Рождённый в маму.

***

Северус раздражённо выдохнул, впиваясь пальцами в подлокотники кресла, когда громкий и чёткий голос профессора Макгонагалл произнёс фамилию «Поттер». Он слышал, как возбуждённые шепотки первокурсников и студентов подхватили фамилию, так что она была слышна по всему залу. «Поттер? Она сказала Поттер? Тот самый?» Северус стиснул зубы, стараясь держать себя в руках и не реагировать над этой болезненной насмешкой, раздирающей его рану. Потому что в то время, как все говорили о Поттере с благоговением и трепетом, Снегг пытался заглушить свои злость и ненависть, возникающие при одном только упоминании о том, кто причинил ему столько боли. Ну, конечно, великолепный Гарри Поттер, знаменитый мальчик-который-выжил. Мальчик, который получил свою славу ни за что, даже не помня об этом дне. Мальчик, из-за которого погибла она! Его первая и единственная любовь всей его жизни, которая была утрачена из-за какого-то чёртового пророчества и этого дряного, как он был уверен, мальчишки... Северус моргнул, прерывая свой поток негативных мыслей, когда в толпе мелькнули длинные рыжие волосы, отливающие медью, а из расступившихся школьников вышел мальчик, с опаской и недоумением смотря на все эти многочисленные взгляды, уставившиеся на него со всех сторон, словно он был каким-то экспонатом, что, в прочем, было не так далеко от истины. Снегг застыл, когда знакомые изумрудные глаза испуганно пробежались по залу, а потом уставились на распределяющую шляпу. Он видел, как мальчик медленно, словно находясь в невесомости, на ватных ногах подходит к стулу и садится на него. Северус продолжал смотреть, не в силах оторвать взгляд от этого самого мальчика, забравшего самое дорогое, что у него было. На секунду ему даже показалось, что это была Лили. Проклятье! Всё было бы гораздо проще, если бы сын Джеймса Поттера был похож на него. Тогда бы он смог с чистой и не менее злорадной совестью издеваться и придираться к выродку Поттера, указывая на его внешность, подхалимство и дурные черты характера. Тогда он смог бы без малейшего зазренния и заикания давать парнишке подзатыльники, ехидно указывая на его ошибки. Имея полное и безоговорочное право указывать на его недостатки. Но... Но не теперь, когда в Гарри, чёртовом Поттере он видел отражение Лили! Его Лили! Северус бы не простил себе, если бы позволил надругаться над её отражением, пусть даже если оно и оказалось сыном его ненавистного врага Поттера. Но вместе с тем этот юноша был и сыном Лили. И он вспомнил об этом только сейчас, когда впервые увидел его повзрослевшим и несколько... робким? Мужчина с лёгким интересом придвинулся вперёд, внимательно вглядываясь в лицо и внешность Гарри, у которого как-то странно дёрнулись губы, в которых он прочитал: «только не Слизерин... Только не Слизерин» и горько усмехнулся. Лили всегда была гриффиндоркой. Такой красивой, храброй, отважной, доброй... Она была яркой сияющей звездой и его единственным настоящим другом в его тёмном прошлом... Снегг закрывает глаза, пытаясь выровнять своё дыхание и усмирить колотящееся сердце. Теперь живое доказательство существования Лили будет бродить здесь, по Хогвартсу, болезнено вороша его разбитую рану. Ему нужно было быть решительнее. Не называть её тогда тем мерзким, ужасным, отвратительным словом грязнокровка. Ему следовало подойти к ней, попросить прощения, обнять её крепко, так крепко, прижимая к своей груди, шепча ей нежные слова и не отпускать несмотря ни на что. Он ведь хотел её. Жаждал её. Мечтал быть с ней. Строил в голове планы. Представлял, как они будут жить вместе, как обустроят дом. Как... Как у них будет двое детей: мальчик и девочка. Он бы любил их. Заботился о них. Ухаживал, берёг, как своё собственное драгоценное сокровище, самый ценный сосуд, в котором хранилось дорогое вино... Он упустил свой шанс. Позволил ей быть с тем, кем хочет она. И решил, что не достоин быть рядом с ней. Он подвёл её. Северус так виноват перед ней. Мужчина снова метнул взгляд на юношу, смотря на то, как он радостно спрыгивая со стула и почти лучезарно улыбаясь так же, как когда-то улыбалась она, бежит к гриффиндорскому столу после того, как шляпа громогласно объявила «Гриффиндор!» Снегг буквально видел, как Уизли радостно выкрикивают: «С нами Гарри Поттер! С нами рыжий Поттер!» И вновь закрывает глаза, делая мелкие вдохи и выдохи. Никто вокруг не замечает его состояния, но это и к лучшему. С той самой ночи он всегда был один. Без смысла, без какой-то особой цели, без причин существования. Сейчас же, когда он увидел этого мальчика, у него она появилась. Он принял решение защищать сына Лили! Не Поттера! Он будет защищать то единственное, что от неё осталось. И сделает это, чтобы искупить свою вину перед ней и заслужить ее прощение. Даже если ради этого потребуется его жизнь... «Я люблю тебя, Лили»... Мысленно произнёс Северус Снегг в своей голове. «Всегда любил. И буду защищать твоего сына, оберегая его от всяких опасностей. Может, я и не смогу проявить о нём достаточную заботу, но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы сделать это». «Я люблю тебя». Always.