Любовь в 16

При оглядке на прошлое, мое сегодняшнее мнение о той ситуации полно противоречий, ведь я осознаю глубину истинных мотивов тех его шагов, сделанных в мою сторону. Эрик, ты искусный гадёныш, и именно это в тебе меня привлекало. Твои нежные и тонкие руки в моей памяти засели очень прочно и совсем не собирались покидать голову, после той замечательной встречи. Мне кажется, что за всю свою жизнь я больше так и не познала таких приятных, обжигающих прикосновений к себе. Хотелось бы провести вечность в твоих руках, в твоем глубоком остром взгляде, прочувствовать по новой приторные до отвращения губы, и даже твои игры не помешали думать о тебе все оставшиеся дни. Эмилия, неужели ты была так счастлива с ним тогда? Конечно, без той атмосферы, которую создал алкоголь, наше общение не взлетело бы так высоко. И вот я сейчас, держа в руке бокал белого вина, вновь погружаюсь в ту, нашу с тобой, реальность. «Где я?» — первый вопрос, всплывающий в моем сознании, когда я ощущаю все прелести ужасного похмелья, настигшее меня утром. Слава всем богам, в которых абсолютно не верю, — нахожусь дома, в своей постели. Скорее всего, мать уже ушла на работу, а отец, как обычно, отправился по своим делам. Возможно, он ходит к своей любовнице, которую он успел завести ещё пять лет, находясь в раздоре с матерью. Уже так давно... Хм, будь я на его месте, тоже без сомнения завела бы себе прекрасного любовника, способного удовлетворить все мои потребности. Ладно, пора бы наконец прийти в себя после этого "прекраснейшего" вечера, который весь день будет давать о себе знать. Встав, абсолютно разбитая и нагая, уверенно направилась к ванной. Кажется, сегодня я выгляжу не так плохо, по сравнению с остальными днями, после которых хочется просто умереть. Пьянка — это пагубное занятие, оставляющее след не на теле, а в самой сущности. Пора бы завязывать, а то в зеркале отражается не самоуверенная красотка, а страшное чудище, готовое убить всех на своем пути. Белесые волосы запутались в непонятном комке, который намеревался стать полнейшей катастрофой. Под глазами красовались сине-зелёные круги, которые никак не сочетались с фарфоровой кожей. Этот видок так и кричал, что кто-то явно переборщил с алкоголем, и не только. Мозг упорно старается отвергнуть воспоминания о том вечере, который, как мне кажется, сыграл важную роль. Но, чёрт, всё равно совсем ничего не помню. Лишь обрывки мелькают в голове: неужели мы целовались? Буду надеяться, что это всего лишь мечты, стремящиеся вырваться наружу. И вот приходит уведомление, совершенно не в подходящий момент. Сидя в "майке алкоголичке" (так её прозвала моя мать), в чёрных боксерских трусах, засиживаюсь в этом ненужном гаджете, не читая сообщения от такого обворожительного парня. «Эрик, неужели ты всё помнишь? Помнишь ли ты о том, как мои горячие губы касались твоих? Хочешь ли ты повторить это мгновение вновь? Ведь моё тело подаёт все признаки того, что безумно хочет оказаться в твоих руках и сладком поцелуе, который никак не хочется разрывать.» [Эмилия, извини за вчерашний порыв, всё было ошибкой, надеюсь, это никак не повлияет на наше общение.] Как же так? Неужели ты совсем не хотел бы повторить, а, может, даже и продолжить наше новое, тесное общение? Как жаль, я рассчитывала на хорошую трёпку нервной системы, которая так безумно скучает по эмоциональным качелям. Подумав пару минут над тем, что бы ответить, я решила высказать ему всё, что о нём думаю, — пусть даже не рассчитывает, что всё сойдет с рук, удачливый ублюдок. [Эрик, неужели наш поцелуй для тебя ничего не значил?] Ответ не заставил себя долго ждать. [Эми, ты серьёзно об этом говоришь?] [Конечно, я так тронута, чувствую себя очень оскорблённо, как ты мог так просто вычеркнуть этот момент?] [Прости, ладно? Давай забудем его, потому что мне совсем не хочется оправдываться и писать о том, что я сделал это от большой любви, ведь на самом деле никаких серьёзных намерений не преследовал.] Это уже звучит, как вызов. Чёртов гад, как же ты достал меня своими играми, даже в переписке не даёшь расслабиться, ничего сделаем тебе взбучку в реальной жизни, буду надеяться, что ты пожалеешь о том, что затеял данную игру. [Купился, придурок.] [Эмилия, твои шутки до добра не доведут.] Совсем ничего не хочется отвечать, как-то даже обидно, что для него наш поцелуй — пустой звук. Ладно, это совсем не играет роли, хочется просто отдохнуть и не думать о том, что будет завтра. — Эмили, ты тут? Отец. Только не он, совсем не хочется рассказывать о том, почему я вчера пришла такая счастливая и, главное, в алкогольном опьянении. — Конечно тут, папочка, где же мне ещё быть? Как он расстроен, совсем без настроения. Кажется, я вызываю у него еще больше негативных эмоций, чем могла бы. Стоит такой злой, расспрашивает, почему его святая дочь приходит в три утра с горящими глазами и перегаром, который отравляет все стены нашей квартиры. Ненавижу, честное слово. Он такой невыносимый: смотрит своим пронзительным взглядом, отчитывает за то, что я оказывается непутевая дочь, да и вообще оказывается не его дочь, потому что мать гулящая. Выслушивать его бред сегодня не входило в мои планы. Ведь именно сегодня я хотела написать только одному человеку, который прибежит ко мне по первому свисту, — Аните — главной отдушине моего тела и разума. С ней можно забыть о многом: не вспоминать те губы, которые ласкали вчера, те руки, нежно проводившие по моему позвоночнику, и, главное, что манит в ней больше всего, — она никогда не задает лишних вопросов. Я уверена, почти на девяносто процентов, что она придет после первого моего сообщения, прибежит, как собачка, верная и, главное, такая нежная. Пора бы закончить свои мучения и отдаться страсти, которая так и хочет вырваться наружу. Однако, столько времени прошло... У неё же есть девушка. Вроде как я хотела лишь извиниться за своё скотское поведение, но можно же поддаться ещё ра, ещё одной шалости? Прощальный секс никто не отменял, и у нас его как раз не было. Хочу ощутить её, её большую и безусловную любовь, которую, к своему большому сожалению, совсем не ценю. Решение лишь за тобой, моя милая Анита. Позвоню, буду считать до тридцати секунд, если не возьмет — сброшу и сразу в блок. Пусть мучается от незнания того, что я по истине от неё хотела. — Подруга дней моих суровых, что ты хотела? — говорит Анита с усмешкой в голосе. — Ого, Анита, ты даже ответила на звонок, очень неожиданно. Думала, будешь избегать меня до конца жизни. — Так, что ты хотела, Эмилия? — Хотела предложить встретиться и обсудить наши взаимоотношения. Соскучилась, уж больно по тебе. — Эмилия, мне, если честно, твои игры крайне надоели. Давай в этот единый раз ты назовешь настоящую причину такой вспышки. — Хочу побыть в твоих объятиях, — пойдём с козырей. — Так бы сразу. Женщина, буду ждать тебя в своей квартире через час. — До встречи. Анита, что-то с ней не так. Неужели моя отдушина стала совсем другой? Такой, как я? Только не это. Надеюсь, мои подозрения развеются, как только увижу её. Моя милая девочка, которая так сильно жаждала искренней, настоящей любви, просто могла стать совсем другой, так? Мне совсем не хочется верить в это. Ведь она достойна намного большего. Плотские утехи не должны были встать для неё в приоритет. Уже совсем не хочется идти на эту встречу, хотя пасовать теперь будет даже стыдно. Собравшись с духом, я надела то самое белье, которое осталось в моей памяти с нашей первой любовной встречи. Выходя из дома, включила самую трагичную музыку из плейлиста, создавая атмосферу насыщенных эмоций, подчеркивая её мелодиями, которые казались наиболее подходящими для этого необычного вечера. Пока я дрожу и чувствую, как холодный воздух проникает в мои легкие, внезапно охватывает желание покурить. Весь день я не могла найти времени для этого удовольствия. В моей голове всплывает образ Эрика, который так заботливо предложил мне тогда любимые сигареты. И как же мило, что он запомнил, какие именно сигареты я предпочитаю, предложив именно любимые. Безумно хочется ему написать прямо сейчас, но гордость не позволяет сделать такой шаг. Возможно, если бы я была пьяна вдребезги и совсем ничего не соображала, обязательно бы написала ему, предложила прогуляться, хотя бы на пару минут. Уже слишком далеко заходит игра, нужно взять себя в руки и уверенно идти к Аните, чтобы закрыть эту брешь, ведь причина именно в ней, этой бреши, не так ли? Добираясь до восьмого этажа, понимала, что мне нужно бежать оттуда как можно скорее. Анита не заслуживает такого отношения, не заслуживает того, чтобы снова разбили её сердце. — Эмилия, ты вовремя, совсем не похоже на тебя, — вымолвила Анита, не отрывая взгляда от моих глаз. Я ещё даже не успела позвонить в звонок, как вот она тут, стоит со своими красивыми рассыпающимися кудрями, которые падают на её хрупкие плечи. Острый и соблазняющий взгляд полностью уставлен только на меня, тонкие пальцы приглашают меня войти в её обитель. Она сводит меня с ума. Женщина, похоже, я снова влюблюсь в тебя, если ты не перестанешь смотреть на меня. И всё же она совсем другая — уверенная в себе, полная решимости и, главное, в её глазах нет сожаления, или страха, который читался раньше при виде меня. Возможно, это всего лишь моя идеализация её? Но сейчас, впервые за столько месяцев, мне хочется нырнуть в этот омут и забыть о том, что было между нами, забыть о слабой и беззащитной девушке, которая вздрагивала при виде меня. Перебивая мои мысли, Анита пригласила зайти в квартиру. Тут всё стало по-другому. Витала расслабленность, которой я уже давно не чувствовала. Запах травки сразу же дал в нос. Этот еловый оттенок мне всегда нравился, и... Это чувствовать уже так необычно: меня окутало спокойствие, безопасность, о которой мечтаю каждый день. Её взгляд снова прикован ко мне, такой нежный, трепетный, будто не существовало в прошлом того, что я раздавила её самооценку и её сердце. Зачем же ты так добра ко мне, Анита? Мне не хочется убегать от тебя. Я предпочла бы остаться в твоих объятиях навечно. Твоей любви хватило бы на нас двоих, но мои мысли были совсем о другом, о нём, о том, который в последнее время занимает слишком много личного пространства. Он возвращается каждую секунду и не дает моей голове отдохнуть. Надеюсь, ты сможешь дать мне забыться, хотя бы на час, Эрик, пожалуйста. Чувствую, как внутри меня бушует мятеж, и в этот момент жажду нечто большее, чем просто уход от реальности. — Эмилия, зачем ты тут? — сказала Анита, потягивая виски со своего стакана. — Ты же хочешь только правды сегодня? —Конечно, милая. Нет, только не это. Слово "милая" режет по сердцу. Я пришла сюда не для того, чтобы чувствовать вину, а чтобы забыться и совсем ничего не чувствовать. Теперь мне совсем ничего не хочется, только чтобы она наконец-то перестала быть такой ласковой ко мне и не смотрела, будто я её единственная любовь, которая никак не покинет сердце. — Прости меня, Анита, — неожиданно для себя выдала я. — За что, моя милая?— нежно сказала Анита, сократив дистанцию между нами. — За то, что даже сегодня я пришла, чтобы воспользоваться тобой, но теперь мне совсем не хочется этого делать. — Честность - это то, чего я добивалась от тебя несколько месяцев, и это стоит дороже всех украшений мира, спасибо, моя Эмилия. Могу я сегодня тебя так называть? — высказалась Анита шёпотом мне на ухо. — Сегодня тебе можно всё, — сказала я, притянув её как можно ближе к себе. Она совсем другая: не та девушка, которую я знала. Совсем не та. Уверенная и очень манящая, она вызывает во мне бурю эмоций, которые никак не хотят утихнуть. Мне хочется утонуть в ней и не отпускать. Но, как назло, мой мозг проецирует картинку совсем другого человека. Эрик. Даже тут ты не даёшь мне расслабиться. Она целует меня со всем напором, страстно, и в то же время с неисчерпаемой нежностью, которая таится в ней. Её язык блуждает по моим губам, сладко целует, словно все эти месяцы были лишь прелюдией к этому моменту. Её руки ласково наматывают мои волосы в кулак, отводя голову назад, чтобы она могла достичь моей шеи. Поцелуи на жилке отдают жаром и горечью, которую она скрывала от меня всё это время. Её длинные руки проводят по моему позвоночнику, смело проникая под футболку. С трепетом она проходит по моей талии, зная, что этот жест сводит меня с ума. Внизу живота всё сжимается, и я полностью отдаюсь ей. Но, приподнимая глаза, я вижу совсем другого человека — его. Эрик, снова ты вторгаешься в мои мысли, и в этот момент представляю именно тебя. Твои сильные и красивые руки ласково касаются моей груди, волосы, в которых я готова теряться, и губы, которые жаждут овладеть мной. Эти мысли только усиливают мое возбуждение, и я не желаю останавливать этот поток чувств. Мне приятно ощущать тебя, наслаждаться тем, что произошло вчера вечером. Я думаю, эти фантазии прекратятся, когда Анита завершит своё дело. Так что отправляйся в ад и не возвращайся, дай мне почувствовать её. Анита резко прервала всё происходящее и украдкой посмотрела на меня. — Ты точно хочешь этого, Эмилия? — Очень хочу, это всё, что я хочу прямо сейчас. Больше она не произносила ни слова, лишь продолжала смотреть на меня жадно и вызывающе, целуя так, словно это её последний шанс. Каждый поцелуй приносил мне удовольствие в полном смысле этого слова. Мне нравилось целовать её так, будто я по настоящему люблю, будто мне совершенно не мешает то, что в её облике я вижу совсем другого человека. — Ты так обеспокоена, Эмилия, что тебя тревожит? Я лежала возле нее, трогая её волосы, понимая, что больше ничего подобного не произойдет, мы больше не будем сгорать в поцелуях друг друга, не будем обниматься до потери пульса, поэтому совершенно спокойно могла рассказать обо всём, что меня беспокоит. — Один парень слишком часто возникает у меня в голове, и я даже не знаю, что это за чувство, — с полной искренностью смотря в глаза, сказала я. — Наверное, это и есть любовь, милая моя. Нет, это совсем не любовь, и она не права. Это всего лишь иллюзия, которая, вероятно, скоро рассеется, и я забуду о нем. Он больше не будет стоять на моем жизненном пути, и я завершу все наши взаимодействия и эту утомительную игру. Пойду вперед с гордой осанкой, лишь бы не ощущать его влияние и эти странные чувства, которые меня охватывают до сих пор после того вечера. Ладно, игру прервать не смогу, потому что тогда его эго будет в полном экстазе. Так что пришло время сделать ход, который не оставит ему выбора, так же, как и мне. Возвращаясь домой, поняла, что мне совсем не хочется от нее уходить настолько далеко. Но не потому, что в сердце разгорелись высокие чувства, а из-за осознания, что она — единственный человек на этой планете, который понимает мое настроение, обеспечивает полную безопасность и поддержку. Захотелось ещё раз окунуться в её общество, обсудить все тревожные темы, не только мои, но и её. Моя драгоценная Анита, как жаль, что мое сердце принадлежит не тебе. Подходя к подъезду и предсказывая то, что родители снова будут ругаться и учить жизни, мои желание возвращаться домой было полностью отбито. Было уже за двенадцать часов ночи, когда я решила остановиться возле этого зловещего парка. Присев на скамейку, решила насладиться долгожданной сигаретой, которую любезно подарила Анита. На улице стало еще прохладнее, ветер пронизывал до дрожи в теле, одинокие деревья создавали своеобразный звук, и это всё вместе создавало ещё боле угнетающую атмосферу, но в то же время такую приятную. Наконец, моим дрожащим рукам удалось зажечь сигарету. Наслаждаясь музыкой в наушниках и полным одиночеством, я и мой взгляд нашёл того, кого я совсем не ожидала здесь увидеть. Эрик также обратил внимание на одинокий силуэт, сидящий на скамейке. — Какая встреча, Эми. Что ты тут забыла в столь поздний час? Хорошим девочкам пора в кроватку. — Я же говорила, ты язва. Он осторожно подсел ко мне, забирая сигарету из рук. Его ладони задержались на моих пальцах, словно ожидая моего выпада. Но для сегодняшнего вечера мой энергетический запас иссяк, и я не была готова к борьбе с ним. — Что, моя леди, здесь забыла в столь поздний час? — сказал он с легкой ухмылкой. На его лице не было привычной язвительности или сарказма. Показалось, что он подавлен и не желает вступать в какие-либо разборки. — Думала, найду тут одинокого принца, а нашла тебя, — сказала я с улыбкой. — Прекращай, а то ещё буду ревновать, Эмилия. — Ты такой странный, Эрик. — Чем я странный, Эми? — Ты неопределенный, и твои настроения смущают меня. То холодный, то теплый. Как мне это понимать? — Никак, Эми, просто расслабься и не обращай на меня внимания. Он посмотрел на меня с грустной улыбкой и обнял. И сейчас мне совсем не хотелось обращать на это внимание. Боялась проснуться и осознать, что это всего лишь сон. Что же ты скрываешь за своей "радостной" улыбкой, Эрик?