Safe Zone/Безопасная зона

      Эндрю, как и любой другой человек, болел простудой, иногда насморком, а однажды даже ангиной. Однако он не болел гриппом. В то утро он проснулся с болью в теле и ознобом, от которого его била такая дрожь, что Нил подозрительно уставился на него. Наркоману хватило ума ничего не говорить. Эндрю изо всех сил старался вести себя как ни в чем не бывало.       Вот только утренняя тренировка была сущим адом. Как ему могло быть одновременно холодно и жарко? По его телу капал пот, но он дрожал, как будто стоял на улице без пальто. Его уровень старания был на нуле, и хотя прошло уже много времени с тех пор, как он перестал играть так слабо, никто, казалось, не был обеспокоен его неучастием. Единственная причина, которая могла быть, особенно в присутствии Кевина, это то, что Нил совал свой нос куда не следует. Эндрю сказал бы что-нибудь, если бы у него хватило сил, но в таком состоянии он едва смог дойти до раздевалки, чтобы смыть с себя вонь пота.       Нил был единственным, кто остался в раздевалке, когда Эндрю, наконец, вышел обратно. Приподнятая бровь была единственным комментарием, когда он одевался. Было тихо, и Эндрю знал, что он, очевидно, двигался медленнее, чем обычно. Не говоря уже о том, что при каждом движении его дыхание вырывалось чуть ли не через рот, но он не мог сдержаться.       — Дрю, — начал Нил.       — Нет, — перебил Эндрю. Нил вздохнул, но промолчал.       После того как Эндрю оделся, отвез их двоих в кампус, где высадил Нила, он вернулся в общежитие, чтобы еще вздремнуть перед первым занятием. Он решил, что сон поможет ему почувствовать себя лучше, но вместо этого проснулся от промокших простыней, пронзительной головной боли, озноба во всем теле и знакомой тошноты. Последняя слишком сильно напоминала ему ломку. Он прикусил язык, борясь с рвотой. Он не собирался проявлять слабость. Это было всего лишь легким неудобством.       Эндрю поднялся с кровати, и мир накренился. Он споткнулся, с трудом ухватившись за край стола.       — Блядь, — пробормотал он, чувствуя, как на него накатывает тошнота. Он схватился за живот и закрыл глаза, не шевелясь и надеясь, что ощущение пройдет. Прошло около минуты, прежде чем он наконец смог снова двигаться без риска, что его вырвет.       Идти на занятия было, наверное, самым глупым решением, которое он мог принять. Он едва различал окружающую обстановку сквозь дымку лихорадки, которая заставляла его бояться невидимых угроз. Его сердце бешено колотилось, он постоянно пытался держать глаза открытыми, чтобы наблюдать за происходящим вокруг.       Ему не нравилось болеть. Это делало его слабым. Это делало его уязвимым. Любой человек в любой момент мог дотронуться до него. Они могли одолеть его. Он должен был продолжать двигаться. Он должен был притворяться, что с ним все в порядке, чтобы никто не смог им воспользоваться. Но были вещи, которые Эндрю не мог преодолеть одной лишь силой воли.       Когда кто-то столкнулся с ним в коридоре и потянулся к нему, он выхватил нож. Он смутно помнил крики, вздохи и то, как люди обходили его стороной, пока он, спотыкаясь, шел по коридору к ближайшему туалету, не в силах сдержать тошноту.       Когда желудок опустел, он осел на пол в кабинке, прислонившись спиной к стене, подтянув колени и подперев голову руками, повторяя про себя, что он в Пальметто. Здесь нет хищников, преследующих его. Все, что ему нужно было сделать, это добраться до общежития, где будет Нил. Тогда он будет в безопасности. Нил будет охранять его, пока тело Эндрю будет беспомощно.       Эта мысль была сокрушительной для Эндрю в его нынешнем состоянии. Конечно, он всегда чувствовал странный комфорт рядом с Нилом, но чувствовать, что он может отбросить свои стены и довериться Нилу, что он не причинит ему вреда и не позволит причинить ему вред, было совершенно другим. Би, вероятно, назвала бы его идиотом за то, что он не распознал это раньше. Но в защиту Эндрю можно сказать, что он никогда не был в ситуации, когда не считал, что может защитить себя. Вытащив телефон, Эндрю позвонил единственному человеку, которому мог.       — Где ты? — сразу же спросил Нил.       — В «Ньюман Билдинг». Второй этаж. Мужской туалет.       — Я иду. Просто оставайся там.       Телефон разрядился, и Эндрю опустил его на пол, положив голову на колени. Нил скоро будет здесь. Ему просто нужно подождать пять, может, десять минут. Но через три минуты после того, как он положил трубку, дверь в уборную распахнулась, ударившись о стену и заскрипев от силы рывка. Это испугало его, и он потянулся за ножами.       — Дрю? — раздался голос Нила. Эндрю расслабился, убрал нож под повязки и потянулся вверх, чтобы отпереть кабинку. Дверь едва приоткрылась, но этого было достаточно, чтобы Нил заметил. — Привет, — сказал он, опускаясь на колени перед Эндрю с мягкой улыбкой на лице. Эндрю насмешливо хмыкнул.       — Ты идиот.       — Мило. Очевидно, ты хорошо себя чувствуешь, если оскорбляешь меня. — Эндрю зло сощурился, или, по крайней мере, попытался, но даже он мог сказать, что за этим не было никакого пыла. Мягкая улыбка Нила превратилась в хмурый взгляд, изучающий Эндрю. — Ты вспотел.       — Жарко.       — Сейчас середина января. Ты без пальто. И обогреватели не так уж сильно греют.       — Конечно, греют. Просто ты не замечаешь.       — Дрю.       — Кролик.       — Я могу до тебя дотронуться? Помочь подняться? — Эндрю на мгновение задумался. Вероятно, он бы отказался, особенно если учесть, что в голове у него крутилось прошлое. Но Нил был безопасен. Поэтому Эндрю кивнул. Но Нил не двигался. — Да или нет?       — Да, — раздраженно сказал Эндрю. Осторожно Нил протянул руки, позволяя Эндрю ухватиться за них, затем вместе они подняли его с пола. Эндрю слегка покачнулся, но Нил своим телом удержал его от падения.       — Хочешь пойти к Эбби?       — Это просто простуда.       — Это больше, чем простуда, и ты это знаешь.       — Просто отвези меня в общежитие.       Нил не стал спорить, и шел рядом с Эндрю, пока они направлялись к Мазерати. Нил отвез их в Лисью Башню и сразу же велел принять душ.       — Потом я снова вспотею, и в этом не будет смысла, — возразил Эндрю.       — Зато тебе станет немного легче.       — Я скорее потеряю сознание.       — Тогда я пойду в душ вместе с тобой, если ты не против. Полностью одетым.       Эндрю сделал паузу, чтобы оценить свои ощущения, и снова ответил только «да».       — Ты можешь принять со мной душ, но не обязательно полностью одетым.       — Ты уверен?       — Уверен.       Пока Нил устанавливал нужную температуру, Эндрю раздевался. Он оценивал свое состояние, чтобы убедиться, что все в порядке. Никаких тревожных сигналов не последовало. Были только он и Нил, и это было безопасно. Довольный водой, Нил начал раздеваться, оставив Эндрю. Ему было больно признать, что Нил был прав. Душ уже помог ему почувствовать себя лучше, пусть и незначительно.       Нил шагнул следом за ним, и Эндрю передал ему флакон с шампунем — молчаливая просьба, которую не нужно было озвучивать. Эндрю повернулся к нему лицом, закрыв глаза, пока пальцы массировали кожу его головы. Он расслабился от прикосновений, тело впервые за этот день не было таким напряженным. Слишком скоро Эндрю оказался под водой, где Нил позаботился о нем и сполоснул его волосы. Затем он протянул Нилу мочалку и гель для тела.       — Дрю, я…       — Я скажу, если будет слишком. Я тебе доверяю.       Нил задумался на мгновение, но согласился. Эндрю не сводил глаз, наблюдая за каждым движением Нила. Страха не было. Он не чувствовал себя неловко. Он не готовился к плохой реакции. В этом не было никакого смысла. В такой ситуации он должен был хотя бы немного опасаться Нила. Но ничего не было.       Нил был безопасен.       Пока Эндрю переодевался в безразмерную толстовку и треники Нила, наркоман менял простыни. Как только кровать была заправлена, Эндрю забрался в нее, слишком уставший, чтобы долго стоять. Нил ушел, но вернулся с аптечкой, сел на край кровати и рылся в ней, пока не нашел термометр. Эндрю скривился, когда Нил протянул его ему, но сделал все, как было велено. Когда термометр подал звуковой сигнал, Нил нахмурился.       — Мы должны отвезти тебя к Эбби.       — Это не поможет.       — Тебе плохо.       — Это ерунда.       — Дрю…       — Либо ложись со мной, либо уходи. Это единственные варианты.       Нил вздохнул, собирая содержимое медицинской косметички. Не говоря ни слова, он снова вышел из комнаты. Его не было дольше, чем требовалось, чтобы убрать аптечку. Раздосадованный тем, что Нил действительно ушел, Эндрю натянул одеяло на голову и сосредоточился на том, чтобы не испытывать этих редких эмоций, когда дело касалось Нила. Однако это продолжалось недолго. Дверь тихо открылась и так же тихо закрылась. Колыхание кровати подсказало, что Нил вернулся.       — Может, сядешь? Я не буду снова просить тебя поехать к Эбби, если ты просто выпьешь это.       Эндрю откинул одеяло и увидел в руках Нила бутылку Gatorade с ибупрофеном. Грудь сжалась от облегчения, когда он понял, что Нил не собирался уходить. Неужели болезнь сделала его таким нуждающимся? Или дело в том, что Нил обеспечивал комфорт и безопасность, к чему Эндрю не привык?       Он сел, взял у Нила бутылку и выпил до дна. Когда он вернул пустую бутылку, на лице Нила появилась глупая улыбка. Он хотел встать, но Эндрю схватил его за рубашку и потянул.       — Останься.       Лицо Нила смягчилось. Он поставил бутылку на пол и забрался под одеяло. Эндрю толкнул его на спину и придвинулся вплотную, положив голову на грудь наркомана. Нил откинул волосы Эндрю со лба и прикоснулся к нему. Холодное касание было приятным, и Эндрю удовлетворенно вздохнул. Другая ладонь Нила проводила по всей длине руки Эндрю. Это не должно было быть таким успокаивающим. Ничто в этом не должно было быть комфортным и безопасным. Но это так.       — Ненавижу тебя, — сказал Эндрю.       — Я знаю, — ответил Нил. Это было не то, что Эндрю хотел услышать. Ему захотелось подтолкнуть его к спору. Чтобы дать Нилу повод уйти от него. Чтобы дать Эндрю повод отказаться от этой несбыточной мечты. Возможно, когда-то он так и поступил бы. Задолго до Балтимора. И даже некоторое время после Балтимора. Но Эндрю перерос ту личность. С помощью Би и нерушимого понимания Нила Эндрю смог найти утешение в самом маловероятном человеке.       — С тобой я чувствую себя в безопасности, — признался Эндрю. — Когда я болею, я не чувствую себя в безопасности. Я становлюсь слабым. Я становлюсь неуверенным. Я не могу защитить себя. Но когда ты ответил на звонок, я почувствовал… — Он запнулся, не в силах подобрать правильные слова.       — Как будто все резко прекратилось? И разум внезапно прояснился? — уточнил Нил. Эндрю кивнул. Это было что-то похожее.       — Как будто я наконец-то смог дышать, — сказал Эндрю.       Нил хмыкнул, продолжая водить пальцами по его руке. — Я чувствовал то же самое, когда ты вернулся спустя семь недель. Облегчение, что ты наконец-то вернулся.       — И все равно он не интересуется.       — Я идиот, помнишь? — В голосе Нила ясно слышалась улыбка. Он поцеловал Эндрю в макушку. — Поспи немного.       — Ладно, — сказал Эндрю, закрывая глаза и позволяя своему телу полностью прильнуть к Нилу.

***

      Эндрю то и дело просыпался от того, что Нил измерял ему температуру, а потом Нил говорил ему принять еще лекарства. Все это было как в тумане, но ни разу Эндрю не испытывал страха. Не тогда, когда его рука была зарыта в рубашку Нила или под ней, касаясь шрамов, которые могли быть связаны только с Нилом.       — Он умер? — услышал он чей-то тихий голос. Похоже, это был Ники, но Ники никогда не был таким тихим.       — Возьми все, что тебе нужно, и уходи, — предупредил Нил ледяным тоном.       — Он принимал какие-нибудь лекарства? — спросил Аарон.       — Да. А теперь иди, пока я не швырнул в тебя нож.       Кто-то недовольно хмыкнул, но в комнате воцарилась тишина, и Эндрю снова погрузился в сон. Когда он проснулся в следующий раз, лучи утреннего солнца проникали сквозь жалюзи. Нил все еще лежал в постели рядом с ним и спал, несмотря на время. Эндрю сел, разбудив кролика. Мягкая улыбка пронеслась по его лицу, когда он посмотрел на Эндрю.       — Как ты себя чувствуешь?       Эндрю пожал плечами. Он чувствовал себя отвратительно из-за пота и сбившейся температуры. Но тошноты не было. Он был измотан, но чувствовал себя так, словно мог съесть полноценный обед. Нил потянулся, затем сел, вопросительно протягивая руку. Эндрю кивнул, и Нил пощупал его лоб. Довольный, Нил обхватил лицо Эндрю. Закрыв глаза, Эндрю ослаб от комфорта и позволил Нилу притянуть его ближе и поцеловать в лоб.       — Иди в душ, пока я приготовлю завтрак, хорошо?       Он кивнул в ответ и слез с кровати. В общежитии было пусто, и если часы на стене были верны, это означало, что все уже заканчивают утреннюю тренировку. Только дойдя до ванной, он заметил подушки и сложенные одеяла на диване. Они принадлежали Кевину и Ники, но в том, что они спали в гостиной, не было никакого смысла. Покачав головой, Эндрю закрыл за собой дверь ванной. Были и другие вещи, о которых стоило беспокоиться. Например, душ. И обещанный Нилом завтрак.       Когда вода остыла, Эндрю неохотно вылез. Он обнаружил, что Нил оставил чистую стопку одежды на тумбе у раковины, и удивился, как, черт возьми, он вообще не услышал кролика. Возможно, он слишком расслабился. Он не должен чувствовать себя в такой безопасности в присутствии Нила, но слова Би, что вспыхнули в памяти, остановили его мысли. — То, что Нил заставляет тебя чувствовать себя в безопасности, — нормально и является признаком исцеления. Не отталкивай его, потому что это страшно. Ты заслуживаешь того, чтобы рядом был кто-то, с кем ты можешь расслабиться. Ты — такой человек для Нила, так позволь ему стать таким человеком для тебя.       Ворча про себя проклятия, Эндрю натянул одежду, но не сразу заметил, что она принадлежит Нилу. Он позволил себе утешение, и, очевидно, этот идиот это понял. К счастью, он ничего не сказал, и Эндрю надеялся, что так будет и впредь.       Когда он вышел из ванной, Нил поставил на стол тарелку с вафлями, намазанными маслом и сиропом, и чашку переслащенного кофе. Он почувствовал на себе взгляд Нила, когда сел за стол и откусил кусочек. На вкус это было невероятно. Слишком хорошо для плохих навыков Нила Джостена. Но вот он здесь, наслаждается вкусом чего-то, сделанного неуклюжими руками.       — Ты, наверное, голоден, — сказал Нил, усаживаясь напротив Эндрю со своим кофе и бананом.       — Кажется, твои навыки повысились.       Нил громко рассмеялся. Эндрю всегда удивляло, как Нил сумел стать таким счастливым после смерти отца. Нил был ярче. Счастливее. Потрясающим. Когда он был рядом с Эндрю или Лисами, он был как солнце. Но за их пределами Нил был бурей, с которой не стоило связываться.       — Знаю, ты, должно быть, очень голоден, если хвалишь мою стряпню.       Входная дверь открылась, и первое, что они услышали, это то, как Ники рассказывает о случившемся на тренировке. — Эндрю! — крикнул он, увидев этих двоих. — Ты жив.       — Хорошо. Теперь Нил сможет пойти на тренировку. Вам нужно многое наверстать, — сказал Кевин.       Нил закатил глаза. — Всего две тренировки. Переживу.       — Три. Ты даже не пошел на ночную.       Эндрю смотрел между ними, ясно слыша их слова, но не понимая. — Ты не ходил на тренировки?       Нил посмотрел на него, нахмурив брови. — Нет. Я остался здесь с тобой.       — Это было так романтично! — воскликнул Ники. — Он даже заставил нас спать здесь, чтобы не мешать тебе. Аарон хотел отвести тебя к врачу, но Нил пригрозил зарезать его и любого, кто посмеет попытаться разбудить тебя.       Эндрю вопросительно поднял бровь. Нил пожал плечами. — Они были назойливы. Это было так же выгодно мне, как и тебе. — Затем он посмотрел на этих двоих. — Разве вам не нужно идти на занятия?       Ворча, Ники и Кевин отправились в спальню, чтобы взять учебники и убраться из общежития. Эндрю доел свой завтрак и выпил кофе, а затем посмотрел на Нила, который, не обращая на него внимания, отнес их посуду в раковину, чтобы вымыть. Эндрю вздохнул, поднялся со стула и подошел, встав позади Нила. Он свободно обхватил Нила за талию и положил подбородок на плечо кролика.       — Тебе не обязательно было делать все это.       — Я был нужен тебе. Пожертвовать тренировкой и выгнать остальных — это меньшее, что я мог сделать. Ты бы сделал то же самое для меня. Ты уже делал то же самое и даже больше.       Закрыв глаза, Эндрю уткнулся лицом в шею Нила, вдыхая знакомый запах. — У меня не должно было быть всего этого, — тихо признался Эндрю. Нил вытер руки и положил их поверх руки Эндрю.       — Но у тебя есть. И будет. До тех пор, пока ты хочешь, чтобы я оставался.       В ушах Эндрю звенело «всегда», но он не мог произнести это вслух. Он не был готов. Он знал, что Нил — это то, что ему нужно, но мысль о том, что это «всегда» повлечет за собой, ошеломила его. Вместо этого он крепче обхватил Нила, удивляясь, как этот юноша стал для него всем. Нил прильнул к Эндрю, удовлетворенно хмыкнув, когда они нашли утешение в прикосновениях друг друга.