The Blood of Traitors//Кровь Предателей

Гермиона почувствовала, как прохладный воздух коснулся её кожи, когда они прорвались сквозь крышу одного из самых защищённых зданий магической Англии. Её глаза были крепко зажмурены с момента взлёта, а голова — прижата к плечу. Она чувствовала тепло Драко позади себя и Рона или Гарри — перед собой. Девушка стиснула зубы, когда её руки заныли от мёртвой хватки на шипах дракона. — Смотри! — ветер громко свистел в ушах, и Гермиона скорее почувствовала вибрацию голоса Драко, чем услышала его. Как бы ей этого не хотелось, она повиновалась и открыла глаза, взглянула на зелёные поля под ними. Они вылетели из Лондона и направлялись к пригороду. Гермиона не могла заставить себя расслабиться, но всё равно чувствовала облегчение от того, что они добыли крестраж. Она похлопала по сумке ладонью, чтобы убедиться, что чаша не потерялась, и выдохнула, нащупав пальцами холодный металл. Они парили на уровне облаков, как ей казалось, несколько часов, но она знала, что прошло не больше тридцати минут. Гермиона начала беспокоиться о том, как они смогут спуститься, и было ясно, что не она одна думала об этом, поскольку парни тоже начали неловко ёрзать. — Как, чёрт возьми, мы вернёмся на землю? — девушка услышала, как Рон закричал. Конечно, всегда можно было аппарировать, но был высокий шанс того, что их расщепит. Единственным оставшимся вариантом было ждать, пока дракон приземлится, чего пришлось бы ждать несколько часов, а затем, в лучшем случае, им пришлось бы прятаться от него или, не дай Мерлин, сражаться с ним. Гермиона уже было открыла рот, чтобы озвучить эти варианты, когда дракон резко развернулся, и ребята по инерции накренились в сторону, ударяясь друг о друга. — Что, чёрт возьми, оно делает?! — закричал Драко, его голос был насквозь пропитан страхом. Гермиона не винила его: путешествие на спине дракона только обострило её страх перед полётами. Умереть, будучи сброшенной с гигантского чудовища, было не той смертью, которую она заслуживала. Гермиона заставила себя посмотреть вниз и увидела, что они кружили над гигантским озером. Ей претила идея сорваться и прыгнуть вниз, но это был единственный вариант, при котором им не придётся сражаться ещё и с драконом. — Нам нужно прыгать! — закричала она, её голос хрипел из-за того, как громко она кричала. Гарри и Рон оба повернулись к ней, их лица были бледными и явно не выражали радости. — Если мы не прыгнем сейчас, то застрянем тут ещё на несколько часов, — она просто молилась Мерлину, чтобы озеро не кишело гриндилоу или другими ужасными магическими существами. Гермиона заметила, как Рон с силой сглотнул подступающий ком страха, а Гарри кивнул — оба мальчика продемонстрировали свои гриффиндорские качества, оттолкнувшись от серой чешуи и позволив себе свободно упасть вниз. Девушка повернулась к Драко. Он тоже был бледен, но его лицо выражало решимость, и она знала, что ей не придётся с ним спорить. Не говоря ни слова, они схватили друг друга за руки, и Малфой кивнул. Он шёл туда, куда шла она, и прямо сейчас перед ними было тёмное озеро. Они оба перекинули ноги через шипы дракона и с оглушительным криком устремились вниз. Гермиона смутно ощущала потоки ветра, прежде чем резкий всплеск холодной воды ударил по ушам. Вода заполнила её нос, когда она резко погрузилась, и стоило ей инстинктивно начать плыть к поверхности, как пришлось сдерживать себя, чтобы не позволить воде попасть в лёгкие. Она вынырнула, кашляя, и её потянули вперёд чьи-то сильные руки, которые, как она сразу поняла, принадлежали её мужу. Песок был грубым и зернистым, царапал мокрую кожу, но осознание того, что они добрались до суши, успокаивало. Гермиона услышала хрипы, тяжёлые вздохи, и, возможно, звуки рвоты. Похоже, она была не единственной, на кого так сильно повлияло погружение в холодную воду с большой высоты. — Я не знаю, нравится ли мне мой тёзка, — услышала она шутку Драко, голос которого дрожал. Девушка открыла глаза и увидела, что он лежал на спине рядом с ней. Гарри стоял на четвереньках, а Рон сидел, зажав голову между колен. — Кажется, теперь мне больше нравятся кошки, — сказал Гарри, откашливаясь. — Приятно слышать, что ты обожаешь Араторна, — Гермиона рассмеялась, от чего у неё заболели лёгкие, но она ничего не могла с собой поделать. Они лежали в тишине, пока Гарри не зашипел, схватившись за свой шрам. Все вскочили, в мгновение оказавшись рядом с ним, уже по опыту зная, что означала для мальчика эта боль. Он молчал минуту, прежде чем поднять голову. Стеклянный взгляд не предвещал ничего хорошего. — Он знает. Он знает, что мы делаем, — голос Гарри был тихим, словно в нём звучало недоверие. Драко и Регулус были правы. Их раскрыли. Сейчас или никогда. — Нам нужно добраться до Хогвартса сейчас. Пока он этого не сделал, — Гарри встал. От него веяло решимостью и холодом. — Подожди! Нам нужно уничтожить чашу сейчас. Мы не можем её потерять, — сказала Гермиона, как всегда прислушиваясь к голосу разума. Она пошарила в своей сумке, пытаясь ухватиться за ледяной металлический ободок чаши. Вытащив её и положив на землю, гриффиндорка принялась искать Меч, надеясь, что он волшебным образом не исчез из-за всей этой суматохи в банке. Гермиона тихонько вздохнула, когда инкрустированная рубинами рукоять вжалась ей в ладонь. С мечом и кубком наготове она оглянулась на парней. — Кто окажет честь? — спросила она, протягивая меч мальчикам. Никто из них не выглядел готовым принять этот удар на себя, и она вздохнула. — Ну, быстрее, у нас ещё есть планы, — она снова потрясла оружием, пытаясь соблазнить одного из них. Они переглянулись, прежде чем пришли к какому-то молчаливому соглашению. — Почему бы тебе этого не сделать, дорогая? — спросил Драко у Гермионы. Она нахмурила брови. Увидев её растерянность, Гарри вмешался, чтобы объяснить: — Я уже уничтожил дневник, а Драко уничтожил медальон. Думаю, теперь твоя очередь. — А как же Рон? — возразила Гермиона. Они были командой, и она знала, что Уизли тоже хотел бы сделать что-то значимое, ведь она уже внесла свой вклад, помогая Драко с медальоном. Рон только покачал головой. — Я не выдержал, когда меня пытала Беллатриса. Ты заслужила это, Миона. Я смогу уничтожить следующий, — сказал Рон, и она снова оглянулась на своих друзей, но они не сдавались. Понимая, что время для споров истекло, Гермиона шагнула вперёд в небольшой круг, который они образовали. Подобно медальону, чаша, казалось, чувствовала, что её хотели уничтожить, и чувство страха будто окатило её сильнее, чем ледяная вода при падении с высоты. Гермиона хотела отпрянуть, но с усилием подтолкнула себя ближе. Время, казалось, замедлилось, когда она занесла меч над головой. Мурашки пробежали по её холодной коже. Собственный страх она превратила в гнев. Это была часть души Волдеморта. Часть человека, который отнял всё у неё и её семьи. Это будет лишь ещё одним шагом к его уничтожению, ещё одним шагом на её пути помощи в уничтожении этого монстра. Они заставят его заплатить, подумала она, опуская меч вниз, вкладывая в это движение всю свою решимость. Тот ударился о чашу, и ужасная чёрная жидкость запузырилась из проколотой дыры, издавая хлюпающие звуки. Она сильнее надавила на чашу, и округу пронзил оглушительный крик. Он был таким же, как и тогда, когда был уничтожен медальон, и это было словно музыка для её ушей. Чёрная жидкость перестала сочиться, крики затихли, и вместе с этим ещё одна часть души Волдеморта была стёрта с лица Земли навечно. Они стояли молча, меч всё ещё был в руке Гермионы. Спустя минуту Драко вышел из оцепенения. — Хогвартс. Нам нужно попасть в Хогвартс, — его голос был напряжённым. Они не успели спланировать вылазку в школу. Это казалось таким далёким, и Драко почувствовал себя тупым. Как они могли спланировать, что их план пойдёт ко всем чертям, но совершенно забыли о вылазке в замок? Гарри догнал его первым и потянулся к сумке Гермионы, что валялась на земле. — Сначала мы можем аппарировать в Хогсмид. Каковы шансы, что Визжащая хижина патрулируется? — Визжащая хижина? Зачем тебе туда? — спросил Драко, когда Гарри нашёл свой плащ-невидимку и вытащил его. — В Хогвартс можно попасть через секретный вход. Ремус пользовался им в полнолуние, когда возвращался в Хогвартс, — объяснил Гарри. — Сначала нам следует наложить дезиллюминационное заклинание, поскольку мы все не сможем поместиться под мантией. — Почему вы не сказали об этом раньше! — вскрикнул Драко. Хотя ему рассказывали о ликантропии Люпина, информацией о секретном входе с ним не поделились, а он очень не любил не знать того, что знали другие. Гермиона проигнорировала слова мужа и вместо этого сосредоточилась на плане Гарри. — Гарри, мы там едва ли вдвоём поместимся, не говоря уже о четверых. — Слушай, мантия покроет верхнюю часть наших тел, а с чарами дезиллюминации и тем, что уже темнеет, мы будем в порядке. Теперь пошли, — подгонял он, накладывая заклинание. Рон был вторым на очереди, и Гермионе пришлось признать, что это был третий раз за сегодня, когда у них просто не было другого выбора. Четверо ребят укрылись под мантией и прижались друг к другу, прежде чем Гарри сказал: — Давайте сначала аппарируем в переулок за Сладким королевством. Хотя никто этого не увидел, Гермиона кивнула, и их тут же подхватил водоворот аппарации. Они появились в переулке, и прошло всего, навскидку, секунды три, как завила сирена. — Заклинание обнаружения, — прошипел Драко, и ребята прислонились друг к другу ещё ближе, едва оставляя себе возможность вдохнуть на полную. В мгновение среди улицы появились фигуры в серебряных масках, ища того, кто активировал чары. — Это Поттер, я знаю! — раздался голос за углом. Звук топота ног наполнил тёмный переулок, и Гермиона знала, что стояла ближе остальных к источнику звука, готовая выскочить из убежища, если придётся. Она едва могла различить фигуры, стремящихся вступить в схватку, когда они приближались. Девушка могла поклясться, что человек в сверкающей маске на мгновение посмотрел прямо на неё, и она затаила дыхание. Как раз в тот момент, когда человек собирался сделать шаг вперёд, дверь наверху открылась. — Что это за шум? — раздался странно знакомый голос. — Возвращайтесь внутрь! — рявкнул ближайший к ним Пожиратель смерти. Человек, что открыл дверь, проигнорировал команду и продолжил: — Ну, судя по всему, что-то произошло. Если это так, я чувствую, что меня должны были предупредить, — голос подталкивал, почти подстрекая. — Я сказал, возвращайся в дом, дурак. На дворе комендантский час, и если бы я не знал тебя лично, я бы обвинил тебя в том, что это ты активировал сигнализацию. Ты укрываешь беглецов, да? — протянул Пожиратель смерти. — Единственное, в чём ты можешь меня обвинить, так это в том, что я выпустил свою кошку прогуляться. Это теперь тоже преступление? — Гермиона услышала насмешку в голосе неизвестного ей человека. — Просто вернись в дом и закрой дверь, пока я случайно не выпустил Круцио, — крикнул Пожиратель смерти, прежде чем уйти из переулка, забрав с собой его прислужника. Тишина окутала улицу, прежде чем голос позвал снова. — Чего вы затаились, быстро в дом! — словно приказал голос. Гермиона не могла видеть человека, что окликнул их, но почувствовала, как натягивалась мантия. Она быстро последовала за друзьями по лестнице, будучи вполне не против не ночевать на улице, которую патрулировали. Когда вошла в дом, она быстро вспомнила, почему голос звучал так знакомо. Это был бармен из Кабаньей головы. Дверь быстро закрылась за ними, и Поттер стянул мантию-невидимку. Гарри быстро снял с себя дезиллюминационные чары. — Спасибо, — сказал он с искренней благодарностью. Глаза бармена расширились, когда он увидел, кого он только что спас. Он бы оказался слишком наивен, если бы подумал, что Поттер прибыл один, поэтому не удивился, когда в поле зрения появились Рон, Гермиона и Драко. Мужчина покачал головой: — Вам всем нужно убираться отсюда, — сказал он, приложив руку к виску, а затем поправил очки. — Это исключено, — вмешался Рон, проявив упрямство. Бармен посмотрел на высокого блондина в комнате и узнал его с первого взгляда, как и Поттера. — Ты! Наследник семьи Малфоев. Забирай Избранного и своих друзей и убирайся отсюда. Покинь страну и никогда не возвращайся, если хочешь остаться в живых. Драко увидел до боли знакомого человека: он провёл в размышлениях год, пытаясь убить того, кто выглядел точь-в-точь как этот мужчина, что спас их от Пожирателей. В ответ Драко лишь покачал головой: — Я не могу этого сделать, и даже если бы мог, я бы не стал. — Вы все идиоты! — выкрикнул мужчина. — Простите, но кто вы такой и кем себя возомнили, чтобы указывать нам, что делать? — Гермиона рванулась вперёд, желая устроить мужчине взбучку. Бармен оглядел её с ног до головы, а затем презрительно произнёс: — Послушай, девочка… — Дамблдор, — произнёс Гарри, перебивая мужчину. Теперь он переключился на Гарри. — Я — не жалкое подобие человека, использующего детей как собственных солдат и марионеток. — Нет, но ты его брат, — закончил Драко. — Аберфорт, не так ли? — он вспомнил книгу, которую написала Рита Скитер. Драко не мог поверить, что не догадался об этом раньше, во время учёбы, когда он и его друзья пробирались в не слишком респектабельный бар ради дешёвой и доступной выпивки. Мужчины выглядели так похоже, но вели себя так по-разному, что их было трудно даже сравнивать. Каким же он был дерьмовым слизеринцем, раз не догадался сразу. Аберфорт пристально посмотрел на него, но кивнул. — Тогда ты поймёшь, зачем мы здесь. Ты назвал Гарри Избранным, — снова заговорила Гермиона. — Я ничего не знаю. Мой брат был самодовольным ослом и держал свои секреты при себе, — утверждал Аберфорт, и в его тоне звучало презрение к брату. — Нам нужно попасть в замок! Там есть кое-то, что поможет нам победить Волдеморта, — почти что закричал Гарри. — Вам нужно уносить ноги отсюда. Мой брат промыл вам мозги, дети, заставив думать, что эта война — ваша ответственность, — теперь Аберфорт начал злиться. Эти дети, что свято верили в бредни его брата, раздражали. Такие молодые и упрямые. Гарри прищурился, глядя на волшебника. — Это не из-за твоего брата! Наша судьба предрешена пророчеством, и мы намерены следовать ему. Если ты не можешь нам помочь, то мы уйдём. Аберфорт вздохнул, глядя на ребят, а затем встал. Мужчина подошёл к большой картине на стене, на которой была изображена молодая светловолосая девочка с застенчивой, милой улыбкой. Он отвернулся от них и заговорил с ней. — Открой проход и приведи мальчика, — девочка, Ариана, как догадалась Гермиона, кивнула и вышла из рамы картины. Они сидели минуту или две в тишине, пока Аберфорт стоял у портрета. Каждый подросток жаждал двигаться дальше, продолжить начатое, и Гермионе потребовалось время, чтобы понять, что заклинание обнаружения рассеялось, и улицы снова стали тихими. Она оценила состояние своего тела и то, как её мышцы уже начинали болеть, и насколько обвисли её веки, что жаждали сна и покоя. Они ушли в Косой переулок утром, и за время их путешествия на улице стемнело. Она не была уверена, то ли это месяцы бега настигли её, то ли сам день высосал всю энергию, но тишина заставила её чувствовать себя ещё более истощённой. Пока Гермиона боролась за то, чтобы держать глаза открытыми, раздался ещё один скрежет камня о камень, а затем портрет молодой девушки распахнулся. — Годрик, это снова вы! — Невилл шагнул вперёд. Они не видели его с зимних каникул. Казалось, что это было целую вечность назад. — Невилл? — недоверчиво спросила Гермиона. Как он попал сюда из замка? — Гермиона, — улыбка озарила его лицо. — Малфой, — гриффиндорец опустил подбородок в знак приветствия, гораздо более сердечно, чем в прошлый раз. — Невилл, как ты сюда попал? — Гарри задал вопрос, о котором все думали. Невилл оглянулся на туннель позади себя, а затем на растерянные лица своих друзей. — Мы не уверены, но думаем, что с тех пор, как Пожиратели смерти заблокировали все остальные входы, замок создал новый. Этот открылся пару месяцев назад, когда мы начали жить в Выручай-комнате, — он махнул рукой, приглашая друзей последовать за ним. Драко вошёл в проход последним, и когда он повернулся, чтобы закрыть портрет, то встретился взглядом с седеющим волшебником. Он кивнул, осознавая, что старец умолял их бежать, не оглядываясь: понимал, что его покойный брат допустил много ошибок, и он был полностью согласен, что они не должны были быть детьми-солдатами в этой войне. Но когда Драко закрыл портрет и пошел вперёд, он понял, что Гарри прав. Им предстояло исполнить пророчество.

***

Когда они прошли через второй проём в стене, глаза Драко прищурились: комната пестрила цветами всех факультетов Хогвартса. Он никогда не был в Выручай-комнате, так как ему нужна была лишь Комната спрятанных вещей. Двухъярусные кровати стояли вдоль стен, а в воздухе висели флаги. Одежда и тарелки с едой валялись прямо на полу, но больше всего привлекало внимание количество студентов, оглядывающихся на них. — Смотрите, кого я привёл! — радостно воскликнул Невилл, но большинство взглядов было приковано к Драко, а не к Гарри, Гермионе и Рону. — Гарри! — рыжеволосая девушка тут же вынырнула из толпы и заключила темноволосого волшебника в крепкие объятия. Конечно, все начали перешёптываться, увидев Избранного, но этот шёпот быстро стих. — Что здесь делает этот Пожиратель смерти? — выплюнул парень, который, Драко бы уверен, был гриффиндорцем. Драко ожидал, что именно жена встанет на его защиту: она никогда не могла сдержаться, когда его называли Пожирателем смерти, но в этот момент Гарри удивил его. — Шеймус, он не Пожиратель смерти. Он был с нами весь этот год, — Драко повернулся к другу и попытался сдержать улыбку. Увидев, что никто из присутствующих не поверил этим словам, Рон тоже поручился. — Гарри прав. Этот блондин-придурок помогал нам с заданием Дамблдора с самого начала. Он почувствовал, как Гермиона схватила его за руку, и тут же сжал её ладонь сильнее. — Я же говорил вам, ребята, что встречался с ними на зимних каникулах, — сказал Невилл, указывая на слизеринца. — Значит, все эти слухи правдивы? — заговорил другой студент, как Малфой подумал, из Когтеврана. — Если ты имеешь в виду мои отношения с Драко, то да. Слухи правдивы, — громко и чётко сказала Гермиона. Она не стыдилась волшебника рядом с собой, своей родственной души. Драко прочистил горло и шагнул вперёд: — Я знаю, что большую часть школьных лет был обычным избалованным мерзавцем и плохо относился ко всем вам, включая троицу, стоящую позади меня. Но я обещаю вам, что всё изменилось. Я не могу ничего сделать, чтобы загладить ошибки своего прошлого, но я считаю этот замок и своим домом тоже. Мы все хотим положить конец тирании Волдеморта, так что, если вы не сможете простить меня, я вас не виню, но, по крайней мере, боритесь со мной за лучшее будущее. В котором чистокровные придурки не будут всем править, а безумцы не смогут начать геноцид одним взмахом волшебной палочки. Все присутствующие затихли, разглядывая Драко, словно тот был экспонатом в музее, и парень хотел было что-то добавить, когда зазвучал знакомый голос. — Вы уже впустили трёх змей в своё логово. Разве ещё одна как-то изменит ситуацию? Улыбка тут же расплылась по лицу Драко, когда он бросился к своему другу. Он, не колеблясь, обнял кудрявого мужчину. — Тео! О Мерлин, как я скучал по тебе, — его друг ухмыльнулся, как истинный слизеринец. Они похлопали друг друга по спине и отстранились. — Драко, приятель, какого чёрта ты мокрый? Драко нахмурился, посмотрев вниз. Его одежда всё ещё облепляла тело, словно вторая кожа. Гарри, Рон и Гермиона тоже смущённо посмотрели на себя. В спешке по пути Хогвартс они совершенно забыли о такой простой вещи, как высушивающие чары. — Расскажу позже. Где Пэнси и Блейз? — быстро спросил он, оглядывая толпу. — Они всё ещё в подземельях. Мы ходим сюда по очереди, слишком рискованно для любого из нас оставаться здесь постоянно, — добавил Тео, прежде чем снова посмотреть на своего друга. Он так изменился всего за год. — Мы думали... — он подавился воздухом, — мы думали, что ты мёртв. Губы Драко растянулись в ухмылке: — Ты не сможешь так легко от меня избавиться, Нотт. Наши старики пытались годами, мы в этом деле профи. Тео хрипло усмехнулся чёрному юмору своего друга. Однако их воссоединение было прервано Невиллом: — Вы ведь здесь, чтобы сражаться, верно? В комнате снова стало тихо, пока они смотрели на Гарри в ожидании ответа. Гарри, в свою очередь, посмотрел на своих друзей в поисках помощи. — Нужно кое-что, что находится в замке и поможет нам уничтожить Волдеморта, — присутствующие дружно содрогнулись, услышав это имя, но Гарри, казалось, не заметил этого. — Я здесь не для того, чтобы просить вас всех сражаться. Это не ваша битва, но она, скорее всего, будет жестокой. Только вам решать, хотите ли вы присоединиться, — голос и лицо Гарри были мрачны. — Вот тут ты ошибаешься, приятель, — Гарри обернулся, услышав голос позади себя, и увидел Джорджа и Фреда Уизли, стоящих позади него. — Что вы здесь делаете? — спросил Рон братьев немного недоверчиво. — Невилл позвал нас, — близнецы прошли через портрет, пропустив ещё больше членов Ордена. Невилл выглядел смущённым, но кивнул. — Это наша битва, как и твоя, Гарри. Мы все потеряли свои прежние жизни и жаждем их вернуть, — объяснил Фред. Раздалось несколько одобрительных вскриков. — Да, давайте надерём задницу Пожирателям смерти! — Джордж ударил кулаком в плечо своего близнеца, и это вызвало несколько призрачных смешков. — Я думаю, мистер Уизли пытается сказать, мистер Поттер, что у вас гораздо больше поддержки, чем вы думаете, — сказала Нарцисса Малфой, показываясь толпе. Трио не провело много времени с женщиной, но Гарри чувствовал, как его сердечные струны тянутся к матриарху Малфоев. Она пришла вместе с Орденом, чтобы сражаться. Даже когда это означало пойти против собственного мужа. — Мама! — Нарцисса! Драко и Теодор бросились на женщину, чуть не сбив её с ног. Но ей было всё равно на их детское поведение. Она обняла своего сына и мальчика, что был ей почти как сын. — Мой Драко, мой милый Теодор. Как я скучала по вам, мальчики! — она крепко обняла их. Этот год был адом на земле. Другие члены Ордена тоже начали здороваться друг с другом, игнорируя слизеринцев. Когда Нарцисса наконец выпустила парней из обьятий, она перевела взгляд на кудрявую ведьму, которая смотрела на них со слезами на глазах. Она молча подошла к девушке и притянула её к себе. — Спасибо, что присматриваешь за ним, — тихо сказала она. Это было крайне нетипично для Нарциссы Малфой, но ей было всё равно, когда она обнимала девушку, которая, как она подозревала, была её невесткой. Гермиона крепко обняла женщину в ответ, чувствуя материнскую любовь, исходящую от неё. Она не хотела задавать много вопросов в тот момент; девушка так сильно скучала по своей матери, и если это была самая близкая поддержка, которую она могла получить, то она её принимала всецело. Гермиона знала, что после битвы состоится серьёзный разговор, но осознание того, что Нарцисса зашла так далеко, что буквально приветствовала её с распростёртыми объятиями, успокоило девушку. Женщина отстранилась как раз в тот момент, когда по замку разнёсся громкий голос. Он был почти шипящим, от него по коже бежали мурашки. — Я знаю, что многие из вас хотят сражаться. Некоторые из вас даже думают, что сражаться — это лучшее решение, но это глупость. Отдайте мне Гарри Поттера. Сделайте это, и никто не пострадает. Отдайте мне Гарри Поттера, и я оставлю Хогвартс нетронутым. Отдайте мне Гарри Поттера, и вы будете вознаграждены. У вас есть один час. Драко посмотрел на жену, затем на Уизли и, наконец, на Поттера. У них не было времени.