Вспомнить всё

      — У неё стабильно тяжёлое состояние, так, что вы требуете от меня? Вы же должны понимать… Да но… Вы не имеете!.. Но… Да, думаю, я понял вас. Да, я прекрасно вас понял. А сейчас мне нужно работать, если позволите.       Девушка распахнула глаза, уставившись в усеянный трещинами потолок, и, помогая себе руками, слегка приподнялась на кровати, пытаясь унять гул в голове. Пропитавшаяся потом простыня никак не хотела отлипать от влажной кожи, поэтому пришлось грубо отдёрнуть её, вызвав ещё больший поток боли, пробивший всё тело. Она села на край кровати, свесив ноги, от деревянного пола повеяло холодом на ступни, и дрожащей рукой схватила будильник, разворачивая его к себе.

3:48

      Тишину в комнате разрезал тяжёлый вздох. Головная боль потихоньку отступала, но решила оставить за собой право иногда грубо захватывать в тиски виски, да так, что приходилось хвататься за все располагающиеся рядом поверхности, чтобы не упасть. Девушка добрела до душа и выкрутила на максимум вентиль с холодной водой, усаживаясь под мощные струи, не в силах больше устоять на ногах. Мороз мигом охватил всю кожу, а лёгкие сковал, не давая полностью раскрыться, и оставалось только короткими глотками хватать воздух, позволяя воде попадать в открытый рот и заставляя время от времени отхаркиваться и заходиться в кашле. Когда неуёмная дрожь во всём теле привела к мощному стуку зубов, она подняла руку и наощупь выключила воду, но поднялась только спустя несколько минут, когда ощущение холода начало отступать. Хорошенько обтёршись махровым полотенцем, девушка накинула на себя халат и поставила на плиту турку, после чего, отодвинув старенький стул, взялась за большую потрёпанную тетрадь. Быстро перелистав страницы, исписанные совершенно разными почерками, остановилась на чистом листе. Сверившись с календарём, она поставила дату, начав новые записи.       Строчки не складывались, а всю написанную несуразицу хотелось перечеркнуть или вообще избавиться от испорченного листа, но девушка удерживала себя от этого порыва и только ловко крутила в пальцах ручку. Уже начиная делать обороты ручкой вокруг большого пальца, она раздражённо бросила её на стол. Захлопнув тетрадь, вновь открыла её с самого первого листа, начиная читать аккуратно выведенные буквы.

«28 Сентября 2012 года.

      Меня зовут Энни Картер, и сегодня наступил первый день моей самостоятельной жизни после выписки из стационара…       — Энни, вы быстро восстанавливаетесь для человека с такими обширными травмами, — радушно воскликнул врач, жестом приглашая присесть в хорошо знакомое ей кресло.       — Если полгода для вас быстро, — пожала плечами девушка, косясь на шрам, опоясывающий почти всё её предплечье.       Она не чувствовала к нему ничего, кроме неприятного ощущения уродливости, особенно, когда увидела в первый раз после того, как медсестра сняла с неё бинты. Сначала, когда ей даже не разрешали ещё вставать с кровати, Энни смотрела на него, словно на проказу, всё вела пальцами по швам, запоминала каждую ниточку, потом из-за этого ей сильно досталось от медсестры, но она не останавливалась, пока ей всё-таки не разрешили встать. Спустя огромное количество времени Картер смогла оглядеть себя в зеркале, покрутиться, коснуться каждого участка тела и тогда поняла, что само уродство крылось не в её руке. Она вся была уродливой. Спина, живот, грудь, ноги, плечи и даже лицо — она вся была в шрамах, будто провела на войне большую часть своей жизни. Энни провела у зеркала около часа, изучая собственное тело, ведя кончиками пальцев по мелким, почти незаметным отметинам или же, наоборот, по грубым, глубоким, чувствуя омерзение к себе, пока медсестра пинками не уложила её в кровать. Ночами, когда у неё не получалось уснуть, она вспоминала расположение каждого, даже еле заметного шрама: некоторые были знакомы каждому в виде тонких линий, были и более жёсткие, рваные, а пара округлых, совершенно мерзких ей, явно стали причиной тушения сигарет. Откуда они все у неё — оставалось загадкой. Правда, новенькая, слишком болтливая медсестра однажды, помогая ей принять душ, ойкнула в испуге и проболталась, что несколько ранений у неё явно от пуль, только вот ясности это не прибавило.       — Да что вы! — вскинулся мужчина, всплеснув руками. — Многие за полгода только ходить начинают, а вы, как мне сказали, уже бегаете. — Энни вздохнула, прекрасно понимая, что ему донесут об её неповиновении и лишь слабой попытки опробовать свои силы, размять кости, уставшие столько времени отлёживаться в кровати, даже если брать в расчёт то, что ей разрешали ходить. — Я не виню вас, — глухо произнёс врач, в антитезу этому хмуря мохнатые брови, — понимаю, что вам, наверное, уже надоело в нашей палате. Поэтому хочу вас обрадовать — вы готовы к выписке.       Энни высоко вскинула голову и упёрлась строгим взглядом в глаза мужчины, и хоть держался он достаточно смело, она всё равно отметила лёгкое постукивание пальцами по столу и подавила в себе желание усмехнуться.       — Но вы же понимаете, что я до сих пор ничего не помню.       — Я не могу вложить вам в голову воспоминания, тем более удерживая вас в четырёх стенах, — недовольно пробурчал он, начиная перекладывать бумаги из одной части стола в другую. — Лучше всего вам будет вернуться в свою, так называемую, естественную среду обитания. Вы вполне дееспособный человек, способны, обучаемы, вам всего лишь не хватает одного кусочка паззла. Картина, конечно, из-за этого получается неполноценной, но, в общем и целом, понятно, о чём она. Поговорите с соседями, походите по знакомым местам, почитайте книги в вашем доме, посмотрите фотографии, — мужчина взмахнул рукой, будто объяснял само собой разумеющееся, но Энни казалось, что что-то тут не так, правда, из-за усиливавшейся головной боли она не могла понять что.       — И что же вы мне предлагаете? Ходить, вспоминать и надеяться на чудо? — резковато огрызнулась Картер.       — Поймите, я не волшебник Оз и не способен заставить ваш мозг вспомнить, как и ни один врач. Мой вам совет только в одном — заведите дневник, — видя недоуменность во взгляде девушки, он утомлённо продолжил, — будете писать там всё, что видели или вспомнили, может, перечитывая собственные записи, к вам будут возвращаться новые воспоминания о вашем прошлом. Многие люди говорили, что это им помогало. Также запишитесь к психологу, он поможет простимулировать ваши мозговые процессы, что повлияет на память. Я даже могу вам посоветовать одного хорошего специалиста, моего знакомого, — и он полез в стол, выудив из него небольшой прямоугольник. Энни взглянула на него чисто из вежливости, а потом вновь подняла взгляд. Боль усиливалась, что заставило её озвучить сейчас единственный интересующий её вопрос.       — Таблетки… От головы, — сделав паузу, произнесла она, сморщившись от боли. Мужчина кивнул и молча выписал ей рецепт. Больше её здесь ничего не держало».       Звук убежавшего кофе вернул девушку в реальность и заставил подскочить с места, откидывая турку с подгоревшим содержимым в раковину и выключая огонь. Энни только недовольно фыркнула, оглядывая последствия собственной беспечности, но за тряпкой не пошла — просто не захотела, вновь возвращаясь к записям.

«30 Сентября 2012 года.

      Собрав немногочисленные вещи…       Собрав немногочисленные вещи в сумку, Энни села на идеально застеленную кровать и оглядела палату. Она провела в ней целых полгода и вот уходит в квартиру, которую когда-то называла домом, а сейчас даже не помнит, где та располагается и сколько в ней комнат. В какой-то степени Картер считала, что доктор прав, и улов её в этих стенах будет невелик, так и ограничится россказнями якобы друзей и родственников, ни одного из которых она не могла вспомнить. Но в тоже время что-то её всё-таки грызло: то ли поведение врача, которому доверять не хотелось на уровне инстинктов, оставшихся, наверное, из её прошлой жизни, то ли из-за обычного страха неизвестности. Она просто уже не помнила, как жить самой.       Вздохнув, Энни поднялась и, накинув чистейший плащ, без единого пятна или зацепки, который притащили знакомые, как собственно и другие вещи, чтобы выйти в город, бывшие такими же идеальными, она только недовольно скривилась — доверять хотелось ещё меньше, одежда явно была только из магазина, а не из её шкафа. Мысли в голове роились, стукались одна о другую и сменялись так же быстро, как разносился цокот её каблуков о больничную плитку. Она получила документы, ещё раз переговорила с врачом и уже собиралась покинуть больницу, как кто-то затащил её в комнату, заставив вскрикнуть.       — Тише, акула недобитая, — знакомое прозвище резануло слух, и она быстро захлопнула рот, оглядывая медсестру среди швабр и тряпок. — Долго тебе здесь нельзя оставаться, иначе заметят, что не вышла за пределы больницы, так что слушай быстро и без вопросов.       — Но… — медсестра только глаза закатила, заставив Энни опять захлопнуть рот.       — Я с тобой полгода провозилась, да и работаю тут достаточно долго, чтобы различать плохое от хорошего, и вот что могу тебе сказать — с тобой явно что-то нечисто. Медсестру, которая тебе про пули наболтала, сразу отстранили, а меня промывали так, как будто я депутата выхаживаю, а не шрамированную девчонку. В общем, — на выдохе сказала она, — будь осторожнее, кто-то точно не хочет, чтобы ты вспомнила всё, что роилось в твоей голове, почему — не знаю, даже не спрашивай, — предупреждающе поднимая руку на немой вопрос девушки, сразу отрезала медсестра.       — Где Картер? Кто-нибудь видел, как она выходила?       Медсестра испуганно вытолкала девушку за дверь и закрылась в кладовке, а та в свою очередь быстро оказалась около выхода и уставилась на него тупым взглядом. Из угла в ту же минуту выскочил запыхавшийся врач, полы наброшенного халата били его по ногам из-за ускоренного шага, он мотал головой из стороны, выискивая взглядом девчонку.       — Энни! — вскрикнул он, заметив её у выхода. — Чёрт возьми, Энни! Ты испугала меня! Что с тобой? — девушка лениво повернула голову вбок, слегка взмахнула ресницами и вздохнула.       — Знаете, — наигранно грустно начала Картер, — я даже не знаю, как начну жизнь за пределами больницы. Я ведь совершенно ничего не помню о своей прошлой жизни, — улыбнулась она, сделав чёткий акцент на амнезию. Врач выдохнул, натянул дежурную улыбку, приевшуюся Энни за столько дней, и с распахнутыми объятьями двинулся на девушку. Та позволила удержать себя за плечи и вывести из больницы, выслушивая подбадривающие речи, которые пропускала мимо ушей».       Энни закурила, выпуская дым под потолок. Воспоминания снова начали давить на голову, заставив девушку ехидно усмехнуться. Если бы тогда она только знала, что это всего лишь начало, то, наверное, приложила бы все силы, чтобы остаться в этой чёртовой больнице подольше, но, что случилось, то случилось, и ей ничего не остаётся, как идти дальше. Энни бросила взгляд на допотопные большие часы с кукушкой на стене и, схватившись за ручку, сделала ещё пару записей в дневнике за сегодняшнее число, после чего, выпив прописанные врачом таблетки и предусмотрительно запихав бутылёк в сумочку, пошла собираться на работу.       Посильнее укутываясь в плащ, девушка выскочила из квартиры и понеслась по улицам, прикрываясь от ветра. Картер прикрыла глаза, когда порыв был отвратительно сильным, подбирающим песчинки с тротуара и бросающим в лицо прохожим, и не заметила, как кто-то сбил её с ног. Упав на колени, она сразу схватилась за голову, отозвавшуюся неприятно тянущей болью, сумка выпала из разжавшихся рук.       — Звиняй, подруга, не заметил.       Энни раскрыла глаза и упёрлась ими в протянутую руку. Хотелось оттолкнуть из гордости, но здравый смысл подсказывал, что это ужасная глупость, ведь тело всё ещё отзывается болью, голова идёт кругом, а недосып и вовсе полностью управляет ей, поэтому, схватившись за ладонь, девушка поднялась, глядя на своего спасителя. И тут голову снова пронзило вспышкой боли, заставив Энни прислониться к ближайшей стене. Парень с короткими рыжевато-красными волосами, торчащими во все стороны, и пластырем на вздёрнутом носу, совершенно растерянный, но от этого не менее шустрый, быстро всунул ей в руку брошенную сумку и скрылся за поворотом.       Картер сползла по стене, зажмурившись, исказив лицо морщинами, и только и смогла тихо прохрипеть:       — Постой… Я же знаю тебя.