Глубина

      В теле ощущалась тяжесть. Коленки упирались в жёсткую холодную обивку и больно бились о неё из-за движения пространства. В нос ударил запах бензина, и связанная девушка поняла, что она в машине. Но что ещё хуже, до неё дошло где именно она в ней находится — в тесном багажнике. Как только эта мысль стала ясна, девушка запаниковала. Стены тут же начали сильно давить на неё, а воздух будто и вовсе исчез. Бедняжка отчаянно ёрзала, натирая верёвкой свои тонкие запястья, и кричала сквозь импровизированный кляп. Звук мотора заглушал и без того тихие вопли, пока машина не остановилась. Вместе с ней замерла и девушка.       Прислушиваясь к каждому звуку снаружи, пленница напряглась. Она перестала жадно вдыхать остатки кислорода и ждала. Когда крышка багажника открылась, в глаза ударил яркий свет фонаря, из-за чего лицо злоумышленника разглядеть не удалось. Лишь по очертаниям девушка додумала, кто это был. С этим парнем они явно уже встречались.       Неуклюже подняв свою пленницу и грубо уронив на деревянный настил, неизвестный парень закрыл багажник и взял с заднего сиденья два тяжёлых крупных мешка. Затем он закинул мешки себе на плечо и вернулся к девушке. Его лицо было закрыто медицинской маской и слезающей на лоб шапкой. Взгляд казался спокойным, он явно не переживал, что жертва его запомнит.       Девушка снова что-то громко промычала, надеясь привлечь внимание и позвать на помощь. Она слабо догадывалась о намерениях парня, больше чувствовала. Когда он схватился за тоненькую ножку и потащил тело словно ещё один мешок, девушка начала дёргаться. Она билась как выпрыгнувшая на сушу рыба, которой придавало сил не только желание жить, но и негодование по поводу того, почему с ней обращаются так грубо и неуважительно, волоча по доскам полным острых заусенцев и торчащих гвоздей. Одна щепка уже успела больно впиться в лодыжку.       Устав от сопротивления, парень кинул мешки, схватил девушку за голову и больно ударил о землю. Пленница затихла, уплывая взглядом куда-то в сторону. Мир для неё закружился, стал давить на затылок.       Парень продолжил выполнять задуманное. Он дотащил свою жертву до пирса и кинул в лодку, будто она была не более чем реалистичный манекен. Следом полетели мешки. Затем парень запрыгнул в лодку сам.       Из-за неудобной позы девушка едва могла двигаться. Всё тело ныло от ушибов, а сознание едва удерживалось. Происходящее воспринималось больше как ужасно неприятный сон, всё казалось абсурдным. Вокруг подозрительно тихо, а водная гладь слишком спокойная: в ней отчётливо видно отражение звёздного неба.       Как только парень перестал грести, девушка напряглась. Она почувствовала суету возле своих ног и новые верёвки, мгновенно догадываясь, что принесённые мешки теперь связаны с ней этой самой верёвкой. Она снова запаниковала и начала вырываться. Кое как встав, девушка повалилась на своего похитителя. От растерянности парень сбросил её в воду. Он смотрел на поднимающиеся пузыри несколько секунд, прежде чем бросить вдогонку мешки.       Холодная тёмная пучина поглотила новую жертву, и парень поспешил удалиться, активно подгребая вёслами в сторону берега.       …       Когда девушка пришла в себя, она уже сидела на берегу в чёрных спортивных штанах и толстовке. Она не чувствовала налипшего на тело песка и не особо была удивлена лежащему перед ней нижнему белью, что ещё минуту назад было на ней, а лишь пыталась понять произошедшее. Рядом сидел полуголый мужчина, а позади стоял ещё один и куда-то звонил. При прокручивании в голове прошлого, девушка видела темноту и свои руки, отчаянно гребущие к горстке огоньков вдали. Она кричала что-то невнятное, выплёвывая солёную воду, из-за чего теперь горло сильно царапало.       — Всё уже позади, всё хорошо, — приговаривал мужчина, что сидел рядом. Как ни странно, но от его слов и обнимающих рук действительно становилось чуть легче.       После этого голосов стало больше. Это были медики. Они осторожно уложили девушку на носилки и отнесли к машине скорой помощи. Уже внутри она осознала, насколько сильно устала.

⤝ ♦ ⤞

      Склонившись над бумагами, Артём слабо покачивался, впадая в лёгкий транс. Он рисовал карандашом схемы, всё больше веря в свою теорию о том, кто может стоять за всем происходящим. Единственное, что его угнетало, это необходимость заполнять кучу отчётов, которые до сих пор так никто и не удосужился заполнить.       — Ох, ну и ночка, — пожаловалась вошедшая в кабинет Василина. Заметив Артёма, она остановилась и оценивающе посмотрела на него. — Ты уже здесь? С ума сойти. Я думала ты дома останешься, отдохнёшь.       — Не мог заснуть.       — Ты вообще не ложился чтоль?       — Почти. Немного подремал в машине.       — Виктор тоже здесь?       — Ага.       Василина подошла к столу и положила на край новую папку:       — Девчонка наконец-то очнулась. Я поговорила с ней. Зовут Дэйзи, заявляет, что это был парень из видеопроката. Тот самый, о котором ты говорил. Он привязал к её ногам груз и сбросил с лодки. Очевидно, наспех и неудачно.       — Значит, он там всё-таки работал.       — Вероятно уволился, либо подрабатывал иногда. Ещё девчонка сказала, что он был в маске, шапке и плотной ветровке, что меня немного смущает. Видимо, она узнала его по росту и телосложению, потому что голоса она не слышала. Похититель держал её в кладовке, ждал момента. Она даже не поняла, сколько пробыла там.       — Как это произошло?       — Она вышла из кафе. Примерно в это же время оттуда вышел этот парень. Он засветился на камерах. Живёт, кстати, в нескольких метрах от причала, так что хорошо там всё знает.       — Ясно. Она, случайно, не девушка Тима?       — Случайно, да.       — Чёрт, — ругнулся про себя Арт. — Она, наверное, сказала, что этот Боб её парня убил, да?       — Откуда ты знаешь? — скрестила руки на груди Василина. — Стоял за стеклом?       — Нет, догадался, — кашлянул в кулак детектив.       — Как бы там не было, но у нас теперь есть все основания чтобы задержать этого паренька до выяснения всех обстоятельств. Если это правда он…       — Думаешь, он не поделил девушку с коллегой и решил убрать его? А старик стал свидетелем? Зачем тогда саму девушку трогать? Потому что отказала?       — Люди ради чего только не убивают. Странно только, почему все тела всплывали. Не умеет, что ли, груз привязывать, — усмехнулась Василина.       — Не знаю, — ответил Артём и снова закашлялся.       В этот момент в кабинет зашёл Виктор, принеся с собой две чашки горячего ароматного кофе. Один из них он отдал Василине, а второй поставил на стол рядом с бледноватым детективом.       — Ты в порядке?       — Да, всё нормально.       Посмотрев пьяным взглядом на чашку, Артём взял её, отпил и снова прервался на сдавленный кашель.       Леоне сел рядом и потрогал лоб:       — У тебя жар.       — Я в норме, просто слегка переохладился.       — Может, отдохнёшь?       — И кто тогда будет это всё делать? — спросил Артём, кивнув в сторону бумаг.       — Я закончу, — ответила Василина. — Он прав, сделай перерыв.       — Уф.       Артём не стал возражать. Встав с места, он слегка качнулся в сторону, но хирург быстро подхватил его и довёл до дивана. Свалившись без сил, детектив свернулся в позу эмбриона и закрыл глаза.       Виктор снял с вешалки своё пальто и заботливо накрыл детектива.       — Ладно, надо ехать за Бобом, пока он не улизнул от нас, — заявила Василина и махом допила свой кофе. — Останешься с ним? Или лучше вообще домой отвезти.       — Здесь безопаснее. Да и от меня сейчас толку не много, так что я поеду с тобой. Хочу посмотреть на этого парня.       — Хорошо, только без глупостей. Чувствую мы после всего этого будем дня три отсыпаться.       ...       Опустив в автомат несколько монет, Том стоял и ждал, когда спираль прокрутится, и длинный шоколадный батончик наконец-то упадёт и попадёт ему в руки. Небольшой перекус после длительного патруля был бы очень кстати, да и орехи с шоколадом всегда поднимали полицейскому настроение. Когда шоколадка наконец-то упала, Том неспешно открыл её и откусил, мыча под нос что-то незатейливое.       Когда полицейский пошёл в комнату отдыха, он заметил включённый свет в кабинете для совещаний. Так как людей видно не было, Томас решил выключить свет, но остановил себя, как только вошёл. Лежащий на диване коллега его насторожил.       — Вы в порядке? — обеспокоенно спросил Томас, легонько теребя плечо детектива.       — А? — вздрогнул Артём.       — Ой, простите. Я разбудил вас.       — Н-нет, ничего, — хриплым голосом ответил детектив. Он привстал и потёр глаза, чтобы сфокусироваться на говорящем. В теле всё ещё ощущалась слабость. — Вы же…       — Томас Вирт. Можно просто Том, — приветливо улыбнулся полицейский. — Мы виделись в кафе.       — Да, точно.       — Я очень рад познакомиться с вами. Жаль в прошлый раз у нас не было времени.       — Да уж.       — Вы расследуете дело с утопленниками, да? — спросил Том, разглядывая разложенные по столу фотографии. — О, я знаю этого парня.       — Какого?       — Боб, — ответил полицейский. Прочитав заметки Артёма, он слегка нахмурился. — Вы его подозреваете?       — Да.       — Надо же. А мне он показался таким славным парнем.       — Вы знакомы? — удивился Артём, поправляя спадающее с плеча пальто.       — Да, видел его в кафе. У него мама работает в доках, я в начале подумал, что она бухгалтерша, но оказалось, что перепутал с другой женщиной. Так неловко вышло.       — В доках?       — Ну, в порту, — пояснил Томас. — Я лично с ней не знаком. Наверное, она достаточно суровая женщина, раз в такой области работает. У моего друга мать решила пойти в МЧС, тоже такая сфера, не женская, — задумался парень. — Но вы не подумайте, я уважаю женщин. Наша шеф, например. Такая боевая, любому мужчине даст отпор. Люблю таких, с ними можно ничего не бояться.       Пытаясь не заплутать в количестве информации, Артём потёр лицо и сфокусировался на деле.       — Так, подождите. Вы виделись с Бобом?       — Да, в кафе.       — Вы его после видели?       — Да, я когда ушёл, то вспомнил, что у меня дома лежит коробка комиксов. От младшего брата осталась. Я хотел предложить их ему, догнал на тропе.       — А дальше?       — Ну, сказал ему, что он напоминает мне моего братишку. Тот тоже такой тихий, пухлый. Весь в отца. В общем, предложил ему комиксы, брату то они не нужны. Вырос уже. Ну мы и заехали ко мне домой, я отдал коробку, и парень ушёл.       — Значит, в это время он был в другом месте… — задумался Артём. — Если он был в другом месте, то никак не мог похитить девушку, но кто тогда… Мать работает в доках… Что, если это его мать, а пацан здесь ни при чём?       — А что-то не так? — спросил Томас, не до конца понимая к чему ведёт детектив.       Артём достал телефон и принялся звонить Голдберг, но вместо ответа, раз за разом, слышал лишь гудки. При попытке дозвониться до хирурга, его ждало оповещение о том, что абонент недоступен.       — Чёрт… У вас сейчас есть дела?       — Вроде нет, я только что из патруля, так что…       — Отвезите меня в порт, нужно найти его мамашу. Пожалуйста.       — Л-ладно, — согласился Том. — Если это срочно, то без проблем.

⤝ ♦♦ ⤞

      Сидя на старом продавленном диване, Баблгам бездумно щёлкал пультом в поисках интересного кино или шоу, но по всем каналам шло что-то нудное и скучное. Он начинал засыпать под монотонные голоса и нажимал кнопку пульта всё медленнее и медленнее, пока вовсе не остановился на какой-то передаче про политику. От очередного сильного зевка слипающиеся глаза заслезились.       Подперев голову рукой, парень почти задремал, но внезапный звонок в дверь мгновенно его взбодрил.       Баблгам с большой неохотой подошёл к двери и, не глядя, открыл её. Когда показавшая значок женщина тут же его скрутила и нацепила наручники, парень сел на пол и затрясся. Он не сразу осознал, что произошло.       — Боб Брамбл, вы задержаны по подозрению в убийстве и покушении на убийство. Вы имеете право хранить молчание, всё что вы скажете может быть использовано против вас, — отчеканила Василина, прижимая парня коленом к полу.       — Не слишком ли резко? — вмешался Леоне.       — Это мы уже выясним в участке.       — Я не хотел, — разревелся Боб, поняв своё положение. — Я правда не хотел, это случайность. Я не хотел его убивать. Это вышло случайно.       — Ты говоришь о своём дружке, которого убил? — уточнила Василина.       — Это случайность.       — Может, нам стоит его выслушать? — предложил Виктор.       — Хорошо, — согласилась Голдберг и подняла парня с пола. Она провела его на кухню и усадила на первый попавшийся стул, а затем взяла другой и села перед Бобом. — Рассказывай, что там у тебя случайно?       Боб утёр нос с вытекшей соплёй о своё плечо и посмотрел на Леоне, а затем на Василину и тут же отвёл взгляд.       — Лучше тебе с нами сотрудничать, парень.       — Я не убивал Тима, это вышло не специально. Я просто хотел поговорить по поводу Дэйзи и всё.       — Что между вами произошло?       — Это случайность. Он сказал, что убьёт меня, если я ещё раз подойду к Дэйзи. Я не знал, что они уже встречаются, — всхлипнул покрасневший Боб. — Тим начал кричать на меня, поднял камень и принялся угрожать. Ну я и толкнул его, чтоб он не подходил, а он споткнулся и упал. Когда я подошёл, у него из головы текла кровь. Я не специально, правда.       — Дальше что было?       — Я-я испугался. Рассказал всё маме. Она сказала, чтобы я не вызывал полицию, и она всё решит. Я не хотел, чтобы так получилось.       Василина разочарованно вздохнула.       — А с Дэйзи вы потом общались? — спросил стоящий рядом Виктор.       — Она сказала, чтобы я больше не приставал к ней и, что это я виноват в пропаже Тима. Я хотел извиниться перед ней, но она не хочет со мной разговаривать.       — В последний раз тебя видели выходящим из кафе за ней, после чего Дэйзи чуть не стала новой утопленницей. Как ты это объяснишь?       Боб поднял испуганный взгляд и промямлил:       — Я тут не при чём! Это правда не я! Вы должны мне поверить!       — А кто тогда?       — Я не знаю. Я был с полицейским, он подтвердит. Я ничего ей не делал. Чернокожий высокий, он меня знает.       — Ну, это нам ещё предстоит проверить.       — Но это правда, — отчаянно пробубнил Боб и снова заплакал. — Почему мне никто не верит?!       Посмотрев на парня, Виктор отвернулся. Пухлое зарёванное лицо сопляка его нисколько не привлекало и вызывало лишь раздражение. Парень казался ему настолько слабым и бесхарактерным, что хирург предпочёл бы не слышать его жалкое бормотание.              Вместо этого, Леоне нашёл себе занятие получше и начал рассматривать фотографии на комоде. На них была изображена чуть полноватая женщина в обнимку с мужчиной моряком: его выдавала капитанская фуражка и тельняшка. На других фотографиях женщина уже была либо одна, либо с сыном. Многие фотокарточки выглядели старыми, на них изображалось море, рыбачьи сети и причал.       Виктор взял одну фотографию в руки и присмотрелся. Широко улыбающаяся женщина в рабочем комбинезоне обнимала пухлого сына и держала большую сеть. Они стояли на фоне большого амбара и кучки лодок.       — Так, — подошла Василина. — Значит, везём паренька в отдел и там разбираемся.       Голдберг достала телефон и смутилась.       — Что такое? — спросил Леоне.       — Артём звонил, а я даже не слышала. Сейчас перезвоню.       Василина набрала номер, но никто не ответил.       — Не отвечает? — уточнил Виктор, заметно напрягаясь.       — Может, заснул. Тебе он звонил?       — У меня телефон разрядился.       — Ладно, пакуем пацана и…       — Постой.       — Что такое?       — А где сейчас его мать?       — Чья? Боба? Эй, парень, — крикнула Василина. — Где твои родители?       — Я живу с мамой, — ответил Боб. — Она куда-то ушла. Обычно уже дома в это время.       — Это она, — прошептал Леоне.       Василина посмотрела на хирурга.       — Нам нужно в порт!

⤝ ♦♦♦ ⤞

      Освещая себе путь фонариком, Артём осторожно шёл по влажным скользким доскам, чуть неуверенно перепрыгивая на раскачивающиеся лодки. Часть из них даже в темноте выглядела настолько старыми, что детектив боялся проломить своим весом их днище и черпнуть обувью воды.       Артём исследовал каждую лодку настолько тщательно, насколько это было возможно в его состоянии, и был на грани разочарования, не находя ничего интересного, пока не заметил маленькую каплю крови на одной из стенок. Из замшелой деревяшки торчал светлый заусенец с явными следами запёкшейся крови.       — А вот это уже интересно.       Когда Артём присел, чтобы лучше рассмотреть находку, он услышал в стороне чужие шаги.       — Ты что-нибудь слышал?       — Нет, — ответил Том. — А что вы ищете? Я думал мы приехали за кем-то.       — Хотел убедиться, есть ли тут что-то.       — Я слышал, что к телам привязывали груз. Может это вон те мешки?       Томас посветил фонарём в сторону сваленных в кучу небольших мешков, оставленных скорее под списание, чем для продажи или использования. По тусклому квадрату на выцветшем полотне можно было предположить, что раньше эту часть закрывала условная этикетка.       — А что там? — спросил Артём.       — Сейчас проверю.       Полицейский подошёл ближе и осторожно вскрыл один из мешков. Он пощупал рассыпчатое вещество рукой, а затем понюхал. Сделав предположение, он рискнул и лизнул кончик пальца.       — Я думаю, это соль.       — Соль, — задумался Артём. — В таком месте её хранить не стали бы. Хотя… Возможно её оставили те ребята, которые нелегально ловили рыбу. Чтобы засаливать и сбывать. Если эти же мешки привязывали как грузы, то соль вполне могла раствориться или как-то вымыться из мешка течением. Тогда и тело бы поднялось. Звучит складно, конечно… Мда…       — Что дальше?       — Я закончу здесь, а ты сходи к сторожу. Запроси у него журнал с сотрудниками. Посмотрим кто тут отмечается.       — Хорошо.       Когда Томас скрылся в амбаре, Артём снова наклонился к замеченной ранее деревяшке. Пока он пытался сообразить, как бы удачнее захватить улику, со спины снова раздались шаги.       — Уже вернулся? Там никого… — хотел уточнить Арт, однако закончить фразу не успел. Незнакомая тёмная фигура с силой оглушила и без того чуть ослабленного детектива. В глазах всё поплыло.       …       Придя в себя, Артём услышал плеск воды и удар вёсел о её поверхность.       «Какого хрена?»       Руки оказались связаны, а верёвка у ног тянулась к большим мешкам. Внешне узлы выглядели надёжно, но что-то подсказывало Артёму, что завязаны они неправильно. Вернее, он хотел так думать.       — Тебе не удастся так просто избавиться от меня.       Похититель в маске ничего не ответил и продолжил грести. Как и говорила спасённая девушка, лицо разглядеть было почти невозможно. Даже с учётом начинающегося рассвета, всё хорошо закрывалось.       — Было опрометчиво оставить мне рот открытым.       В этот раз слова не были проигнорированы, и Артём тут же пожалел о них. Похититель отвлёкся от гребли и заткнул детектива куском ткани, больно стянув уголки губ.       Несмотря на происходящее, Артём сохранял спокойствие. Его больше волновал подступающий к горлу кашель, царапающий горло.       Отплыв от берега достаточно далеко, похититель обернулся. Глаза заметно расширились не то от испуга, не то от удивления. Детектив посмотрел в ту же сторону и увидел ещё одну лодку. Поняв, что именно спугнуло маньяка, он напрягся. Хватило секунд, чтобы догадаться, что будет дальше — похититель начал выбрасывать свою жертву за борт.       Артём вдохнул так глубоко, как только мог. Второе погружение в ледяную воду за столь короткий промежуток времени уже казалось пределом для организма. Попытки вырваться помогли только в избавлении от тянущих на дно мешков, но развязать руки и ноги до конца не вышло: всё слишком запуталось.       Детективом овладел страх. Он запаниковал и задёргался, быстрее расходуя воздух. Глаза неприятно щипало, а челюсть болела от необходимости сильно сжимать тряпку, чтобы не выпустить остатки кислорода при поднятой вверх голове, тянущейся к поверхности. Сделав пару отчаянных телодвижений, Артём выплыл и жадно вдохнул прохладный воздух носом. Переносицу неприятно сдавило, заслезились глаза. Не имея под собой опоры, Эстер снова погрузился под воду.       В этот момент детектива будто подхватили волны и стремительно понесли к берегу. Артём пришёл в сознание только когда почувствовал, как из него рвётся наружу вода. Он неуклюже перевернулся и сплюнул её. Кашель беспощадно драл горло, детектив продолжал содрогаться. Увидев лицо Василины, он положил голову ей на колени и приобнял. Коллега казалась невероятно тёплой.       — Слава богу, успели.