Да, пипец просто...

      Поттер аппарировал в Лондон и долго бродил по вечерним улочкам, без единой мысли в голове. Его прогулка больше напоминала завершившийся дома "забег от себя". Гарри уснул, едва повалившись на постель. Проснувшись от звонка будильника и открыв глаза, он увидел перед собой привычную галлюцинацию.       — Доброе утро, — произнёс Гарри, садясь на постели. — Хочешь, примем душ вместе?       Иллюзия ничего не ответила. Она молча последовала за Поттером в ванную.       — Скажи что-нибудь, — раздевшись Гарри забрался под теплый душ и, погладив возбуждённый член, вспомнил поцелуи со Снейпом.       — Что это вы делаете, мистер Поттер? — произнесла иллюзия, хоть за шумом воды этого было не особо слышно, да и не было это важно. Она всё равно не могла сказать ничего нового.       Возбуждение нарастало.       Гарри прикрыл глаза, озвучивая свою мысль:       — Я думаю, у нас может что-то получиться. Да и Драко рекомендовал тебя как опытного любовника.       — Прекратите немедленно, — произнесла иллюзия, стоя перед внутренним взором.        Гарри нехотя повиновался, убрав руки от члена. Это вынужденное покорство завело его не на шутку. Он был как оголенный нерв. Хотелось до зубовного скрежета коснуться себя и в пару движений завершить дело. Он, словно мартовский кот, был готов тереться обо что угодно.       Гарри выкрутил вентиль, регулирующий холодную воду, до максимума. Ледяная вода, хлынувшая на разгоряченное тело, помогла отвлечься и взбодриться.       Одевался он уже в одиночестве.       На работе его традиционно встретила Лиза. Сегодня на девушке была блузка из ткани, больше похожей на вуаль. В ней она скорее была раздета, чем одета. Это было бы слишком откровенно, если бы не деловой пиджак на её плечах.       Галлюцинация появилась незамедлительно, вместе со здоровой реакцией молодого организма.       — По какому поводу наряд? — несколько раздражённо произнёс Гарри, разглядывая иллюзию. У Снейпа была классная задница, которую он не додумался пощупать в реале.       — Сегодня приезжает француз.       — Это сегодня?       — Да, — резко ответила Лиза. Ей стало обидно, что Поттер смотрит на пустое место, а не сквозь её блузку.        Гарри перевел взгляд на Моро.       «С другой стороны, — рассудила она. — Если, Гарри смотрит на иллюзию, то наряд ему понравился».       Моро сменила гнев на милость:       — С минуту на минуту должен уже появиться.       — Совсем забыл… — Гарри ударил себя по лбу раскрытой ладонью. — Я обещал Марку проверить один дольмен в Шотландии.       — Мистер Поттер, вы не можете уйти.       — У меня не выполненная работа.       — Половина отдела разбежалась под благовидным предлогом, — пожаловалась на коллег секретарь. — Что я скажу Серому?       — Правду. Что этот перец всех достал.       В коридоре послышалась французская речь, из-за поворота вышел тот самый «перец», мурлыкающий себе под нос песенку.       Лицо француза озарилось улыбкой, когда он встретился взглядом с Поттером. Опытный англичанин не растерялся, а быстро и точно установил внушение: коридор пуст. Ты никого не видишь.       Иностранный гость покрутил головой и пошёл в сторону приёмной старшего невыразимца, продолжая излучать хорошее настроение и радуя окружающих издаваемыми картавыми звуками.       — Это потрясающе, мистер Поттер.       — Спасибо, Лиза.       — Но незаконно.       — И сложнодоказуемо.       Моро улыбнулась.       — Ладно, ушёл. Сегодня меня не ждите.       — До завтра, мистер Поттер.       — Пока, Лиза.       Гарри забежал к Гермионе на третий этаж, в отдел по связям с маглами, прежде чем выдвинуться по заданию начальства, которое откладывалось им последние три недели. Он отдавал предпочтение более важным и интересным делам.       — Доброе утро! — Грейнджер первая отреагировала на появление гостя.       — Доброе, — произнёс Гарри, оглядывая её небольшой кабинет. Магловские вещи здесь органично сочетались с магическими, не вызывая ощущение борьбы, как в доме на Гриммо. Тут было мило и уютно. Никто и никогда и не подумал бы, что хозяйка кабинета работает аналитиком. Порой Гарри казалось, что уходя с работы, Гермиона оставляет свой мозг на рабочем столе, потому что «особо ценные вещи» не подлежат выносу. Только этим обстоятельством объяснялись иногда её поступки.       — Ты решила открыть в министерстве цветочный магазин? — Поттер указал на множество букетов, стоящих в беспорядке по всему кабинету.       — Драко пообещал заваливать меня цветами до тех пор, пока я не соглашусь пойти с ним на свидание.       — Какой злодей, — восхитился Поттер ловкости слизеринца. Ни одна женщина не выкинет цветы, и они будут стоять, напоминая ей о личности дарителя. — Белые розы, я так понимаю от него, а красные от кого?       — Не знаю. Карточки не было.       — Может, от Рона? — предположил Гарри. Не мог же его друг упустить из внимания то, что Хорёк подбивает клинья к его девушке.       — Мы с ним расстались месяц назад.       — Ты не говорила.       — Я тебя очень давно не видела, а ходить по друзьям и рассказывать о переменах в своей личной жизни… Нет, спасибо. У меня много других дел.       — Однако, с Джинни ты нашла время встретиться.       Грейнджер опустила взгляд.       — Зачем? — Уточнений не требовалась.       — Я не хотела, чтобы она переживала, — выдавила из себя Грейнджер, крутя в руках карандаш. — Извини. Я хотела как лучше.       — Что сделано, то сделано. Как от этого избавиться?       — Джинни может снять заклинание, — Гермиона подняла взгляд на Гарри.       — Я к ней не пойду. Неизвестно, что ещё придёт Джинни в голову. Я больше ей не доверяю.       — А мне?       — Я хочу думать, она тебя заставила. И у нее есть на тебя компромат.       — Нет. Его нет.       — Жаль…       — Она обвинила нас в любовной связи…       — И ты решила стать хорошей за счёт меня?       — Нет. Мне просто нужно было дообкатать заклинание…       — Стоп! Ты попробовала его уже?       — Да. На Роне, — призналась тихо Гермиона, и быстро добавила. — С его согласия, разумеется. Разнообразить, ну ты понимаешь… Я же не знала, что его чувство было наведённое. А это заклинание сбрасывает любое наваждение. Этим оно и ценно.       — Почему тогда ты не поставила эксперимент на себе? — спросил Поттер, сознавая, что он с Роном оказался, по сути, в одной лодке.       — Я поставила. Именно поэтому мы с Роном расстались друзьями.       Гарри хотел узнать у Гермионы, кто это сделал с ними? Но ответ, ему, к сожалению, был очевиден. Это был тот же самый человек, что послал его на смерть. И то, что он сам мёртв, в некотором роде его извиняет. И чтобы свернуть с намечающегося неприятного разговора, Гарри воскликнул:       — Бедный Малфой! Он не знает, на что подписался! — Поттера напрягала привычка подруги ставить эксперименты над своими ближними. — Или знает?       — Знает.       — Вы оба чокнутые.       Гермиона бросила на него гневный взгляд.       — Но это ваше дело. Как мне избавиться от иллюзии?       — Займитесь сексом.       — Это понятно. А самоудовлетворение на иллюзию, сойдёт за секс?       — Нет.       — Я почему-то так и подумал.       От Грейнджер Гарри ушёл в раздрае. Он не знал, чего хочет больше — прибить её, или зацеловать за тягу к сомнительным экспериментам. Благодаря ей мир открылся с новой удивительной стороны.       У выхода из министерства Гарри столкнулся со Скиттер, одетой в темно-синий костюм с рисунком крупных алых роз. От нее приторно пахло шиповником. Казалось, этот запах издавали цветы с костюма.       — Мистер Поттер! Пару слов для прессы, — без особой надежды на ответ произнесла Рита, преградив путь.       — С удовольствием.       Гарри ухватил журналистку за локоток и отвёл в сторону. Туда, где ее экстравагантный наряд был бы не так заметен.       Журналистка, быстро достав из своего ридикюля прытко пишущее перо и пергамент, задала первый вопрос:       — Вас видели на приёме в министерстве. Означает ли это, что Вы поддержите кандидатуру действующего министра на грядущих выборах?       — Политика это скучно, — Гарри махнул ладонью у носа, разгоняя удушающий аромат. — Давайте поговорим о личном.       — О личном? — удивилась Скитер.       — Да. — Гарри ловко поймал прыткопишущие перо и свиток. Разъединив их, вручил в руки журналистке. — Без записи и без цензуры.       — Даже так? — Рита убрала артефакты в сумку. Ей нужна была громкая статья. Скандал — идеально. — Я вас внимательно слушаю.       — Моя невеста — Джинни Уизли мне изменяет. Я хочу прочесть в газете подробности.       — А… — Рита, поначалу выпавшая в осадок от подобной просьбы, взяла себя в руки. Она давно уже была не в топе лучших журналистов из-за данного когда-то Грейнджер обещания. Девчонка посмела шантажировать её.       — Твоя Грейнджер не будет против?       — Против правды? Нет.       — Так это правда? — обрадовалась Рита. Вот он — ее шанс вернуть позиции! — Мистер Поттер, вы назовете мне имя?       — Разве не интереснее Вам будет узнать всё самой. И про неё и про…       — Другую пострадавшую сторону, — на лету схватила мысли Скиттер. — Верно.       Два дня потратила Рита, чтобы собрать материал. На утро третьего дня она разродилась сенсационный статьей с красочными фотографиями и щекотливыми подробностями.       Моро читала «Пророк» и не могла поверить в удачу. После такого громкого разоблачения Гарри точно бросит свою рыжую фурию.       — Лиза, для меня почту не приносили?       Моро подняла взгляд от статьи. Поттер улыбался.       «Наверное, ещё не видел газету», — подумала девушка. — Нет, мистер Поттер.       — Ясно, — Гарри постучал пальцами по стойке.       — Вы уже видели свежий номер «Пророка»?       — Нет. Был занят беседами с галлюцинацией. Из неё очень приятный собеседник.       Моро натянуто улыбнулась и протянула газету.       В глаза Поттеру бросился заголовок:       «Сенсация! Рокировка в постели или Кто лучше героя магического мира?»       Ниже шла фотография Гойла и Джинни. Пара страстно целовалась, торопливо раздевая друг друга. До обнажёнки дело не дошло. Снимок был в пределах моральных норм, но с огоньком. С первого взгляда всё было понятно.       Гарри перестал улыбаться. На его лице отразилось недоверие. Именно так, по его мнению, должен выглядеть человек, потерявший любовь всей жизни.       — Я возьму почитать?       — Конечно, — разрешила Лиза. - "Я всё равно уже всё прочла".       Не произнеся больше ни звука, Гарри ушёл в кабинет. Стоило закрыть за собой дверь, как вселенская печаль на его лице пропала.       — Хороший повод зайти к Северусу. Людей легко объединяет общая печаль. Гарри достал бутылку огневиски и трансфигурировал стакан из пера. Все должны были видеть, что он переживает, а алкоголь неотъемлемая часть переживающего человека. Поэтому он щедро плеснул в стакан огневиски и занялся работой. Следовало тщательно скопировать руны с дефектной сферы артефакта на новую и перенаправить потоки.       Работа была уже завершена, когда в кабинет без стука ворвалась Джинни.       Поттер взглянул на часы. Он ждал ее раньше.       — Гарри! Это неправда!       Герой статьи осторожно убрал новую сферу в коробку.       — Ты же знаешь, что я тебя люблю. Скитер всё врёт.       — А если я посмотрю? — Поттер дотронулся указательным пальцем до лба Джинни.       Она отпрянула.       — Не нужно быть аврором, чтобы понять, кто врёт. Давай разойдёмся по-хорошему, — предложил Гарри, схватившись за стакан.       — После всего, что между нами было?       — Как раз поэтому, — Гарри долил из бутылки в стакан ещё огневиски. — Я даже забуду, что ты ПОПЫТАЛАСЬ подселить ко мне в голову Снейпа.       — Я не…       — Опять враньё. Хватит. Я тебя не люблю.       — Ещё недавно ты говорил иначе, — говоря это, Джинни теребила завязки на блузке.       — Я ошибался. Между нами есть только привычка. Счастья тебе с Гойлом, — Гарри, покачав в руках стакан, так и не выпил.       — Ты — тряпка. Мерлин, какая же ты тряпка!       Джинни ушла, громко хлопнув дверью. Гарри отставил стакан. Разговор оказался проще, чем он ожидал. В дверь тихонько постучали и она осторожно приоткрылась. В проёме показалась любопытная голова Лизы.       — Слава богу, вы живы!       — Тебе нечем заняться?       — Я беспокоилась за вас.       — Не стоит. Я победитель ВоланДеМорта.       — Не сравнивайте взбешенную женщину и бешеного мужика.       — Думаешь, расклад не в пользу Темного Лорда?       — Определённо. Обнулить пропуск мисс Уизли? Гарри кивнул.       Довольная этим фактом, Моро покинула кабинет Поттера. Следующим визитёром стала Гермиона. Она была переполнена сожалениями и раскаяниями. Гарри еле выставил ее за дверь. После визита подруги в его кабинете отметился по очереди весь дружный коллектив отдела тайн, начиная с Серого. Каждый искренне переживал, поэтому приходил не с пустыми руками, а с обезболивающим душу алкоголем. К вечеру Гарри стал не чувствителен к окружающему.       Аппарировать в Хогвартс он не решился, поэтому ушёл туда камином.       Кабинет директора был пуст.       "Брешь в защите!" — Гарри поставил принесенную с собой бутылку огневиски на стол. — Нельзя так оставлять. Нужно поставить нормальную защиту»       От немедленных действий Поттера останавливало только понимание, что директор не обрадуется, если в его кабинете будет распоряжаеться кто-то помимо него.       «Посторожу!»       Сторожить стоя было просто только первые пару минут. Гарри сел на пол, где стоял. Задница практически сразу сообщила о двух важных характеристиках каменного пола. Он — холодный и жёсткий.       Гарри огляделся. Директорское кресло располагало к тому, чтобы усадить в него свою задницу и дальше сторожить с комфортом. Не раздумывая, он поддался искушению. Стало удобно, но далеко от камина.       — Я могу не успеть отреагировать на вторжение, — оценил место своей дислокации Гарри. Кресло тут же было перемещено ближе к камину.       «Так намного лучше», — с этой успокаивающей мыслью он и заснул.       Проснулся Поттер от ощущения пристального взгляда. Открыв глаза, он обнаружил между собой и камином Снейпа.       — О! — обрадовался не протрезвевший Гарри и полез в штаны с желанием выполнить утренний моцион — подрочить. Быстро расстегнув пуговицы на ширинке, он достал член.Что-то в иллюзии было не то, но Гарри это не волновало. Он по привычке глядя на Снейпа, начал себя ласкать.       — Что это вы делаете, мистер Поттер?       — А на что это похоже? — пьяно улыбнулся герой.       — Прекратите немедленно, — голос директора дрогнул. В глазах Поттера было столько вызова и вожделения, что возбудиться мог даже камень. Северус каменным не был.       — Если ты отсосёшь у меня, — Гарри не повел и бровью, обозначая свое желание. Ему не в первой было беседовать с иллюзией на эту тему.       Северус не стал озвучивать очевидное — что Поттер пьян и не понимает, что мелет и, конечно же, что он пожалеет о своём предложении, в отличие от него самого. Адреналин и вожделение подстегнуло Снейпа к решению опуститься на колени.       Гарри мигом протрезвел, как только почувствовала губы Снейпа на своём члене. Первый порыв вырваться и убежать, оставив в зубах «зверя» самую дорогую часть себя, Поттер отбросил сразу. Его слишком долго сводила с ума фантазия о губах Северуса.       «Лучше ужасный конец после, чем крутить эти бесконечные слайды в своей голове без возможности удовлетвориться».       Измученный отсутствием оргазма организм отстрелялся быстрее, чем Гарри успел прочувствовать происходящее. Вдоволь налюбоваться на тёмные глаза и на член, погружающийся в рот до основания.       Поттер застонал и кончил, мелко вздрогнул всем телом. Северус выпустил изо рта член Гарри, поднявшись так, чтобы их глаза были на одном уровне, предупредил или вернее сказать — пообещал:       — Следующее подобное предложение кончится для тебя моим членом в твоей заднице.       — Звучит многообещающе, — Гарри подался вперёд и поцеловал решившего оставить осторожность и не желающего ждать второго предложения Снейпа. .