Я держу тебя (за руку?)

Миранда маленькая. Тонкая настолько, что в какой-то момент Баронессе показалось, что она может сломать ей пару костей, обнимая даже не изо всех сил. Она поймала себя на мысли, что в ее объятьях лежит настоящий ангел, и этот ангел благополучно уснул, что, в общем-то, не удивительно. Миранда все еще слаба, а встала она сегодня рано. Лишь бы не разбудить это голубоглазое чудо, лишь бы не потревожить. Баронесса легко убрала выпавшую из прически белую прядь и поцеловала в лоб. Не открывая глаз, Миранда улыбнулась. — С тобой очень тепло, — прошептала она, прижимаясь ближе. — Просто плед с подогревом. Не могла же я заставить тебя сидеть на холодных камнях. Миранда открыла глаза. — Ты все продумала, да? Ты обо мне заботишься, даришь мне телефон, цветы, увозишь в свое место, — она развернулась лицом к Баронессе и лукаво подняла одну бровь. — Кажется мы уже установили, что я влюблена в тебя. — Как в сказке? С первого взгляда? Баронесса нахмурилась и подняла глаза к потолку пещеры, как будто что-то считала. — Справедливости ради, со второго. Я поняла, что хочу о тебе заботиться, когда тебя привезли ко мне, — Баронесса вздрогнула и чуть сильнее обняла Миранду за талию. — Ты была такая бледная, и эти следы от рук на шее… Одного не могу понять, зачем ты вообще поехала в Ист-Энд? Миранда перекатилась и легла на спину. Она молчала и смотрела на воду, как будто сквозь Баронессу. — Миранда? Она покачала головой, поджала губы и закрыла глаза. Баронесса не знала, что делать. Она подняла руку и погладила Миранду по щеке. В ответ на ласку, Пристли повернула голову и поцеловала ладонь. — Это секрет. И я открою его тебе, только взамен на равноценный. И по дороге. Вторая часть свидания же еще в силе? Баронесса быстро встала с места и подала Миранде руку. Она не стала собирать вещи, а просто пошла к выходу из пещеры, не отпуская ладонь ни на секунду. Не чувствовать ее руку в своей казалось неправильным и неестественным. И хотя тактильные ощущения были важны, Баронесса не могла перестать думать только об одном: насколько большой секрет Миранды и какой из своих скелетов придется вытаскивать из шкафа. Конечно, можно соврать и выдумать что-то правдоподобное, но ей не хотелось. Когда они прошли коридор, у Миранды зазвонил телефон. — Извини, — свободной рукой она вынула телефон из кармана и посмотрела на дисплей. — Это важно. По приветствию, Баронесса поняла — звонят дочери. По выражению лица Миранды, она поняла, что редактор соскучилась по дому. — Да, милые, все хорошо. Я задержусь совсем ненадолго. Когда? Я приеду раньше вас, обещаю. Да, прямо в понедельник. И я люблю вас. Сразу положив трубку, она набрала другой номер и требовательно приказала какой-то Эмили, чтобы та заказала билеты на самый ранний рейс из Лондона в Нью-Йорк на понедельник. И тут Баронессу осенило. Курортный роман. Вот, как Миранда воспринимала все происходящее между ними сейчас. Просто интрижка, просто отдых перед бракоразводным процессом и предстоящей шумихой в прессе. Просто игра. Баронесса несколько раз шумно выдохнула, отпустила руку Миранды, а в ответ на вопросительный взгляд, отвернулась. В глазах защипало. Она поняла, что паника подступает. — Ты в порядке? — Миранда, видимо, положила трубку. Нельзя, чтобы она видела слезы Баронессы. Баронессы не плачут. Баронессы не переживают о таких мелочах. Это просто игра… — Баронессомиренок, что случилось? — Миранда обошла ее и попыталась заглянуть в глаза. Баронесса наклонилась, чтобы волосы закрыли лицо. — Ты можешь рассказать мне. Старая дура. Как она только могла поверить, что имеет право любить кого-то? — Понедельник послезавтра. Выходит, у нас остался только один день, — прошептала она. Признание этого вслух стало последней каплей. Слезы все же сорвались. Баронесса плакала молча и надеялась, что Миранда этого не увидит. Миранда закрыла глаза. — Я приеду на твой показ. Если я обещала дать рекламу для дома Баронессы, то я дам ее. Тебе не стоит… — Да при чем тут дом? Я не хочу! Только не переводить боль в злость. Миранда не заслуживает этого, даже несмотря на то, что неправильно трактовала ее намерения. Миранда вздохнула и обняла себя за плечи. Она все поняла.  — Мне хорошо с тобой, Баронесса. Я давно не чувствовала себя настолько живой и обожаемой, — в ответ на эти слова, Баронесса подняла красные от слез глаза. — И я бы очень хотела быть с тобой. Но нужно смотреть правде в глаза — ты в Лондоне, я в Нью-Йорке. Я не могу бросить журнал, а у тебя тут поместье, титул и вся жизнь. И, даже несмотря на все технологии — мы не сможем держать отношения на расстоянии. Но и быть рядом мы не можем. Как бы сильно я этого не хотела. Баронесса вытерла щеки. — Ты не шутишь? — О чем? — Ты правда хочешь этого? Быть со мной, если бы не было расстояния? — она шмыгнула носом. Миранда поджала губы, кивнула и обняла Баронессу за плечи. — Я никогда не была с женщиной. И три моих брака закончились катастрофой. Если мне разобьют сердце еще раз… Я не думаю, что смогу это пережить. Но, если быть до конца откровенной, я почему-то вижу, что ты никогда не сделаешь мне больно намеренно. От сердца отлегло. Баронесса прижала ее к себе и вдохнула аромат волос. Хочет — это главное. А если хочет, значит получит. Чего бы это Баронессе не стоило. — Если я найду способ быть рядом, поклянись, что согласишься быть моей. Миранда чуть отстранилась и посмотрела в глаза Баронессы. Несколько секунд она молчала, как будто пыталась что-то в них рассмотреть. — У меня нет титула. Каковы бы не были мои заслуги, я простолюдинка. И ты не захочешь… — Не смей так говорить о себе. Миранда прикрыла глаза и попросила Баронессу вывести ее из леса. Они шли молча, и если по пути на свидание молчание было напряженным, то теперь оно было обжигающим. — Я планировала прокатиться на лошадях, — тихо сказала Баронесса, подходя к калитке. — Я помню про твое ребро, поэтому приказала приготовить очень спокойную лошадь. — Ты придумала, какой секрет открыть взамен на мой? Баронесса, не задумываясь, кивнула. Что бы не рассказала Миранда, она найдет, что рассказать в ответ. На крайний случай, расскажет самый страшный, и будь что будет. — Я пойму, если ты не захочешь после этого меня видеть, — она отвела взгляд. — Я поехала с Ист-Энд, потому что я всегда приезжаю к тому дому, когда бываю в Лондоне. Я жила там, когда была ребенком. И там я… — Миранда глубоко вздохнула. — Там я убила своего отца. Камень с души. Баронесса кивнула, показывая, что она готова слушать дальше. — У нас была очень бедная семья. Я была одиннадцатым ребенком, и моя мама умерла при родах. Разумеется, отец винил меня. Он очень много пил и… Не важно. Я сбежала из дома, когда мне было шестнадцать, сменила имя, построила карьеру, родила девочек. Отец нашел меня, писал письма. Говорил, что болен, что изменился, просил деньги, и я, конечно, давала. Я верила ему. А однажды мы приехали с девочками в Лондон, и я решила познакомить их с дедушкой. Я думала, что он умирает, и другого шанса не будет, — Миранда задрожала. — Он был пьян. Стал кричать, замахнулся на Кэролайн, и я… — Хватит! Одно слово разбило Миранду на осколки. Весь рассказ она старалась не смотреть на Баронессу — знала, что увидит там только разочарование и ненависть. Она — отцеубийца. Она проклята. Теперь ее очередь плакать. — Я сегодня же перееду в отель. — Ты с ума сошла? Миранда почувствовала, как оказалась в теплых объятиях Баронессы. Как та гладила ее по спине, как стирала слезы с ее лица. — Ты правда думала, что я откажусь от тебя за то, что ты защищала то, что тебе дорого? Миранда, он угрожал твоей дочери. Ты ни в чем не виновата. — Я убила… — Это была защита от нападения. Как девочки перенесли это? Миранда покачала головой и сильнее прижалась к Баронессе. До этого момента Хэллман думала, что убийство Круэллы было самозащитой. Защитой карьеры, репутации, статуса, дома. Теперь, где-то на фоне мыслей, она улавливала тихий голос разочарования. Миранда убила, защищая детей. Баронесса убила, защищая деньги. На секунду ей стало противно от себя. — Я никому об этом не рассказывала. Девочки не помнят. Ну, или делают вид. Я водила их к психологам, просто проверить. Все говорят, что девочки в полном порядке, никаких травм. Баронесса поцеловала ее в висок. Ударила молния. Мелкие капли быстро начали стучать по листьям деревьев, но Баронесса не находила в себе сил предложить идти в машину, а Миранда, как будто не замечала дождя. Когда Миранда перестала содрогаться в ее объятьях, Баронесса прошептала: — Я убила Круэллу. — Я знаю, — Миранда шмыгнула носом и посмотрела на удивленную Баронессу. — Да ладно, у Баронессы появляется соперница, которая портит ей жизнь, смешивает ее платья с мусором, срывает показ, а на следующий день — трагически погибает при загадочных обстоятельствах. Доказательств ни у кого нет, но это очевидно — ты приказала поджечь ее дом. Если это был твой секрет в обмен на мой, то не подходит. Баронесса прикрыла глаза. Сказать, что Круэлла ее дочь? Сказать, что Миранду избили ее же верзилы? Что она убила… — Она мстила мне за то, что на моем балу десять лет назад, мои собаки скинули ее мать с обрыва. Это была случайность, но она винила меня. Я тоже, — Баронесса поджала губы. — На твоих руках кровь одного человека. На моих — пары, — пары десятков, но Миранде об этом знать не обязательно. — Я могла отозвать собак, но я… Просто не успела. Я испугалась. Миранда покачала головой. Дождь расходился в полную силу. — Если я не виновата, то ты тем более. В смерти матери, я имею ввиду. А Круэлла… Я смогу с этим жить, — она сжала руку Баронессы. — Пойдем в машину. Слишком много потрясений для первого свидания. Когда они сели, Баронесса посмотрела сначала на Миранду, а потом в зеркало. У обоих были красные носы и глаза, у обоих поплыла тушь. — Ты так и не ответила. Если я обещаю способ быть рядом, ты обещаешь… Быть моей? — Не обещай того, что не сможешь исполнить. — Это не ответ на мой вопрос. Теперь, когда мы знаем самое страшное друг о друге? Миранда прикрыла глаза. — Обещаю.