Шоколад

Питер Паркер казалось обычным семнадцатилетним парнем, который уже на втором курсе МТИ, если забыть о его тесной дружбе с Тони Старком — наследником многомиллиардной компании. Кто-то считал, что Паркеру нужны от него только деньги, статус и далее по списку. Но те кто знал их, с уверенностью говорили, что они как братья. Родители Питера работали на StarkIn, поэтому они были знакомы практически с детства, пошли в одну школу, в один класс. Все знали родителей Тони, и не смотря на небольшой возраст, все хотели с ним дружить. Дети бывают слишком жестоки и коммерчески настроены, все кроме Питера, он хотел учиться, а потом стать учёным. Он смотрел на родителей и восхищался. В первые два месяца Старк даже и не замечал Паркера. Но один раз Тони увидел как местный задира Юджин приставал к щуплому мальчишке. С тех пор парни были практически неразлучны. Всё изменилось в институте, девчонки, беспорядочные связи Тони, стремление Питера к учебе. Они жили в соседних квартирах в одном доме, не далеко от МТИ, благо родители могли себе это позволить. Старк взял на себя ответственность отвозить парня каждый день. А Паркер периодически подталкивал Тони в нужном направлении. На первый взгляд, это было абсолютно обычное утро ничем не отличающаяся от миллионов других. Если бы не пьяная тушка Старка на другой половине кровати. Тони кажется решил, что напиться в воскресенье и в два часа ночи завалиться в квартиру к Питеру — будет хорошей идеей, потому что не смог найти ключ от своей квартиры. И сейчас, в семь часов утра, по комнате разливается музыка от поставленного будильника, Питер как человек, который лёг в одиннадцать и выспался, спокойно поднимается и, не выключая музыки, прошёл в ванну. Старк же спустя ровно минуту понимает, что звуки не стихают и не собираются стихать. С тихим стоном перекатывается на другую сторону и на ощупь пытается выключить противный будильник или что это? Стоит Питеру закончить чистить зубы и выглянуть из ванной, он видет Тони, прячущего лицо в подушках. — Проснись и пой! — громко усмехается Паркер, этакая маленькая месть, за визит в два часа ночи. Ну кто вообще так делает? — Я тебя ненавижу, Паркер. А что ты делаешь у меня дома? — пьяным голосом спрашивает Тони. — Я хочу задать тебе тот же вопрос: что ты делаешь у меня дома? Паркер опирается плечом о косяк и смотрит чуть насмешливо, с привычной искоркой в глазах, они сейчас, будто в старом анекдоте, с которого все смеялись, но мало кто помнит от чего. — Я у тебя? — Да. Какой же вчера был повод? Пеппер дала? — Не напоминай даже. — Чай, кофе, аспирин? — Поспать. — Нет, — довольно протянул Питер, мстительно улыбаясь, — ты пойдёшь, к первой паре, и отсидишь весь день! — За что ты так со мной? — Ты завалился ко мне в два часа ночи и разбудил всех соседей, насилуя мой звонок и дверь. — Только их? — И мои уши. Паркер смотрит на то, как Старк распластался на его кровати, в его квартире, обнимая его подушку. Питер усмехается своим же мыслям о том, что это кажется таким привычным, нормальным. — Через полтора часа ты отвезёшь меня и свою тушку в институт! — О, помилуйте, мой белый господин! — Нет, я ещё и лично прослежу что бы ты не слинял. — Ты монстр! — кричит Тони, подрываясь с кровати, но тут же жалеет об этом — голова начинает болеть в разы сильнее, а перед глазами всё плывёт. Он издаёт тихий болезненный стон и падает обратно лишь с одним желанием — спать ещё как минимум часов пять. — Я помню, ты говоришь это как минимум раз в месяц, твои слова утратили смысл, — посмеивается Питер и, в последний раз посмотрев на Тони, выходит из комнаты. Несмотря на то, что он выспался, кофе ему сейчас просто необходим. Огромная дымящаяся кружка со свежесваренным кофе, сливками и шоколадной крошкой — что может быть лучше. Божественный запах рассеивается по всей квартире, и Тони, как кофеиновый зомби не смотря на боль в голове идёт на запах. Паркер подмечает, что даже сейчас, когда от парня за милю несёт перегаром, а одежда помялась, он выглядит хоть и уставшим, но бесподобным. Питер сидя на подоконнике, смотрит как Старк пытается дойти до него, не открывая глаза, что получается крайне хорошо — он лишь один раз врезался в диван, но даже не упал. У Тони продолжала болеть голова, во рту сухо как в пустыне, а свет раздражает глаза, но это не мешает ему подойти к Паркеру, с особой осторожностью, взять не его горячий кофе и, не заботясь ни о чём, сделать два больших глотка. И только когда на языке начал раскрываться вкус его любимого кофе, осквернённого шоколадом, Старк распахивает глаза, с изумлением смотря на парня. — Ты! Да, ты! Шоколад? Кофе и шоколад? Напиток богов и плод дерева? Ты извращенец! — возмущённо тараторит Тони, пока Питер забирает у него чашку и отпивает свой кофе. — Тони, через час надо будет выезжать, ты в таком виде пойдёшь? Нет я то не против, мне всё равно. Но твоя репутация крутого парня пострадает. — Я тебя ненавижу, — бормочет Тони, но идёт к себе, по пути взяв запасной ключ с комода Паркера. Странно наверное видеть как заядлым тусовщиком, который никому не подчиняется, даже своему отцу, так легко манипулирует простой парень. Но это был не простой страх за неисполнение просьбы или что-то подобное, нет это было глубже, хотелось увидеть довольную улыбку на лице Питера, даже, если она злорадствующая. Тони любит когда Паркер счастлив, любит его когда тот злиться, он любит его всегда. Он понял это совсем недавно, наверное, полгода назад и сейчас скрывать это — становится всё сложнее. Через боль, страдания и литр кофе, у Старка получается собраться, даже не заставив Питера ждать, спустился вниз. *** — Питер! — кричит на весь коридор, и, буквально, все стоящие оборачиваются на грозно идущего к ним Тони. — Я занят, — тихо отвечает Паркер, как только парень подошёл к нему. — А для Максимофф ты значит не занят? Уже весь институт гудит о вашем свидании, я разве не достоен знать? — Это не свидания, простая встреча, к тому я же не допытываю, почему ты напился в воскресенье вечером и с кем ты проводишь дни и вечера. — Ты можешь спросить. — Всё просто Тони — мне это не интересно. Ещё как интересно, бывало Питер не мог заснуть часами, думая где и с кем парень, это было не только беспокойство, но и отголоски ревности. Не с ним он проводит свободное время, не с ним. К тому же это не свидание, простая встреча, обычных друзей, с одинаковой ориентацией и интересами. Хотя да, звучит как свидание. — Питер, — страдальчески растягивает Тони и тут же падает на рядом стоящий диванчик. Он тянет Паркера к себе, собираясь зажать в объятьях, но парень ловко выбирается из захвата, но всё же садится рядом. Обидно. — Тони! — так же протягивает парень. Игра, в которой они не знают правил, как игра в шахматы, где ты не знаешь правил и невозможно одолеть врага, не зная его стратегию. И здесь они не знают ни правил, ни стратегии. У них есть лишь дружба, укреплённая годами, и как им кажется, запретные чувства к друг другу. Тем же вечером в квартире Питера, сам Паркер выгибается под сильным, наваливающимся на него Пьетро, гортанно постанывая, пока Максимофф вдалбливает его в матрас, одновременно покрывая тонкую шею поцелуями. В то время, как шлепки разгорячённой кожи о такую же начинают учащаться, а Питер выгибается сильнее на встречу, пытаясь разрядить уже болезненное напряжение в паху. Пара секунд трения и перед глазами начинают плясать искорки, следом за ним кончает и Пьетро, наваливаясь на Паркера. Они лежат неподвижно ещё несколько минут, восстанавливая дыхание, в комнате душно и пахнет сексом, в сторону отброшен презерватив, Максимофф перекатывается на другую половину кровати, на которой ещё утром лежал Тони. Проходит ещё несколько минут перед тем, как Питер поднимается и уходит в ванну. Нет каких-то угрызений совести, разве что, зудящее чувство на подкорке сознания. Прохладный душ бодрит и помогает привести мысли в порядок. Паркер закрывает глаза и опирается спиной на кафель, просто секс без каких-либо обязательств, Пьетро без сомнения хорош, так почему он должен был отказать себе в удовольствии. К тому же, Питер просто заебался ходить с вечным возбуждением, стоит Старку оказаться в поле его видимости. Он стоит под струями душа ещё десять минут, пока не слышит слишком громкое копошение из комнаты. Ещё несколько минут ему нужно что бы вытереть тело, промокнуть волосы и надеть пижамные штаны с бесформенной футболкой. Выйдя из ванной, Паркер видет как Пьетро лениво натягивает джинсы и проводит рукой по осветлённым волосам. — Уходишь? — Да, но ты же не рассчитывал, что я останусь. Просто секс, обоим было приятно, я же знаю, что ты по уши влюблён в Старка, мне вообще здесь находиться опасно. — Откуда…? Почему? — Ты прошептал его имя. Старк за тебя порвёт, не уверен, что я то, чего он хочет для тебя. — Ты прав. До встречи, мы как ни крути учимся вместе. — До встречи, Паркер, разуй глаза. Что? После того как входная дверь закрывается, Питер стоит неподвижно ещё несколько минут, но он выходит из оцепенения. Медленно проходит на кухню, кажется у него где-то был чай. Не проходит и десяти минут, как входная дверь вновь распахивается, пропуская в небольшой коридор, разъяренного Старка. — Ты просто не представляешь! Я спокойно зашел в магазин, а там этот подонок ещё и усмехается, говорит что я видите ли идиот! Что он вообще делал здесь? — Тони нетерпеливо проходит на кухню, прямо туда, где сейчас сидит Паркер бездумно глядит в стену. — Питер? — А, Тони. Да, слушаю. — Пойдёшь на вечеринку Нат в пятницу? — Нет, много дел. — Ну пожалуйста, Пит! Давай сходим, ты скоро затухнешь в четырёх стенах! — Нет, скоро экзамены, мне нужно подготовиться. На самом деле пятница наступает со стремительной скоростью, и уже к вечеру четверга все только и говорят об этой вечеринке. С понедельника начинается сессии и, кажется, только таким ботанам, как Паркер есть до этого дело. Вечеринка должна была начаться в восемь вечера, в десять телефон Питера разрывает от звонков Наташи, Брюса, Тони и Стива. И только одно сообщение он Клинта Бартона: «Приезжай, Тони в полном неадеквате, забери его.» Парень смотрит на сообщение ещё пару секунд и только, когда до него доходит вся суть сообщения, Паркер наконец-то откидывается на мягкую спинку дивана, обречённо выдыхая, за что ему всё это? Выбора не остаётся, и тогда Питер подрывается с удобного места. Проблемой становится тот факт, что машины у Питера нет, а Тони наверняка уехал на своей. Идти пешком? Абсолютно точно не вариант, к вечеру, температура уже опускается до 9°. Ехать на такси, оказалось единственной здравой идеей, поэтому сейчас Паркер надевает нерастянутый свитер, и всё же пересиливая себя, спускается вниз, где его уже ждала машина. Питер правда хотел бы сказать насколько ему не хотелось туда ехать, но это значит соврать, он действительно хотел пойти, возможно, даже что бы Тони его уговорил. Но вместо этого ему сейчас придётся вразумлять и вести домой наверняка пьяного в стельку Старка. Даже на улице слышны отголоски басовой музыки, а цвета в окнах меняются со скоростью света. Паркер ещё раз смотрит на тёмное небо, усеянное звёздами, и заходит внутрь, музыка становится громче и с непривычки бьёт по ушам. Паркер заходит и тут же осматривается, кажется, предстоит самое сложное — найти в этой обезумевшей толпе Тони. Сейчас кажется разумным написать Тони с самым логичным вопросом: «Тони где ты сейчас?» Хотя знаете лучше бы не писал, ведь ответ не заставляет себя ждать: «Я у Наташи» Питер осматривается и проходит в самую глубь дома. Заходя на кухню, он видит бассейн. Парень замечает, на удивление, одиноко сидящую фигуру у края бассейна, Паркер в нем тут же узнаёт Старка. Он сидит на шезлонге с уныло-опущенной головой и, держа в руках ярко-красный стаканчик. Он заворожено смотрит на парня и даже не особо замечает как выходит к бассейну и присаживается рядом с Тони. — Питер? — Тони резко и чуть озадаченно поднимает голову, от чего несколько прядей падают прямо на глаза. На губах Питера появляется лёгкая, чуть заметная, но такая знакомая усмешка; Такой разный и такой только для него, только Питеру можно видеть его такого. — Ты же не собирался сюда приходить. — Мне Клинт написал, что ты не в адеквате, попросил тебя забрать. Поехали? — Я уже нормально. Давай потанцуем… — Ты серьезно? — Питер замирает в раздумьях всего на некоторое время. Танцевать? Бредовая идея но сейчас кажущаяся такой нормальной, правильной. Тони же только пожимает плечами и также улыбается. — Давай. Старк медленно поднимается с лежака, отставляя стакан, и протягивает ладонь всё ещё сидящему Питеру. Знаете, это кажется до жути клишированным или наивным, но Паркер принимает, хватается за протянутую руку и смущённо улыбается. Тони аккуратно придерживает за талию, продолжая сжимать переплетённые пальцы, в то время как Питер оставляет руку на его предплечии. Был ли Тони пьян? Нет, твёрдое и уверенное, он выпил только немного пива. Ну подумаешь врезал пару раз Бартону, и что? Но он точно надеялся, что Питер приедет. — Поехали, домой, Тони? Старк бы рад согласиться, но другого такого идеального шанса может и не быть, он тянет Питера ещё ближе к себе и утыкается носом в тонкую молочную шею, ведёт, вдыхая тонкий запах шоколада и морской бриз. — Как же я люблю тебя, твои тёмные глаза, твои краснеющие от каждого прикосновения фарфоровые щёки, люблю когда ты заботишься обо мне, что бы я делал без тебя? Кем бы я был? Прогибался в пьяной лжи. Я просто люблю тебя, — Тони говорить шепотом почти беззвучно, но Паркер его слышит, чувствует как горячее дыхание опаляет чувствительную кожу. Чувствует, как руки Старка стискивают его свитер, прижимая ещё сильнее, будто если он отпустит — Питер сбежит, всё будет кончено. Паркер же просто позволяет и слушает, слушает, слушает, позволяя себе вновь и вновь утопать в этих словах. В этот момент кажется, будто бы все время мира принадлежит им, и они даже не замечают, как из окна на них смотрит Наташа. А когда приходит момент ослабить хватку, отступить на пару шагов, Тони это делает, это игра на вылет — всё или ничего. Между их лицами остаются десятки сантиметров, но руки Старка всё ещё придерживают талию парня. Кажется сейчас ход Паркера который чуть подаётся вперёд, лёгко касаясь губ парня. Проходит всего секунда прикосновения, как до Тони наконец-то доходит вся суть происходящего и тогда, он тут же даёт себе свободу. Целует размерено, а всё это кажется правильным: посасывает нижнюю губу, а внутри бушует целый ураган. К тому моменту, как Питер отстраняется, доверяясь только рукам Старк, он оставляет последний звонкий поцелуй. — Нам стоит…? — Нет, поехали, уже поздно, я очень устал и хочу спать. Истерический смех? Да, пожалуй, подходит для этой ситуации, но а они вместе садятся в такси, Питер всё это время держит бутылку вина врученную Бартоном, в качестве благодарности. Слишком много эмоций для одного вечера, слишком многое произошло, слишком многое поменялось раз и навсегда. Они едут в машине, не произнося и звука, за кем теперь решение? Что дальше? Так много вопросов и так мало ответов. Когда между ними остаётся лишь дверной проём в квартиру Питера, тогда действительно приходится решать, захлопнуть дверь или пропустить. — Если хочешь… — Питер не успевает договорить перед тем, как Тони перебивает его, переступая порог квартиры. — Хочу. Что же, Питер сдаётся, закрывает дверь и идёт следом за парнем. Сейчас хочется лишь лечь и уснуть. В ту ночь не было безудержной страсти, драма заключалась лишь в одном поцелуе, джинсовка Тони, валяющаяся у края кровати, которую Паркер обнимает. Старк пришел уже к спящему Питеру и не смог устоять перед таким соблазном, тогда он засыпал, наверное, самым счастливым человеком. И не важно, что следующее утро будет решающим. Так и происходит, Тони просыпается первым и смотри на идеальное личико Питера, который, видимо, во сне повернулся и теперь между их носами не больше пяти сантиметров. Паркер просыпается следом, глядит на притворившегося ещё спящим парня, но Старка на долго не хватает, губы расползаются в дурацкой, но такой счастливой улыбки. Питер тоже улыбается, но по-другому, нежно, сонно и так по-родному. — Привет, — шепчет Тони, так и не разрывая зрительный контакт, хотя как можно оторваться от таких прекрасных глаз? — Почему ты вчера остался? — Паркер чуть приподнимается, задавая казалось бы очевидный вопрос. Видно сразу, он не злится или не хочет что бы тот ушел, просто это странно. — Не хотел. — И это всё? Питер усмехается, ну конечно, такая смешная ситуация, только они могли так встрясть. Он смотрит на манящие пухлые губы, боже, он уже даже сбился со счёту сколько раз хотел их поцеловать. — Нет, — Старк растягивает каждую букву словно густой мёд и откидывается на две большие подушки, находясь практически под Питерем, пока тот вопросительно выгибает брови. — Ещё хотел убедиться, что между нами всё в порядке. — Тони, ты сейчас в моей кровати полуголый, а вчера ты сказал, что любишь меня и мы поцеловались. Как думаешь, между нами всё в порядке? — Я думаю, что… — Старк смотрит на парня всего мгновение, которое ему хватает, что бы невесомо переместить руки на его талию и резко дёрнуть на себя, так, что теперь Питер полностью лежал на Тони. Ещё мгновение и Тони бессовестно затягивает его в сладкий, чуть неуклюжий поцелуй. — Да, мы в порядке. Наверное, они и вправду в порядке, раз Питер тихо посмеивается и поддаётся поцелую, лишь на секунду отстраняясь, что бы согласиться и вновь потянуться к любимым губам. Губам, которые ему наконец-то разрешено целовать. Они теперь честны друг с другом и с собой.