Я тебя обниму, только ты не прячься

«Хёнджин просто кукла, он только и может что трепать своим личиком, а на деле — пустышка», «Просто сдохни уже», «Сколько еще ты будешь мозолить нам глаза своим присутствием», «Вам не кажется, что один человек в этой группе лишний?». Сердце Бана сжималось при виде этих комментариев под постом младшего. Чем Хёнджин заслужил все это? Он талантливый и трудолюбивый, так почему же его называют пустышкой? Мемберы не раз подходили к Хвану, спрашивали, как он себя чувствует, а тот просто отмалчивался. Он стал носить большие вещи, чтобы никто не мог оскорбить его за вес, стал надевать капюшоны, чтобы никто не мог осудить его за лицо и волосы. Он замазывает свою прекрасную родинку под глазом, потому что не хочет больше страдать. Стал меньше разговаривать, потому что боиться сказать что-то не то. Старшего пугало то, как повлиял хейт «фанатов» на Джинни. Он сломался. Его сломали. Ему желают смерти буквально за то, что он родился. Несусветная чушь, Джинни прекрасен, и он должен это понимать. У группы был заслуженный отдых, поэтому все сейчас находились в общежитиях. На улице темно, легкий дождь бьет по внешним окнам и в ближайшие два часа не собирается заканчиваться. Чанбин и Джисон уснули на удивление очень рано, а из комнаты Хёнджина звуков не исходило. Может, он тоже спит? Выключив компьютер и слегка размяв шею, Крис решил проведать Хвана. Кажется, сейчас самое время. Парень добрался до комнаты младшего и постучал в дверь. — Можно, — тихий сиплый голос прозвучал за тонкой белой дверью. Проходя в небольшую комнатку, освещенную только настольной лампой, Чан обнаружил самого Джинни, сидящего в углу своей кровати. Он одет в черные спортивные штаны и темную толстовку, которая почти полностью закрывала своим капюшоном глаза парня. Присев напротив него, Крис заметил покрасневшие глаза и нос. — Ты плакал? Поджав губы, Хван промолчал и лишь сильнее наклонил голову вперед. — Ты ел сегодня? — вопрос, на который очень хотелось получить положительный ответ. Хёнджин покачал головой. Чану больно видеть, как он мучает себя. Заперся в своей комнате и не входил целый день даже для того, чтобы поесть. — Расскажи мне все, о чем ты думаешь, Джинни, — мягко сказал старший. Он не хочет давить на него, просто ждет, когда младший поделится тем, что так глубоко засело в его сердце. — Я-я... Это... так ранит, — спустя какое-то время тихо говорит Джин, — Все эти слова. Неужели я правда ничего не стою? — спрашивает, всхлипывая. А у Криса сердце сжимается еще сильнее, маленькие иголки окружают, готовясь впиться до упора. — Хён, почему никто не замечает все, что я делаю? Я так старался работать над собой. Чтобы меня любили не только за внешность, чтобы меня не называли только куклой с красивым лицом. Я хочу, чтобы во мне видели человека, — сдавшись, выплескивает Джинни. Он думал, что пройдет, хотел быть сильным. Старался не опускать руки и не обращать внимания на угрозы и оскорбления. Но все бесполезно. Никто не замечает. Бан Чан пододвигается ближе, берет чужие ладони в свои и поглаживает мягко. Не спрашивает про те маленькие шрамы, которые увидел под рукавами толстовки. Он не должен был допустить этого. — Малыш, дело не в тебе. Ты такой талантливый. Я готов сделать татуировки твоих картин на своей груди, слушать твой нежный голос каждый день. Когда ты танцуешь, то похож на лебедя, что плавает в своем озере. Я хочу завесить свои руки твоими фенечками, потому что они напоминают мне о прекрасном тебе и о том, как ты старался. Хочу заполнить стены своей комнаты фотографиями, которые сделал ты, — Бан нежно касается родинки под глазом Хёнджина. — Я буду держать тебя до тех пор, пока не упаду сам. Буду освещать тебе путь, пока само солнце не умрет. Ты только не прячься. Старший расставил в стороны свои руки, приглашая к себе. Джинни уткнулся носом в грудь лидера. Легкий запах персика и зелени успокаивает. Хотелось уснуть в теплых объятиях. Хотелось забыться. — Сейчас ты можешь поплакать, не держи в себе эти эмоции, — тихо шепчет Чан. — Я обещаю, завтра тебе станет лучше. Почувствовав дрожь тела в своих руках, Крис начал медленно водить рукой по спине парня. Как жаль, что боль человека нельзя перенять на себя. — Не думай ни о чем, Джинни, сейчас отдыхай, а потом мы пойдем с тобой наслаждаться жизнью. Ты заслужил, — Крис лег на кровать, все еще не пуская младшего из своих объятий. Сняв капюшон с чужой головы, гладит по светлым коротким волосам. Он сделает все, чтобы снова увидеть искреннюю улыбку младшего, но ведь никому не свойственно вечно улыбаться. Поэтому он будет рядом всегда.