Sweater Weather

Как бы ни было грустно и жестоко это признавать, до того, как она попала на «Чёрную жемчужину», направляющуюся на Исла-де-Муэрта, Элизабет, дочка губернатора, и не знала настоящей жизни. Неудивительно, что незнакомый мальчик, в чьих жилах текла кровь пирата, пусть он об этом и не подозревал, был единственной её отдушиной, призрачным шансом увидеть настоящий мир. Элизабет тянулась к нему, как к чему-то родному. И позже, когда она глотнула пиратской жизни, Уилл по-прежнему оставался для неё самым близким, тем, с кем она прожила бок-о-бок много лет своей жизни. Но та сила притяжения, что была в Порт-Ройале, словно ослабла — Элизабет уже была на свободе. Уилл уже не был единственным спасением от скучной жизни дочки губернатора, которой она родилась явно по ошибке. Теперь она лучше понимала свои чувства. Она нашла свою любовь — море, свобода, Тиа Дальма. Даже забавно, что это всё одно и то же. Именно ей она подарила свою первую брачную ночь, так и не повенчавшись в церкви. Но богине морей и пиратке не положен медовый месяц, как остальным молодожёнам. Они слишком заняты и непредсказуемы, чтобы долго оставаться на одном месте. И после того, как Тиа Дальму освободили от уз плоти, она не могла долго оставаться на земле, поддерживая человеческое обличие, — попросту не хотела. У Элизабет было мало свободного времени. Ещё меньше этого времени она проводила на суше. И всё-таки ей приходилось подстраиваться под настроение Тиа Дальмы, а не наоборот. Та посылала ей знаки, незаметные для других людей, где и когда они встретятся. И Элизабет каждый раз приходила, чего бы ей этого не стоило. В этот раз знаки указывали на небольшой портовый городок. Тиа Дальма даже нашла заброшенный дом, где они могли уединиться подальше от любопытных глаз и длинных ушей. Здесь Элизабет и пришвартовала свой корабль, отпустив команду немного развеяться в местном кабаке. Элизабет ждала Тиа Дальму на пляже, кутаясь в свитер от холодного морского бриза. И всё же она сняла обувь, чтобы туда не попал песок, от которого потом будет трудно избавиться. Она ощущала влажность под ступнями, а наплывающие волны едва доходили до щиколоток. Её возлюбленная пришла в своём обычном платье, как будто у неё не было другой одежды. Элизабет подозревала, что одевается она только чтобы не смущать окружающих людей, — богине, пусть и в теле женщины, никакие капризы погоды не были страшны. И всё же Тиа Дальма скользнула руками в рукава её свитера — якобы чтобы согреться, но на самом деле чтобы согреть любимую. Её руки были обжигающе горячими, она была как грелка для Элизабет. — Пойдём в дом, — предложила она, когда Элизабет достаточно согрелась, выпутав руки из свитера. В том заброшенном доме, что они присвоили себе на эту ночь, было тепло, и Элизабет стала снимать одежду, чтобы быстрее согреться. Тиа Дальма пришла в хорошее расположение духа и, смеясь, последовала её примеру. В конце концов вечер рано или поздно закончился бы этим. Элизабет обняла свою возлюбленную, нежась в тепле её тела и вдыхая любимый запах морской соли — запах свободы. Дреды Тиа Дальмы слегка щекотали её руки, а сама девушка водила руками по телу Элизабет, словно проверяя, что с ней не случилось ничего плохого за время её отсутствия. Словно убедившись в этом, Тиа Дальма вовлекла её в поцелуй и попятилась назад к кровати, медленно, но уверено, как будто у неё были глаза на затылке. Она сдёрнула одеяло и накинула его на плечи Элизабет, прежде чем сесть на кровать и утянуть любимую за собой. Тиа Дальма ещё немного позволила Элизабет быть сверху и целовать себя, после чего перекатилась на бок, подминая девушку своим телом. Теперь Элизабет была под двумя одеялами — под пуховым и Тиа Дальмой, которая своим теплом и ласками согревала покруче огня в камине или её нелюбимого рома. За окном начался дождь, капли немелодично барабанили по стеклу, стремясь пробраться внутрь и затопить собою всё. Пожалуй, Элизабет повезло, что Тиа Дальма пришла раньше. Она бы очень разозлилась, если бы ей пришлось мокнуть на пляже в ожидании любимой. Возможно, она бы так и вернулась на корабль, не дождавшись её. Но здесь, в тепле, им никакая непогода не страшна. Возможно, Элизабет повезло больше, чем Дэви Джонсу: её ожидания были ненапрасными, Тиа Дальма действительно к ней приходила. Богиня сама рассказала свою печальную историю любви, словно хотела предостеречь её или и вовсе оттолкнуть. Элизабет ни секунды не сомневалась в своём решении. Если её сердце будет разбито, так тому и быть. Это лучше, чем так никогда и не узнать любви Тиа Дальмы. Возможно, годы жизни, проведённые в теле смертной женщины, заставили Тиа Дальму повзрослеть больше, чем тысячелетия жизни богини до этого. Она не требовала от Элизабет отдать своё сердце, а та, в свою очередь, не хотела, чтобы Тиа Дальма полностью принадлежала ей. У Элизабет было больше пиратского духа, чем когда-то у Дэйви Джонса. А какой пират не любит море? И море отвечает ему тем же. И судьба волей случая сделала Элизабет Королём пиратов. Узнав об этом, Тиа Дальма развеселилась и сразу же нарекла её имПИРАТрицей, а Элизабет вовсе не была против такого прозвища, тем более из уст любимой. Ведь то как не имПИРАТрица достойная супруга для богини морей? Утром только лужи и мокрая земля напоминали о том, что был дождь. Элизабет провожала Тиа Дальму до пляжа, где та вошла в море и вернулась в свой мир, недоступный для простого смертного. Она не знала, когда и где будет их следующая встреча и сколько она продлится. Но когда время придёт, она обязательно почувствует это. Так было каждый раз и так будет впредь, пока богиня моря не найдёт себе нового избранника или избранницу и перестанет приходить к Элизабет. А может, Тиа Дальма будет любить её до последнего вдоха, пока они не соединятся в вечности. Стоит прожить жизнь, чтобы узнать это.