Love is...

– Долорес, скажи маме, что я в городе, - не очень громко произнёс Камило, зная, что даже так сестра его услышит. Он услышал, что шаги девушки приблизились к перилам второго этажа. – Ты знаешь, что в пять обед. Опять опоздаешь - скажу, куда бегаешь, - пригрозила Долорес, предполагая, что брат снова отправился с друзьями к реке. – Надоело тебя прикрывать. – Не ворчи, я к Агате, - буркнул Камило, толкая дверь и выскакивая на улицу, пока сестрица ему ещё что-нибудь не сказала. Хотя, она и не сказала бы. Тут Долорес всё понимала. Паренёк быстро направился к площади, буквально сверкая пятками и придерживая небольшую сумку, в которой лежало шоколадное печенье Джульетты. Он подбежал к лавке с фруктами и овощами и, вызволив из кармана монетки бросил их на импровизированную кассу. – Хуан, три помидора, как всегда! - игнорируя женщину, набирающую зелень, выпалил Камило, а после спохватился: – Прошу прощения, Марта, я очень тороплюсь. Когда мужчина протянул пареньку три помидора, он отправил их в сумку и быстро направился на другую улицу, чудом не теряя сандалии. Подбежав к заветной двери, Камило спешно постучал костяшками пальцев. Он даже без слуха сестры услышал знакомые шаркающие шаги. – Буэнос Диас, сеньора, - выпалил паренёк, как только дверь открылась. – Я к Агате, можно? Этой женщине было около сорока, но её лицо было исполосовано тонкими и глубокими морщинами, в волосах блестела седина, некогда счастливые зелёные глаза остекленели, под ними были большие синяки от недосыпов... – Добрый день, Камило, - на губах женщины дрогнула лёгкая улыбка, но она понизила голос. – Да, конечно. Ты знаешь, Хавьер не очень любит гостей, так что потише на второй этаж проходи... Камило с готовностью кивнул, глядя на женщину. – Марго, кто там? - послышался низкий и хриплый голос из комнаты. В тоне слышалось раздражение. – Почтальон, Хавьер, не переживай, - женщина подтолкнула Камило за плечо к лестнице и показала взглядом, что нужно поторапливаться. Мальчишка вбежал вверх по ступенькам и, быстро сориентировавшись, зашёл в уже знакомую комнату. В большой комнате царили сумерки и порядок. Единственный источник света, окно, был закрыт плотными шторами. На большой кровати, застеленной небесно-голубым постельным бельём, лежала девушка. Она была очень бледной и худой. Длинные каштановые вьющиеся волосы раскинуты по подушке, кожа казалась прозрачной. Бледные губы девушки были поджаты в тонкую линию. Тонкие руки лежали поверх одеяла идеально ровно. Казалось, что это не девушка, а живая кукла. Глаза закрыты. Она дремала. – Агата... Привет, - шепнул Камило, прикрыв за собой дверь. Девушка, услышав своё имя, распахнула карие глаза. В них ещё не угас живой, детский огонёк. На губах Агаты дрогнула улыбка, в уголках глаз появились тонкие мимические морщинки, на впалых щеках девушки заиграли ямочки. – Камило, - приятный голос коснулся слуха паренька, - здравствуй... Ты давно не приходил... – Да, извини, - виновато улыбнулся Камило, приземляясь на стул. – Меня немножко загоняли. Как ты? – Ничего нового, - слабо пожала плечами девушка, поправляя подушку и устраиваясь полу-сидя. – Лекарь говорит, что мне недолго осталось. От спокойного тона Агаты по спине Камило промчались мурашки. Как можно говорить о смертельной болезни так безразлично? В карих глазах юноши блеснул некий страх, точно вместо его подруги детства перед ним сидел призрак или мертвец. – Не говори так... Ты всегда была такой смелой, сильной, - юноша одним шагом пересел со стула на край кровати и взял девушку за руку. Ладонь Агаты обожгла его ладонь холодом. – Ты и с этим справишься, слышишь? Он порывисто сжал руку Агаты, а потом, опомнившись, ослабил хватку. Девушка взглянула на друга блестящими от слез глазами и прикусила губу. – Я очень хочу жить... Снова петь и танцевать вместе с тобой и Долорес, - прошептала Агата, слабо сжав руку Камило. – Покажи как я танцевала, прошу... Эту просьбу лицедей исполнял не впервые, но сейчас... Неужели Агата отчаялась? Паренёк лишь чуть кивнул и встал, с опозданием отпустив слабую руку девушки. Секунда - и на его месте стоит смуглая девушка с яркими и весёлыми глазами в пышном изумрудном платье. Камило взглянул на Агату, ожидая её реакции и думая, как танцевать, если нет ни музыки, ни возможности её спеть. Девушка улыбнулась и запела. Que el cielo no es azul ¡Ay, mi amor! ¡Ay, mi amor! Que es rojo dices tú ¡Ay, mi amor! ¡Ay, mi amor! Ves todo al revés ¡Ay, mi amor! ¡Ay, mi amor! Creo que piensas con los pies ¡Ay, mi amor! ¡Ay, mi amor! Звонкий голос шатенки разносился по комнате, Камило быстро сообразил с ритмом и начал пританцовывать и вращаться, как это делала Агата до болезни. Tú me traes un poco loco Un poquiti-ti-to loco Estoy adivinando Que quieres y pa' cuando Y así estoy celebrando Que me he vuelto un poco loco Камило подхватил песню, подстроившись под голос Агаты. Голос девушки окреп, она стала прихлопывать в ладоши, улыбаясь. Chiflado tú me vuelves Y eso está un poco loco Tu mente que despega Tú siempre con ideas Con mi cabeza juegas Todo es Un poco loco. * Камило остановился, вскинув руку вверх, и посмотрел на Агату. Она, как счастливый ребёнок, смотрела на себя же, восхищённо распахнув глаза. Ему не хотелось прерывать момент радости подруги, но, увы, ему пришлось вернуть свой облик. Девушка откинула голову назад с той же счастливой улыбкой, прикрыв тёмные глаза. – Как ты это делаешь? – Так делала ты, - пожал плечами Камило, подойдя к стулу, на котором оставил сумку. Он достал оттуда купленные помидоры и покрутил один из них в руке. – Смотри, как ты просила. Я же обещал, - Камило улыбнулся, не отводя взгляда от Агаты. Он помнил, что с детства подруга любила помидоры больше всех других блюд, овощей и фруктов. Девушка подняла голову и облизала пересохшие губы кончиком языка. – Ты знаешь, что делать, - довольно прищурилась Агата. – Испортишь что-то в моей комнате, встану и покусаю. – Я испорчу? - шутливо возмутился Камило, наклонившись к одной из тумб. Там лежал набор посуды на одного, специально для Агаты, ведь та редко вставала. – Мы оба знаем.. – Что ты редкостный поросёнок, - закончила за него девушка и тихо рассмеялась. Тихий, тонкий и хриплый смех едва коснулся слуха Камило, но заставил его улыбнуться. Он достал из тумбы тарелку, нож и вилку и стал нарезать помидоры на дольки. Вскоре эта задача была выполнена без ущерба чистоте комнаты, так что юноша протянул тарелку с дольками подруге. Агата и Камило одновременно потянули руки к одному и тому же кусочку и, когда их пальцы соприкоснулись, с уст девушки сорвался тихий смешок, а на губах лицедея расцвела яркая улыбка. – Ты ничего не испачкал, это достижение, - насмешливо заявила шатенка, отправляя кусочек помидора в рот. Она тут же замычала от удовольствия. – Ой-ой, - передразнил подругу Камило, морща нос. – Деловая какая. Достижеееение. Агата на удивление ловко выхватила из руки Камило тарелку и поставила её на прикроватную тумбочку. Она немного подумала, взглянув на друга. – Если я умру, то ты будешь обо мне помнить, Камило? - вдруг спросила Агата, пронизывая взглядом юного лицедея. Тот заметно опешил. Только что девушка смеялась и пела, ни о какой смерти и речи быть не может. – Агата, не говори ерунду... – Не будешь помнить? - кисло усмехнувшись, уточнила девушка. – Нет... Ты не умрёшь, - помотал головой Камило, но его голос предательски дрогнул. О смерти паренек знал буквально только понаслышке, он не мог потерять лучшую подругу, с которой знаком с детства. Подругу ли?.. – Поцелуй меня, - почти шёпотом попросила Агата, буравя взглядом растерянного Камило. – Знаешь, хотелось бы успеть получить хоть первый поцелуй... И именно от тебя. Боишься что-ли? Лицедей опешил, так что смотрел на подругу обескураженно. Ему потребовалась минута, чтобы осознать просьбу Агаты. Камило придвинулся ближе к девушке и нежно коснулся пальцами подбородка подруги. Юноша прикрыл глаза и, наклонившись к лицу Агаты, коснулся губами её губ. Шатенка неуверенно ответила на поцелуй паренька, закрыв глаза. Он чувствовал её тяжёлое дыхание где-то в районе скулы, куда девушка уперлась носом. Юноша нежно, но неуверенно обхватил губами её нижнюю губу, ощущая, как тонкие и холодные пальцы Агаты зарываются в тяжёлых шоколадных кудрях. Десятки секунд тянулись неимоверно долго, точно подростки слились в одно целое. Агата немного подалась назад, разрывая поцелуй и освобождая пальцы из кудрей Камило. – Это твой первый поцелуй? - спросила девушка, ощущая, как алая кровь прилила к бледным щекам. На смуглых щеках Камило также горел румянец. На вопрос подруги он коротко кивнул, поджимая губы, на которых он ещё ощущал мягкие, тёплые губы Агаты. Агата скользнула кончиком языка по сухим, тонким губам и откинула голову назад. – Агата, ты... Я, - паренёк зарделся ещё сильнее, наклоняя голову вперёд, чтобы кудри закрывали алое лицо, - очень тебя люблю... Поэтому я не позволю этой заразе взять тебя... Я принёс печенье Джульетты, - пробормотал Камило, ощущая (не видя, а ощущая), что взгляд Агаты становится растерянно-рассерженным. Несмотря на это, лицедей дотянулся до своей сумки и достал оттуда печенье с шоколадом. Юноша положил его на тарелку рядом с помидорами. – Ты знаешь, что мой отец... – Знаю, - тут же оборвал Агату Камило, кивая. – Знаю, что он против и моих визитов. Но это единственный шанс спасти тебя... – Каждому человеку отведено своё время, - суровый мужской голос заставил вздрогнуть и Камило, и Агату. За широкой спиной грузного Хавьера стояла его жена, Марго, расстерянно глядя на детей. – Я запрещаю тебе доставать из сумки эти ведьминские штучки. Камило растерянно взглянул на отца Агаты. На дне сумки оставалось ещё две печенюшки, но лицедей достал руку без них. Его взгляд стал более серьёзным. – Тётя Джульетта - не ведьма, - уверенно, сквозь зубы произнёс Камило, вскидывая голову. – Это Вы тиран и эгоист, - прошипел мальчишка, вставая с кровати и встряхивая сумкой. – То, что у меня в сумке - единственное, что может спасти Агату от смерти. Ей еще жить и жить, а вы... Юноша услышал растерянный шёпот Агаты, кажется, она звала его, но гнев перекрыл осознание услышанного. – Дрянной мальчишка! - воскликнул Хавьер, в один шаг оказываясь рядом с Камило и хватая его за шиворот. – Я лучше знаю, что лучше для моей дочери! Мужчина дёрнул мальчишка к выходу из комнаты под его негромкие ругательства и возмущения, после спустил по лестнице и буквально вышвырнул из дома. Марго растерянно стояла на пороге комнаты Агаты и, заметив слезы в карих глазах девушки, присела рядом с ней, обнимая тонкую, худую фигурку дочери. Та прижалась к матери, глядя на тарелку. Крики затихли. На тарелке лежало печенье с шоколадом. ••• – Сеньора Пепа, а где Камило? – Спит наверное... Долорес, разбуди Камилито, к нему пришли! Долорес не успела войти в комнату, как из неё вылетел Камило. Растрёпанные волосы, наспех заправленная рубашка, криво надетое пончо... С его губ в адрес задетой сестры сорвалось тихое "Прости" уже на лестнице, но, конечно, обладательница чудо-слуха услышала. Камило не верил своим ушам, так что решил как можно скорее проверить. Но этот приятный, мелодичный голос паренёк не мог спутать с другим. Только лицедей выбежал на улицу из Каситы, как тут же замер на месте, чудом успев затормозить. – А... - выдавил Камило, замерев. Перед ним стояла высокая смуглая девушка в изумрудно-зеленом платье. Её кожа отливала здоровым румянцем и бронзой колумбийского загара. Длинные волнистые волосы были собраны в высокий хвост. – Ну, чего замер, соня? Доброе утро, - звонкий голос шатенки вытащил Камило из забытья. – Неужели не узнал? Агата раскинула руки для объятий в сторону друга. Тот буквально сорвался с места вновь и, оказавшись рядом с девушкой, подхватил её за талию и, приподняв, покрутил в воздухе. Агата взвизгнула от неожиданности, так что в первые две секунды вцепилась в плечи Камило, а потом вскинула руки вверх, захохотав. Его сердце бешено заколотилось. Он услышал этот смех. Такой родной, счастливый... Теперь он счастлив. * - песня, использованная в фанфике - "Я с тобою скоро чокнусь* из "Тайны Коко" на испанском языке. А что, имеет место быть.