the wrongest i've ever met

      Чонвон поверить не мог, что всё это происходит с ними. Он, будучи в некой прострации, рассказал альфам о звонке Нишимуре, позволил Джею собрать его и запихнуть в такси. Омега не помнил, как они добрались, как Джей вызвонил Рики и как они ожидали у огромного частного дома. Лишь когда у ворот показалась поникшая осветлённая макушка, Ян, наконец, пришёл в себя и рванул к альфе навстречу. Внутри него всё льдом покрывалось лишь от одной мысли, что его друг, тот самый, который близко и всегда обо всём, может уйти из его жизни. Навсегда. Слово набатом было в несчастной черепной коробке, вынуждало морщиться от боли и лишь ожидать, что всё это пренеприятная ложь. Но Рики не лгал, это было видно по его походке, рваным движениям, опущенному взгляду — он действительно собирался уехать от них.       — И ты так просто сдался, Рик? — злобно шипел Джей, пока Сонхун взволнованно оглядывал альфу. Они все знали, какими методами Нишимура старший мог принуждать сына. — Просто? А что мне оставалось? Если он так сказал, то так оно и будет. — Да пошёл он к херам, сказал не сказал, насрать вообще, — вдруг распетушился омега. — Ты уже взрослый парень, что он тебя, в чемодане увезёт? — Вполне, — горько усмехнулся Рики. — Рик, не люблю это признавать, но омежка прав, — кинул Джей взгляд в сторону уже готового возмущаться Чонвона. — Ну что он тебе сделает, если ты не поедешь? Он и так уже от тебя отказался, сбережений у тебя полно, чтобы прожить и оплачивать учёбу. В крайнем случае, выбьем тебе стипендию какую, всё ведь решаемо. — Папа действительно сохранил много денег во время беременности, но… Я так не могу.       — Ты просто боишься, — вдруг подал тихий голос всё это время молчавший Пак. — Что? — Мы можем поговорить? — Сонхун поднял взгляд и посмотрел альфе прямо в глаза, в которых читались залёгшая надолго усталость и печаль. Рики кивнул, а Джей осмотрительно подхватил омегу под локоть и отвёл в сторону. Сонхун тут же оказался в небезопасной для двух альф близости и коснулся кончиками пальцев щеки Нишимуры, что-то приговаривая едва различимым даже для друга шёпотом. — Думаешь, у него получится? — пробубнил Чонвон, отворачиваясь к разговаривающим спиной, чтобы их не смущать. — Помочь Рики с этим невыбиваемым из него страхом отца получится? — Думаю, особое отношение к Сонхуну и чувства Рики могут дать нужный толчок. — Так дал мне ты? — А у тебя есть ко мне чувства? — Глупый вопрос. — И тем не менее я ещё ни разу не получил на него ответа.       Чонвон всем телом развернулся к альфе. Он всего на миг попытался представить, что бы он почувствовал, если бы собирался улететь Джей. Внутри стало пусто, где-то в районе сердца поселилось отчаяние и нежелание ничего другого. Джей, незаметно для самого Яна, уже поселился там глубоко, запустил свои вездесущие ароматы в самые внутренности и не собирался вылезать. Хотел ли сам Чонвон его прогнать? Вот уж вряд ли. Омега внутри едва ли не мурлыкала на всю улицу о том, как ей здесь, под крепкой рукой комфортно и хорошо, наконец, затыкая ершистую часть Чонвона. Джей представлялся ярким солнечным лучиком среди тёмного царства глупых и агрессивных альф. Ну, конечно, ещё где-то там существовали проблески в виде Нишимуры и Пака, но это уже другой разговор. Ян чувствовал, пока он думал, пока представлял себя без него, пока уже привычно терзался внутри — всё это время альфа с нежностью разглядывал его черты лица. Наверно, пытался найти хоть что-то, заметить хоть какую-то мелочь, которая даст ему долгожданный ответ на столь волнующий вопрос. Но черты лица партизански молчали, и Чонвон вместе с ними. Джей тяжело вздохнул и с уже знакомым разочарованием отвернулся. Ему всё тяжелее было не получать ничего кроме неоднозначных моментов и последующего избегания. Ян будто сам не знал, чего хотел, и тем самым игрался в «догонялки» с большим грозным альфой.       Но Ян знал. И ощущал невероятно тяжёлый груз вины за то, что никак не мог описать вслух всё происходящее внутри. Ну почему подобрать правильные слова было настолько тяжело? Омега подошёл ближе и пальцами провёл по напряжённой спине. Разгладив складки на спортивной кофте, он молча уткнулся лбом в чужую лопатку и закрыл глаза. И то был его собственный язык чувств. Чонвон медленными движениями потирался о мягкую ткань и втягивал носом столь комфортный его телу запах. — Эй, омега, — совсем тихо произнёс Джей. — М? — Кажется, они закончили. — Мгм. — Рики махнул нам рукой, и они ждут. — Мгм. Чонвону хотелось, чтобы весь мир подождал. Ведь он чувствовал такое тепло, исходящее от крепкого тела рядом, что без него казалось будет уже тошно. — Пойдём.       Джей сам сделал первый шаг и отошёл от внезапно разнеженного омеги. Он, не оборачиваясь, вернулся к ожидающим их альфам. — Каков вердикт? — Видимо, искать работу, — усмехнулся Рики, закидывая руку на плечо Сонхуна. Нишимура выглядел куда более воодушевлённым и живым. — Так ты остаёшься? — тут же примчался Чонвон и едва ли не хвостом замахал. — Умоляю, скажи, что да, иначе я перейду к более насильственному воздействию. — Ох, я бы посмотрел на это, — тут же ухмыльнулся Рики. — Побьёшь меня, кандидат в мастера спорта? — Если потребуется. — Так ты?.. — Посылаю к херам одного чёртового старикана. — Твоему отцу всего 45. — Говорю же, старикан, — искренне улыбнулся Нишимура. — Собирай вещи, Рик, — кивнул Сонхун головой в сторону дома. — И не оборачивайся на плохое, даже если оно кажется привычным. Альфы кивнули друг другу, и Рики уже более уверенной походкой вошёл в ворота — он направлялся принимать важное решение, которое, вероятно, очень сильно повлияет на его жизнь. Сонхун же вызвал отдельное от парней такси, ему нужно было провести время с матерью. А Джей и Чонвон в абсолютной тишине поехали домой.       Стоило им войти в квартиру, Джей, стягивая кофту, прошёл в комнату и прямо в джинсах завалился на свою кровать. В помещении повисла давящая неловкость, Чонвон ощущал её кожей и, наверно, сердцем. — Джей? — Что? — отозвался тот без особого желания. — Всё… в порядке? — Да, конечно. Как всегда. Чонвон неловко замялся, пытаясь решить, на какую же кровать ему присесть. Дико тянуло к альфе, туда, где он уже спал и чувствовал себя на своём месте. Но кашемир горчил, а влажный лес отчего-то отталкивал — Джей не сдержал свои эмоции. Он ушёл в свои мысли, завис где-то там, между терпением и отчаянием. Омега этого отчаяния для него не хотел, просто… не умел. Чонвон иначе не мог, для него всё подобное было в новинку, и внутри сидел дикий страх того, что в конце концов сделают больно. Он и представить не мог, что пока что своими метаниями делает больно только он сам. Альфа всё время был рядом, был готов ждать, а Ян одаривал его редкими моментами близости, которые он ещё и называл «слабостями». Чонвон крепко зажмурился — он по такому пути не умел, но ради Джея готов был научиться.       Открыв глаза, омега аккуратно присел на самый краешек кровати, но сосед будто бы даже внимания на это не обратил, настолько ушёл в свои мысли. Ощущая себя провинившимся щенком, Чонвон неловкими движениями подобрался ближе и, не придумав ничего лучше, лёг рядом, в поисках позволения в мимике и запахе обхватил чужую руку своими и прижался к ней в объятиях. — Омега? — напряженно спросил альфа, откладывая телефон и упираясь уставшим взглядом в потолок. — М? — Что ты делаешь? Яну слов внутри не хватало, а потому он лишь покрепче прижался и даже нагло закинул ногу на чужие бёдра, явно ощущая пробежавшую по телу альфы дрожь. — Чонвон?       Джей, не отрывая глаз от потолка, нашёл ладонью закинутое на него бедро, нагло сжал естественную припухлость, тут же услышав рваный вздох. Альфа принялся поглаживать мягкую кожу, пробегать кончиками пальцев до чувствительного колена и едва касаться, задевать внутреннюю сторону бедра. Чонвон в этих незамысловатых действиях ощущал приходящее к ним обоим спокойствие. Он без задней мысли подтянулся всем телом и уткнулся носом в уже полюбившееся местечко на шее. Железа в своих ароматах горчила, выдавала негативный настрой альфы с головой, и Ян готов был поклясться, что всё его нутро тянулось это исправить и никогда-никогда больше не доводить соседа до подобного настроения. Омега передними зубами слегка прикусил интимное место, оттянул кожу и после зализал коротким движением укус. — Чонвон, — с лёгкой ноткой раздражительности предупредил его Джей. Он одним простым обращением просил, намекал, что сейчас нужно остановиться. Но Ян осознавал — слишком часто он останавливался. Сейчас вдруг отчего-то остро хотелось продолжить, а потому он ещё раз прикусил кожу, ощущая, как ладонь отчаяннее сжимает его бедро и приближается к внутренней стороне всё ближе.       — Чонвон, ты не можешь таким образом всегда решать проблемы, понимаешь? Так не… — Есть, — резко перебил он альфу, подтягиваясь на локтях и заглядывая в тёмные глаза. — Что? — Ты спросил, есть ли… ну… — Джей вопросительно выгнул бровь, ожидая объяснений. — Чувства. — Так? — Есть. Я… не умею об этом говорить вслух, да что уж там, я даже внутри не могу самого себя понять и сформулировать. Но я знаю, что они есть, просто мне тяжело это принять. У меня вот такого, — он обвёл взглядом его тело, на котором сам наполовину лежал, — никогда не было. И я боюсь, но в то же время хочу. Хочу, чтобы было именно так и именно… с тобой.       Джей молчал, лишь слегка щурился, как делал всегда, когда сосредотачивался на чём-то важном. Он легкими движениями продолжал отлаживать ногу омеги и изредка бросал взгляды на говорившие губы. Чонвон и сам это делал, только с теми, которые молчали и так призывно раскрылись для него одного. Недолго думая, омега наклонился и совсем быстро клюнул сухие губы, тут же предпринимая попытку побега и пытаясь уткнуться обратно в железу. Но он забывал — Джей в первую очередь альфа. Тот успел вытащить свободную руку из-под веса его тела и пальцами обхватил линию челюсти, не позволяя отвести взгляд. — Джей? — Я могу тебе верить? — Ч-что? — Я могу верить, что у тебя действительно есть ко мне чувства и ты не разобьёшь меня, когда наиграешься с новым опытом? Чонвон нахмурился. Он понимал опасения альфы, ведь сам постоянно представлял такой исход, но… Не мог и подумать, что он когда-то сделает Джею настолько больно. Исключено, у него внутри всё выворачивало от одной лишь мысли. — Я не играюсь. — То есть я могу тебе верить, Чонвон? — Да Господи, ты мне нравишься очень, привлекаешь, вызываешь желание, как я могу тобой играться? — от внезапного раздражения воскликнул Ян и тут же надулся, как истинная омега. — Вот этого Чонвона я знаю.       Альфа усмехнулся и властно притянул его ещё ближе к себе, уводя душу в глубокий, чувственный поцелуй. Вокруг будто все существующее исчезло, оказалось миражом, заклинанием, которое пропало, стоило Чонвону получить поцелуй истинной любви. Он ощущал, как нежно и заботливо Джей обхватывает его верхнюю губу, как оттягивает и посасывает, оставляя за собой лёгкие припухлости и покраснения, как сжимает ладонь на его бедре и сам начинает едва заметно льнуть к омежьему телу. Чонвон всё это ощущал и в то же время улетал куда-то в другую Вселенную, туда, где только они вдвоём и целая жизнь, полная взлётов и падений. Их истории. Ян мог поклясться, что этот ласковый поцелуй сбросил с него тяжеленные оковы, разрубил цепи негатива и вины, позволил вдохнуть полной грудью свежего воздуха. Он хотел больше, хотел ещё тысячу часов лежать вот так, пока губы не отвалятся от бесконечных ласок, но Джей разорвал поцелуй и с полной удовольствия улыбкой прильнул к шее. Он цеплял зубами железу, выбивая стенания из омеги, зализывал его кожу так же, как когда-то Чонвон, и продолжал выцеловывать известные только ему послания и знаки. Ян же думать ни о чем не мог, кроме как о том, как когда-то Джей лежал полуголый с ним в одной кровати — сейчас ему хотелось этого больше всего. Омега потянул пальцами мешающуюся ткань вверх, за что тут же получил предупреждающий укус в плечо и задохнулся в своём вздохе.       — Тихо, омега, ты сегодня признался мне в чувствах, и я точно не буду брать тебя сразу после этого. — Чего?.. — Ну знаешь, романтика, джентельменство и все дела. — Но… почему? — Чонвон так забавно хлопал глазами, что Джей не сдержался и собрал его в охапку объятий, заваливаясь на бок вместе с ним. — Потому что сейчас ты мне нравишься так сильно, что я просто хочу тебя сожрать или как минимум обнимать и целовать десять часов без перерывов. — Звучит как начало гона, — язвительно усмехнулся Чонвон. — Не шути с таким, глупый.