленок бежит за ваткой и перекисью в ванную. Приносит, возится с раной, пока Штапель морщится, но принимает сочувствие и ест сосиски. Потом он начинает говорить: - Не могу так жить. Почему я не родился сразу без правой руки? Ведь некоторым везёт, сразу культя и все, от рождения! Ведь мне этой правой рукой тоже иногда хочется кого-нибудь стукнуть. Особенно праворукого, обижающего других! Откладывает сосиски, идет курить на балкон. Спертый воздух осторожно тянется вслед. По улицам ходят люди, все с правыми руками. С балкона это отлично видно. - Как они так могут, как, не понимаю? - стенает Штапель и уходит с балкона назад. Пока он ужинает, они с Ленком говорят об искусстве и архитектуре. Покончив с сосисками, Штапель принимается за правую руку с удвоенной силой. Ленок приносит ему тряпочку: вдруг будет не так больно, если пилить через неё. Выходит худо, и она уносит окровавленную тряпочку, взамен приносит анальгин и парацетамол. Штапель пьет таблетки и пилит. После колес он переходит на водку и разговоры о сволочах. Врывается Ворон: он чуть младше Штапеля и Ленка, высокий, борзый, с торчащими дыбом окрашенными в зеленый волосами. - Аre you ахуели тут? Ворон пытается отнять пилу, объясняет, что можно не лупить людей, даже если ты не отпилил себе правую руку, пытается наложить повязку на рану Шпателю. Спертый воздух на всякий случай забивается в дальний угол подальше от происходящего. - Ты хочешь, чтоб я был, как они! - трагично произносит Штапель. - Чтоб я посмотрел на тебя и был с правой рукой, но я не ты, я буду ею драться! Ты желаешь, чтоб во мне взошли семена зла! И я был, как эти! Ленок плачет, поднимается, тихонько подбирает пилу и уходит в спальню - отпиливать правую руку, которой ей тоже хотелось дать в лоб Штапелю и отобрать пилу. В ее правой руке зло, его нужно искоренить. Эпилог Смеркается. В одном из домов через пару кварталов от квартиры Штапеля на полу драматично сидит Фарик, молодой мужчина, младше Ворона. Он пилит себе шею зажатой в правой ноге пилкой для ногтей. Денег у него нет ни на какую пилу, рук уже тоже. Но он должен справиться, ведь ртом в этой голове люди говорят ужасные вещи. А уж что они думают находящимся в ней мозгом...